Это была плохая идея

Это изначально была плохая идея. В принципе, всё, что придумывал Ламори, было плохой идеей. Потому что несмотря на возраст Роди, 25 лет, у него все равно играет детство в одном месте. И обычно Винсент всегда ослаблял его пыл. Но почему-то именно в этот раз что-то пошло не так. Возможно, шеф Шарбонно всё-таки поддался обаянию своего любимого официанта. – Винс, давай прокатимся с горки? Винсент должен был отказаться. Он всегда отказывался от подобных опасных авантюр. Но у Роди был такой невинный щенячий взгляд... Но сейчас должен начаться дождь... Но Роди.. – Я буду очень осторожным. Сегодня они собирались вместе поужинать у Роди, побыть вместе, посмотреть какой-нибудь фильмец на его потрепанном телевизоре. Да, может, его квартира не была большой, богатой, но в ней всё-таки был какой-то свой уют, особая атмосфера, которую раньше Винсент не мог прочувствовать. Да и вообще, Роди словно научил Шарбонно чувствовать что-то очень глубокое. Он бы не назвал это чувство "любовью". Это понятие слишком бестолково и безвкусно. Винсент не может понять его, как не может понять и то, что не так с его блюдами и как добавить эту самую "любовь" в них. Но тот факт, что Винсент что-то чувствовал к Роди, остается фактом. За все его 27 лет такое впервые. – Хорошо, давай прокатимся. Хотя, мы могли бы поехать на автобусе. И, наверное, стоило. Как оказалось, у Роди не только отменное здоровье, но и отличные кости, в отличие от Винсента. О да, они грохнулись, и достаточно сильно, раз Шарбонно умудрился подвернуть ногу и сломать предплечье на правой руке. Что было после падения Винсент плохо помнит. Помнит только, что лежал какое-то время на земле, смотря в пасмурное небо и чувствуя, как холодные капли падали ему на лицо. Нереальное чувство. Затем больница, белые стены, врач, гипс, после квартира Роди, тепло, чай. – Прости пожалуйста, я правда не хотел!! Ну, то есть, я хотел не так. Ээ.. Еще болит? Хочешь, я что-нибудь сделаю? – лепетал Ламори, сейчас больше напоминавший нашкодившего щенка. – Прекрати. Ты начинаешь раздражать, – Винсент вздохнул, теребя кружку здоровой рукой. – Успокойся, я не обижен на тебя или что-то в этом роде. – Ты точно не злишься? – Если бы я злился, ты бы стал стейком, – в шутку усмехнулся он. – Не злюсь, – и это было правдой. На самом деле, он даже не был раздражен, хотя раньше он был слегка вспыльчивым. Сейчас он смягчился даже к своим поварам. Хотя, в ближайшее время он теперь их не увидит. Он не сможет быть полезным на работе с такими травмами, так что его заменит су-шеф. И если сначала Винсента волновало, как его заменят, как будет работать ресторан в его отсутствие, то позже... Скукота. Со временем основания ресторана Винсент не замечал, как стал полностью зависеть от него, становясь словно бы одним целым. Даже его квартира была там. Теперь можно понять, почему Роди был удивлен этим фактом. Прошло около четырех дней с того инцидента. Винсент оставался у Роди. Потому что, будь он в своей квартире, он бы всё-таки не удержался и спустился в ресторан. Ну а еще потому, что сам Роди настоял. В общем-то, из-за своих травм Шарбонно понял, что все его цели, мечты, планы, да и сама жизнь была построена на ресторане. После появления Ламори, еще и на нем. Но в остальном всё. Никаких хобби, увлечений, интересов. В эти дни Винсент словно потерялся. Ему действительно было нечем заняться. Он прибирал в доме, насколько мог себе позволить в нынешнем состоянии, смотрел что-то по телевизору, изредка выходил на улицу, чтобы покурить, так как Роди не любил запах табака в доме, читал письма и песни, которые были адресованы Манон. И ждал Роди. – Винс, привет!! Я вернулся. Скучал по мне? – Роди снял ботинки и подошел к нему и поцеловал в щеку. – Обедаешь..? Шарбонно коротко кивнул. Он перемалывал вчерашнюю пиццу в смузи. Выглядело отвратительно, но это единственный способ поесть, чтобы его не вывернуло. Хотя, при необходимости, он способен есть еду в ее обычном виде, но это было мучительно. – Ты выглядел таким кислым, и я купил тебе лимоны, – Роди достал пакет с лимонами и положил его на стол. – Тебе почистить? Шарбонно посмотрел на лимоны. На Роди. Снова на лимоны. И снова на Роди. Винсент кое-что понял. Он соскучился. Поэтому сейчас точно не до лимонов и не до еды. Он просто набросился на Ламори, кусая его за шею. – Ай! Винсент, не кусайся! – он слегка отстранил от себя кусачку. – Правда соскучился? Ему не ответили, только заткнули внезапным, почти агрессивным поцелуем. Роди и не против, он мягко притянул Винсента за талию, исследуя чужой рот и прислоняясь спиной к стене. Винсент отозвался от поцелуя, начиная покусывать чужую шею. – Винсент.. – прошептал Роди, положив руки на пояс его штанов. К слову, одежда на Шарбонно была не его. Хоть Ламори и мог притащить его вещи, но Винсент отказывался, таская одежду своего парня. Из-за их разного телосложения одежда на Винсенте была широкой, но короткой. Шеф перестал оставлять укусы, теперь он мягко посасывал кожу, здоровой рукой сжимая член Роди сквозь штаны, заставляя того громко ахнуть. По коже бегут мурашки. Ламори приспустил чужие штаны и белье, обхватывая член у основания, начиная медленно двигать вверх-вниз. Рука была холодной после улицы, что еще больше сводило с ума. Шарбонно тяжело дышал в ухо Роди, изредка срываясь на тихие стоны, пока его пальцы медленно пробираются под боксеры, а затем крепко хватают член, из-за чего Ламори дернулся. Его рука наоборот, была горячей. Плавные движения вновь вызывают табун мурашек и заставляют скулить куда-то в плечо Винсента. Но этого недостаточно, совсем нет, нужно ближе, нужно больше. – Роди... Их взгляды встретились, они всегда понимали друг друга, всегда понимали, в чем нуждался другой. Роди забрался рукой в волосы Винсента, надавив на затылок, чтобы утянуть в поцелуй. Из-за чертового гипса на руке они не могли быть настолько близко, насколько хотелось. Винсент слегка дергает бедрами вперед в поисках большего трения. Тогда Роди спускает с себя боксеры, обхватывает оба члена, создает темп, и эти движения заставляют двоих парней задыхаться прямо в поцелуе. Было до безумия горячо, языки сплетались, внутренности горели, а внизу живота скручивался узел. Хватило пару движений, чтобы оргазм достиг обоих с разницей в несколько секунд. Уже после того, как оба парня отдышались, Роди вздыхает. – А почему не на столе? – Ламори усмехнулся, подходя к раковине, что помыть руки. Винсент закатывает глаза. Да, их первый раз был в ресторане на столе. Они отлично помнят тот день. Тогда их отношениям было около четырех месяцев. Это был вечер, клиенты разошлись, поваров Винсент отпустил. Он и Роди убирались в зале, а затем.. Ну.. Что-то стрельнуло. Затем сметённая посуда со стола на четверых, что ближе к кассе (это вырезано у Винсента в мозгу), а дальше... Потом шефу было неловко смотреть на это место. – Но ты в последнее время действительно слишком отстраненный какой-то. Что-то случилось, Винс? – спросил Роди уже после их утех, чистя лимон, словно это обычный апельсин. Парень тревожно посмотрел на Шарбонно. – Я скучаю по ресторану, – Винсент взял дольку лимона в рот. – Я думал, ты будешь рад отдохнуть от работы? – Да. Но нет. То есть.. Это немного сложно. Ресторан не просто моя работа. Ресторан часть моей жизни. Огромная часть, и... – "лишаясь ее, я лишаюсь части этой жизни" так и не сорвалось с губ. Это слишком сложно. Винсент никогда не думал, что настолько помешан на своем деле, не замечал. А сейчас он выглядел странным в глазах Роди. Потому что на протяжении всех этих дней Винсент чувствовал себя потерянным. Как если бы человек лишился важного аспекта своей жизни. Например, если человека лишается зуба. Сначала болезненно, но не смертельно. На месте зуба непривычная пустота, которую нельзя заполнить. Это сложно объяснить, а еще более сложно понять тому, кто с таким не сталкивался. – Винс? – Это сложно. Просто.. Ресторан намного больше, чем просто работа. – У тебя ломка что-ли? Как у наркоманов типа? Шарбонно пнул его в ногу. Ну что за идиот... – Ауч! Да ладно тебе, я шучу. Если хочешь, ты можешь, ээ.. Проводить больничный в своей квартире, – но Винсент покачал головой. Какое-то время ему нужно не быть в ресторане. Отвлечься и побыть с Роди. Нужно заняться чем-то другим, чтобы разделять свою жизнь от ресторана, а не чтобы ресторан был ее частью. По крайней мере, не такой огромной. Пока Шарбонно не стал частью ресторана, а не наоборот. – Нет. Думаю, мне действительно нужен перерыв, – Винсент глубоко вздохнул, устраиваясь на плече Ламори. Тот только ярко улыбнулся, целуя своего парня в лоб. – Если хочешь, можешь завтра сходить куда-нибудь. Ну.. Ты ведь уже более-менее нормально ходишь, можем пойти в парк, на мост или в какое-нибудь красивое место. Сразу после смены! – Да, конечно. Сходим куда-нибудь.. – Отлично! Я запомню. Наверное. Но это ладно. Ты даже не представляешь, какой грубый посетитель мне сегодня попался. Я к нему подхожу, спрашиваю заказ, а он... – Роди рассказывал, рьяно жестикулируя руками. Такие вечера всегда были теплыми, несмотря на холодную погоду за окном.