Тыквенный пирог Шарлотты

      ~Kook       14:37       Я, наверное, последний человек, которого ты хотел бы видеть за образом Тринити       И предвидя твои вопросы… Нет, это не пранк       Я сделал это из безысходности. Мы учимся вместе три года, из них год работаем в одной команде, и ты в упор меня не замечал все это время, а с недавних пор и вовсе видел во мне врага       У меня не могло быть ничего с твоей сестрой хотя бы потому, что все эти годы я был влюблен в другого человека. Догадаешься, в кого?       И если бы я тебе признался во всем этом после того раза в столовой, ты бы скорее всего просто двинул бы мне в ответ, не поверив ни одному моему слову       А может быть это я ищу оправдания своим действиям        но может ты хотя бы теперь начнешь во мне видеть кого-то большего, чем просто однокурсника        Мои чувства к тебе неизменны        И я готов ждать       Просто скажи мне, готов ли ты хотя бы на секунду допустить мысль о том, чтобы быть со мной        Сидя на одной из скамеек недалеко от корпуса сестры, Тэхен перечитывал полученное несколько дней назад сообщение. Он уже знал его наизусть, но не отказывал себе в странном удовольствии раз за разом поглощать строчки от юзера, который почему-то никогда не был в сети. Еще только смутно знакомое, но уже хорошо узнаваемое теплое приятное ощущение растекалось по всему его нутру на моментах, в которых ему… признавались в чувствах. Ощущение, дарившее необъяснимое и небывалое спокойствие. Словно обещание, что все остальное уже не имело никакого значения. Почему-то он чувствовал себя в совершенной безопасности от этих слов.        — Что-то стряслось, Тэ? - рядом с ним опустилась Дами и лишь когда она обхватила его руку, он наконец-то заметил ее присутствие. — На тебе лица нет, - его младшая копия вглядывалась в его лицо бесконечно любящими и взволнованными глазами и он в очередной раз чувствовал себя сволочью. Неужели она и правда могла? Он аккуратно обхватил ее руку, переплетая пальцы, давая понять, что пришел с миром.        — Я хочу, чтобы ты мне рассказала, что на самом деле случилось между тобой и Чонгуком на той вечеринке, - несмотря на смысл сказанного, тон был мягким и участливым.        Дами медленно отвела взгляд на один из вечнозеленых кустарников перед ними и поджала губы, явно застигнутая врасплох неожиданным вопросом. По правде говоря, ее уже давно не занимало то, что произошло тогда на вечеринке.        — Я ведь уже рассказала тебе, - не нашлась с лучшим ответом.        — Но ведь это неправда, - слегка сжал ее изящный кулак, но при этом все еще говорил тихо и понимающе. — Все ведь было не так, да? - выждал некоторое время, но, так и не получив ответа, продолжил. — Я не буду ругаться, просто скажи мне правду.        Девушка тяжело вздохнула и подняла взгляд куда-то в небо, но так и не высвободила руку. Они были довольно близки, хоть и не общались ежедневно. У каждого была своя жизнь, но фигуры брата и сестры в них имели колоссальное значение.        — Приврала, - коротко бросила, а затем, через пару долгих секунд, вдруг резко закачала головой и развернулась к Тэхену. — Как ты узнал?        — Он не по девочкам, - решил выдавать не всю правду, не представляя, какой реакции ожидать.        — Стоило догадаться, - Дами в ответ разочарованно усмехнулась. — Так шугался, будто привидение увидел.        Вот и все. Все встало на свои места. Чимин был прав. Чонгук не врал. Но зачем это все понадобилось Дами? Его догадки были верны и…        — Он отверг тебя? - в чем-то ведь скрывалась первопричина всей этой истории.        — Он мне уже месяц как нравился, Тэ, - каким-то совсем поникшим голосом призналась. — Как только поступила сюда, я следила за его блогом… А тем вечером я выпила и он еще так хорошо попался.        Все еще не вязалось в голове.        — Ты не знала, что мы с ним в одной команде?.. Почему не попросила меня познакомить вас? - недоумевал Тэхен.        — Я правда думала, что он с Кино и телевидения, он же с Мином тусуется всегда… И мне кто-то сказал, что он туда поступать хотел, - сокрушенно и будто исповедуясь. — Я же его только по соцсетям знаю, понятия не имела, что он в студгазете! Он там ничего не пишет про это. Уже той ночью мне рассказали, что он журналист и… Наверное, стоило догадаться вообще-то… - рассказывая уже такую нужную Тэхену правду, Дами и сама как будто неверяще качала головой. Иногда самое очевидное и правда тяжелее всего заметить, но была ли она совершенно искренна в своих словах? Действительно ли она не знала о том, что Тэхен и Чонгук были как минимум однокурсниками? — Он же тот еще правозащитник, я еще долго не могла понять, как сразу не догадалась. Сложно было связать тебя и его в один… эээ… контекст.        — Что ты сказала? - озадаченно промямлил Тэхен и залился краской.       — Ну, что вы с одного факультета, - монотонно проговорила вслух очевидное и только потом вперилась шокированными глазами в уже испуганное лицо брата. — Вы…        Тэхен громко сглотнул, не в состоянии сформулировать хоть какой-либо ответ, а тем временем рот Дами раскрылся уже в тотальном потрясении.        — Вы спите? - шепотом произнесла.        — Пока нет, но… - выпалил, не думая, и уже потом понял смысл сказанного. Да тут уже можно было и не добавлять ничего.        Дами мгновенно высвободила руку и прикрыла обеими ладонями рот. Невозможно было прочитать по ней, была она напугана неожиданным признанием или же находилась в блаженном восторге.        — Пожалуйста, никому не говори, ладно? - поддавшись влиянию воцарившейся между ними атмосферы, точно так же шепотом попросил Тэхен. — Ты мне должна за то, что обманула.        Вместо ответа девушка вытянула пухлые губы трубочкой и шумно выдохнула.        — Я тебе простил вранье, Дами… - умоляющим голосом не унимался Тэхен. Не хватало еще и в очередные сплетни втягивать Чонгука, к тому же, Тэхен не знал, как бы тот отнесся к обнародованию их… отношений? Кем они вообще были друг другу?        — Да не скажу я никому, Тэ, не скажу! - выпалила, с подозрением оглядываясь по сторонам. Взволнованный Тэхен тут же повторил за ней, но, убедившись в том, что поблизости никого не было, успокоился. Было довольно раннее ноябрьское утро. — Обещаю! - с вызовом посмотрела на него и получила в ответ благодарную улыбку.        — Больше не будешь врать мне? - вдруг посерьезнел и снова взял за руку. Без воспитательной пятиминутки тут не обошлось бы. — И вообще, наговаривать на людей - очень плохо, - добавил, не дождавшись сразу ответа.        Дами на секунду закатила глаза, но, напоровшись на недовольное фырканье брата, сразу же виновато опустила голову. Осознавала, но была еще очень юна.        — Да, я понимаю, - тихо отозвалась, на что Тэхен встал со скамьи и опустился на корточки прямо перед ней, пытливо заглядывая в опущенное лицо. — Но на свадьбу вашу не приду…         Она на секунду подняла глаза на вдруг замолчавшего брата и увидела, как сильно он покраснел от сказанных ею слов. Влюбился. Возможно, в совершенной правде в таком случае и не было необходимости.       ***        Осенью парк Бостон-Коммон обретал неземной красоты вид. Сочно-зеленый летом и поздней весной, с октября месяца он надевал насыщенно-золотое одеяние, которое частично сохранялось и зимой. По правде говоря, Тэхен больше любил Общественный сад, но в этот раз в даунтаун его привело очередное дело, которое не терпело отлагательств.       Не особо сосредоточенным взглядом уставившись в фонтан Брюэра, он прокручивал в голове то, что скажет отцу, когда наконец решится ему позвонить. Чего он не понимал, - это куда подевался весь его кураж, который изначально и привел его неугомонного в деловой центр города? Буквально полчаса назад его пропустили в офис Impera по специальному пропуску, а секретарь его отца деловито сообщил о том, что тот в командировке и принять его не сможет. Не сказать, что его это удивило, ведь они не особо и участвовали в жизнях друг друга и не были в курсе ежедневных планов.       Сидя в постепенно заполнявшемся к обеду парке и слушая в максах один из плейлистов с не очень трендовой музыкой на спотифае, он с позором для себя осознавал, что даже рад такому развитию событий. Возможно, по телефону этот разговор дастся ему легче.        Он взглянул на часы - было около половины второго. По словам секретаря, отец находился в командировке в Чикаго, час разницы во времени. Сейчас как раз было время ланча. С тяжелым вздохом он поставил очередной трек на паузу и отыскал среди сохраненных номеров нужный контакт. В наушниках длинные гудки звучали особенно волнующе и тревожно, но пути назад не было.        — Тэхен? - прозвучало немного удивленно низким голосом на том конце. — Что-то случилось?        — Привет, пап, - нервно облизнулся, мысленно радуясь тому, что собеседник не может его видеть. — Нет… Как дела?        На фоне прозвучало одновременно несколько чужих голосов и отдаленно среди них отец, отдающий какие-то распоряжения. Похоже, опять не вовремя. Он решил подождать.        — В порядке, - через минуту отозвался Ким Тэвон. — Тебе нужны деньги? Что-то с Дами?        Тэхен прикрыл глаза, собирая мысли в кучу. Почему все вопросы, касающиеся его, вертелись вокруг денег? Он впервые начал задумываться о том, что никогда не рассматривал отца как фигуру, к которой можно было бы обратиться по любому другому поводу. Неужели человеку в его понимании нужны были только деньги для существования?        — С Дами все хорошо, мы утром виделись, - констатировал, прежде чем затронуть первопричину звонка, помимо его самого удивившего еще и знатно сбитого с толку отца. — Я по делу. Как журналист.        Небольшая усмешка на том конце, которая, как Тэвон рассчитывал, останется неуслышанной, все-таки прозвучала в массивных наушниках, вколачиваясь острым шипом прямо в сердце. Но Тэхен держался.        — По какому ты делу? - уже серьезно ответил отец и его голос прозвучал ближе. Отключил громкую связь.        — Ты в курсе того, какими именно методами представители Solo Inn расчищают территории для новой сети отелей? - таким же серьезным и даже несколько холодным тоном. Значит, его не воспринимали серьезно? Что ж, его родной человек собственноручно развязывал ему, Тэхену, руки.        — Многие территории для застройки они получили в аукционах, в некоторых случаях выкупают приватизированные земли у собственников. Все по закону, - как по учебнику озвучил заготовленный ответ. — Что именно тебя волнует, сын?        Тэхен набрал в легкие побольше воздуха, не торопясь с ответом. Ладони потели как на самом сложном экзамене, от которого зависело будущее.        — Меня волнует то, что в некоторых случаях, отец, они выдавливают собственников, владеющих бизнесом, липовыми проверками или еще более липовыми результатами этих проверок, - отчеканил каждое слово, радуясь своей же смелости. — А затем - да, скупают за бесценок у уставших от давления владельцев, чьи предприятия или даже репутации были разрушены намеренно.       Тяжелый вздох отца накалил и без того напряженную атмосферу разговора. Каждый из них узнавал друг друга словно впервые. Сын - не самого принципиального и морально заряженного отца, о котором просто привык за свои двадцать лет думать хорошо на расстоянии, отец - дерзкого сына с твердой позицией и мнением, отличным от тех, которые он привык слышать и с которыми привык соглашаться за свою долгую профессиональную деятельность, да и, наверное, жизнь.        — Я ценю твое благородство, Тэхен, - сурово начал, не предвещая ничего хорошего. — Но твоя позиция - позиция не самого дальновидного идеалиста, ты еще слишком молод, - противно было слышать такой вердикт. Тэхен стиснул зубы, пытаясь сдержаться. Да что он вообще о нем знал? Это был первый разговор о чем-то важном с момента его, блин, рождения. — В конце концов, эти люди получают все положенные им выплаты за проданные земли, что в этом во всем не вяжется с твоей системой высокой морали? - все бы хорошо, но неприкрытый сарказм из уст Тэвона распалял и без того уже нервного Тэхена еще сильнее.        — Наверное, право людей жить и работать там, где они хотят? На своей земле?! - сам не заметил, как сорвался и повысил голос.        — Успокойся сейчас же и приведи в порядок свой тон, - строго приказал отец. — Я еще раз повторяю, Тэхен, ты мало что еще понимаешь в жизни, - Тэхен в ответ лишь обессиленно качал головой и усмехался. В этот момент было понятно, что и этот, и какой-либо другой разговор с этим человеком были обречены на провал. — Если бы сильные мира сего брали в расчет желания всех таких недовольных, то никто бы по итогу ничего и не добился и мы бы все еще жили в пятидесятых.        Тэхен молчал, не в состоянии определиться, продолжать ли этот вытрясывающий из него все живое разговор или нет, но его молчание было расценено как согласие и белый флаг.        — То-то же, сын, - более мягко проговорил Тэвон, радуясь, как ему казалось, очередной своей победе. Тэхен не догадывался, но эта “победа” в ходе этого разговора почему-то начала значить для его отца гораздо больше, чем все остальные. Нет, его все-таки воспринимали серьезно, но был ли от этого толк?        — Все зависит от того, что ты и я понимаем под “силой”, отец, - сухо и уже не очень заинтересованно ответил Тэхен. — Сильные мира сего дают, а не отбирают. На то и сильные, - Тэхен ожидал очередной агрессивной реакции, но отец молчал. — Испокон веков люди собирались вокруг тех, на кого могли положиться, вокруг сильных. И, наоборот, бежали от тех, кто представлял угрозу. То, что предлагаешь ты, - это подмена понятий.        Тэхен услышал, как отец щелкнул зажигалкой и торопливо сделал затяжку. Неужели был настолько дезориентирован?        — Если бы не моя сила, Тэхен… - голос отца сквозил обидой и даже слегка подрагивал. — Если бы не моя сила, - он повторил еще раз, выдохнув дым, и нарочито выделил нужное слово. — Ты бы не жил в своей собственной квартире все эти годы и не учился в престижном университете, - этого Тэхен тоже ждал и терпеливо слушал. — А чахнул бы со своей матерью в Корее…        — Ясно, - не дал договорить и дрожащими пальцами сбросил вызов. Это было слишком.        Он тяжело сглотнул вмиг собравшуюся во рту слюну и не заметил, как по щекам потекли слезы.       ***        — Не могу поверить, что он это высрал, - Чимин, распаковывая еду из только что приехавшей доставки, возмущался и действительно с трудом переваривал услышанное.              Его родители оба также были журналистами и, несмотря на постоянные разъезды, всегда так или иначе присутствовали в его жизни. Он безусловно понимал, насколько ему повезло, оттого душа и болела за лучшего друга, которому повезло меньше.        — Тем не менее, он подтолкнул меня к действиям, - Тэхен, развалившись на кухонном диване и положив руки под голову, смотрел отсутствующим взглядом в потолок.        Дело близилось к вечеру. Тэхен, после неприятного разговора с отцом не придумавший ничего лучше, как поехать к Чимину, дождался того из университета в ближайшей кофейне и затем встретил у ворот жилого комплекса. К своей же пресловутой квартире именно сегодня не лежала душа, а Бостонский и особенно их офис он избегал по понятным причинам.        В широкое окно в кухне Чимина виднелся медленно наступающий темный вечер и в сумерках можно было разглядеть сгущающиеся тучи. Скорее всего, надвигалась очередная гроза, коих в этом ноябре было очень много. Осень была в своем привычном настроении.        Тэхен пересел на подоконник и всмотрелся в уже еле видные очертания соседних зданий. Этот день был тяжелым, но очень важным для него. Иногда переломные моменты в жизни, ведущие к колоссальным положительным переменам, бывают парадоксально болезненны в моменте. Этот переломный день порадовал его как одной приятной правдой - Чонгук и правда был чист от домыслов и клеветы Дами, так и одной очень болезненной - отец, которого он привык по установке считать положительным, героем и ролевой моделью, показал себя с очень дискредитирующей стороны и даже умудрился его ранить.        — Тэ? - на плечо опустилась теплая ладонь встревоженного Чимина, который уже, оказывается, несколько раз его звал. Как это он так отключился…        — Да? - отрешенно отозвался.        — Я разговаривал с тобой, но ты так ушел в себя, - глаза Чимина были полны тревоги. — Ты в порядке?        — Да все хорошо, - мотнул головой и для пущей убедительности встал, чтобы пройти к столу, который, к слову, уже был заставлен вкусно пахнущей едой.        — Тогда едим, пока не остыло, - Чимин воодушевленно примостился по ту сторону стола и пододвинул приборы ближе к Тэхену. — А вообще я спрашивал, что ты собираешься делать дальше? - повторил свой ранее не расслышанный вопрос, накладывая себе салат.        Тэхен, уже успевший попробовать сэндвич с ростбифом, тщательно прожевал перед тем, как ответить.        — Я хочу помешать им согнать Малкольма Белла с его законной территории, - непринужденно ответил, пожимая при этом плечами.        Чимин застыл с уже поднесенным ко рту таким же сэндвичем.       — Чонгук будет рад… - промямлил то ли в страхе, то ли в восхищении, и заметил, как на этом имени Тэхен густо покраснел. — Но ты объявляешь войну отцу, Тэ.        — Так ему и надо, - небрежно бросил и откусил еще один смачный кусок от сэндвича, будто он интересовал его больше, чем все, связанное с не самыми честными делами отца.        Чимин внимательно его оглядел и невольно улыбнулся. Он был в курсе истории с Тринити, а также знал из первых уст о том, что под маской оказался не кто иной, как Чонгук. В том, что эти двое по итогу сойдутся, у него не было сомнений, но видеть настолько вдохновленного и заряженного на свершение великих дел друга было волнительно и радостно одновременно. Он знал, что в формировании такой уверенности в выбранном пути сыграл немаловажную роль образ Чонгука, который в своем пути рыцаря-правозащитника был непоколебим и несгибаем.        — А Чонгук… - осторожно подобрался к теме, которая представляла не меньшую важность. — Он знает о том, кто… эээ… ты? - к вечеру его красноречие, очевидно, давало трещину.        Тэхен мгновенно поник и уже с меньшим энтузиазмом дожевал очередной кусок.        — Не знает, - мрачно признался.        Да, Тэхен действительно фонтанировал смелостью вершить великие дела то ли под влиянием обиды на отца, то ли вдохновленный Чонгуком, однако признаться тому в таком простом, казалось бы, факте у него сил не находилось вот уже несколько дней. Только и мог перечитывать его сообщение раз за разом и избегать что было сил.        “Мои чувства к тебе неизменны”. Его чувства казались настолько драгоценными и нужными, что страшно не хотелось проверять их на прочность настолько жестко.        — Я уверен на миллиард процентов, что он все поймет и даже не будет заморачиваться, - между тем бросил Чимин и вернул свое внимание остывающему сэндвичу. — Тебе вот вообще нечего бояться, - добавил уже не очень разборчиво.        Тэхен, однако, не сводил с него глаз.        — Почему ты так уверен? - зацепился за нужные слова. Ну неужели он сам этого не понимал?! Когда дело касается нас самих, даже очевидное становится тяжело разглядеть за туманом страха и сомнений.        Чимин торопливо прожевал и, запив заранее подготовленным соком, наконец-то ответил.        — Да потому что он нормальный, Тэ, - с нотками легкого раздражения. — Ну ты бы из-за такого оттолкнул человека, в которого много лет влюблен?        — Нет, - мгновенно отрезал, примеряя на себя похожую ситуацию и четко осознавая, что не оттолкнул бы Чонгука уже сейчас ни по этой, ни по какой-либо другой причине. При этом осознавая для себя и кое-что еще.        — Так а почему он должен тогда? - эмоционально развел руками Чимин, отчего вытекший из сэндвича сок заляпал его чистый пол. — Да блин… - потянулся за салфетками и мысленно поблагодарил себя за то, что еще не постелил зимние ковры.        Тэхен, улыбаясь, вновь вернулся к своей еде. Улыбался он по ряду самых разных причин.        — Я тебе не рассказал одну потрясающую новость, - Чимин, лежавший мирно на кровати рядом с Тэхеном, вдруг встрепенулся и даже подскочил. — Я только сегодня узнал.        — Что за новость? - послышалось с меньшим энтузиазмом от задумчивого после их разговора на кухне Тэхена.       Слова лучшего друга по поводу возможной реакции Чонгука придали уверенности и открыли глаза на многое и теперь его не покидало навязчивое ощущение того, что он повел себя как мудак после той встречи в кафе Шарлотты. Чонгук прислал ему то сообщение в тот же день и с тех пор не получил никакого ответа. Страшно было себе представить, что бы Тэхен надумал на его месте.        — Через неделю в городе будет большой фестиваль осени, что-то вроде маленькой черной пятницы перед Днем благодарения, - вдохновенно рассказывал друг, а у Тэхена уже проклевывались зачатки одной очень своевременной идеи. — Наша команда тоже будет освещать событие для студгазеты и университетских каналов в соцсетях, - можно было догадаться. — Но Чонгук пропал с радаров после ссоры с тобой, - поник на этих словах и с упреком посмотрел на Тэхена.        — Мы не ссорились, - негодующе отреагировал тот.        — Помирись с ним, - игнорировал оправдания Чимин. — Он не отвечает на мои сообщения, а Мина я не могу позвать, он будет снимать для одного независимого канала.        Вот оно. Идея наконец-то обрела свою форму.        — Что за канал? - приподнялся на локтях Тэхен и переспросил с неподдельным интересом.        — Бостон Феникс, - горделиво произнес Чимин. — Местное альтернативное медиа.        — Ты прикалываешься? - Тэхен ошарашенно воскликнул. — Это то, что нужно.        Чимин продолжал улыбаться, все еще довольный произведенным эффектом, но затем до него дошел смысл сказанного.        — Подожди, Тэ, нужно для чего?        Тот только глупо улыбался с горящими глазами и, кажется, ясно осознавал, что нашел еще один путь к сердцу Чонгука, которое уже было давно завоевано.        — Для Малкольма Белла, - расставил все по местам и для Чимина, лицо которого в одночасье озарилось в понимании. — Пришли мне сейчас же номер Мина.       — Сейчас, - засуетился всполошенный Чимин в поисках телефона.        ***        Поздним ноябрьским вечером в одном из корпусов общежития Бостонского было непривычно тихо и безлюдно. Это было по крайней мере удивительно, учитывая усиливавшийся с каждой минутой ливень за окном. Во всяком случае, хотя бы в одной из комнат южного корпуса горел теплый свет.        Чонгук обрабатывал отснятые еще неделю назад фотографии для очередного поста, который он и без того задержал. Несколько дней он провел в режиме безрезультатного ожидания, затем автоматически перешел в режим апатии и страдания и лишь сегодня сумел взять себя в руки и хотя бы частично вернуться в привычный рабочий режим.              Отредактировав свой текст, он взялся за фотосопровождение и вот уже полтора часа сосредоточенно корректировал свет, экспозицию, обрезал и без конца ретушировал. На фоне играло что-то старое из ютуб-подборок и он был в целом доволен сложившимся вечером. По крайней мере, этот вечер выделялся на фоне предшествовавших ему, в течение которых он только и мог, как, свернувшись калачиком, неизменно под душераздирающую музыку прокручивать в голове события последних дней и без конца думать о человеке, который, как ему казалось, просто разрушал его до основания одним своим существованием.        Он ведь и сам написал, что готов ждать. Чего теперь было считать и оплакивать каждую бесцельно прожданную секунду? Но он был не из тех, кто был способен приказать сердцу. Вытравить из мыслей того, на кого так яростно реагировала каждая клеточка его тела, оказалось слишком сложно и не под силу ему. Раз за разом он вспоминал тепло чужой кожи, сладость таких желанных губ и мягкость шелковистых темных волос. А еще запах… Он буквально въелся под кожу и сопровождал его повсюду. Отпечатался где-то очень глубоко. Выхода из лабиринта этих новых, таких дорогих сердцу, но вместе с тем болезненных воспоминаний он не видел.        Он не заметил, как за эти дни несколько раз заходил Юнги и приносил еды, не дождавшись ответа ни на одно из своих сообщений. Не замечал, как сменялся день очередным днем, сузив фокус лишь на телефоне, который продолжал молчать. На все остальные сообщения он не отвечал из принципа.        Из пучины его упадка вывела заигравшая в одном из плейлистов песня, которую они с Тэхеном успели обсудить недавно, когда проговорили всю ночь до утра. Парадоксальным образом она вселила в него новую надежду и веру в то, что Тэхену просто нужно время. Он вдруг вспомнил о том, что действительно готов ждать. И ждать оказалось легче, погрузившись в работу. Не он первый, не он последний, кто от любви лечился работой.        Ливень за окном настолько разошелся, что его фоновой ретро-музыки из старых американских фильмов уже практически не было слышно. Проследив за несколькими дорожками воды на окне перед собой, он решительно встал в поисках наушников. Заодно можно было бы и заварить кружку чая или какао, погода располагала к такому незамысловатому уюту, а он был, что ни говори, большим романтиком.        Подойдя к своему какао-бару, как его называл Юнги, он налил воды в чайник и поставил его нагреваться. Он почти уже определился с тем, что будет пить, когда в дверь его комнаты нерешительно постучались. Послышалось? Это не мог быть Юнги, тот всегда заходил без стука. Может быть, кому-то из соседей что-то понадобилось? Не сказать, что подобное происходило часто, но все же бывало. В несколько больших шагов он добрался до двери и потянул ее на себя, после чего в буквальном смысле обомлел. Перед ним стоял насквозь мокрый Тэхен, тяжело дышащий и держащий в руках какую-то большую коробку.        Сердце Чонгука зашлось в бешеном темпе. Ожидал ли он чего-то подобного? Ни в одном из своих самых влажных снов. Но почему он… Почему в такую погоду…        — П-проходи, - дрожащим голосом выдавил из себя и отступил, давая своему неожиданному ночному гостю войти. Глаза горели натуральным пламенем, а сам он как будто даже покрылся мелким противным потом от переполнявшего его напряжения. Тэхен не писал ему, но пришел. Он пришел к нему.        — Я не помешал? - как-то беспомощно и виновато посмотрел на него Тэхен, все еще изо всех сил прижимая к себе пресловутую коробку.        — Нет, - словно заторможенный, разглядывал Чонгук лицо, по которому стекали тяжелые капли дождя. Он был насквозь мокрый и о нем нужно было позаботиться, но сперва все-таки отойти от шока.        Тэхен в ответ закивал и, все также тяжело дыша, опустил глаза на коробку и наконец-таки додумался ее передать.        — Я… Шарлотта сказала, что ты любишь тыквенный пирог, - протянул коробку, от которой вообще-то все это время распространялся довольно очевидный и однозначный аромат, который Чонгук на эмоциях не заметил. Он, медленно кивая, взял из чужих холодных рук мокрую коробку. — Там было еще два какао, но… Я их уронил, потому что бежал под дождем через двор, - блуждающий от волнения взгляд Тэхена сосредоточился на Чонгуке. Тэхен впервые увидел, как на самом деле на него смотрели эти большие искренние глаза. Пронизывающе, восхищенно, чувственно. Он вдруг ощутил себя совершенно обнаженным под этим взглядом и неосознанно обнял за плечи. Эти его действия наконец-то выдернули Чонгука из ступора.        — Ты весь мокрый, - констатировал факт, борясь с наваждением дотронуться до этого лица и смахнуть ладонями нескончаемые потоки затаившейся в волосах дождевой воды. — Спасибо… - неловко добавил, вспомнив о пироге.        Тэхен лишь кивнул в подтверждение. Впервые после происшедшего оказавшись наедине с этим парнем, он совершенно не понимал, что должен был делать и как можно было себя вести. В голове была каша из их редких взаимодействий за все эти годы, случай в столовой, все последующие моменты с Тринити. Теперь они впервые были настоящими друг с другом, только вот это оказалось сложнее, чем он думал.        Чонгук собрал себя в кучу быстрее. Не теряя больше времени, он проследовал к одному из шкафов и вытащил оттуда спортивные штаны с толстовкой, а также футболку, теплые носки и полотенце.        — Переодевайся, - не то скомандовал, не то попросил, протягивая внушительную стопку одежды, которая вся пахла им. Сладковатым пудровым запахом. Тэхен не удержался и принюхался, чем вызвал приглушенный смех у смущенного его действиями Чонгука. Как дети.        — А ты… - начал неуверенно Тэхен, не зная, как именно донести свою мысль. Он не привык стесняться других парней, но это буквально тот человек, с которым они осознанно и совершенно ясно для каждого из них друг друга хотели.        — Я отвернусь, - тихо отозвался уже после того, как повернулся к нему спиной. Все происходившее просто не укладывалось в голове.        Как назло чайник уже закипел и отключился сам и даже оголтело шумевший весь вечер ливень к этому деликатному и смущающему моменту подозрительно утихомирился и теперь звуки расстегиваемых, а затем стягиваемых джинсов вместе с худи и футболкой, сопровождаемые коротким и шумным дыханием отчетливо звучали на фоне все тех же неторопливых ретро-песенок. В мыслях и теле Чонгука при этом творилось невообразимое. Он молился о том, чтобы позорно не возбудиться от того, как за его спиной раздевался Тэхен. За его спиной… Нет, нет, нет… Он не должен был так поступать, он ни в коем случае не должен… Он осторожно перевел взгляд на отражение в окне, о существовании которого вспомнил только сейчас, и увидел Тэхена, который, весь вытянувшись, натягивал его футболку. Чонгук громко сглотнул и мысленно выругал себя… за то, что не вспомнил об окне чуть раньше. Не таким уж хорошим мальчиком он был, особенно, когда дело касалось такой давней любви.        — Я все, - тихо прозвучало за его спиной и он, обернувшись, встретился глазами с Тэхеном, который в его домашней одежде смотрелся особенно очаровательно. — Где я могу развесить… это все? - кивнул на кучу своих мокрых вещей и уставился в ожидании ответа.        — Я все сделаю, - дернулся к нему Чонгук, все еще слабо верящий в происходившее. — Хочешь какао? - поинтересовался, раскладывая и подключая сушилку.        — Хочу, - с готовностью отозвался Тэхен. Неловкость неизбежно таяла с каждой проведенной вместе секундой. — С тыквенным пирогом от Шарлотты.        Спустя десять минут они сидели на кровати Чонгука в позе лотоса, с аппетитом уплетая нежнейший пирог от Шарлотты и изучая друг друга. Чонгук не мог отвести глаз от растрепанного с влажными волосами Тэхена в своей одежде, а Тэхен будто впервые видел Чонгука и осознавал с каждым брошенным на него взглядом, что никого другого за образом Тринити видеть и не хотел бы. Ему нравилось абсолютно все в этом человеке и он если понимал это не впервые, то убеждался - точно. Рядом с ним было хорошо и спокойно. Так, как никогда не было даже дома.       — Ты был у Шарлотты… - больше констатировал, чем задал вопрос.        — Да, - зачарованно улыбнулся Тэхен в ответ. — В тот раз ты не доел из-за меня и…        И повисло молчание.        — Я боялся, что ты не захочешь меня больше знать, - тихо признался Чонгук, опустив голову. — И я ждал все эти дни, я думал… - так и не смог подобрать слов.        Сейчас. Тэхен понимал, что наступил тот самый момент, когда и ему следует быть честным в ответ. Он ведь тоже боялся. За полминуты наступившей тишины он искусал всю нижнюю губу, собираясь с мыслями.        — Я бы пришел к тебе в тот же день, - решил начать с главного. Возможно, что Чонгук еще не совсем в курсе, что его чувства вообще-то взаимны.        Ну конечно, услышав это, он удивленно вскинул свои блестящие глаза.        — Что? - даже переспросил, боясь, что послышалось. — Это правда?        Тэхен медленно кивнул, подтверждая.         — Почему тогда… - еле слышно бормотал.        — Потому что мне тоже есть в чем признаться, - ну все, назад дороги нет. — И я тоже боялся, что ты не захочешь меня видеть после того, что…        — Ты убил человека? - задал риторический вопрос, потому что… — Потому что я не знаю, что еще могло бы оттолкнуть меня от тебя, - слышать подобное признание от него вживую было необыкновенно. Впервые он соотносил те написанные в сообщении слова с человеком, находившемся напротив. Впервые понимал, что все это действительно правда.        — Ты уже давно противостоишь давлению сети отелей, которая буллит Малкольма Белла… - начал издалека.       — Ты следишь за моим блогом… - шумно выдохнул и расплылся в широкой улыбке, слыша между строк.       Тэхен невольно засмотрелся. Никогда его не видел улыбающимся. Удивительный.        — Да, - произнес как-то заторможенно, но затем собрался. — Ты, наверное, знаешь, кто генеральный подрядчик?        Чонгук не сводил с него взгляда несколько долгих секунд, прежде чем решился ответить. Он тоже предпочел быть честным.        — Знаю, - произнес, так и не прерывая зрительного контакта. — Твой отец?        Что? Он… знал? Второй раз за этот вечер Тэхен почувствовал себя обнаженным. Чонгук, заметив его испуганное состояние, поспешно отодвинул их блюда с пирогом на стол поблизости и придвинулся к нему так, что их колени соприкоснулись.        — Что не так? - не удержался и взял его за руки. — Пожалуйста, что я сказал не так?        Тэхен покачал головой, так и не высвобождая рук. Чонгук не мог не заметить, как его ладони вспотели за считанные секунды. Он нервничал.        — Мне все равно, кто твой отец и чем он занимается, - сжал что было сил чужие руки, хотя это вряд ли могло успокоить взбудораженного Тэхена. — Сказать тебе правду? - приблизил голову к нему так сильно, что их носы следом за коленями также соприкоснулись. — Меня бы не остановило, даже если бы ты был с ним заодно, - полушепотом, от которого по спине пробежали полчища мурашек. — Но ты ведь не… Ты ведь со мной? - все тем же горячим полушепотом задал вопрос, в который было вложено слишком много всего. — Скажи мне…        — Я с тобой, - только и хватило его на самые важные слова. За ними тоже скрывалось гораздо больше, чем буквально могло уместиться.        Чонгук зажмурил глаза и счастливо улыбнулся. Именно таким он его и представлял. Его буквально пожирало разгорающееся желание поцеловать Тэхена, особенно, когда их губы разделяли считанные сантиметры, но Тэхену еще было что поведать.        — На самом деле, я… я хочу присоединиться к тебе в защите прав мистера Белла, - выпалил и отодвинулся, внимательно считывая реакцию.        — Ты не должен этого делать, - неожиданно покачал головой Чонгук. Чимин говорил, что он будет рад… — Я не в том смысле, чтобы ты непосредственно участвовал… - объяснял, коря себя за то, что не так преподнес под воздействием особенно сильно накативших чувств. — Это повлияет на твои отношения с отцом.        — Их уже ничего не спасет, - с нескрываемой горечью вполголоса пробормотал. — Я хочу присоединиться и у меня есть идея.        Чонгук озадаченно всматривался в чужое лицо, пытаясь параллельно считывать все вложенные им в свои реплики подтексты.        — Позволь мне, - не сдавался Тэхен.        Разве мог он сопротивляться ему?        — Что за идея?        Сдался.        Вот уже полчаса как на экране ноутбука шло Октябрьское небо, которое ни один из них не смотрел. Изначально усевшиеся рядышком, они каким-то образом теперь уже лежали почти что в объятиях. Тэхен мирно покоился на руке Чонгука, а тот, не сопротивляясь своим желаниям, поглаживал его живот, периодически нагло залезая и под футболку. Тэхен не сопротивлялся.        — Почему ты сказал, что ваши отношения с отцом ничего не спасет? - после разговоров обо всем на свете решился все же задать волнующий весь вечер вопрос. Он безусловно догадывался о причине. В памяти вновь всплывала их ночная переписка, в ходе которой Тэхен признавался в разочаровании в близких людях.        — Разные взгляды на базовую мораль, - подтвердил догадки. — А еще… Мы никогда и не были близки. По сути сегодня мы впервые разговаривали и видели друг друга настоящими.        Чонгук переместил ладонь с живота на его щеку и нежно погладил, параллельно освобождая мягкую кожу от нависающих длинных, уже беспорядочно высохших волос.        — Ты правда уверен? - все еще не оставлял попыток отговорить. — Просто будь рядом, я сам… Так будет безопаснее для тебя.        Тэхен шумно выдохнул и укусил за ближайший палец, до которого смог дотянуться, выражая несогласие.        — Ты уже согласился, - напомнил. — Все будет хорошо, - и так доверчиво посмотрел, что у Чонгука вновь не хватило сил сопротивляться этой магии.        — Твоя идея и правда невероятная… - восхищенно прошептал, все так же поглаживая щеку и иногда ненароком переходя на шею. — Если Бостон Феникс и Юнги согласятся…        — Юнги согласен, а с Бостон Феникс я договорюсь, обещаю, - убаюканный чужими невесомыми прикосновениями и теплыми объятиями, Тэхен уже проваливался в сон.        Чонгук, считавший его полусонное состояние, не удержался и все таки прикоснулся к его губам своими, соединяясь в таком долгожданном влажном поцелуе со все еще сладким от какао и пирога привкусом. Тэхен мгновенно обхватил его за шею и потянул на себя. Сон как рукой сняло.