Тыквенный пирог Шарлотты

      — Молодые люди, как я выгляжу? - тем же вечером Малкольм Белл в сопровождении своих новоиспеченных друзей стоял на пороге кафе Шарлотты и нервно поправлял галстук.        Тэхен и Чонгук переглянулись и одновременно засмеялись. Они не предупреждали Шарлотту о неожиданном госте, но были уверены, что этим двоим найдется о чем поговорить друг с другом. Эта мысль осенила их одновременно в тот момент, когда мистер Белл упомянул свою покойную супругу на интервью. К тому же, тыквенный пирог Шарлотты был настолько хорош, что его должен был попробовать каждый хоть раз в жизни.        — Потрясно выглядите, - похлопал его по плечу Тэхен, довольно оглядывая приодетого в классический костюм господина и умиляясь его всполошенному состоянию. — Только букет чуть повыше приподнимите, - поправил букет роз, о котором, по всей видимости, совсем забыли. — Вот так.        — Сфотографировать бы вас так, - усмехнулся Чонгук и, приобняв Тэхена, подтолкнул ко входу. — Пора.        Взволнованный мужчина громко выдохнул и, собравшись с духом, пересек порог уютного кафе, в котором как и всегда вкусно пахло ванилью и специями, а также приглушенно звучали песни из старых фильмов.        — Ло часто бывает на кухне, когда посетителей мало, - пояснял Чонгук оглядывающемуся вокруг Малкольму, пока помогал ему снять пальто. — Я повешу, - добавил, забирая куртку и у Тэхена.        — Идемте, - потянул мужчину к прилавку Тэхен. — Сейчас позовем ее.        Как и предполагали парни, Малкольм и Шарлотта довольно быстро нашли общий язык, а тающая во рту выпечка покорила джентльмена бесповоротно. Вечер пролетел за шумными разговорами обо всем, веселыми историями из прошлого и искренним громким смехом, из раза в раз наполнявшем пространство медленно пустеющего к ночи кафе. Тэхен и Чонгук делились впечатлениями от своего первого репортажа, а Малкольм не уставал благодарить молодых журналистов за проявленное участие и неравнодушие к его судьбе. То самое редкое чувство, что ты в нужном месте, в нужное время и с нужными людьми, переполняло в тот вечер каждого.        — Не будете ли вы возражать, если я наведаюсь к вам на выходных, мисс Шарлотта? - нерешительно интересовался Малкольм, пока Чонгук помогал ему обратно надевать пальто. — Ваш пирог - просто чудо.        Парни снова переглядывались и обменивались ехидными улыбками. Вот, кто знал толк в очаровательных подкатах. Обоим хотелось верить, что если их работа и не принесет никакого результата, то они хотя бы посодействуют тому, чтобы хороший человек нашел другого хорошего человека в большом городе. И, конечно, это имело несоизмеримо большую ценность.        — Приходите в любой день, мистер Белл, - отвечала Шарлотта, даже не пытаясь скрыть заалевшие щеки. Безусловно, от жара на кухне и нескольких безостановочно работающих печей. — И спасибо за цветы.        — Принесу еще, - громко и уверенно обозначил Малкольм Белл, прежде чем вся компания покинула заведение Шарлотты и погрузилась в салон машины Тэхена. Дорога до Куинси должна была занять не больше получаса.        ***        — Ты точно не можешь остаться? - не скрывал своего разочарования Чонгук, пока они долго прощались возле корпуса общежития, сидя в машине. — Я скучал, хотя ты был рядом весь день, - поднял голову и просяще посмотрел на Тэхена, на плече которого лежал вот уже чуть меньше получаса.        Они только что вернулись из Куинси. Стояла ранняя безветренная ночь, но уже начинало по-декабрьски подмораживать. В теплом салоне машины они будто были изолированы не только от холода, но и от всего мира. Ужасно не хотелось выпускать из объятий Чонгука и больше всего он мечтал вновь оказаться с ним на их узкой кровати.        — Дами нужно подготовить несколько эссе к завтрашнему дню, а она… - закатил глаза и покачал головой, стараясь находить для сестры все больше и больше понимания. — А она предупредила меня только час назад. Она уже должна быть там.        Безудержно тянуло бросить все и остаться. Но       — Увидимся завтра уже в университете? - больше попросил, чем поинтересовался, водя кончиком носа по чужому теплому лбу.        — Да, завтра, - пробормотал Чонгук, стараясь скрыть обиду в голосе. Надо быть взрослым.        Тэхен отстранился и, обхватив румяные от тепла салона щеки, нежно поцеловал в губы.        Они были слишком заняты друг другом и слишком погружены в чувства. Ни один из них не заметил двоих незнакомцев, снимавших из автомобиля напротив все происходящее на камеру и, как только Тэхен отъехал от кампуса, последовавших за ним.        ***        Ночь и правда была на удивление тихая и безветренная, но на душе неприятно штормило. Тэхен уехал больше трех часов назад и с тех пор не появлялся в сети. В квартире его должна была дожидаться Дами, скорее всего, он просто уделял внимание сестре и помогал ей с долгами по учебе. Но он ведь не мог не заметить хотя бы одно из множества входящих сообщений, да? Он пытался объяснить себе как ребенку, что ревновать к родной сестре - нехорошо, пытался внушить себе то, что в здоровых отношениях у людей должно быть личное пространство и время, что нельзя никого душить своими чувствами и сводить свое присутствие в жизни другого человека, даже того, кого очень сильно любишь, в контроль. Единственное, что он не мог распознать в этом хаосе обрывочных и навязчивых мыслей, так это банальное предчувствие. Неизменно сводя все к своей возможно слишком сильной привязанности, он почему-то не допускал мысли о том, что с Тэхеном и правда могло что-то произойти.        Через час безрезультатных попыток заснуть он включил ночник и окончательно смирился с тем, что ему предстоит бессонная ночь. Пальцы не слушались и раз за разом проверяли телефон, который уже по обыкновению молчал. Он даже уже звонил ему. Тэхен буквально его игнорировал. Что ж, наверное, стоило уважать его личное время с семьей, но ему никогда еще не было так паршиво и неспокойно. Бесцельно пялясь в окно и пытаясь уловить очертания деревьев в полумраке, он пришел к мысли, что просто не выдержит до утра, если не увидит его. Будет выглядеть как последний влюбленный (или тревожный) идиот, но просто не сможет иначе. Что-то сжимало горло тисками и не давало дышать.        Через десять минут Чонгук уже был готов выдвигаться и уже открывал приложение для того, чтобы вызвать такси. Адрес он, к счастью, знал.        На его этаже послышались медленные шаги, заставившие его невольно обратить внимание на дверь. Кто-то снова поздно возвращался в блок. Вспомнив о такси, он вновь опустил взгляд на экран телефона, но в этот самый момент в его дверь глухо постучались. И только тогда все самые плохие и пугающие догадки разом обрушились на его измученное за полночи сознание.        — Чонгук, - неровно и прозвучал любимый голос за дверью, пригвождая его к месту и заставляя все его нутро похолодеть. Он плакал. — Чонгук, это я…        Вырвавшись из оцепенения, он бросился к двери и распахнул ее, чтобы увидеть перед собой избитого, всего в кровоподтеках и запекшейся крови Тэхена.        — Тэ, - еле слышно выдохнул, подхватывая под руки его едва держащееся на ногах тело и затаскивая в комнату. — Тэхен… - продолжал бормотать его имя, пока буквально нес его к кровати. — Тэхен… - шептал куда-то в волосы, пока тело в его руках заходилось в натуральном рыдании. Попав наконец в объятия уже родного человека, Тэхен дал волю переполнявшим его эмоциям. — Прошу, скажи, кто это сделал? - едва контролируемый гнев находил единственно возможный на тот момент выход через дорожки слез, которые он и не думал смахивать. Все, чего ему, такому человеколюбивому и сострадательному, хотелось, это буквально уничтожить того, кто это сделал. Ну и себя за то, в чем был не виноват. Он, конечно, тем не менее считал, что мог как-то уберечь. — Кто это сделал, Тэ? - осторожно уложил на кровать и навис сверху, не выпуская из объятий.        Тэхен притих, но все еще прерывисто дышал и все так же крепко держался за его шею.        — Отец, - буквально выплюнул, вкладывая всю свою ненависть в четыре буквы, которые еще несколько недель назад ассоциировал только со светлым и правильным.        — Тебе легче? - шептал в тишине глубокой ночи, пока его любовь напротив постепенно погружалась в сон. Успокоив Тэхена, он дал ему обезболивающее и помог принять душ, после чего обработал его раны и напоил успокаивающим чаем для хорошего сна. Теперь они лежали, периодически оба проваливаясь в легкую дремоту. — Все позади, Тэ, - поглаживал по все еще влажным волосам и щекам, переплетал с ним пальцы и осторожно целовал костяшки.        Говорить о том, что он рано или поздно найдет его отца и двинет ему от всего сердца пару раз, он не собирался. Тэхену необязательно было это знать.        — Да, - отозвался уже с закрытыми глазами. Засыпал.        Чонгук придвинулся ближе и прикоснулся к его носу кончиком своего.        — Я люблю тебя, - прошептал через минуту уже успевшему погрузиться в сон Тэхену.       ***        В течение нескольких дней Тэхен приходил в себя, отлеживаясь в комнате Чонгука. Тот так и не смог заставить его обратиться к врачу, хотя привлек к делу и Чимина, и даже Юнги. Не добившись никаких результатов, он взял уход в свои руки и регулярно обрабатывал ему полученные раны, а также приносил еду и в первый день помогал мыться. На третий день Тэхен уже чувствовал себя гораздо лучше, хотя кровоподтеки потемнели еще сильнее и выглядел он, мягко сказать, не очень. Тем не менее, после долгих уговоров с поцелуями он согласился все-таки на ужин с семьей Чонгука.        С сестрой он толком не обсуждал происшедшее. На его сообщение с одним единственным вопросом, знала ли она о том, что замышлял отец в квартире и специально ли заманила его туда, Дами отвечала множеством уверений о том, что нет, не знала ничего. По ее словам, отец уже был на месте, когда приехала она, и спровадил ее, сославшись на то, что загрузит Тэхена срочными делами. Тэхен не мог определиться, верить ли ей и в этот раз или нет.        Чимин же после происшедшего собирался любыми методами подключить и своих родителей к делу Малкольма Белла, но руководствовался скорее мотивами отмщения. Он знал, что это противостояние приобрело принципиальный характер между отцом и сыном и таким образом хотел выразить Тэхену поддержку. Его родители были корреспондентами (и он сокрушался, что не владельцами или хотя бы главредакторами) крупного массачусетского канала и он собирался уговорить их включиться в борьбу, чего бы ему это ни стоило. В свою очередь Бостон Феникс, нащупав занимательную историю харизматичного мистера Белла и получив положительный отклик от публики, вцепились в нее и развивали ее далее самостоятельно. Дело Чонгука и Тэхена приносило плоды, хоть и не так стремительно, как хотелось.        — Я искал нам квартиру, - поставил перед фактом Чонгук, держа Тэхена за руку по пути в Портленд. За окнами амтраковского Даунистера проносилось потрясающей красоты побережье Новой Англии и динамичные массивные волны Северной Атлантики. Чонгук любил эту дорогу, а Тэхен наблюдал пейзаж впервые и не мог оторвать глаз. — Там несколько подходящих, выберем вместе. И еще я нашел покупателей. У меня накопилось много снимков и видео с дрона, которые можно продать, и я их продам одному трэвел-сайту. Нам хватит на первое время.        Тэхен не мог сдержать улыбки. Он был нужен ему всяким. От этого осознания хотелось то ли кричать в открытом поле на весь мир, то ли плакать слезами настоящего счастья.        — Квартира записана на меня, я собирался…        — Что? Продолжать в ней жить? - получилось более резко, чем он планировал. — Прости, - погладил большим пальцем чужую руку.        — Нет, я хочу жить с тобой, - поднял глаза и посмотрел совершенно преданным и уверенным взглядом. — Я думал продать ее и… - последовала недолгая пауза. — У меня не оплачен последний год обучения. И осталось бы на жизнь еще. Вместе справились бы.        Чонгук что-то обдумывал с полминуты, опустив глаза на их сцепленные руки.        — Давай сделаем этот план запасным? - после недолгих размышлений он вновь посмотрел на Тэхена. — Мы что-нибудь придумаем.        — Давай, - согласился без раздумий.        ***        — Почему ты не отправил им какую-нибудь фотку, где я нормальный? - приближаясь к дому Чонгука недалеко от Уиллард Бич, Тэхен заметно нервничал.        — Ты и так нормальный, - Чонгук легко толкнул его плечом. — Ты самый красивый, Тэ. С синяками и как угодно, - такой милый и такой влюбленный.        Тэхен закатил глаза, хоть и не сдержал смущенной улыбки. В Чонгуке говорили чувства и не то, чтобы он не был этому рад, но впервые показаться его родителям побитым все-таки казалось ему странным.        — Вот увидишь, вы подружитесь, - продолжал тот как ни в чем не бывало.        Тэхен собирался было ответить, но за очередным поворотом вдруг показался океан. Очень вовремя, потому что        — Хочешь сказать, вы живете у самого берега? - выпалил с плохо скрываемым восторгом. Его моментально перестало волновать все остальное.        — Да, тут еще в двух шагах маяк, - улыбался Чонгук. Он очень любил свой дом и испытывал невообразимый трепет от пребывания здесь впервые с Тэхеном. — Прогуляемся вечером? Я тебе покажу.        — Ура, свидание, наконец-то, - воскликнул в ответ.        Оба смеялись на фоне густых, розоватых по-зимнему облаков и темно-синих вод Северной Атлантики.         ***        — Тэхен, попробуй еще вот с этим соусом, - заботливая (и даже чрезмерно) мама Чонгука неутомимо подкладывала ему еды, решив, по всей видимости, что он слишком худощав и это необходимо исправлять. Тэхен невольно вспоминал и о своей матери, которую очень редко видел и по которой не прекращал скучать еще с малых лет. Наверное, впервые с тех самых пор он чувствовал материнское тепло и присутствие.        — С этим, да? Сейчас попробую, - еда была действительно исключительно вкусной и он с благодарностью принимал угощения. — Очень вкусно, - после каждой его реплики внимательная миссис Чон вспыхивала широкой улыбкой и, если честно, не могла отвести от него глаз. Чонгук был прав, синяки не портили его.        — Рюджин, не дави на парня, - вступился за Тэхена мистер Чон, хотя его в общем-то все устраивало. — Ты впервые в наших краях, Тэхен? - обратился уже к нему самому.        — Да, - ответил и бросил взгляд на Чонгука, как будто проверяя, что тот все еще тут. Чонгук все время молча ел, улыбался и отмалчивался, давая родителям и Тэхену найти общий язык самостоятельно. — Здесь очень атмосферно и красиво, - искренне подмечал. — Чонгук сказал, что здесь поблизости есть маяк.        — О да, и не один, - согласился Чонвон. — Чонгук сказал, что вы на пару дней? - перевел вопрошающий взгляд на сына.        — Ага, - коротко ответил тот.        — Оставайтесь хотя бы на неделю, парни, - настоятельно порекомендовал. — Поплаваем на лодке, порыбачим.        — Оставайтесь, ребята, - поддержала мужа засиявшая миссис Чон.       Тэхен растерянно посмотрел на Чонгука, не зная, как тот отнесется к тому, что да, он бы очень хотел погостить в доме этой чудесной семьи подольше. И, наверное, Чонгук прочитал это по его глазам или же у них за это короткое время действительно выстроилась необъяснимая глубокая связь, потому что        — Если Тэ не против, я бы остался.        — Понюхай, сынок, - мистер Чон озвучил просьбу уже после того, как приблизил к Тэхену бутылку, которая благоухала крепким кофе. — Как тебе, а?        Чонгук в это время помогал матери с тыквенным пирогом, который тоже был своеобразным символом Дня благодарения и был оставлен на десерт, время которого как раз подходило. Но на самом деле Чонвон просто хотел поговорить с Тэхеном наедине.       — Чистый кофе, - слегка поморщился Тэхен, удивленный неожиданным запахом. Похоже было на какой-то ликер. — Что это?        Необычайно довольный мужчина напротив одобрительно закивал и сам вдохнул терпкий аромат, казалось, настолько глубоко, насколько только позволяли легкие.        — Это кофейный бренди Аллена, Тэхен, - пояснил, понизив голос. — Это здешняя штука, больше нигде нет.        — А попробовать можно? - точно так же тихо спросил, поддавшись настроению мистера Чона.       — Конечно! Чонгук его терпеть не может, - обнадежил. — Хоть с тобой буду пить, - налил в заранее припасенные стаканы. — Если понравится, конечно.        Тэхену понравилось. И через пару заходов они уже говорили на совершенно другие темы.        — Послушай, сынок, - Чонвон по-отечески положил ладонь на плечо Тэхена и наклонился к нему. — Мы с Рюджин знаем о твоей ситуации. И ты можешь на нас положиться, понимаешь? - Тэхен прикрыл глаза и медленно кивнул. — О деньгах не волнуйтесь, мы поможем. Скажи Чонгуку, чтобы не воротил нос, когда родители помощь предлагают, - похлопал пару раз по плечу и отстранился, чтобы налить еще. — У вас есть семья.        Тэхен, не отрывая пристального взгляда от мистера Чона, расплылся в благодарной улыбке. Да, у них с Чонгуком есть семья.        ***        — Здесь красиво, - развалившись на каменной косе на подходе к маяку Спринг Пойнт, Тэхен полулежал на спине Чонгука и любовался ранним закатом. Наверное, впервые в жизни он испытывал ощущение абсолютной гармонии и безмятежности. — Здесь очень хорошо. С твоей семьей.        Чонгук, не оборачиваясь, дотронулся до чужой руки и мягко обхватил.        — Ты никогда не рассказывал о маме, - и правда, особая связь. Иначе откуда ему было знать, что именно сегодня Тэхен особенно часто вспоминал о ней.        — Она очень хорошая, - решился, сжимая чужую руку в ответ. — Правда далеко. Из-за отца.        — Поделишься?        — Вероятно, они с отцом никогда не любили друг друга. Когда родилась Дами, у мамы появилась связь на стороне. Кто-то из партнеров отца, - эта история давалась ему особенно тяжело, но это было единственное нерассказанное, что еще отделяло их друг от друга. — Я думаю, она его действительно любила. А он воспользовался ею, чтобы проникнуть на территорию отца и выкрасть какие-то важные бумаги. После этого он ее бросил, а отец потерял много денег.        — Что он сделал с ней? - голос Чонгука не выражал никаких эмоций. Ему достаточно было чувствовать состояние человека, с которым сидел посреди Атлантики спина к спине.        — Ее депортировали, - безжизненным голосом. — Он уже тогда обладал серьезным влиянием и имел связи. На нее повесили незаконный экспорт.        Ранним вечером возле маяка Спринг Пойнт, что находится в Саут-Портленде, было чрезвычайно спокойно и тихо. Людей практически не было, но позади них постепенно загорались ярко-оранжевым окна двухэтажных и одноэтажных домиков.        — Тэ? - после недолгого молчания позвал Чонгук.        — Да?        — Хочешь, съездим к маме?        — Хочу, - быстро и рвано, словно только и ждал этого вопроса всю жизнь.       — Все будет хорошо, - утверждая.        — Все будет хорошо, - тихо соглашаясь.