Практика

Джейми подходило быть женственной и кокетливой: у нее была загорелая кожа и голубые глаза. По сути, она была полной противоположностью Эрику, с ее короткими юбками и укороченными топами, всегда выставленной напоказ полной грудью и расстегнутой блузкой, бросающейся в глаза Лайлу. Даже сейчас она трясла перед Лайлом своим декольте, как наградой за поцелуй, о котором она его просила, опираясь на острые носки своих каблуков, пока их лица не оказались в нескольких дюймах друг от друга. Повинуясь, Лайл бесстрастно поцеловал ее в губы, а Эрик, покрасневший от ярости, наблюдал за этим со стороны. Когда Лайл отстранился, Эрик не мог оторвать глаз от его рта — розовые полные губы, у изгибов которых частично красовался жемчужный блеск Джейми. Уже не в первый раз Эрик задавался вопросом, каково это — целовать его, чувствовать теплое прикосновение губ Лайла, скользящих по его губам, медленное перекатывание его языка во рту Эрика. Ему это снилось, хотя, наверное, ему следует называть их кошмарами, где он просыпался трясущимся, в мокром нижнем белье, задаваясь вопросом, что он за человек, чтобы иметь такие фантазии о своем собственном брате. Хотя, учитывая семью, в которой он вырос, для их отношений, скорее всего этот исход был так же естественен, как и дышать, их отношения развивались таким образом, что Лайл был общим знаменателем в его жизни, когда дело касалось большинства вещей, Лайл был первым человеком, которому Эрик когда-либо доверял, первым человеком, который заставил его чувствовать себя в безопасности, первым человеком, который показал ему, что такое любовь – или, по крайней мере, какой должна быть любовь. Поэтому младший не понимал, почему Лайл не мог быть тем, с кем у него был бы первый поцелуй. — Ты в порядке, Эрик? — Эрик покачал головой из стороны в сторону, как будто пытался выкачать воду из ушей, шумы кинотеатра оживали вокруг него, когда он перефокусировал свое внимание — взрывы смеха детей, стоявших рядом с прилавком, жестяной звук аркадных игр, жужжания автомата по производству попкорна и его маслянистого запаха, доносящегося к нему, и приятных тонов голоса Лайла, зовущего его с расстояния пяти футов. — Эрик? Ты в порядке? — снова спросил Лайл, озабоченно нахмурив брови и глядя на него. Эрик ободряюще улыбнулся ему, ярко и, вероятно, немного влюбленно. — Да, я в порядке. —Ты уверен? — спросил он, затем протянул руку и прикоснулся ко лбу, зачесывая пальцами вьющуюся челку. —Тебя что-то лихорадит. Если хочешь, я могу отвезти тебя домой. При прикосновении Лайла он почувствовал, как его тело откликнулось, его член зашевелился от малейшего прикосновения прохладных, тонких пальцев. Как жалко, подумал Эрик. Но предложение было заманчивым. Если Лайл отвезет его домой, он, вероятно, останется с ним, чтобы убедиться, что с Эриком все в порядке, и, по крайней мере, это убережет его от когтей Джейми. Джейми обняла Лайла за плечо. — Да, Эрик, мы могли бы отвезти тебя домой, если ты плохо себя чувствуешь. А мы с Лайлом сможем потом вернуться в кино.«Без тебя», — хотела сказать она с натянутой улыбкой на лице, настороженно глядя на него. В последние несколько недель Джейми так открыто выражала свое желание избавиться от него. «Разве у тебя нет своих друзей» или «Разве не стыдно все время ходить за своим старшим братом?» Но все его друзья были также друзьями Лайла, и нет… нет, это не так. Эрик знал, что она хотела уединения, чтобы наконец заняться сексом с его братом, но что-то первобытное, что-то испорченное внутри него ненавидело эту мысль и получало удовольствие, каждый раз пресекая ее попытки. В ответ он одарил ее своей собственной улыбкой во все зубы, и сказал: — На самом деле, я чувствую себя прекрасно. — Сдуваясь, как воздушный шар, что было вполне уместно, поскольку она была довольно вспыльчивой, Джейми побежала с Лайлом к ​​стойке за закусками, а Эрик тащился за ними, как угрюмый ребенок. Они купили поп-рок и газировку, Джейми склонилась над прилавком так, что ее грудь угрожала выпасть из-под топа, неоново-розовые бретельки бюстгальтера выглядывали из ее плеч. — Эй, это же… Синтия, сюда! — крикнула Джейми, взмахнув руками в воздухе, давая кому-то сигнал. Из толпы вышла маленькая брюнетка с широко расставленными глазами и носом-пуговкой, ее щеки покраснели, и она посмотрела то на Эрика, то на Лайла. — Привет, — сказала она застенчиво. —Привет, Синтия, — сказала Джейми, — это Лайл и Эрик. Эрик, ты знаешь Синтию, да? Она учится в твоем классе. — Привет, — сказал Эрик. Невероятно, но щеки Синтии потеплели. — Привет, мы, эммм… вместе занимаемся историей. Эрик приподнял бровь. Она выглядела несколько знакомой, точно так же, как вид школьной учительницы в продуктовом магазине смутно пробуждал память, для необходимой корректировки, чтобы примирить две части вашей жизни, столкновения, о которых вы никогда не думали. — Я Лайл, — заявил его брат с дружелюбной улыбкой на лице, обнажив тень ямочки на его щеке. Было несправедливо то, насколько привлекательным был его брат, но еще более несправедливо было то, что Лайл знал о своем влиянии на женщин и одевался соответственно этому, его шелковая рубашка была частично расстегнута, обнажая V-образный вырез золотистой кожи, широкие плечи от последовательных дней в тренажерном зале, тонкая талия и брюки Versace с пряжками, длинные мускулистые ноги, которые то и дело порывают брюки разойтись по швам. Синтия выглядела так, словно собиралась сгореть. Она откашлялась и прошептала: — Я знаю, кто ты. — Итак, поскольку Синтия здесь одна, — сказала Джейми, — и Эрик здесь один. Почему бы вам, двум подросткам, не сходить на свидание, милые? — Нет, спасибо, — прямо сказал Эрик. Джейми твердо сказала: — Я настаиваю. Я имею в виду, Эрик, что нельзя оставлять девушку в кино одну. Это было бы не очень джентльменски с твоей стороны. Глаз Эрика дернулся, но он спокойно улыбнулся Синтии. — Для меня будет честью сопровождать тебя, если ты не возражаешь. Синтия кивнула, и прядь каштановых волос выпала из ее бокового хвоста. — Я совсем не против. Вот же несговорчивый. Джейми злобно улыбнулась. Это свидание. Лайл быстро моргнул, переводя взгляд между ними троими, как будто он только что упустил что-то важное. — Подожди, что? — Джейми потянула Лайла за руку и потащила его в театр, а Эрик внимательно следовал за ним, не заботясь о том, стоит ли за ним Синтия или нет. Когда Лайл и Джейми заняли два места в среднем ряду, позади хрупкой пожилой пары, которая выглядела так, словно их мог сдуть легким ветерком, Эрик сел прямо рядом с ними, окруженный с обеих сторон Лайлом и Синтией. Боковым зрением он увидел, как Джейми бросила на него брезгливый взгляд, но решил проигнорировать его, выражая невинность и удовлетворение на его лице, когда он сосредоточил свой взгляд на экране. Играла «Пятница 13-е», и он ненавидел фильмы ужасов, но он предпочел бы быть здесь, присматривая за Лайлом, чем торчать дома, в панике гадая, добрался ли Лайл до третьей базы с Джейми. Синтия продолжала грызть ногти, а когда разыгрывалась особенно страшная сцена, она сжимала руку Эрика вспотевшей ладонью или закрывала глаза обеими руками, чтобы не видеть экран. Эрика это раздражало бы, если бы это не было так мило. — Я ненавижу фильмы ужасов, — прошептала она ему на ухо. Он посмотрел на нее в вязаном свитере и светлых джинсах и подумал, что в другой жизни он, возможно, нашел бы в ней ту девушку, с которой ему было бы хорошо. — Тогда зачем ты пришла? — Она пожала плечами, ее длинные ресницы развевались, когда она посмотрела себе под ноги. На заднем плане просвистела бензопила, поэтому он наклонился ближе и приглушенным тоном спросил ее: — Джейми тебя подговорила? — Синтия покраснела. — Ну, она сказала мне, что ты будешь здесь. После этого мне не потребовалось особых уговоров. — Эрик ценил ее честность, она казалась девушкой, которой не жалко отдать частичку своего сердца, поэтому меньшее, что он мог сделать, это ответить взаимностью на эту энергию. — Ты кажешься отличной девушкой и все такое, но я сейчас не ищу отношений, — сказал Эрик. — Синтия улыбнулась, застенчиво, мило и немного грустно. — Да, я так и думала. — Он вздрогнул. — Извини, сегодня я был не очень хорош на нашем свидании. — Это нормально. Я как бы застала тебя врасплох. — Хотя мне бы очень хотелось подружиться. Может быть, мы могли бы сходить куда-нибудь в другой раз, когда я буду более подготовлен, — серьезно сказал Эрик. Синтия медленно улыбнулась ему. — Звучит здорово. — Её яркая улыбка заставила его улыбнуться ей в ответ, и они, вероятно, выглядели как два идиота из фильма про маньяков, ухмыляющихся друг другу, но Эрика это не волновало. Он посмотрел направо, чтобы рассказать Лайлу о своем новом друге, и остановился. Лайл пристально смотрел на то место, где Синтия держала его за руку, у него в челюсти послышался скрип, в то время, как его взгляд метался между их соединенными руками и улыбающимися лицами. Взгляд радостного Эрика упал на убийственный взгляд в глазах брата. Зная своего брата достаточно хорошо, чтобы предвидеть дальнейшую ссору, он сглотнул и держал голову прямо до конца фильма. — Хороший фильм, а? — спросила Джейми, как только они вышли из кинотеатра. Браслеты на ее запястьях звенели, когда она взмахивала руками. — Что ты думаешь, Синтия? — Синтия покраснела, и Эрик уже начал задаваться вопросом, полезно ли человеку так часто краснеть. — Да, я хорошо провела время, — застенчиво сказала она. — Круто, — сказала Джейми. — Может быть, вам двоим стоит снова встретиться. Узнайте друг друга получше. — Прежде чем Синтия успела произнести хоть слово, Лайл сказал, не оставляя места для споров: — Нет. — Джейми чуть не получила шейную травму — от скорости, с которой она повернула к нему голову. — Что? — Я сказал нет, — мрачно ответил Лайл. — Эрик слишком молод, чтобы встречаться. — Разве ему не пятнадцать? — спросила Джейми. — Именно, он слишком молод, — сказал Лайл, — и слишком невинен, чтобы ходить на свидания поздно вечером с девушками. — Посмотрев искоса на Эрика при слове «невиновность», Джейми скептически заглянула в его лицо, на что Эрик мгновенно ухмыльнулся, прежде чем позволить своему лицу снова принять безэмоциональное выражение. — Они одного возраста, я думаю, это нормально. Я встречалась, когда мне было пятнадцать, и… — Твои родители и мои — две разные ситуации, — сказал Лайл. — Мой отец не позволил бы этого. — Ох, — воскликнула Джейми, нахмурившись. — Я забыла, каким строгим был твой отец. — Кстати о моем отце, нам, наверное, уже пора домой, — сказал Лайл. — Уже поздно. Эрик взглянул на Лайла, но его брат избегал его взгляда. Они оба знали, что их родителей сегодня вечером не будет дома, они уехали вчера, чтобы отправиться в путешествие на яхте на выходные. — Да, конечно, — сказала Джейми, смущенная резкостью тона Лайла. — Тебя отвезут домой, Синтия? – спросил Эрик. Он едва услышал, как Лайл издал низкое пренебрежительное рычание в глубине своего горла. — Эмм, да, — сказала Синтия, нервно глядя позади Эрика, где, вероятно, стоял Лайл. — Мои родители ждут меня на парковке. — Ладно, — сказал Эрик, — тогда, думаю, заранее спокойной ночи. Синтия улыбнулась, теребя подол своего свитера. —Ага. Увидимся в школе в понедельник. — Увидимся, — сказал Эрик, протягивая руку, чтобы обнять ее и почувствовать запах цветочных духов. — Эрик, — позвал Лайл. — Пойдем. Сейчас же. Дорога домой была неловкой, никто из них не осмеливался нарушить напряженную тишину между ними: Джейми, застывшей и неподвижной на пассажирском сиденье, Лайлом, сжимающим руль костяшками побелевших пальцев, и Эриком, который смотрел в окно, погруженный в собственные мысли. Когда они наконец добрались до дома Джейми, ее рука замерла, когда она расстегнула ремень безопасности. — Лайл, я… я сделала что-то не так? — Лайл холодно посмотрел на нее краем глаза. — Никогда даже не думай, что знаешь, что лучше для моего брата. — Она побледнела. — Что? Я не… — Он наклонил голову и посмотрел на нее так, что она прижалась к двери машины, уклоняясь от него. — Но ты подумала, не так ли? — Я просто подумала, что было бы мило, если бы мы пошли на двойное свидание. Что, возможно, ему нужна компания, вместо того, чтобы ходить за нами весь день. — Эрику не нужна девушка! — прорычал Лайл.