Better Than Cake

      Сесть здесь было ошибкой.       Он отчётливо видит Чанбина и Черён, которые строят ему смешные рожицы, потому что сидят в таком месте, где лектор их не видит.       Джисон бесится.       Он бы сидел с ними, если бы не опоздал. А опоздал он потому, что во время утреннего обхода с доктором Ли у одного из пациентов выскочила игла-канюля, вызвав струю крови как в фильме ужасов, которая попала Джисону на бедро. Поэтому ему пришлось переодеться в повседневную одежду, и осознать, насколько он привык к рабочей форме. Сейчас он чувствует себя непривычно и неуютно, хотя одежда, по сути, максимально удобная.       Сегодняшний семинар посвящён тромбозу — теме, которая могла бы быть интересной, если бы Джисон не проходил точно такой же всего пять месяцев назад. Впрочем, он сам в этом виноват. Узнав о том первом семинаре, он решил записаться на него, рассудив, что это поможет сэкономить время позже. Если вдруг работа завалит, он просто пропустит второй.       И это произошло — его действительно завалило работой. Но, как назло, семинар всё равно пришлось посещать, потому что первый так и не был официально зарегистрирован и не засчитался в его годовой отчёт. Так что Джисону остаётся только мысленно кричать от досады.       Обычно в такой ситуации он достал бы телефон и запустил бы Stardew Valley. В игре сейчас осень, а осеннее музыкальное сопровождение — самое любимое у Джисона. Ему очень нужна эта успокаивающая нежная музыка.       Но у него есть особая миссия, поэтому он выбирает место позади нескольких высоких студентов, на виду у Чанбина и Черён, и запускает одно из нескольких приложений для онлайн-покупок, которые у него есть, ПОТОМУ что.       Джисон на охоте.       Он сосредоточен, как гончая, идущая по следу. Или что-то в этом роде. Он не очень хорошо разбирается в охотничьих метафорах.       В любом случае, он ведёт активные поиски.       Онлайн.       Поскольку прочёсывать ближайшие к нему супермаркеты оказалось бесполезным, он решил полазить по интернет-магазинам.       — Почему ты ищешь леденцы?       Джисон чуть не отбрасывает телефон в сторону от неожиданности.       — Ого, — смеётся Хёнджин, — я не хотел тебя напугать.       Теперь Джисон сидит в кафетерии, перед ним стоит поднос. У Чанбина и Черён был ещё один семинар, но на нём Джисону не обязательно присутствовать, поэтому он вздремнул в библиотеке и спустился перекусить.       — Пожалуйста, скажи, что ты не смотришь порно, это будет таким позором, — сухо произносит Сынмин, появляясь за спиной Хёнджина.       — Чувак, какого хрена? — выпаливает физиотерапевт, оглядываясь по сторонам, чтобы убедиться, что их никто не слышал.       — И прежде чем ты спросишь, Минхо-хён сейчас на дежурстве, — говорит ему Сынмин, — до двух часов дня.       — Я… — Джисон на самом деле не знает, что ответить.       —…это правда! — появляется откуда-то Хюнин Кай, лучезарно улыбаясь. — Привет!       — Привет… — единственное, что успевает сказать Джисон до того, как к ним подходит Чанбин. Его взгляд прикован к Хёнджину, когда он спрашивает:       — Эй, а что, Минхо-хёна нет?       Хёнджин обходит стол, чтобы прильнуть к парню, который улыбается, обнимает его и нежно прижимает к себе, прежде чем отпустить.       — Он на операции, — сообщает Сынмин, пока Кай так же радостно приветствует новоприбывшего.       Чанбин усмехается, делая шаг назад.       — Какая жалость.       — Ты ещё не ел? — тихо спрашивает Хёнджин, обращаясь к своему парню.       — Нет, я собирался взять поднос и увидел, как вы, ребята, вошли, — отвечает Чанбин, — давайте что-нибудь купим.       В отношениях Хёнджина и Чанбина Джисон особенно ценит то, что они не сторонники публичного проявления чувств. Это связано с тем, что Хёнджин в целом был не очень тактильным, к чему Чанбин относился с уважением, а также с их общей чувствительностью к этой теме. Джисону доводилось видеть пары, которые буквально раздражали окружающих из-за своего отсутствия такта.       — Пойдём, Кай, тоже возьмём что-нибудь поесть, — Сынмин, прищурившись, оглядывает аккуратный прилавок с гарнирами, — мне хочется жареного риса.       — Тебе что-нибудь захватить? — уточняет Кай у Джисона.       — Спасибо, не нужно, — улыбается он в ответ.       Времени на подготовку недостаточно, потому что он не знает, к чему готовиться, но, конечно, следовало ожидать, что Чанбин, Хёнджин и Сынмин усядутся напротив него с совершенно невинными улыбками на лицах и вежливо сцеплёнными руками над своими подносами.       Хюнин Кай бросает взгляд на троицу, потом на Джисона, а затем снова обратно. Джисон замечает, что он достаёт телефон. Может, там есть какая-то информация о том, что должно произойти…       —…сегодня прекрасный день, не так ли? — начинает Чанбин.       — Действительно приятный, — соглашается Хёнджин.       — Такой день, когда хочется чего-нибудь сладенького.       — О, точно, — кивает Хёнджин, — может, мягкой домашней выпечки…       Джисон собирается ещё немного сблизиться с Чхве Енджуном, а потом убить его.       — Знаешь, обычно хён не занимается выпечкой… — вмешивается Сынмин в разговор Чанбина и Хёнджина. — Итак, было вкусно?       — Понятия не имею, о чём вы, — отвечает Джисон, не желая сдаваться так быстро.       Это ошибка.       — Позволь мне освежить твои воспоминания, — Чанбин достает свой телефон, и по обе стороны от него наклоняются Сынмин и Хёнджин, когда он прочищает горло и начинает читать:       — «Не хочу показаться сплетником, но Человек-кот только что зашёл с кексом, как мне кажется, для Ханни».       — Человек-кот?       — «Я только что передал маффин. Наверно, я никогда не видел, чтобы кто-то так сильно радовался выпечке. Мне кажется, он был домашнего приготовления: насколько я видел, на нём не было фирменной упаковки».       Все трое смотрят прямо на него.       — Домашний кекс? — громко говорит Кай. — Вау, это так мило!       Лицо Джисона определённо покраснело.       — Окей, расскажу, — начинает он, когда трое перед ним широко улыбаются, — в общем, это связано со Stardew Valley. В игре есть еда, и есть такая штука, которая называется «Маффин с маком», и это… — Джисон прищуривается, глядя на своих «друзей». — Я ненавижу вас всех.       Они от души смеются, но Хёнджин берёт его руку в свою и сжимает её.       — Эй, прости нас, но это просто так мило! Честно, до слез трогательно и так в стиле Минхо-хёна, — смеётся он. — Во время моих экзаменов он мне готовил. Просто появлялся у меня дома с целым пакетом еды. А потом притворялся, что такого не было.       — Раньше он покупал мне обеды, — рассказывает Сынмин, — и делал вид, что ничего не произошло.       — А, — понимающе кивает Чанбин, — он из таких парней, да?              — Это мило! — добавляет Кай, — Жаль, что я не умею печь! Я бы тоже хотел печь для своих близких!       Сынмин фыркает в свою тарелку с супом, не подавившись, чем доказывает Джисону, что у бога всё-таки есть любимчики.       — Я передам Субину, — говорит он довольно загадочно, никак не продолжая свою мысль.       — Хён, по сути, хотел, дать тебе понять, что он беспокоится. При этом так, чтобы не говорить этого вслух и не взваливать на тебя ответственность отвечать тем же, — объясняет Хёнджин, беря на себя роль переводчика с языка Ли Минхо.       — Это потому что он сам не знает, как правильно реагировать, когда люди для него что-то делают? — спрашивает Чанбин.       — Да, что-то в этом роде, — добавляет Сынмин. — Ему очень неудобно, когда его хвалят или даже просто говорят комплименты. Он бы расщепился на атомы, если бы мог.       — Значит он из тех людей, чьим языком любви являются поступки, — улыбается Чанбин, кивая, прежде чем добавить, — итак, каков следующий шаг?       — Что ты имеешь в виду? — медленно спрашивает Джисон.       Чанбин закатывает глаза так сильно, что Джисон надеется, что они останутся в таком состоянии навсегда.       — Ну, обычно, когда кто-то тебе что-то дарит, разве не считается хорошим тоном ответить тем же?       — Не знаю, почему я это говорю, но я не думаю, что тебе стоит готовить, — Сынмин поднимает руку. — Это всего лишь предположение, просто ты не производишь впечатление человека, который хорош в готовке.       Хёнджин смеётся.       — Кто бы говорил!       — Именно поэтому я могу высказываться! — восклицает Сынмин.       — Думаю, никто из нас в повара не годится, — твёрдо говорит Чанбин, — так что никакой выпечки.       Джисон подвисает на минуту.       — Я буквально не сказал ни слова по этому поводу?!       Но он уже давно их опередил, примерно на десять с лишним вкладок в своём телефонном браузере.       Он ищет кое-то очень конкретное и не уверен, где это найти.       Леденцы.       А если точнее, леденцы в форме драгоценных камней.       Он уже нашёл несколько вариантов, но всё не то. Они все или выглядят слишком искуственно, или слишком мультяшно, или не того цвета, или это не те камни. Большинство из них пришлось бы заказывать из-за границы, а у Джисона нет ни времени, ни таких денег.       Ему нужны съедобные драгоценные камни-леденцы, которые выглядят точно так же, как в Stardew, чёрт возьми. У него есть целый план, основанный исключительно на этом.       Но он не теряет надежды. Ему просто нужно усовершенствовать свой онлайн-алгоритм, и он уверен, что в конце концов реклама сама предложит ему идеальный вариант. Точно так же, как в конечном итоге искусственный интеллект возьмет верх, и Скайнет из фильмов о Терминаторе станет реальностью.       

***

      Сумерки наступают чуть раньше, чем обычно: летняя жара уже уступила место прохладной и спокойной погоде. На востоке небо окрашено в насыщенный тёмно-фиолетовый оттенок, переходящий в розовато-золотистый лучами заходящего солнца. Джисон ненадолго останавливается у входа в парк, чтобы сделать несколько снимков, прежде чем направиться к станции. Он избегает переполненного эскалатора и спускается по лестнице. Как раз в тот момент, когда он обходит толпу у входа в главный терминал, его взгляд поднимается и встречается со взглядом Минхо, который, судя по всему, не меньше удивлен увидеть Джисона здесь.       Джисон на самом деле не может контролировать свою реакцию, его тело двигается быстрее, чем он успевает что-либо понять. Он просто разражается радостным смехом и восклицает:       — Хён!       Он почти обнимает его.       Почти.       — Джисони… — Минхо улыбается ему так тепло и… посмеет ли Джисон сказать, нежно?       К черту. Джисон его обнимет.       Он буквально прыжком пересекает последний шаг и крепко сжимает мужчину в объятьях. Эта секунда становится одновременно самой короткой и самой длинной секундой в жизни Джисона.       Он взрослый человек. Объятия не должны так на него влиять.       — У меня такое чувство, что я не видел тебя несколько месяцев! — выдыхает он, немного отодвигаясь, чтобы люди могли нормально проходить мимо. Минхо тоже отступает на шаг в сторону стены, позволяя Джисону отойти подальше от толпы, направляющейся в метро.       Минхо почесывает шею сбоку и смущённо улыбается.       — Сезон дождей обычно приводит в клинику больше пациентов, — говорит он, наконец поднимая взгляд, после чего слегка хмурится. Он берёт Джисона за плечо и удерживает на расстоянии вытянутой руки, изучая его.       — Э-э-э?       — Ты похудел?       — Ладно, если все так говорят, то, наверное, это правда.       Минхо хмурится.       — Но я в порядке! — Джисон поднимает обе руки, показывая большие пальцы. — Я достаточно сплю, слежу за тем, чтобы пить необходимое количество воды и не пропускать приёмы пищи. Доктор Ли, честно говоря…       Минхо на мгновение нежно обхватывает ладонями его щёки, и слова Джисона застревают у него в горле.       — Ты ещё и щёчки немного потерял, — Минхо убирает руки и прячет их в карманы своей куртки.       Джисон ощупывает свои щёки, надавливая на них в надежде, что это послужит объяснением тому, что он ощутимо краснеет.       — Но всё не так уж плохо? Правда? — спрашивает он.       — Наверное, я просто не привык тебя таким видеть, — признаётся Минхо, — ты домой?       — Да, — Джисон внезапно преисполняется энергии, — у Доктора Ли семинары за городом, так что сегодня и завтра у меня обычное расписание.       Минхо понимающе хмыкает.       — Ты тоже направляешься домой, хён, или…?       Теперь, обдумывая это, Джисон понимает, что Минхо как будто просто стоял без особой цели.       — Собирался, — фыркает Минхо, — но Ким Сынмин положил ключи от склада в мой карман, и теперь я жду Сонхва, чтобы отдать их.       — …почему Сынмин оставил ключи от склада в твоем кармане?       — На него сегодня стошнили, так что я отдал ему свою куртку, — смеётся Минхо, — думаю, он забыл про них, когда перекладывал свои вещи.       Джисон кривится.       — Долго тебе ещё ждать?       — Он должен скоро быть, — Минхо оглядывает толпу, — я сказал, что буду около эскалатора у выхода номер четыре, под отвратительной вывеской «Харибо».       Джисон поднимает глаза и действительно видит яркий светодиодный прямоугольник с мармеладными мишками по всему экрану.       — Я подожду с тобой, если не возражаешь? — уточняет он.       Минхо лишь усмехается — той самой непринуждённой полуулыбкой, которая у него появляется время от времени, как и сейчас, — и делает шаг в сторону, кивком указывая на место рядом с собой.       — Разве тебе не хочется побыстрее отправиться домой, а не стоять со мной на переполненной станции? — спрашивает он.       — Хён, разве ты не знаешь, что мое любимое хобби — стоять на переполненной станции и ждать коллегу моего друга под вывеской «Харибо»?       Минхо смеётся. Джисон чувствует, что не зря прожил этот день.       — Что ж, тебе повезло встретить меня.       — Кстати, хён, если я очень сильно попрошу, ты испечешь ещё маффинов с маком? — Джисон слегка поворачивается, чтобы посмотреть на Минхо, и продемонстрировать ему свою самую очаровательную улыбку (по мнению Бан Чана и Со Чанбина).       — Нет, — тут же отвечает Минхо, резко отводя взгляд, — ни в коем случае.       — Это несправедливо, — возмущается Джисон, снова выпрямляясь, — ты не можешь просто приготовить что-то настолько вкусное и потом лишить меня этого. Ты создал продукт, на который есть спрос, но нет предложения! Люди хотят его!       — Ну, что сказать, я не капиталист, — сухо говорит Минхо, заметив кого-то в толпе, и машет рукой.       Джисон не уверен, чего он ожидал, но этот Сонхва излишне красив и довольно высок.       Неужели все ветеринарные медработники в клинике такие красавцы? Это было каким-то обязательным условием для трудоустройства? Потому что Сонхва тоже одет в медицинскую форму, длинную куртку, волосы небрежно уложены. Его брови в таком идеальном состоянии, что могли бы посоперничать с руками Чанбина.       — Минхо! — приветствует он коллегу, прежде чем его взгляд немедленно скользит к Джисону, и, да, в его глазах определённо читается узнавание.       Как.       Потому что Джисон почти уверен, что запомнил бы Сонхва, даже если бы встретил его случайно.       — Привет, — Минхо шагает вперед, чтобы поприветствовать медбрата, отбив его кулачок, прежде чем слегка припечатать ключи к его груди. — Вот ещё одно доказательство того, что Ким Сынмин не можеть жить спокойно, не испортив кому-нибудь день.       Сонхва смеётся.       — Спасибо, что подождал, — говорит он, прежде чем снова взглянуть на Джисона.       Джисон, мастер общения с пациентами, испытывающими разную степень боли, раздражения из-за этой боли, тревоги, нервозности и множества других осложнений, связанных с медициной, дарит Сонхва свою неловкую улыбку и неуклюже машет рукой.       Очень естественно, ничего не скажешь.       — Сонхва, это Хан Джисон, он мой друг, — представляет его Минхо, и Джисон переводит дыхание, которое он без необходимости задерживал.       — Ты физиотерапевт, — Сонхва протягивает руку, и они слегка кланяются друг другу.       — Эм, да, — Джисон бросает взгляд на Минхо, пока в замешательстве пожимает руку Сонхва, но Минхо тоже выглядит растерянным.       — Сынмин рассказал мне, — объясняет Сонхва.       — Он и правда ужасный сплетник, — хмурится Минхо.       Зачем Сынмину разговаривать о нем с Сонхва?       Беседа с Сынмином, состоявшаяся пару месяцев назад, прокручивается в голове Джисона с десятикратной скоростью, и он на долю секунды теряет связь с реальностью от ужаса, но приходит в себя, когда Минхо мягко берёт его за локоть и ведёт к станции.       — Удачи, — говорит Минхо Сонхва, — мама Булли звонила, чтобы записаться на быстрый чек-ап.       Сонхва стонет, закрывая глаза и сжимая кулаки.       — Только не Булли, — чуть не плачет он и машет рукой, — пока!       Минхо весело смеётся, прежде чем обернуться.       — Приятно было познакомиться, доктор Хан! — окликает Сонхва.       — О-о, я не… — заикаясь, произносит Джисон.       Они идут прямо в толпу, и это не оставляет возможности для разговора. Но Джисон оглядывается, и на губах Минхо появляется весёлая улыбка. Он всё ещё слегка придерживает его за локоть и следует за Джисоном до тех пор, пока им не приходится замедлиться у билетных автоматов. После того, как они сканируют свои карточки и заходят на платформу, у них наконец появляется возможность идти бок о бок.       — Итак, доктор Хан… — Джисон стонет.       Минхо начинает смеяться.       — Эй, звучит же классно, — мягко упрекает его Минхо, — почему ты чувствуешь себя так неловко из-за этого?       — Меня пока нельзя так называть… То есть, я знаю, что некоторые люди не возражают, а наоборот даже активно настаивают на этом, — пускается в объяснения Джисон, когда они направляются к другому ряду эскалаторов. — Но я хочу сначала закончить ординатуру. А до тех пор — никаких «Доктор Хан».       — Я собираюсь теперь всё время называть тебя «Доктор Хан», — Минхо приподнимает брови.       — Да, я знал, что ты так и сделаешь, — преувеличено вздыхает Джисон.       — О, нет, доктор, у меня болит голова и озноб! Что мне делать? — притворно дрожащим голосом восклицает Минхо, хватаясь за голову.       — Перестаньте быть занозой в заднице, — невозмутимо отвечает Джисон.       Минхо хихикает, коротко обнимая его за плечи и слегка прижимая к себе.       — Какое ужасное отношение к пациенту, — качает он головой, — мне следует написать докладную Вашему начальству, чтобы они проверили, достаточно ли Вы квалифицированы.       От одной мысли об этом, даже в шутку, Джисону хочется кричать. И, должно быть, это отражается на его лице, потому что глаза Минхо расширяются, и он спешит заговорить.       — Боже мой, нет, я не это имел в виду! — быстро выпаливает он. — Я пошутил! Мне так жаль!..       — Хён, всё в порядке, — слегка усмехается Джисон.       —…выражение твоего лица! Это было похоже на… — Минхо пытается повторить, — Я буквально видел, как весь твой мир рушится. Прости, я должен был понять, что это может быть щекотливой темой.       Джисон улыбается, протягивая руку, чтобы приобнять Минхо, и они продолжают идти к своей платформе.       — Всё нормально, хён, я знаю, ты не имел ввиду ничего плохого. Студенты-медики, что я могу сказать, все мы просто травма в антропоморфной форме, — успокаивающе говорит он.       Это заставляет Минхо рассмеяться, и Джисон легонько сжимает его в последний раз, прежде чем отпустить тёплую руку, когда они встают в очередь людей, ожидающих следующего поезда.       — Ты уже поел? — спрашивает Минхо.       — Пока нет, — признаётся Джисон, — но у меня в холодильнике есть вкуснейшие остатки вчерашнего ужина.       Минхо хмыкает в ответ, когда спокойный автоматический голос объявляет о приближении поезда. Все придвигаются поближе.       — Чем тебе нравится заниматься, чтобы расслабиться, кроме Stardew? — спрашивает он как бы невзначай.       — О!.. О! На YouTubе есть канал, которым я недавно увлёкся! — начинает рассказывать Джисон. — Они освещают действительно случайные, но интересные факты и научные штуки.       — …научные штуки…       — Подожди, хён, дослушай! — Джисон поднимает руки, и Минхо слегка удивлённо кивает, и немного наклоняется, чтобы слушать внимательнее. — В общем, ты наверно знаешь, что возобновляемая, она же зелёная энергия, сейчас в моде — и это правильно?       Минхо кивает.       — И опять же, как вполне справедливо, ведётся много, э-э… — Джисон задумчиво размышляет, пока подъезжает поезд, — споров о ядерной энергии. О том, что, ну, это не самый безопасный вариант, если что-то пойдет не так. Такое бывает редко, но когда случается, это превращается в катастрофу с последствиями, которые могут тянуться в будущее так далеко, что мы даже не можем представить?       Минхо снова кивает.       — Так вот, это в основном обусловлено тем, что уран, ну, очевидно, что он радиоактивен, — закатывает глаза Джисон, — но дело не только в этом — уран, типа, супер… подвижный? Очень активный?       Минхо берёт его за рукав куртки и тащит за собой, в то время как люди, выходящие из только что прибывшего поезда, двигаются к выходу со станции, а те, кто ожидает посадки, начинают проталкиваться вперёд.       — То есть в случае утечки или аварии уран просто сходит с ума? Я, конечно, немного не точно пересказываю…       Минхо усмехается на это. Джисон позволяет отвести себя в так удачно освободившийся угол вагона и лишь слегка (очень) смущается, когда прислоняется к стене, а Минхо встаёт перед ним, облокачиваясь на стену с плакатами в рамке, лицом к нему.       Ладно, это несколько волнующе, но, опять же, они в переполненном вагоне, и тут достаточно шумно, так что…       — Но в целом, уран абсолютно неконтролируем, его сложно добывать и ещё он редко встречается! — добавляет Джисон, обращаясь к левому углу куртки Минхо. — А вот торий…       — Торий?       — Да, его назвали в честь Тора… ну, мне так кажется…       —… Зачем называть радиоактивный элемент в честь Тора?       — А почему бы и нет?       На этих словах Минхо прищуривается и задумчиво смотрит в сторону.       — У нас буквально существует элемент под названием эйнштейний, что, на мой взгляд, звучит довольно нелепо даже по сравнению с торием, — пожимает плечами Джисон.       — Знаешь что, это весомый аргумент. Пожалуйста, продолжай.       Джисон чопорно кивает.       — В любом случае, первое, что касается тория…       Джисон не уверен, действительно ли Минхо интересно то, что он рассказывает. Но тот кивает во всех нужных местах, его брови поднимаются на некоторых фактах, которые, к счастью, Джисон всё ещё помнит, и он даже задаёт вопросы, чтобы узнать больше или начать строить теории вместе с Джисоном.       Он не отводит взгляда от Джисона, и «вау, я не могу смотреть этому человеку в глаза, ого». Поэтому он смотрит на Минхо только раз в две минуты. Но, несмотря на это, Джисону уже несколько дней не было так весело. Даже при том, что сегодня его обрызгали кровью и ему пришлось выдержать насмешки своего друга, а потом ещё работать с тремя пациентами в критическом состоянии подряд, всё это не имеет особого значения сейчас, пока он рассуждает о тории с уверенностью тысячи учёных вместе с Минхо.       Вот такой вот он слабак.       Объявляют его станцию, и Джисон жалеет, что их встреча подходит к концу.       Автоматический голос повторяет объявление, когда поезд начинает замедлять ход, и Джисон отталкивается от стены. Минхо делает то же самое, что немного сбивает с толку, но затем он кладет руку на плечо Джисону и подталкивает его вперёд, прежде чем последовать за ним.       Окей, он что-то перепутал, и Минхо тоже вышел на этой станции или…?       — Э-э-э…       — Я проголодался, — объясняет Минхо. — Пойдём, поедим чего-нибудь. Я угощаю.              — Хён..? — только и успевает выдавить из себя Джисон, пока его выносит на улицу потоком людей.       — Так что там было о том, что торий менее вреден для окружающей среды?       — Э-э, — Джисон выдыхает сдавленный смешок, прежде чем повернуться и начать идти в ногу с Минхо. — Ну, я мог бы обсудить атомные свойства тория в неточных деталях, основываясь на видео с YouTube, которое сделал парень, который, вероятно, не учёный, а просто чувак с СДВГ, или…       Минхо подозрительно косится на него. Это заставляет Джисона рассмеяться.       — Ох уж этот хён, — Джисон толкает его локтём, когда они стоят на эскалаторе, — ты мог бы просто сказать, что скучал по мне и хочешь поужинать вместе.       Минхо усмехается, закатывая глаза.       — В пяти минутах от этой станции открылось новое заведение, которое выглядит очень многообещающе, а я уже давно хочу морепродуктов. Раз уж ты здесь выходишь, можешь присоединиться ко мне, если хочешь, — он говорит небрежно, но его уши покраснели, и Джисона охватывает сильнейший приступ смеха.       — Боже мой, ты такой цундере, ты такой же, как все цундере в любом аниме, хён! — хихикает Джисон, когда Минхо поднимается на несколько ступенек эскалатора вверх, чтобы в буквальном смысле сбежать от разговора.       — Такой неприступный цундере-хён, — смеётся Джисон, подбегая, чтобы не отстать, — но это же круто, хён. Ты очень классный, не волнуйся, я сохраню твой секрет.       — Ладно, ладно, — Минхо выглядит искренне взволнованным, как будто никто никогда не уличал его в том, что он цундере. Джисон считает, что это мило. — Давай уже просто пойдём.       Минхо старается не смотреть ему в глаза, пока они идут в этот новый ресторан. Джисон продолжает рассказывать что-то о торие.       Новое заведение небольшое и немного спрятанное вдали от людных улиц, хотя и находится в относительной доступности. Декор прост, а обстановка довольно домашняя. В помещении три этажа и их ведут на нижний, где есть свободные места для двоих. Помимо них там всего четыре человека, а в воздухе звучит поп-музыка в стиле «лоу-фай» с идеальной громкостью.       Пахнет чудесно.       Они сидят на полу, низкие столики блестящие и явно новые.       — Очень хочу рамен с морепродуктами, — говорит Минхо, мельком заглядывая в меню скорее из чувства долга, чем по какой-либо другой причине.       — Тут всё выглядит так аппетитно, — кивает Джисон в знак согласия, внимательно изучая меню. — О, здесь можно регулировать уровень остроты! Я собираюсь заказать самое дорогое блюдо в этом меню, хён.       — Я узнаю у Чанбина твой адрес, — беззаботно говорит Минхо, улыбаясь так, что большинство людей назвали бы это нежной улыбкой, но у Джисона от неё мурашки бегут по спине.       — Ты действительно пугающий.       — Спасибо! — Минхо сияет, глядя на него поверх меню. — Итак. Готов сделать заказ?       Еда невероятно вкусная, Джисону кажется, что его здоровье и запас маны полностью восстановились, а к ним добавилось несколько дополнительных Благословений и Отметок.       Он пытается сам заплатить за еду, но Минхо действительно умеет быть ужасающим, когда хочет, так что остаётся только сдаться. Прежде чем он успевает поблагодарить Минхо, тот меняет тему разговора с изяществом урагана.       — Хён, позволь мне хотя бы купить десерт, — пытается уговорить старшего Джисон, когда они выходят на улицу.       — Ну, ты знаешь этот район лучше меня, — кивает Минхо, неопределённо жестикулируя. — Показывай дорогу.       — О! Здесь есть кафе, где готовят очень вкусные капкейки! — вспоминает Джисон. — Но до него надо будет прогуляться минут десять.       — Я определённо в силах пройти десять минут ради достойных капкейков.       Они спорят о том, кто заплатит, прежде чем в итоге выбрать камень-ножницы-бумага. Выигрывает Джисон, поэтому платит он, а Минхо ворчит всего несколько минут, прежде чем выбранный им капкейк с лавандой и лимонным кремом отвлекает его настолько, что он полностью забывает о своём недовольстве.       Они спорят о правильном способе есть капкейк, при этом Минхо настаивает, что его нужно есть как бургер, а Джисон демонстрирует свою (он понимает, что это несколько варварски, но это работает) технику: разделяет капкейк пополам прямо под глазурью, переворачивает его и превращает в нечто вроде извращенного бутерброда.       Минхо выглядит одновременно оскорблённым и впечатлённым, и Джисон считает, что это победа.       Они медленно направляются обратно к станции, поедая свои десерты. Идти, поддерживать разговор и есть выпечку одновременно — задача не из легких. Джисон роняет одну шоколадную вафлю из своей глазури со сливочным кремом и один раз спотыкается на неровном тротуаре. Минхо, в свою очередь, немного поскальзывается на лужице охлаждающей жидкости от кондиционера и почти выпускает из рук свой капкейк, при этом решительно доказывая Джисону, что нет, хот-дог — это не разновидность бутерброда, что за бред.       — Спасибо тебе большое, хён, — говорит Джисон, когда они доходят до улицы, где Минхо нужно перейти на другую сторону, а ему самому — повернуть налево, чтобы быстро добраться до дома на автобусе.       — Тебе не за что меня благодарить, — говорит Минхо, явно надеясь, что у него выйдет небрежное пожатие плечами, но Джисону нравится думать, что он уже достаточно хорошо знает Минхо — по крайней мере, он способен довольно хорошо читать выражение его лица. — Спасибо, что присоединился ко мне за ужином.       Он явно смущён, но это скорее застенчивость, чем что-то типа неловкости, и Джисону хочется обнять его снова.       — Ох уж этот хён, — вместо этого он скрещивает руки на груди, чтобы не сделать какую-нибудь глупость, — ты такой классный.       — Да, да, — кивает Минхо, оборачиваясь, когда на светофоре машинам загорается красный, а на пешеходном переходе — зелёный. — Возвращайся домой целым и невредимым, — добавляет он, легкомысленно махнув рукой, и уходит, упорно не глядя Джисону в глаза.       — Хён! — зовёт Джисон, медленно отступая назад.       Минхо слегка поворачивает голову, не глядя на него, когда доходит до другой стороны перехода.       — Ты такой классный и красивый! — кричит Джисон. Ему кажется, что он слышит, как кто-то рядом фыркает, прикрывая это кашлем. Он решает проигнорировать незнакомца.       — Заткнись! — кричит Минхо в ответ, засовывая руки в карманы. Даже с такого расстояния видно, что у него покраснели уши.       — ТАКОЙ КЛАССНЫЙ! — перекрикивает шум уличного движения Джисон.       Минхо оглядывается, глаза искрятся от смеха, щёки румяные и приподнятые от улыбки. Он приостанавливается и тянется к внутреннему карману пиджака, а Джисон уже позирует с сердечком над головой, широко разведя руки, чтобы ответить на то, что явно будет сердечком из пальцев, когда Минхо отмахивается от него.       — ЭТО ДЕЛАЕТ ТЕБЯ ЕЩЁ КРУЧЕ, ЦУНДЕРЕ! — Минхо смеётся и, слегка помахав рукой, уходит в сторону станции.       Джисон знает, что ему не следует просто стоять там, как какому-то влюблённому неудачнику, и он должен возвращаться домой, в конце концов, уже почти десять часов вечера, и автобусы скоро перестанут ходить. Но, если бы он это сделал, то не увидел бы, как Минхо оборачивается назад.       Не заметил бы, как яркие неоновые вывески магазинов подчеркивают красоту его волос. Не увидел бы, как расширяются его глаза, когда он обнаруживает, что Джисон всё ещё стоит там (как влюблённый неудачник). Выражение его лица было таким открытым и откровенным в искреннем удивлении и…       Минхо улыбается, но почти сразу же опускает глаза и поворачивается обратно, слегка пожимая плечами, как будто стесняясь, когда Джисон теряет его из виду в толпе. — Вау, я в такой заднице! — Джисон вздыхает с лёгкой улыбкой.       В такой заднице.