Повесть о звёздном чародее

      Мраморный туман волнами осел на не успевшую прогреться землю, но, в свою очередь, только восходящий рассвет уже успел озарить его огненными красками. Кончики сосен, словно факела, горели над лесом, украшая утреннее небо, а высокие горы-гиганты добавляли в эту картину ярких зелёных оттенков.       Половица скрипит протяжно, громко, передавая неторопливые шаги их владельца. А он же и не собирается торопиться — всё так же сидит и перебирает холмы из свитков, столбы книг и города колб, небрежно оставленных и совершенно забытых на подоконнике.       Как только первые лучи рассветного солнца чудом пробрались под синие шторы, неизвестный встаёт и одним махом оттягивает плотную ткань, давая свету озарить комнату. После долгого пребывания в темноте, глаза совершенно отвыкли от таких контрастных цветов, поэтому он замирает не менее чем на пять минут, просто вглядываясь в лесные красоты.       Необычные фиалковые волосы развевает лёгкий ветерок, пробившийся через приоткрытое окно. Глаза сверкают, а все дела отходят на второй план, стоит только подумать о предстоящем дне…       А нашего героя зовут Сэнди. Невысокий, мягкой внешности парень, с безумно красивыми розово-фиолетовыми кудряшками, и почти такого же цвета глазами. Так вышло из-за одной не совсем удачной магической реакции, поэтому перекраситься он не может.       И если говорить насчёт реакций… Сэнди потомственный маг. С детства вся его родня внушала, мол «ты станешь великим» или «ты взойдёшь на трон», но сам паренёк этого никогда и не хотел. Его целью всегда было остаться в тишине, поэтому он живёт посреди леса, уверенный, что дорогу сюда знает только он.       Сейчас маг в «зимней спячке», но вскоре наступит весна, и он, как раньше, начнёт использовать магию во благо. Не сказать, что он умел многое, просто знал достаточно о звёздах и людских сновидениях. Да что там людских, он и животных частенько лечит от бессонницы. Стоит только попросить, денег Сэнди не берёт.       В посёлке прозвали его Звёздным чародеем, но никогда он не давал людям увидеть своего лица. Была у Сэнди красивая маска, сделанная из оленьего черепа и разных сушёных трав, а надевал он её только на выход, чтоб в посёлке ходить свободно, не боясь расправы.       Но ведь Сэнди маг, при чём положительный! Как можно желать ему смерти?       Не все считают магию хорошей. Не так давно, всего столетие тому, полег на сих владениях король молодой, только взошедший на трон. А причиною тому стал чёрный маг, явившийся в его владения ночью. Настолько был могущественным тот человек, и непонятно даже, человек ли, что до сих пор ходят легенды о его умениях и потаённой силе, а кто-то даже молвит, что, возможно, жив ещё тот чародей, и ходит по землям чужим, убивая всё на своём пути.       Но Сэнди никогда те легенды и за серьёзное что-то не считал, лишь вздыхал, глаза закатывая, когда приходилось с собой сравнения выслушивать.       Потому и стремаются его некоторые, кто в лес густой ступить боится, а коль узнают, что в дремучей чаще и волки, и медведи, и оборотни водятся, так только пятки быстрые и сверкают. А чародею от этого ни жарко, ни холодно, всё равно работает за спасибо чистосердечное, но из леса ни за что не переселится. Тут у него есть всё, что может только пожелать душа: и травы разные, и звери прекрасные.       Сейчас он из мешка небольшого монеты достаёт, считая нужное количество, да в город собирается, вещиц для обрядов подкупить и книг новых, про астрономию. Это была его единственная сильная страсть, не считая, конечно, садоводства.       На плечи был быстро наброшен тёмно-фиолетовый плащ, а на лице уже красовалась маска. В кармане звенели пару десятков рупий. Сэнди отворяет старые, трухлявые двери и, мимолётно окинув взглядом свою родную избу, скрывается в тёмной гуще плотно растущих деревьев.

***

      На площади было шумно. Уличные музыканты напевали свои авторские песни, а бездомные рассказывали анекдоты, надеясь на какую-никакую копейку. Люди метались от одного ларька к другому, лишь бы прихватить чего по скидке. А Сэнди сам-то тут именно и за этим. Час побродит где-то в тени, а когда все разойдутся — пойдёт да скупит остатки.       Был в этом городке ещё один квартал, куда даже нос сунуть страшно. Сразу клином в сердце. А звался он «Скверна». Туда лишь маги имели право заходить, и те, кто изгнан был из королевства, а коль такие там посетители, то аура сразу ясно — чёрная. Сэнди раз, не более, прошёлся там рядом, и сразу руки мурашками покрылись, потому и не бродил больше даже близко.       Сейчас курс он держит к старому отстранённому стенду, который, видимо, во временно́е пространство провалился, ведь держится только на добром слове. А за ним стоит старичок. Низенький, да с бородкой длинною, что зелья магические продаёт. Но мало кто верит в рабочие свойства этих жидкостей, ведь пользоваться нужно правильно, поблажек магия не даёт. Потому и продажи у зельевара идут не очень.       — Здравствуйте, Мистер Джин, — здоровается Сэнди и мило улыбается, скорее по привычке, ведь знает, что тот увидит лишь сверкающие глаза. — Что у вас сегодня есть?       — Денёчек добренький, Звёздный! Чего тебе надобно? Поищу чего захочешь!       Джин развел руками, показывая ассортимент, а чародей даже глазом не повёл, сразу молвил:       — Есть удобрения?       Вопрос был риторический, конечно есть. Парень всегда точно знал, когда нужно прийти, чтобы получить то или иное зелье. Дедуля ехидно улыбнулся и жестом попросил подождать, а сам скрылся где-то в тени палатки.       Гул чужих голосов, словно по щелчку пальцев, резко оборвался. Ощущалось это как невесомость, частичная глухота. Но образную тишину прервали слишком громкие для сего шаги и монотонный звон маленьких колокольчиков.       Сэнди вздрогнул, ощущая чьё-то присутствие, но обернуться сил не оказалось, потому он просто замер, глазами провожая силуэт Джина за ширму палатки.       Незнакомец лёгким шагом, словно по шёлковой дорожке, всё ближе подходил, пока не оказался почти вплотную, по правую руку от мага. Захотелось взглянуть на его лицо, но каково же удивление застало Сэнди, когда вместо привычных черт он увидел такую же, словно с книги списанную маску, как носил сам. С виду она напоминала драконью голову, но слишком маленькую, чтобы закрыть всё лицо.       Незнакомец взаимно обернулся, давая лицезреть свою уж через чур красивую улыбку. Сэнди так бы и глядел, не отрываясь, если бы из-за ширмы не вернулся Джин с красиво перевязанной лентой корзинкой.       Визави отвлёкся, поворачиваясь уже к продавцу.       — Здравствуйте, есть у вас колбочка «бодрости»? — прозвучал красивый мужской голос.       — Сию минуту, мистер!       Старичок махнул рукой звёздному магу и поставил перед ним ёмкости разных размеров и, кажется, наполнений, а после вновь скрылся в тени.       Звёздный, с трудом отвернувшись, взял две разные колбы и с неподдельным интересом вчитался в текст… «Гиацинты», «Амброзия», «Лианы»… Бинго!       — Лианы? Весьма интересный выбор. Нынче не каждый берётся выращивать такие сложные и требовательные растения, — вновь, словно шелест листьев, молвил голос сзади. Он, почему-то, уж больно был знаком звёздному, но вспомнить откуда сознание сейчас не в силах.       — Я, наверное, уже полвека за них не брался. Коль весна проснулась, почему бы не вспомнить старое? — усмехнулся он, поставив остальные колбы обратно в корзинку. — А Алтайские лианы самые длинные в Междуречье, потому и найти их сложно, всё скупают, как только начинается сезон.       Незнакомец, вновь любезно улыбаясь, слушал, кажется, очень заинтересовано. Быть может, так же к садоводству душа лежит?       — Вы правы, даже на международном рынке их не сыскать. — он глядит на колбу, а после на успевшего снова выйти старичка.       — Вот, любезный, выбирайте что вам требуется, — он с три секунды молчит, а после продолжает монолог. — Чего ты взял, Звёздный? Второй номер? Ого.       Он ловко перехватывает ёмкость из рук мага и, присмотревшись, цитирует:       — Три рупии, пожалуйста, — и тянет руку, пока звёздный, торопясь, шарит в кармане…       — Я заплачу! — не переставая улыбаться ступает ближе парень с маской-драконом. Теперь он, казалось, в паре сантиметров от чужого плеча.       — Ох, не стоит…       — Примите это как мой комплимент.       Словно подготовившись ещё до встречи, он достаёт 20 рупий, что явно превышало стоимость обоих зелий в сумме, добавляя краткое «Без сдачи. До свидания» и в последний миг кладет руку на плечо звёздного мага.       Сэнди не успел даже слова выпустить, как парень в маске скрылся, и лишь кусок зелёной ткани мелькнул где-то за поворотом.

***

      Домой вернулся он поздно. Ещё час бродил по Варуно, размышляя об увиденном.       Чего же этот человек так в душу въелся? Обычный же проходимец, любящий растения. Но чувство дежавю не покидало сознание как бы того не хотелось.       В фонтане блеснула монета, и резко вспомнились бледно-зелёные глаза того парня, при чём так ярко, будто бы он стоит прямо тут, перед ним. После же нахлынула волна смущения. На шее фантомно отразилось касание руки и лёгкое дыхание, заставляя щёки слишком сильно гореть.       Дома оказалось, на удивление, слишком тихо. Обычно огромное количество колокольчиков, звенящих на ветру, создавали отдельную симфонию, что, в своём роде, успокаивало чародея, а сейчас даже пол, кажется, не скрипел.       Пройдя внутрь, он скинул плащ и оставил маску у порога. Все книги снова были хаотично разбросаны по комнате, словно пару часов назад он вовсе и не убирал, а свитки были кем-то порваны. Картину дополняли большие волчьи следы на полу спальни, и звёздный с ужасом обнаружил, что забыл закрыть окно. Такое уже было. Поскольку маг часто не высыпается, его иногда подводит память и внимательность, поэтому достаточно забыть закрыть форточку, и вот, просыпаешься в обнимку с белкой и оленёнком.       Тяжело вздохнув, парень принимается складывать всё обратно, коль уже случилось, то что поделаешь? Опять до ночи провозится и ляжет спать под рассвет, а потом городские возмущаются, мол, чего проспал.       — Хотелось мне хотя бы когда-то отоспаться. — уже по привычке болтает тот. Наверное, единственное, что отвлекало от тошнотворного одиночества, по футу сводящего с ума. А хотелось бы и друзей завести, и, возможно, даже семью какую-то.       Но вот он, гордость семьи, собирает разорванные по собственной глупости бумаги, и мечтает увалиться спать, лишь бы навек, и не просыпаться.       Потом выходит из дома, украдкой взглянув на вечернюю зарю, и по проступившему ночному морозу плетётся за хату. Нужно влить удобрения до полнолуния, или эффект будет не тем.       Рука в кармане нащупывает небольшую колбу, а разум сам прокручивает воспоминания о незнакомце в маске-драконе, ещё даже не догадываясь, что произойдёт спустя одну лишь тяжкую ночь…