Тысяча способов убить тебя

— Мои друзья были в опасности... — Сер Пентиус всхлипывает, глядя на большую божественную птицу перед собой. — Черри была в опасности… Я не мог просто бездействовать! Аластор отворачивается от этого сопливого зрелища, громко фыркнув. За четыре дня пребывания здесь, Рай у него уже в печёнках. Умер он значит на руках у Люцифера и... резко оказался в большом светлом здании перед двумя Серафимами. Так ещё и стал выглядеть как-то… приторно сладко, так по-райски, с этими дебильными более малиновыми волосами, розовым костюмом и нимбом с крыльями в придачу. Стать оленем в аду было не так уж и страшно, но стать буквально сраной певчей птицей в раю! Серьезно, зачем оленю крылья? Это такая шутка? — Он был искуплен, — глаза Серы засияли, когда она смотрела на бывшего демона-змея перед собой. — Не может такого быть! Он по-любому солгал! — Лют взмыла в воздух, активно жестикулируя руками.  — Я не почувствовала в его словах лжи,— Спикер Бога моргнула, глядя на ангела, что была готова буквально взорваться. — Мы не должны им верить! Как глава экзорцистов я должна…! — Эм, простите, Мисс Лют, но мне кажется, что теперь я глава ангелов экзорцистов.  В этой незамысловатый диалог вмешивается ещё один ангел, как стало ясно ранее — сын Адама. Радио-демон, вернее, уже бывший радио-демон стиснул зубы. Как же ему надоело уже битый час выслушивать споры ангелов насчет их с этим змееподобным судьбы и предположения, как они сюда попали, да прочие их разногласия. Аластор устал вникать в их тупые беседы. Он просто хочет домой. Единственное, что он понял — искупление очень странная штука, ибо почему его, — убийцу-каннибала, — так легко запихали в Рай?  — Дитя моё, а теперь ты поведай нам свою историю. Бывший грешник выходит из раздумий, моргнув, когда к нему обращаются. Углубившись в собственные мысли, он и не заметил как ангелы уже успели решить между собой разногласия. Аластор дергает пушистым ухом, хмыкнув. Соврать не получится, ибо эта пернатая пташка чувствует ложь. Но ладно, он и не собирался врать. Он скажет всё как есть и надеется, что его слова им не понравятся.  — О, я? Что ж, я убивал при жизни, убивал после смерти, ел людей. Ах, да, ещё я трахал и вышел замуж за дьявола,— он пожимает плечами, широко лыбясь, игнорируя неодобряющие взгляды и перешептывания среди ангелов. — Впрочем, ни о чём ни жалею. Защитил своего мужа от удара святой благодати и теперь оказался тут. Если бы знал, что спасение его тощей задницы приведёт к попаданию в Рай, дал бы ему помереть. Всё равно пытался его убить всё прошлое столетие.  Под конец его монолога, весь зал ахнул и начал активно переговариваться. Ах, как же радиоведущий надеется, что после его рассказала, высшие чины пинком под зад выпрут его из Рая. — Вышел замуж за дьявола?! Да он же прямо связан с Королём Ада! Они оба точно были посланы сюда от Морнингстара, дабы разрушить Рай! Их надо уничтожить! — Лют вскипела ещё сильнее, взмывая к Сере. — Ваше Высочество, вы самая разумная здесь! Не ведитесь на поводу у этих грязных отродий! Эмили обеспокоено посмотрела на Верховного Серафима, что потупила взгляд в пол. — Они не должны быть здесь! Они убили Адама! — экзорцистка начинает рвать на себе волосы, уже впадая в истерику. — Мы должны их… — Довольно, Лют, — Сера всё же прерывает гневный монолог ангела, строго на неё посмотрев. — Дай Спикеру Бога внести своё слово. Радиоведущий дёргает новоприобретёнными крыльями, вздохнув. Срутся ангелы достаточно забавно, но всё же, было бы очень-очень славно покинуть это место.  — Твои слова почти правдивы, Аластор, — голос Спикера Бога разносится эхом, заставляя невольно вздрогнуть. — Даже если бы ты знал, что спасение твоего возлюбленного приведёт к попаданию в Рай, ты бы всё равно спас его. Пожертвовать жизнью было невероятным подвигом, поэтому ты и здесь. Этим поступком ты искупил все свои грехи. Аластор скрипит помехами, поморщившись от чужих слов. Кстати, скрип статистики и радиофильтр в голосе  — единственное, что удалось выжать из его прошлых способностей, ибо все остальные почему-то пропали. Он пытается сохранить лицо невозмутимым, когда его глаз слегка дёргается. — Как бы то ни было, я думаю, что рассказал всё, что мог. Искупил грехи, говорите? Это конечно славно, но, к величайшему сожалению, желания оставаться здесь у меня нет. Поэтому я бы предпочел, чтобы вы отправили меня вниз. — Это исключено, — Аластор переводит взгляд на Серу, которая элегантно поправляет свои волосы. — Вы оба — реабилитированные души, поэтому ваше место здесь, в Раю. Бывший грешник сильнее хмурится, натянув улыбку до предела. — Понимаете, сам Рай никогда не был мне по душе, да и к тому же, мой супруг с ума сойдёт, думая что я мёртв, поэтому… Аластора перебивают, так и не дослушав. — Заседание окончено. Две эти души остаются в Раю. Эмили, покажи им окрестности. Радиоведущий недовольно дёргает ушами. Вау, Люцифер был прав, Рай действительно очень хороший слушатель. К ним подлетает Младший Серафим, буквально светясь от радости. — Аластор, Сер Пентиус, вам тут понравится! — она чуть ли не пищит, хватая их обоих за руки и телепортируя на главную улицу Рая. Аластор щурится от чересчур яркого солнца в небе. А он-то думал, что хуже того зала суда не будет. Как оказалось, будет. И его сейчас просто стошнит от всей этой ванильной атмосферы. Ну ничего, он обязательно найдёт выход отсюда.

***

— Пап, мне кажется, что ты всё ещё не в порядке... — Чарли сжимает кружку горячего чая, глядя на сгорбленную фигуру отца, что сидит напротив.  Спустя прошлого истребления и строительства нового Отеля Хазбин прошёл уже месяц. После убийства Адама, ангелы-экзорцисты больше не прилетали истреблять грешников. Хотя, это больше похоже на затишье перед бурей. К Чарли пришло аж три новых постояльца, поэтому её тренинги искупления теперь проводятся гораздо чаще. Ну, а что насчёт Люцифера? Он, после многочисленных уговоров Чарли, всё же переехал в отель, соорудив себе башенку-яблоко на самом верхнем этаже. Всё равно во дворце было оставаться горько, ибо после того, как он похоронил Аластора, он никак не смог вернуться к привычной жизни. Ну как тут вернёшься? Радио-демон был его привычной жизнью. У Владыки Ада осталась только одна поддержка и опора — дочь. Чарли приходит к нему каждый день, чтобы поболтать и просто узнать, не падает ли Морнингстар духом. Она чертовски за него волнуется, ибо прекрасно видит, что с каждым днём он увядает всё сильнее и сильнее.  — Может, тебе стоит попытаться найти психолога? — вкрадчиво интересуется принцесса, не сводя глаз с отца. Люцифер невесело усмехается, отпив свой напиток. Чарли всё ещё такая наивная. — Это ад, Чар-Чар. Я неуверен, что смогу найти здесь хорошего специалиста, да и к тому же… — падший устремляет взор на окно, где за горизонт заходит красное солнце. — Время лечит, я справляюсь. Чарли лишь вздыхает положив ладонь поверх лежащей на столе руки Люцифера. — Я просто очень за тебя переживаю, пап. Я знаю, что время лечит, но мне кажется, что тебе с каждым днём становится только хуже… — блондинка сжимает его руку, пока её брови сдвигаются к переносице. Люцифер, несмотря на собственное горе, поддержал её, когда она упала духом тогда — на истреблении, и эта поддержка была самым нужным в тот день. И теперь она очень хочет отплатить ему той же монетой. Хочет помочь выйти из депрессии после смерти Аластора. — Может тебе надо развеяться? Я вечером устраиваю вечеринку в честь Грешнества и была бы рада, если бы ты там тоже появился. Тебе правда надо сменить обстановку. Морнингстар устало проминает виски, прикрыв глаза. — Чарли, я итак сменил обстановку, переехав в отель. Я понимаю, ты стараешься, но… — он смотрит на лицо дочери, глаза которой почти превратились в щенячьи. Сатанья жопа…Она так старается помочь… — Ладно, я прийду.  — Спасибо, пап, — Чарли мягко улыбается, убрав свою руку и встав со стула. — Я уверена, что капелька веселья в приятной компании тебе поможет, вот увидишь! Люцифер натягивает улыбку и, тоже поднявшись, направляется к двери, дабы закрыть за дочерью. — Наверное, ты права, Чар. Принцесса пересекает порог, в последний раз улыбаясь падшему. — Вечеринка будет в девять! — Постараюсь не опоздать. Морнингстар закрывает дверь и, когда слышит, что шаги Чарли стихли, он медленно спускается по двери, тяжело вздыхая. Вряд-ли вечеринка поможет. Вряд-ли вообще хоть что-то поможет. Он запутывается рукой в своих же волосах, прикрывая глаза. Как же он чертовски устал… Он не знает, сколько ночей уже не спал, но точно много. Чёрт, он просто хочет вернуться к привычной жизни… К привычной жизни с Аластором… Падший медленно встаёт, опираясь о дверную ручку. Надо сегодня навестить радио-демона. Может, тогда станет чуточку лучше?

***

Светящийся портал закрывается, когда падший становится на землю и вдыхает воздух полный серы. Он купил букет роз в местной цветочной лавке, дабы положить их на могилу. Похоронил он Аластора на заднем дворе своего замка, поэтому сейчас он туда и направляется. Это первый раз, когда король его навестит, ведь до этого было просто тяжело. — Ты говорил, что на Грешнество пожелаешь, чтобы я поскорее сдох, — блондин останавливается возле могилы, невольно сжав букет цветов в руках. Он хмурит брови, когда чувствует тяжёлый ком в горле. — Чёртов лжец. Лицемер. Придурок. Люцифер опускается на колени перед могилой радио-демона, горько глядя на надгробие. — Какого чёрта ты отдал свою жизнь ради меня?! Если умереть было твоим новым уникальным способ покушения на мою никчёмную жизнь, то это просто… просто тупо, — он всхлипывает, наконец, отпуская несчастный букет. — Пошёл ты, Ал… Я ведь так чертовски скучаю… Он прикрывает лицо руками, усмехаясь. Увидев его Аластор сейчас, рассмеялся бы над ним, назвав жалким. Хотя, так оно и есть. Сейчас он чертовски жалок.

***

Падший возвращается назад в свой номер в отеле с радио Аластора подмышкой, которое он забрал из их бывшей совместной комнаты в замке. Старомодный олень просто души не чаял в этом аппарате. Владыка Ада аккуратно поставил радио на прикроватную тумбочку, устало плюхаясь на кровать. Надо попытаться поспать. Он щёлкает пальцами, и в руках появляется пальто радио-демона. Чёрт, сколько столетий ему понадобится, дабы смириться с утратой этого гада?…  Морнингстар надевает свою домашнюю футболку, поверх которой набрасывает пальто Аластора. Падший сворачиваться в клубок на мягком матрасе, тяжело вздыхая. И вот, он уже был готов провалиться в сон, как резко, звук открывающегося портала заставил дёрнуться и моментально открыть глаза. Ох блять…

***

Аластор шагами меряет свою комнату, продумывая дальнейшие действия. В этом отвратительно приторно светлом месте он провёл уже месяц. И он сыт по горло! Потерял почти всякую надежду вернуться, но… Губы растягиваются в зловещей улыбке, когда он с лёгкостью призывает теневые щупальца. Буквально вчера к нему вернулись прежние силы, даже в большем объеме чем раньше, и теперь он точно сможет свалить отсюда.  Радиоведущий шире ухмыляется, направляясь к двери. Он даст этим райским ублюдкам шанс отпустить его добровольно. Сейчас он ангел как никак, поэтому, будет действовать более гуманно и даст этим ублюдкам право выбора. Не согласятся — пусть пеняют на себя.

***

— Эмили, рад видеть, — Коротко бросает Аластор, схватив проходящего мимо Младшего Серафима за локоть. Наверное, он действительно рад её видеть, ибо уже битый час искал её буквально по всему городу. — Я могу поговорить с Верховным Серафимом?  Эмили останавливается, аккуратно выдёргивая руку из чужой железной хватки. — Привет, Аластор, — она неловко улыбается, делая шаг назад. — Прости, но Сера сейчас очень занята. Радио-ведущий скрипит зубами, нахмурившись. Наверное, гуманно всё же не выйдет. — Я задаю тебе этот вопрос почти каждый день. Она «занята» последний месяц, а мне нужно домой, — он рычит, сжимая кулаки. — Мне плевать, что она там делает, как мне её найти? — Мне жаль, Аластор, — девушка делает ещё один шаг назад, дёрнув крыльями. — Но тебе ведь уже не раз говорили, что ты не можешь попасть назад в ад. Ты — реабилитированная душа, твоё место здесь. Мне правда очень жаль, но с этим ничего нельзя поделать. Его место, блять, не здесь! Улыбка становится почти бешеной, когда Аластор чувствует, как его рога начинают увеличиваться, но он старается подавить это, как и ярость. Ещё секунда и он опробует свои восстановившиеся силы на Эмили. Но на неё нельзя нападать. На неё точно нет, иначе его попросту убьют. Младшая Серафим нервно сглатывает, глядя на бывшего грешника перед собой. За этот месяц она смогла подружиться с Сером Пентиусом, но не смогла с Аластором, ибо второй не сильно этого хотел и никого к себе особо не подпускал. А ещё потому, что Аластор жуткий. — Ясненько, — бывший радио-демон разворачивается на носочках, повернувшись к собеседнице спиной. — Пока… Аластор дёргает ухом, быстрым шагом идя в центр Райского городка. Он планирует устроить геноцид Райских душ. Они все слабаки по сравнению с ним. Сам дьявол передал ему половину своей силы. И если после этой резни его не отправят вниз, то он не побоится напасть на Эмили или Серу. Да хоть на Спикера Бога попрёт! Он вернётся домой. Он вернется к Люциферу.

***

Люцифер отпрыгивает от светящегося портала, чуть ли не наворачиваясь о пальто Аластора, в которое он и был одет. Дерьмо, выродки из Рая вспомнили всё-таки, что он убил Адама, тем самым нарушив договор. И, походу, они пришли по его душу. Владыка ада выпускает шесть крыльев и рога, готовясь обороняться, как из портала выходит… Аластор? Морнингстар пару секунд смотрит на вошедшего, после чего с силой сжимает кулаки, почти гортанно рыча. — Умно было прийти, прикинувшись моим умершим мужем.  Аластор тупо моргает, склонив голову на бок. — Одно только но: Мой Аластор не похож на буквального главного героя клубнички в этом дерьмово розовом костюме, с крылышками и светящимся нимбом. А ещё я точно знаю, что этот говнюк никогда не реабилитируется! — падший делает выпад в сторону бывшего радио-демона, замахиваясь для удара, но он с лёгкостью уклоняется. — Спасибо, за «ласковые» слова, mon cher, но я и сам не в восторге от моего нынешнего внешнего вида! — Аластор перехватывает чужое запястье, и, потянув Люцифера на себя, ловко заламывает его руки за спину, прижимая второго к земле. Вау, на самом деле он всегда мечтал это сделать. Люцифер — дьявол, одно из самых сильных существ в трех мирах и всегда был сильнее его. Поэтому вот так опрокинуть падшего, что сейчас стоял буквально во все оружия для него в новинку. — Кстати скажи спасибо, что я такой чистенький. Подумал, что надо появиться перед тобой в «лучшем» свете, поэтому старательно избегал любых капель крови, пока устраивал геноцид райских душ. А ещё, твое сопротивление бесполезно. Ты отдал мне половину своей силы, забыл? Сейчас я сильнее тебя.  Король Ада брыкается, пытаясь скинуть с себя красноволосого, что уселся ему на спину, примяв крылья. Рога неудобно упираются в пол. Дерьмо, он точно умрёт сегодня. Хватка у этого «самозванца» железнобетонная, а если он обладает такой силой, то точно с лёгкостью сможет прибить его, как муху.  — Пошёл ты! Ты не Аластор! Не смей им притворяться, ублюдок! — падший активно дёргается, шипя, на что демон лишь закатывает глаза. — Я сейчас не в настроении с тобой драться и спорить, Люцифер, — вздыхает Аластор, почти до хруста сжимая чужие руки и слыша, как супруг еле слышно заскулил от боли. — Я с лёгкостью могу вывернуть тебе руки, но не хочу этого делать. Ты выглядишь жалко, да и к тому же, сильно ослаб. По твоим глазам видно, что ты примерно десяток ночей не спал, поэтому успокойся, ведь это, блять, я — Аластор! — Почему я должен тебе верить?!  Оверлорд недовольно скрипит статистикой. Пиздец, как же с падшим сложно. Демон думал, что Люцифер, увидев, что он вернулся, сразу радостно кинется ему на шею, а тут такое дерьмо. Хотя, его можно понять. Радио-демон бы сам скептически отнёсся ко всему происходящему, если бы был на месте Короля Ада. — На нашу тридцатую годовщину я нашёл наручники, способные отнять у тебя силу на сутки, поэтому моим новом способ убийства стало вытрахать из тебя душу. Я остановился только тогда, когда понял, что таким способом жизнь у тебя не заберёшь, — он усмехается глядя на светлую макушку. — А ещё потому, что спустя двадцать заходов ты выглядел жалко и было чувство, будто тебя переехал трактор. Кстати, отпустив тебя, я так и не смог потом найти эти чудо-наручники, не помнишь, где они? Король Ада перестал брыкаться, съежившись. Ладно, теперь сомнений насчёт персоны Аластора нет. — Благодаря этим наручникам, ты безнаказанно сломал мне обе руки, так ещё и после устроенного тобой «секс марафона», я хромал три дня, — Люцифер фыркает, дёрнувшись, потому что чужая туша до сих пор на него чертовски сильно давит. — И да, ты мог вспомнить что-нибудь поприятнее?  Аластор отпускает чужие руки, пока Морнингстар облегченно выдыхает, когда на него перестают давить. — Зато доказал собственную достоверность, — хмыкает бывший демон, вставая и отряхивая собственный костюм. Он окидывает супруга беглым взглядом, усмехаясь. — Давно не виделись, mon cher. Я смотрю, за это время ты понял, что вся твоя одежда полная безвкусица и решил надеть моё пальто? Поэтично. Падший ангел цокает языком, закатив глаза. Старый добрый мудак Аластор. И как же он, блять, по нему скучал! — Заткнись уже и иди сюда, придурок! Он буквально напрыгивает на радио-демона, стискивая в объятиях и утыкаясь лицом в его грудь. Аластор хмыкает, положив руку на чужую светлую макушку, и целует падшего в висок. — Я думал, ты мёртв… На глаза начинают наворачиваться слёзы, когда Люцифер сжимает супруга ещё сильнее. — Я и был, пока не оказался в Раю, —Оверлорд поглаживает спину короля, чувствуя, как тот начинает подрагивать. — Никогда от меня такого больше не услышишь, но… Я скучал по тебе, Люцифер. Морнингстар шмыгает носом, слегка отлипая от чужой груди и заглядывая в чужие уже менее алые глаза. — А я-то как скучал, Ал… Аластор хмыкает, понимая, что улыбка становится даже слишком мягкой. — Ну не плачь, не плачь, mon ange… Теперь ты выглядишь ещё более жалко. — бывший грешник обхватывает двумя ладони чужие щёки и стираёт бегущие по ним слёзы, нежно целуя Люцифера в щёку. — И это Король Ада? Больше похож на сопливое месиво. Падший ластится к чужим ладоням, с улыбкой фыркая. — Заткнись, придурок… И да, ты победил меня сейчас только потому, что я пиздец устал, так что не зазнавайся. Люцифер прижимается к чужим губам, вовлекая супруга в поцелуй и обхватывая его за талию. — Говоришь, устроил геноцид в раю, чтобы вернуться? Лукаво ухмыляется падший, отстранившись. — Эти выродки не хотели отправлять меня вниз, — недовольно скрипит помехами красноволосый. — Хотел бы я видеть лицо Серы на всё дерьмо, что ты наделал, — хихикает Люцифер, пока Аластор ещё шире лыбится. — О, оно было просто превосходным. К чёрту Райских ублюдков. — К чёрту Райских ублюдков, Ал, — соглашается король, вновь целуя радиоведущего, но, он быстро отпрянул, чуть ли не подпрыгнув. — Ох, и надо сказать Чарли, что её идея с реабилитацией работает!  — Думаю, она знает. Я, как невероятный благодетель-альтруист, помог змеиному дружку Чарли, сказав Верховному Серафиму, что он тоже участвовал в резне жителей и его безоговорочно попёрли вместе со мной. Он, как и я, не был в восторге от Рая. Наверное, его телепортировали на порог отеля. Аластор гордо лыбится, пока Морингстар удивлённо вскидывает брови. — Воу, да ты реально подобрел, раз помогаешь кому-то кроме великого себя. Бывший грешник закатывает глаза, дав Люциферу щелбан. — Вообще-то я спас и твою жопу тоже! Владыка Ада встаёт на носочки, дабы поцеловать Аластора в лоб. — О, спасибо великому тебе, — он смотрит на оверлорда светящимся от радости глазами, даже чересчур слащаво улыбаясь. — Люблю тебя. Радиоведущий смущённо отводит взгляд, неловко похлопав падшего по спине. — И я тебя… — Ну, а теперь пошли к Чарли! — падший ангел подхватывает супруга под руку, ведя за собой. — Она будет очень рада, что ты жив! Аластор позволяет себя вести, усмехаясь тому, что король-коротышка не заметил того, что всё ещё одет в эту тупую футболку с надписью «Duck» и костюм радио-демона. Но оверлорд ему об этом конечно же не скажет. Наверное, Аластор даже прекратит покушения на Люцифера. По крайней мере, на этой неделе, ибо сейчас падший выглядит таким счастливым, что не хочется его убивать.