Better Than Cake

             Почему-то посещение мероприятия в отеле ощущается очень по-взрослому.       Пару лет назад, когда они ходили на университетскую вечеринку в честь Хэллоуина, такого чувства не было. Честно говоря, Джисон тогда всё ещё считал себя студентом, несмотря на то, что к тому времени уже выпустился.              Иногда он забывает, что уже взрослый. А раз он взрослый, то всё, что он делает, автоматически считается взрослым поступком.       — А наши пальто будут в безопасности? — задаётся вопросом Черён. Она одета как Чудо-женщина, волосы временно выкрашены в угольно-чёрный цвет.       — Я могу что-нибудь положить к себе, у меня есть карманы, — предлагает Джисон, как раз когда Чан протягивает руки за вещами Черён. Старший одет элегантнее всех, хотя это и не сильно отличается от того, что он носит обычно, за исключением лёгкого плаща, который перекинут через руку. Он очень похож на графа Дракулу.       — О, мои личные лакеи, — улыбается Черён, доставая свой телефон, помаду, кошелёк и резинку для волос и вручая по два предмета каждому из них.       — Миледи, — Чан преувеличенно кланяется.       — Привет, друзья Чонина!       Они оборачиваются и видят Бомгю, который машет им из-за двери, вешая одежду на вешалки. Он одет как студент Хогвартса, цвета Гриффиндора на всеобщее обозрение.       — Привет! Я на том же факультете! — здоровается с ним Чан.       — Я тоже! — Черён хлопает в ладоши.       — О, эти гриффиндорцы, — Джисон притворно вздыхает.       — А ты с Хаффлпаффа? — спрашивает Бомгю, сразу же переходя к делу.       — Как ты догадался? — Джисон хмурится, когда протягивает ему пальто и получает номерок.       — У меня есть глаза, Газировка-ши, — Бомгю направляет на него пистолетики из пальцев.       — У меня действительно вайбы Хаффлпаффа? — спрашивает Джисон, когда они проходят в сад за отелем. Он никогда раньше здесь не был, поэтому планировка производит на него впечатление.       Обстановка, конечно, не самая элегантная и роскошная. Джисон бывал на множестве медицинских конференций и семинаров в самых разных отелях, как в помещении, так и на открытом воздухе, и все они были куда более впечатляющими. Но, по крайней мере, здесь не поскупились на освещение — буквально каждая стена, столб, стойка, да и любая поверхность, способная выдержать гирлянды и другие декоративные светильники, утопает в тёплых жёлтых, оранжевых и фиолетовых огнях.       — О, это так плохо, что мне уже нравится, — смеётся Черён.       Людей довольно много — они неспешно перемещаются между высокими столиками, окружающими пока ещё свободный танцпол. Джисон предполагает, что через час несколько подвыпивших дядюшек в дешёвых костюмах устроят там настоящее шоу.       Пока что они с друзьями кажутся здесь самыми молодыми, потому что, когда Чонин говорил про «местных знаменитостей», он имел в виду популярных среди старшего поколения трот-исполнителей и «комедийных» блогеров, явно далеких от их возрастной группы. Но всё это выглядит настолько абсурдно, что Джисону уже становится весело.       — Боже мой...?!       Джисон оглядывается и замечает Рюджин у бара — та смотрит на них с удивлением. В этот момент Чан завязывает плащ вокруг шеи, проверяет, не размазалась ли кровь в уголке рта, и, приняв классическую позу Дракулы, замирает. Рюджин тут же начинает хихикать.       — Эй, ребята, отлично выглядите! — комментирует она. — Мы, в отличие от вас, поленились, да и времени особо не было.       Она одета в старую рабочую форму, которая была порвана, а в некоторых местах даже прожжена, и покрыта до смешного большим количеством искусственной крови. На глазах белые линзы, вокруг глаз и рта прорисованы вены, волосы растрепаны. Рядом с ней сидит скелет, приклеенный к сиденью, а на его искусственной лопатке висит довольно знакомая сумочка.       — О, ты зомби? — Черён смеётся и подходит к ней, чтобы рассмотреть образ как следует.       — Я только что закончила макияж.       — Она обратилась в зомби прямо на моих глазах! — раздаётся очень забавный голос, и из-за барной стойки появляется голова.       Чонин — это…       — Боже мой, ты в буквальном смысле самая идеальная бабушка, которую я когда-либо видел, — выдыхает Джисон, а Чан начинает смеяться.       — Боже мой, какой красивый молодой человек! — восклицает бармен, серебристый парик плотно облегает его голову, тонкие очки сидят на кончике носа, и одет он в самый что ни на есть бабушкин наряд. — У меня есть трудолюбивая внучка примерно твоего возраста, которая, несомненно, тебе понравится! Она такая хорошенькая!       — О-о-о, бабуля..! — начинает Рюджин.       — Да не ты! — обрывает её Чонин, очень по-старушачьи, — бездельничаешь здесь, отнимаешь моё время, почему бы тебе не пойти на работу? Как ты вообще собираешься найти невесту?!       Чан хихикает в истерике, а Черён хватается за бок, у неё, кажется, начинаются судороги от слишком сильного смеха.       — Ох, бабуля, твоя внучка, должно быть, невероятно красивая, если она хоть немного похожа на тебя! — восклицает Джисон, перегибаясь через стойку и довольно улыбаясь.       — Посмотрите на него, — Чонин протягивает руку и сжимает его щёки. Сильно сжимает. Надо же, какая бабушка. — Возьми угощение.       Чонин кладёт перед ним ириску, и Джисон смеётся. Велика вероятность, что он и правда её съест.       — О, это слишком хорошо, — хрипит Чан, — мне нужно сфоткаться с тобой, умоляю!       Черён подходит, чтобы сфотографировать их, смеясь и стараясь не дрожать.       — Окей, а ты кто? — спрашивает Рюджин, усаживаясь рядом с зомбированной версией ветеринарной медсестры.       — Я пират! — Джисон указывает на свою повязку на глазу. — Ты что, шутишь?!       — Меня смутила твоя рубашка! — Рюджин указывает на белую рубашку с оборками.       — А что с ней?! — Джисон обиженно смотрит на неё. На упаковке было написано «пиратская рубашка», и, взглянув на неё, Джисон кивнул сам себе в знак одобрения, прежде чем добавить предмет в онлайн-корзину несколько дней назад.       — Сначала я не могла понять, вампир ты или нет, — оправдывается Рюджин. — Она очень вампирская!       — А повязка? — Джисон снова указывает на аксессуар, мешающий ему видеть.       — Вампиры тоже могут лишиться глаза!       Джисон не знает, что сказать. Она права. Кто сказал, что вампиры не могут лишиться глаза?       — Боже мой! Два вампира! — Джисон, нахмурившись, оборачивается и видит Юну, тоже в поношенной медицинской форме, совершенно зомбированную, с фальшивым следом от укуса на шее. У нее один глаз белый, а другой совсем красный.       — Я пират! — возмущается он. — Так и знал, что надо было брать того плюшевого попугая!       — Не получилось? — мягко спрашивает Рюджин, протягивая руку к подруге, которая, кряхтя и качая головой, подходит к ней.       — Контактная линза сказала «хрен тебе, сучка», и теперь, наверное, я только наполовину зомби, — вздыхает Юна, прежде чем ещё раз поднять глаза и ахнуть.       Джисон тоже оглядывается по сторонам, как раз в тот момент, когда Рюджин говорит:       — Вампиры никогда не выйдут из моды.       Вся команда салона, кажется, выбрала вампирскую тематику. Хёнджин одет наиболее изысканно: белая рубашка с оборками, заправленная во что-то, что могло бы быть корсетом, поверх узких чёрных брюк. На шее у него тонкая нитка жемчуга, светлые волосы временно выкрашены в чёрный цвет. Он явно вампир, и Джисон хочет подчеркнуть, что, по сравнению с Хёнджином, очевидно, что он сам в вампирскую тематику совсем не вписывается. Но кто его послушает?       — А ты уже видела Чанбина? — Чан ухмыляется над своим напитком.       — Нет…— Черён прищуривается, — что он натворил?       — Я вижу, некоторые люди слишком одержимы зомби, — смеётся Хёнджин, подходя к ним.       — Замолчи, Каллен, — Рюджин поднимает окровавленную руку, прежде чем посмотреть на Ёнбока.       — Черт возьми, Ёнбок! С ума сойти, Ли Феликс!       Ёнбок краснеет, пытаясь успокоить Рюджин.       — Полупрозрачная кружевная рубашка?! — Юна ахает. — Ты такой красивый!       — Вау, так много вампиров, — смеётся Йеджи, одетая как главная героиня из «Преступного мира», с оружием и всем прочим. — Ты тоже вампир?       Джисон вздыхает.       Ему всё же следовало купить того попугая.       — Что, если я сниму плащ? — предлагает Чан.       — Тогда ты будешь похож на танцора самбы, надень обратно, — говорит ему Чонин, и Чан тут же вздыхает.       — О, не мог бы ты подержать мой напиток? Джису здесь! — Говорит Черён, глядя на свой телефон. — Я думаю, Уён-оппа тоже будет, вместе с несколькими детскими медсёстрами.       — Клянусь, если у нас появится ещё один вампир... — Рюджин вздыхает.       — О нет, педиатры очень серьёзно относятся к Хэллоуину, — сообщает ей Чан. — Всю неделю перед праздником они приходят на работу в костюмах, даже врачи, чтобы порадовать детей.       — Это так мило, — радостно улыбается Юна, снимая свою сумку со скелета. Так вот где Джисон видел её раньше.       В этот момент раздаётся громкий смех — смех Бомгю, и все они поворачиваются к двери.       Группа из четырех человек, одетых как фрукты, выходит в сад, и выглядят они все не слишком счастливыми.       — О боже! — Юна начинает смеяться.       Джисон почти падает на колени, когда Уён, одетый как банан, подходит к ним с убийственным выражением в глазах.       — Ты выглядишь самой депрессивной клубничкой, которую я когда-либо видела, — чуть не плачет Йеджи, прислоняясь к барной стойке, чтобы не упасть, когда к ним подходит Джису. Два медбрата — Хонджун и Сан — одеты как яблоко и апельсин соответственно.       — О, ты выглядишь очень вкусно, — смеётся Чан, подходя к Хонджуну.              — Чувак, просто убей меня, — выдыхает он. — Я был так счастлив, когда они сказали, что в этом году мы не будем одеваться как диснеевские персонажи, не думал, что буду скучать по своему лёгкому костюму Тора, но вот мы здесь.       — Как ты вообще можешь двигаться в этом?! — хрипит Джисон.       — У нас сегодня просто была смена в регистратуре, где больше всего детей, — Сан тяжело вздыхает, прежде чем торжественно попросить у Чонина чего-нибудь выпить, чего угодно.       — По крайней мере, в них тепло, — пожимает плечами Хонджун.       — В прошлом году Ёнбок нарядился Эльзой. Я никогда не видел людей в таком замешательстве, как в тот день, — смеётся Субин.       Джисон смотрит на Ёнбока, который хихикает над воспоминаниями, прежде чем запеть нарочито низким голосом:       — Let it go…       Они бесцельно бродят по залу, с интересом отмечая, как толпа людей в возрасте 40+ становится всё больше. Их знакомят с Тэхёном, который разносит напитки и закуски, а также с группой других студентов, проходящих практику, и несколькими старшими сотрудниками.       Мина одета в эффектный, но удобный костюм мумии и, подыгрывая образу, дурачится с Бомгю, изображая, будто управляет им с помощью своих сил, заставляя его размахивать руками.       Джисон очень старается не оглядываться каждую секунду, но, если судить по довольным взглядам Чонина, Рюджин и Чана, получается у него плохо.       В этот момент появляется Чанбин, а с ним и Енджун.       Он знал, что Енджун собирается прийти в костюме лисы, потому что у него не было времени продумать наряд. Но он не догадывался, в чём будет Чанбин.       Тот не выделяется броским костюмом. Джисон сначала не понимает, в кого он нарядился, но стоит ему подойти ближе, как Черён начинает задыхаться от смеха.       — Боже мой, он одет как офицер полиции! — восклицает Рюджин.       — Он никогда в жизни так не укладывал волосы! Кто, черт возьми, ему это сделал?! — возмущается Черён. — Почему он выглядит так хорошо?!       — Иногда ему такое удаётся, — ухмыляется Джисон и подмигивает ей.       — Ты... ты только что подмигнул, а потом понял, что подмигивающий глаз закрыт повязкой? — Рюджин хихикает.       — Да.       — Я вас слышу, — мягко говорит Чанбин в тот самый момент, когда Хёнджин возвращается из туалета вместе с Юной и Саном… и тут же замирает, неспособный ни на что, кроме как завороженно смотреть на своего парня.       Чанбин, кажется, преисполнен какой-то странной уверенности в себе (вот какие чудеса творит полицейская форма), потому что он ухмыляется Хёнджину, подходя к нему.       — Вампир? Похоже, мне придется тебя арестовать.       Хёнджин хихикает, выходя из оцепенения, чтобы удержать Чанбина на расстоянии вытянутой руки и разглядеть получше.       — Ты выглядишь так сексуально! Где ты это нашёл?! Мы должны одеться в парные костюмы в следующем году!       Чанбин стремительно краснеет, Джисон знает, что это скорее из-за того, что Хёнджин сказал про следующий год, а не из-за слов о сексуальности.       Отвлекаясь на Чанбина с Хёнджином, он не замечает, как к их группе приближаются трое зомби (а с повязкой на глазу это сделать ещё сложнее), и почти кричит, когда один из них пытается укусить его за шею.       — КИМ СЫНМИН! — вскрикивает он, падая на Сана, который умудряется удержать его на ногах. — Ты сумасшедший!       Сынмин смеётся, потому что он и правда сумасшедший, белые контактные линзы нисколько не улучшают ситуацию.       — Он немного под кайфом от количества поглощённого кофеина, — фыркает Сонхва, хлопая его по плечу, прежде чем громко поприветствовать Сана, потому что… Они знакомы? Что?       А Джисон определенно подслеповат, потому что не видит, как Минхо подходит к нему и хлопает по плечу со словами:       — Джисон-а, ты теперь пират-зомби?!       Джисон снова подпрыгивает в воздух, заставляя Минхо отступить на шаг.       — Не знал, что у меня такой хороший макияж, но...? — смеётся он, когда Джисон бормочет себе под нос ругательства, оттягивая свою рубашку у горла.       Минхо, конечно, одет как зомби, именно этого он и ожидал. Он не ожидал увидеть фиолетовые волосы.       Не было никакой причины, по которой Джисон должен был перестать функционировать как нормальный человек только из-за того, что кто-то временно покрасил волосы в фиолетовый. Особенно если этот человек ещё и покрыт хаотичными брызгами искусственной крови, носит белые линзы (честно говоря, по-настоящему жуткие) и идеально вписывается в зомби-тематику, которую выбрала команда клиники.       Но, судя по всему, яркие цвета привлекают его так же легко, как какую-нибудь самку тропической птицы.       — Мне кажется, он больше похож на вампира, — встревает Рюджин, неосознанно спасая Джисона от того, чтобы выпалить что-то вроде «Вау, ты такой горячий, это нечестно».       — У него буквально повязка на глазу, — Минхо поворачивается и хмуро смотрит на Рюджин, которая начинает рассуждать о том, что вампиры тоже могут лишиться глаза.       Джисон сойдёт с ума.       — О! Моя драгоценная внучка наконец здесь! — хрипит Чонин, протягивая руки к Минхо, который напускает на себя притворно нежный тон и приветствует Чонина так, словно он и правда его бабушка.       — Чувак, пожалуйста, перестань пускать слюни на хёна, — хихикает Хёнджин у него над ухом. По крайней мере, Джисон видит его своим незакрытым глазом. — Держи себя в руках.       — Последний, от кого я хочу это слышать, — это человек, который спрашивал, есть ли у его парня, нарядившегося в копа, наручники, окей? — шипит Джисон, отмахиваясь от него.       — Это был просто невинный вопрос! — восклицает Хёнджин, уворачиваясь от размахивающего руками Джисона и весело смеясь.       — Боже мой, Хёнджин! — они оба оглядываются и видят, что Минхо обращается к скелету. — Боже мой, Хёнджин, что с тобой случилось?! — вопит он, когда Рюджин чуть не выплевывает свой коктейль.       — Ха-ха, — Хёнджин закатывает глаза, — хён...       — Я всё ещё слышу его голос! — говорит Минхо, вытирая фальшивые слёзы.       — Этот голос говорит, что ты тупица.       В этот момент резкий звук пронзает воздух, и к микрофону выходит мужчина в, пожалуй, самом нелепом хэллоуинском костюме. К его телу прикреплена фальшивая лошадь, по бокам свисают искусственные ноги, а сам он полностью облачён в ковбойский наряд, с лассо и прочими атрибутами. На сцене за ним уже собралась группа музыкантов. Мужчине приходится стоять боком, чтобы мордой лошади случайно не снести стойку микрофона.       — Здравствуйте! И добро пожаловать на наше маленькое мероприятие! — начинает говорить он.       — Боже, во что одет менеджер Сокджин, — съёживается Чонин, когда бросает взгляд на сцену. — Он один из тех менеджеров, которых редко можно увидеть за работой, но, тем не менее, он здесь уже почти восемь лет.       — О, такие люди самые лучшие, — говорит Енджун, — они работают незаметно, но при этом знают всё.       Мужчина на сцене представляет пожилую даму, без сомнения, какую-то певицу, исполняющую трот, и пожилая публика радостно приветствует её.       — Хёнджин-а, не мог бы ты взять меня под руку и станцевать со мной самый ужасный танец, который ты когда-либо танцевал за всю свою жизнь? — громко зовёт Чанбин.       Хёнджин делает вид, что обдумывает это предложение, хотя уже подходит к своему парню, когда звучит очень громкая музыка. Джисон хихикает. Он был прав.       Прошел всего час, а «дядюшки» уже направляюся на танцпол. Рюджин нетерпеливо тащит смущённую и неловкую Юну за Хёнджином и Чанбином, все смеются, когда они танцуют мрачный вальс под оптимистичную музыку.       — Учитывая все обстоятельства, это вполне неплохая вечеринка для Хэллоуина, — замечает Сынмин, когда Джисон садится на место, которое освободила Юна. Он автоматически берёт их напитки и ставит перед собой.       — Тут весело, — хохочет Ёнбок, глядя, как Хёнджин и Чанбин с полной серьёзностью отплясывают джигу, которая, похоже, и правда соответствует мотиву этой песни, что делает всю картину ещё забавнее.       — Кто-нибудь, пожалуйста, снимите это на видео… Подождите, у меня где-то был телефон, — Минхо хлопает себя по карманам брюк в поисках телефона и подходит к тому месту, где сидит Джисон.       — Я сниму, — говорит Чан, приближаясь к ним и трясясь от сдерживаемого смеха.       — Они что, пытаются имитировать движения кролика? — спрашивает Минхо, наблюдая за танцем.       — Вы серьёзно не знаете эту песню? — смеётся Черён. — Но да, это что-то вроде кроличьих движений.       — Каким образом это... — Минхо имитирует танцевальное движение, скрестив руки перед собой, — может быть кроликом?       — Ну, а кто ещё это может быть?       — Очень вежливый енот, — вставляет Субин.       — А мне кажется, кролики делают именно так, — задумчиво произносит Чан, складывая руки перед собой вслед за Минхо.       — Нет, — качает головой Джисон, обмениваясь взглядом с Минхо, который тоже выглядит озадаченным, — кролик, это...! — и Джисон, и Минхо немедленно поднимают руки, согнутые в локтях, образуя причудливые ушки над головой. Они оба поворачиваются, чтобы посмотреть друг на друга в шоке, который постепенно сменяется восторгом.       — Правильно! — кричит Минхо, указывая на Джисона. — Именно так нужно показывать кролика!       — Видите?! — спрашивает Джисон, поворачиваясь к Минхо с распростертыми объятиями. К его удивлению, Минхо на самом деле обнимает его в ответ, прежде чем указать на Чана.       — А у них это что вообще? — спрашивает Минхо, всё ещё обнимая Джисона.       — Хорошо, тогда я предлагаю вам обоим пойти на танцпол и научить их правильным движениям! — Черён улыбается.       — О, ты думаешь, я не пойду? — начинает Минхо, пытаясь утянуть Джисона за собой.       Тот же немедленно садится обратно на свой стул и вместо этого тянет Минхо назад.       — Ни в коем случае, зомби, если они считают себя кроликами, они имеют право на своё неправильное мнение, мы здесь не для того, чтобы учить людей танцевать, — смеётся Джисон, немного сопротивляясь Минхо, потому что тот, кажется, действительно собирается затащить его на танцпол?       — Боже мой, неужели Енджун и Рюджин устроили танцевальный батл?! — хихикает Сынмин.       — Мне нужны оба глаза для этого, — говорит Джисон, оттаскивая Минхо в безопасное пространство рядом с собой.       — Как тебе удаётся вообще хоть что-то видеть? — Минхо смеётся, и, легко уступая, делает шаг назад, чтобы прислониться к барной стойке рядом с Джисоном. Джисон сдвигает вверх повязку, и, ого, как же классно, когда есть оба глаза.       И правда, Рюджин с Енджуном устроили какой-то странный танцевальный батл, а Юна стремительной походкой направляется к ним с Минхо, заметно передёргиваясь от стыда, прячась за Черён и Джису.       — Им нельзя находиться поблизости, — выкрикивает она, хотя и смеётся.       — Эй, чей это парик? — спрашивает Тэхён, появляясь из ниоткуда с париком в руках. — Я нашел его вон там.       — Точно не кого-то из наших, — хихикает Джисон, когда Чонин начинает громко смеяться, махая им, чтобы привлечь внимание.       — Помните, как Минхо-хён надел парик на вечеринку-маскарад и объявил, что это весь его костюм?       — Что? — у Чана падает челюсть.       — Подождите, у меня есть фотографии!       — Это было три года назад, почему они до сих пор у тебя? — выпаливает Минхо.       — Вот!       — Хён, какого хрена?! — Джисон перепрыгнул бы через стойку бара, если бы это означало, что он сможет увидеть это фото в хорошем качестве.       На Минхо надет удивительно качественный каштановый парик, и футболка с надписью «Это мой муж», указывающая налево. Слева от него стоит Сынмин в футболке с надписью «Это моя жена», и они оба пристально смотрят друг на друга.       — Тогда-то и начались все эти шутки про женатую парочку, — хихикает Чонин.       — Мы в разводе, следи за новостями, — Сынмин закатывает глаза.       — Точно, теперь у него есть я! — восклицает Ёнбок, прижимаясь к Сынмину, который чуть не падает со стула, не готовый к дополнительному весу, навалившемуся на него. Чан, смеясь, удерживает их обоих в вертикальном положении.       — Оппа, как, чёрт возьми, ты выглядишь лучше меня в парике, это несправедливо?! — говорит Черён, прежде чем Чонин снисходительно проводит пальцем по экрану и показывает селфи, которое Минхо сделал в парике с фильтром. Он действительно выглядит точь-в-точь как женщина.       Джису, Черён и Юна ахают, а затем смотрят на Минхо, который краснеет и тут же отворачивается, чтобы избежать лишнего внимания.       К удивлению Джисона, вечеринка действительно неплохая. Конечно, мероприятие изначально не было рассчитано на молодежь — они буквально одни из немногих представителей своего поколения здесь, остальные в основном сопровождают пожилых родителей.       Они отходят в дальний угол бара, чтобы не занимать место в центре, где толпятся желающие заказать напитки. Чонин, Бомгю, Мина и ещё двое сотрудников работают без передышки.       Одна из них — девушка с руками, покрытыми татуировками, которые могли бы дать фору даже рукавам Чанбина, — особенно выделяется. Она виртуозно жонглирует бутылками, разливает напитки и одновременно весело болтает с пожилыми тетушками. И всё это в костюме Эдварда Руки-ножницы.       Другой бармен, с обаятельной ямочкой на щеке, умело справляется с чересчур энергичными дядюшками. Он же, по совместительству менеджер бара, выполняет ещё одну важную миссию — вежливо, но твёрдо выпроваживает слишком подвыпивших гостей.       Несмотря на загруженность, они работают слаженно, в унисон, передавая друг другу бутылки, стаканы, различные ингредиенты, открывашки для бутылок.       Джисон слушает, рассказ Минхо о том, как Сынмин считал себя выше того, чтобы ступить в Дайсо, когда их внезапно окатывает потоком ледяной воды и чем-то, подозрительно пахнущим мятой. Больше всего достается Минхо, хотя и Джисону немного перепадает.       Мина ахает, шейкер, который неожиданно вылетел у неё из рук, стал причиной внезапного ливня.       — Боже мой, о нет!       Минхо удивленно моргает, потрясённый.       — О, мне так жаль, Минхо-ши! — восклицает она, сразу же хватая бумажные полотенца, в то время как Чонин быстро вытирает беспорядок на барной стойке.       — Всё в порядке, Мина-ши! — смеётся Минхо. — Я не ранен, ничего такого...       — Ох, у тебя искусственная кровь растекается! — восклицает Чонин.       Джисон быстро хватает одно из бумажных полотенец и прикладывает его к голове Минхо, где было больше всего липкой крови.       — Ты уверен, что всё в порядке? — обеспокоенно спрашивает Мина.       — Серьёзно, всё хорошо, — улыбается Минхо со смешком, — наверное, мне это было необходимо, теперь я чувствую себя таким бодрым.       Мина смеётся, всё ещё с извиняющимся видом.       — Пожалуйста, высушись, я сделаю для тебя бесплатный напиток! — говорит она ему искренне.       — Хён, я помогу, — говорит ему Джисон, забирая у Мины ещё несколько бумажных полотенец.       Минхо хихикает, пока они добираются до туалета — или, по крайней мере, до коридора рядом с туалетом. Там целая очередь желающих зайти, поэтому Джисон просто останавливает Минхо около стены и помогает ему привести себя в порядок.       Он даже не подозревал, что внутри так шумно. Ну, то есть, снаружи. Но там было шумно, а здесь хорошо и тихо. Он также не подозревал, что у него уже болит голова. Что ж. Это раздражает. Теперь, когда он это заметил, будет ещё больнее.       — Вот что бывает, когда слишком увлекаешься фальшивой кровью, хён, — говорит он весёлым тоном, когда Минхо прислоняется к стене и слегка приседает, чтобы Джисон мог попытаться как-то стереть очень обильное пятно крови у него на голове, медленно стекающее вниз к виску. Минхо щурится, наверно, у него пересохли глаза из-за неудобных линз.       — Мы решили, что у нас должна быть какая-то сюжетная линия о том, как мы обратились, — объясняет Минхо. — Все согласились, что Рюджин заразилась бы первой, а потом укусила бы Юну. Затем она набросилась бы на Сонхва, а он попытался бы защититься, но всё же его бы укусили за руку. Затем мы с Сынмином попытались бы убежать, но я, вероятно, споткнулся бы, ударился головой, потерял сознание и был бы растерзан, пока Сынмин, сочувствуя мне, пытался бы помочь, но его поймала бы Рюджин.       Джисон замолкает, уперев руки в бока, с весёлой гримасой на лице.       — Да, ребята, вы и правда слишком увлекаетесь зомби, — говорит он, буквально соскребая синтетическую запёкшуюся жижу с фиолетовых волос Минхо. — Почему это так отвратительно, хотя я знаю, что она ненастоящая.       — В прошлом году я был в костюме жирафа, — ухмыляется Минхо. — Я бы сказал, что это серьёзный апгрейд.       — Только не в том случае, если ты потеряешь глаз, — фыркает Джисон, — тогда тебе самому понадобится повязка.       Он осторожно вытирает фальшивую кровь, которая грозит попасть Минхо в глаза.       — Я чувствую, как она стекает, Джисон, просто приложи всю эту салфетку к моему лицу!       Джисон смеётся и вместо этого вытирает другую капельку краем рукава.       — Это не отстирается.       — Да-да, — Джисону всё равно. Это очень дешёвая рубашка, которую он купил онлайн, и вряд ли наденет когда-нибудь ещё. — Просто... не дёргайся...       Он аккуратно берёт Минхо за подбородок, удерживая его большим и указательным пальцами, останавливая любое движение.       Минхо мгновенно замирает, а фраза, которую он собирался произнести, обрывается на полуслове.       Джисон тут же отпускает его и поспешно возвращается к вытиранию других участков лица, с которых стекает фальшивая кровь.       Прочистив горло, он отступает назад:       — Всё чисто, хён.       Минхо, не глядя на него, тоже откидывается назад.       — Спасибо, Ханни. На этикетке было написано, что она нетоксична, но никогда не знаешь наверняка.       — Да…       — Ребята, вы не видели мою шапку?! — спрашивает Джису, проходя мимо и давая Джисону столь необходимую возможность отвлечься. — Я имею в виду, мой клубничный хвостик?       — Как ты его потеряла? — Джисон смеётся, делая второй шаг назад.       — Теперь я вижу ещё хуже, — заявляет Минхо, немного неуклюже нащупывая путь. — Хотя, не скажу, что я хорошо видел до этого.       — Хён, хочешь, я схожу за твоим пальто? — спрашивает Джисон, пока Джису стонет, напряженно размышляя о том, где может быть клубничный хвостик. В ответ Минхо просто протягивает ему свой номерок.       — Ах, хён, ты так мне доверяешь, — ухмыляется Джисон.       — Давай будем честны, у тебя вряд ли получится сильно нажиться, ограбив меня, — смеётся Минхо, всё ещё не глядя на него, а затем обращается к Джису: — Помочь тебе поискать?       — Было бы здорово, — с благодарностью произносит она, прежде чем добавить: — У тебя кровь течет по шее.       Минхо со стоном принимается вытирать шею, а Джисон, посмеиваясь, направляется обратно в сад.       Внезапно вокруг оказывается слишком много людей — все скачут, танцуют и громко поют. Джисон, конечно, любит повеселиться под песни Псая, но резкий всплеск энергии и шума сбивает его с толку, и он на мгновение замирает.       Он почти уверен, что Енджун каким-то образом оказался в самом центре танцпола. Уён тоже? Ни один банан не должен двигаться так изящно.       Шум возникает внезапно и сразу накрывает с головой — толпа людей, громкая музыка. Джисон смутно отмечает, что организаторы действительно хорошо постарались, сделав это место таким звукоизолированным.       Разве десять минут назад тут было так же громко?       Всё это давит на него дополнительной тяжестью, как будто гравитация дала сбой, и каким-то образом его потянуло вниз ещё сильнее. Головная боль тоже усиливается, а зрение немного затуманивается.       Каким-то образом он добирается до входа, где, к счастью, видит Тэхёна, болтающего с кем-то ещё. Он изо всех сил старается улыбнуться как обычно и протягивает номерок от пальто Минхо.       Басы внезапно становятся громче, как раз в тот момент, когда Тэхён протягивает ему пальто, и Джисон не может там оставаться.       Он поспешно направляется в противоположную сторону, в главный вестибюль отеля.       Мимо проходят случайные люди, направляясь либо в лобби, либо на мероприятие, — никто не удостаивает Джисона взглядом, вероятно, принимая его за пьяного.       Дерьмо.       Он находит уголок и прислоняется к стене, медленно вдыхая и выдыхая.       Он не уверен, сколько времени провёл здесь, просто пытаясь отдышаться, но теперь знает узор глянцевой плитки в коридорах отеля почти наизусть.       — Ты в порядке?       Джисон слегка вздрагивает, прежде чем понимает, что это Минхо. Голос тихий, но слышимый, несмотря на белый шум, который всё ещё стоит в ушах.       — Да-да, извини, хён, просто немного закружилась голова, — объясняет Джисон.       Минхо смотрит на него немного обеспокоенно.       — Твои контактные линзы? — спрашивает Джисон, внезапно вспомнив, почему он цеплялся за пальто Минхо. Он медленно выпрямляется — его спина болит из-за того, что он сидел сгорбившись, — и протягивает ему пальто.       — Они были временные, — отвечает Минхо, забирая пальто, затем роется в кармане, достаёт очки из футляра и надевает их. — Вот, теперь вижу лучше. Полный 1080 HD.       Джисон изо всех сил старается изобразить естественную улыбку, но у него получается скорее гримаса. Минхо быстро оглядывается по сторонам, явно напряжённо размышляя. Джисон не хочет поднимать шум. Он бы предпочёл побыть где-нибудь наедине или, может быть, просто уйти.       Вместо этого Минхо осторожно приобнимает его и разворачивает, чтобы пойти туда, где сидит Тэхён и его коллега.       — Я, э-э, не думаю, что хочу возвращаться, — морщится Джисон.       — Мы не возвращаемся, — говорит ему Минхо. — Мы заберём твое пальто.       — О-о-о…       — Давай свой жетон.       Джисон протягивает ему номерок.       — О, ребята, вы уходите? — Тэхён улыбается им, вставая со стула и протягивая руку за жетоном.       — Я слишком стар для таких тусовок, — говорит Минхо этим двоим. — А ещё у меня идёт кровь.       Тэхён весело смеётся, протягивая ему пальто Джисона.       — Можешь передать Чонину, что я ушёл? Я отправил ему сообщение, но не уверен, что он проверит телефон, — говорит Минхо.       — Конечно, без проблем! Спокойной ночи! — улыбается Тэхён.       — Ты уверен, что не хочешь остаться, хён? — спрашивает Джисон.       — Я голоден, — объявляет Минхо в ответ. — Давай, Джисонни, пойдём терроризировать работников Макдональдса.       — Но, хён, — Джисон чувствует себя частично смущённым и разочарованным в самом себе. — Тебе не обязательно было?..       Минхо с улыбкой берёт его за руку.       — Давай, Ханни, я думаю, мы оба почувствуем себя лучше после трёх порций картошки фри.       Джисон позволяет себе подойти ближе и осторожно переплести их пальцы. Он нервно поглядывает на Минхо, когда тот смотрит на него. Но старший просто продолжает улыбаться, даже слегка притягивает его к себе.       — Ничто так не поднимает настроение, как картошка фри, — это всё, что он говорит.       Контраст между уютным отелем и шумной улицей снаружи настолько резкий, что у Джисона возникает ощущение, будто он вот-вот соскользнет с края мира. Но Минхо лишь крепче сжимает его руку, и Джисон цепляется за это тепло, которое возвращает ему ощущение гравитации.