Трудный путь к чувствам.

«Любишь дом, люби и ворон. Любя человека, любить всё, что с ним связано; любишь меня, люби и мою собаку»

— Китайская пословица.

▪︎▪︎▪︎

Весь известный мир отмечал праздник любви, более известный как Цыси. Все люди, от богатых до бедных, старались украсить свои дома украшениями, а молодые пары клялись друг другу в верности. — Я не понимаю, что мы должны здесь делать? — непонимающе спросил Се Лянь, прогуливаясь по улицам города Базиц. — По-моему, все в порядке и здесь нет никаких опасностей. — Ваше высочество, не забывайте, что это только на первый взгляд вам кажется, что здесь нет ничего опасного, — сказал ему Нань Фэн. — Животные исчезают здесь уже несколько месяцев. — Я прекрасно знаю это и без вас двоих, — просто сказал принц. — Я просто не понимаю, зачем они послали меня сюда, ведь я всегда создаю проблемы. — Да, с этим утверждением трудно поспорить, — согласился первый. — Вот почему мы здесь, чтобы вы ничего не предпринимали. — Кроме того, ты единственный бог, о котором никто не знает, так что не будет толпы людей, которые хотели бы о чем-то попросить, — уверенно сказал второй бог низкого ранга. Он легонько ударил Нань Фэна локтем в живот и посмотрел на него так, словно говорил: Ну же, скажи ему это. — Ваше высочество, — в этих двух словах он постарался выразить все свое уважение к нему, хотя это было крайне сложно. «Как можно уважать мусорного бога?» — спросил он сам себя, но, помолчав, продолжил. — Пожалуйста, позволь нам двоим ненадолго уйти от тебя. — Зачем? — он непонимающе посмотрел на них, когда остановился и обернулся. — Что вы двое решили делать? — Да, мы решили совершить одну глупость, но обещаем, что ничего плохого не случится, — заверил его студент Му Цин. — Что ж, идите вперед, а я постою здесь и подожду, пока вы двое не вернетесь, — с улыбкой сказал принц. Его подчиненные без колебаний отправились туда, куда хотели: к камфорному дереву, возле которого стояла палатка, где они могли написать свое имя на бумаге. — Ты сначала напишешь свое имя? — с интересом спросил его Фу Яо. — Я могу написать свое имя первым на этой стороне, а на другой стороне ты можешь написать свое первым, — уверенно сказал он, доставая чернила и подписывая бумагу. — Хорошо, — выплюнул Нань Фэн и подождал, пока он сможет подписать свое имя на этой красной бумаге. Заплатив относительно небольшую сумму денег, они подошли к дереву и стали решать, где разместить табличку со своими именами. Выбор был велик, но они решили повесить ее над самой верхушкой дерева на одной из своих веток. — Да, не зря мы все это придумали, — сказал Фу Яо. — Теперь мы можем сказать, что наши отношения официально задокументированы. — А ты уже придумал, что мы скажем ему, когда не найдем этого демона? — спросил Нань Фэн, когда он слез с его плеч. — Давай скажем ему, что это всего лишь городская легенда, оправдывающая плохой уход за скотом, и ничего больше, — уверенно сказал он, когда его теперь уже официальный бойфренд спустился вниз. — Фу Яо, Нань Фэн, с каких это пор вы двое решили, что я тупой? — сердито спросил их мусорный бог таким голосом, что стало ясно, что он все видел и слышал. — Вам не стыдно за себя? — Се Лянь, поверь нам обоим, мы не хотели сделать ничего плохого, — начал уверять его перепуганный Фу Яо. — Мы просто… просто… — он замолчал, потому что не хотел произносить это вслух. — Мы просто хотели узаконить наши отношения с богами, и все! — Узаконить отношения перед богами? — удивленно спросил Се Лянь у них обоих. — Подождите, так не может быть, или вы оба серьезно пытаетесь сказать, что мой прошлогодний эксперимент так сильно сблизил вас? — Ну, в общем, — Фу Яо почесал затылок, раздумывая, что бы ему сказать. —

▪︎▪︎▪︎

— Се Лянь, ты можешь сказать мне, где ты меня видишь и, самое главное, почему? — спросил его Фэн Синь, его подчиненный. Он знал, что этот бог ответит ему: «Я должен навести порядок в своем доме, а ты должен мне помочь». Но во время их двухчасовой прогулки он начал понимать, что из-за своей ехидной улыбки не хотел делать ничего совершенно другого. — Я уже сто раз отвечал на этот вопрос, ты должна была уже запомнить, — сказал он беззлобно, просто констатируя факт, который не склонялся, как гора перед бушующим ветром. — Но если у тебя уши заложены, то я тебе так скажу: мы должны навести порядок в моем доме. Впоследствии он в принципе решил не задавать ему никаких вопросов, и они просто пошли вперед без лишних вопросов. Они шли недолго, так как уже прошли большую часть пути и были уже недалеко от дома. Когда они вошли в однокомнатную комнату, то увидели Фу Яо. — Что он здесь делает? — спросил его Нань Фэн, чья злобность возросла до небес. — Я убираюсь в доме его высочества, — ответил он, каждым словом демонстрируя свою предвзятость. — Но что ты здесь делаешь — это большой вопрос? Злоба настолько опьянила их обоих, что они даже не заметили настоящего злодея во всей этой истории: Се Ляня. Он выбежал из однокомнатного дома и запер их обоих снаружи. — Что? — Фу Яо не мог поверить в то, что только что произошло. — Се Лянь, открой дверь! — Извини, я не могу этого сделать, пока вы оба не станете друзьями, — злорадно сказал он. — Что? — возможно, Нань Фэн, воспринявший это как личное оскорбление, спросил. — Ваше высочество, пожалуйста, перестаньте валять дурака и просто выпустите нас отсюда. — Извините, но нет, вы можете выйти только в двух случаях: по моей личной просьбе или по просьбе этого дома, на который я наложил заклинание, гласящее: «Пока два бога не найдут пример, они навсегда останутся в этом доме». — Навсегда? — спросили они оба таким тоном, что им обоим было ясно, что они этого не хотят. То, что они оба сделали дальше, можно было представить только в бредовом сне: они оба подбежали друг к другу и начали обниматься и разговаривать друг с другом. Они сделали это очень претенциозно и безвкусно, но для них обоих в данный момент было важно, чтобы Се Лянь или этот дом позволили им выйти на улицу: — Привет, Нань Фэн, мой старый и дорогой друг, как дела? — спросил Фу Яо. — Да, вроде бы все нормально, я живу, а ты как? — с интересом спросил он его. — Нет, это не считается, — Се Лянь, чего не ожидали от него все, проявил твердость характера в этих четырех словах. — Вы двое должны по-настоящему подружиться, и тогда вы оба сможете покинуть это здание. — Се Лянь, не мог бы ты дать нам двоим задание попроще? — с любопытством спросил его тот, у кого Му Цин был наставником. — Мы оба служим разным генералам, которые ненавидят друг друга, как кошка и крыса. — Вообще-то, правильнее было бы сравнить их отношения с кошкой и собакой, но мне даже стало интересно, кого вы подразумеваете под словом «крыса»? — С интересом спросил его Нань Фэн таким тоном, что всем стало ясно: если Фу Яо не передумает, ему будет очень плохо. — Да, я знаю, кому вы оба служите, но я провел с вами достаточно времени, чтобы с уверенностью сказать, что вы определенно станете друзьями, — уверенно сказал Се Лянь. — С чего бы мне дружить с этим идиотом? — возмущенно спросил Нань Фэн. — Он отвратительный, высокомерный и довольно взрывоопасный тип, — закричал он и начал колотить в дверь кулаками. — Он не умеет себя контролировать. — Таково было их мнение друг о друге: Фэн Синь и Му Цин, пожалуйста, не повторяйте их мнения и перестаньте думать, что, поскольку он служит ему, это равносильно тому, что Нань Фэн и Фэн Синь — это одно и то же, — обратился к ним наследный принц, чье монархическое государство уже давно не является монархическим. был стерт с лица земли и забыт. — Ваше высочество, пожалуйста, не делайте глупостей и выпустите нас обоих, — настойчиво крикнул ему Нань Фэн. — Вы можете себе представить, что мы можем делать без присмотра?! — Учтите, что вся ответственность за кровопролитие ляжет на твою совесть, Се Лянь, — сердито сказал подчиненный Му Цин. — Кровопролития не будет, — уверенно и четко произнес он с улыбкой. — Я знаю вас обоих. Из этого места были слышны шаги, и ни Нань Фэн, ни Фу Яо не сомневались: Се Лянь уходит от них. Он был так зол на него, что они начали колотить в двери и окна, которые также были закрыты, ногами и руками, крича ему вслед: — Мы ненавидим тебя! — Когда мы выберемся отсюда, мы убьем тебя в самой жестокой форме из всех этих слов, и никто не будет бояться тебя, мусорный бог! — Я счастлив, что теперь у вас двоих есть источник вражды, а не вы двое и ваши покровители, — насмешливо сказал им бог через магическую сеть. Их проклятия в адрес наследника трона Сяньлэ не прекращались еще несколько часов, и когда они оба поняли, что не могут связаться с другими богами через сеть, их проклятия и ненависть усилились, как и потребность убить его. Но постепенно ненависть между ними двумя начала исчезать, как и силы бить всех без разбора. — Нань Фэн, у меня в голове появилась идея, как нам вдвоем выбраться отсюда, — уверенно сказал Фу, лежавший на кровати. — Но она тебе не понравится. — Скажи мне, быстро, — сказал он ему с сухой ненавистью. — Может, нам стоит подружиться, чтобы этот дурацкий дом выпустил нас отсюда? — предложил он ему, хотя прекрасно знал, что тот откажется. — Фу Яо, с каких это пор ты решил остаться здесь навсегда? — непонимающе спросил он и бросил на него злобный взгляд. — Или тебе нравится смотреть, как я страдаю? — Ни то, ни другое, мне просто пришла в голову мысль, что, может быть, мы послушаемся его и сделаем так, как он хочет, — предложил он ему. — Я никогда не буду твоим другом! — гордо сказал он и отвернулся от него. — Я не настолько глуп, чтобы иметь с тобой какие-либо отношения, кроме враждебности. — Знаешь, я тоже не хочу быть твоим другом, но если мы оба хотим быть свободными, мы должны быть такими хотя бы какое-то время, — уверенно сказал он. — И что же ты предложишь нам после того, как мы уйдем отсюда? — с любопытством спросил его Нань Фэн. — У нас двоих будут точно такие же отношения, какие были раньше, но с одной отличительной чертой: мы не будем этого показывать, чтобы у этого идиота бога не возникла идея снова подружиться с нами, — объяснил он ему свой план действий. — Ну что, ты согласен? Нань Фэн не ответил на вопрос Фу Яо. Очевидно, он обдумывал свое предложение, хотя в некотором смысле оно казалось ему заманчивым и в то же время спорным из-за того, что он не был уверен, что они смогут убедить всех в том, что у них дружеско-нейтральные отношения. — Я не уверен, что это сработает, но с мир не шутил, — сказал он и повернулся к нему, своему врагу. — Ну, с чего мы начнем? — Давайте начнем с предыстории нас обоих, потому что, чтобы завязалась дружба, нам нужно знать друг друга в лицо, — сказал он, садясь на пол, как и он. — Я знаю твое лицо лучше, чем ты сама, потому что вижу его каждый день, — медленно и с отвращением произнес он, его глаза горели злобой. — Я имел в виду в переносном смысле этих слов, — спокойно сказал он и слегка улыбнулся от удовольствия, что понял, насколько глуп был Нань Фэн. — Ну, раз это твоя идея, тогда начинай рассказывать свою историю, — сказал он и махнул рукой в его сторону. — Ну, я родился на юге Сяньлэ на закате его могущества, — начал он свой рассказ. — Я жил в довольно бедной, но честной семье, которая чтила традиции своего народа. Когда началась война против государства, которое раньше называлось Сяньлэ, я отправился на войну, где благородно погиб и стал одним из небожителей, но низкого ранга. — Ух ты, какая у тебя интересная история, — с нескрываемым сарказмом произнес Нан Фенг. — И это все, что ты можешь рассказать мне о себе? — Ну, я мог бы рассказать вам о себе во всех подробностях, но, боюсь, вам это неинтересно, — уверенно сказал он и обиженно отвернулся. — Давай, расскажи мне о себе все, что придет в голову, я выслушаю все от начала до конца, к тому же у нас впереди целая вечность, чтобы подружиться, — попросил он его. — Хм, это сложно, — задумчиво произнес Фу Яо. — Я ничего не делаю, кроме как ненавижу тебя и тренируюсь под руководством Му Цин. — Знакомое чувство, но я все равно не понимаю, как ты можешь не помнить свою жизнь до того, как получил благословение от богов? — непонимающе спросил Нань Фэн. — Ну, тогда, может быть, ты расскажешь мне что-нибудь о себе, — предложил ему Фу Яо без той злобы и отвращения, которые были так хорошо знакомы ему при общении с ним. Нань Фэн не сразу отреагировал на его предложение. Ему, как достойному человеку, а ныне небожителю, стало стыдно, и он почесал в затылке, после чего сказал: — Ты знаешь, почему я стал таким же, как ты, в таком же звании? — спросил он его с сердитым видом и сам ответил на свой вопрос, не дожидаясь ответа. — Я спас свою мать и сестру от сексуального насилия во время войны, но ценой своей жизни, когда мне было всего одиннадцать лет… — Тебе что, одиннадцать лет? — удивился Фу Яо. — Но ты не похож на одиннадцатилетнего мальчика… — Я знаю, на кого я похож, — крикнул он ему, всхлипывая от воспоминаний. — Я решил стать братом и другим ребятам из моей деревни, которые погибли на войне, и теперь я такой же, как они. Он сделал паузу из-за переизбытка эмоций и добавил так, словно был подавлен. — Я был благословлен благодаря Фэн Синю, который ценил меня и рекомендовал другим стать его учеником. — Да, твоя жизнь была не из сладких, — уверенно сказал он, желая утешить его, но не зная, как именно. — Кстати, как звали твоего брата? — Нань Срог, — ответил Нан Фенг дрожащим от волнения голосом. — Он погиб на войне. — Тот самый, Нан Срог? — Фу Яо был искренне поражен услышанным. — Целой, свой… — Ты его знаешь? — при этом вопросе голос Нань Фэна резко изменился. — Ты тот идиот, которого он спас от смерти, когда ему пришлось бежать с поля боя? — Ну, на самом деле, «да», так оно и есть, — он дрожал, боясь расправы над собой. — Он был очень смелым и сильным человеком, который мог подбодрить всех, кто стоял рядом с ним. — О брат, за что? — возмутился младший брат и закрыл глаза, начиная спускаться. — Почему тебе так нравится спасать всех, кто попадает под руки нечестивцев? — Конечно, ты мог бы узнать ответ тысячу лет назад, когда пал Сяньлэ, но я скажу тебе вот что: твой брат был искренним любителем отечества и не хотел, чтобы кто-то погиб из-за врага, но, к сожалению, он не смог сдержаться и погиб сам от рук недоброжелателей. — Это ужасно на него похоже, — сказал он без слез.

~

Се Лянь в то же время спокойно и удовлетворенно возвращался к богам. Он шел очень медленно, чтобы насладиться последними лучами солнца, прежде чем на небе появится луна. — Какой чудесный закат, — сказал он с легкой улыбкой, глядя на вечернее небо, и продолжил свой путь. Он шел так же спокойно и уверенно, пока не увидел впереди Фэн Синя и Му Цин, которые шли рядом и непринужденно разговаривали между собой. — Что случилось? — спросил он их, когда они все встретились. — Где мой ученик? — спросил Му Цин, по его голосу было ясно, что он подозревает его. — В последний раз, когда я его видел, он гулял с вами. — Ваш и его ученик находятся в сарае и выйдут оттуда только тогда, когда узнают, что их связывают дружеские узы, — ответил он им. — Се Лянь, ты что, с ума сошел? — яростно воскликнул Фэн Синь. — Доставь нас туда, пока они не поубивали друг друга! Се Лянь подчинился его приказу и быстрым шагом направился к ним. Му Цин и Фэн Синь были совершенно разными личностями при жизни и после нее, но единственное, что их объединяло, — это то, что они поливали Се Ляня словесной грязью: — Се Лянь, если тебе придет в голову подобная идея, я насру тебе в голову так, что мое дерьмо превратится в твои мозги, — уверенно заявила Му Цин. — Зачем ждать, пока этому пустоголовому мальчишке придет в голову подобная идея, если ты можешь наказать его прямо сейчас? — непонимающе спросил он. — Я заставлю его пройти все круги ада, если он что-нибудь сделает. — Прохождение кругов ада — слишком мягкое наказание для него, — запротестовал военный, жаждавший крови.

~

— Слушай, а чем ты любишь заниматься в свободное время? — с интересом спросил Нань Фэн. — Я люблю читать, — сказал он ему. — Мои любимые писатели — Уз Хирт, Канло и Юш Рогти, моя любимая книга — «Путь к южной звезде». — Ого, какое совпадение, мне нравится читать то же самое, за исключением «Канло», которую, к сожалению, я не читал, — сказал Фу Яо. — И не читай это, — фыркнул он. — Он пишет чрезвычайно скучно.

~

— Если твой ученик убьет моего ученика, я убью его, — угрожающе произнес Фу Яо. — Что ж, в таком случае, если ваш ученик убьет моего ученика, он станет моим роботом и будет лизать мне ноги, — твердо сказал он. — Заткнитесь, вы оба, мне кажется, я слышу голоса, — потребовал от них Его величество. Все замолчали и стали прислушиваться к голосам. — Мне кажется, что голоса доносятся из того места, где ты видишь нас двоих, — уверенно сказала Му Цин. — Фу Яо? — удивился Се Лянь и побежал вперед по дороге.

~

— Знаешь, какая мысль мне только что пришла в голову? — спросил его Нань Фэн, когда луна уже давно взошла на свое законное ночное место, а они оба сидели на полу, прижавшись спинами друг к другу. — Ты не такой уж отвратительный. — Спасибо, у тебя тоже все хорошо, — сказал он сквозь сон, который буквально убивал его, но потом проснулся от резкого звука. — Что это? На дверях и окнах стали исчезать решетки, из-за среднетемпературного дыма исчез цвет дымохода, и все окна и двери открылись. Они не могли поверить своим глазам и, чтобы убедиться в этом, вышли из однокомнатного домика и обошли его кругом, но нигде его не нашли. — Се Ляня здесь нет, — сказал Фу Яо, обходя дом по кругу. — Что ж, мы свободны, теперь единственное, что я могу тебе сказать, это «пока, приятель», — сказал он и ушел. По его глазам и голосу было ясно, что он не хочет думать о том, что только что произошло.

~

Се Лянь бежал, как дикий зверь, которому наконец-то удалось найти кусок мяса. Благословенные военные бежали за ним, и все трое остановились, увидев Фу Яо и Нань Фэна, идущих вместе. — Как это понимать? — возмущенный всем происходящим, Му Цин спросил и злобно посмотрел на своего ученика. — Ты дружишь с кем-то, кто прислуживает этому идиоту? — Мы решили сделать то, что хочет Се Лянь, чтобы выбраться оттуда, — ответил он ему. — Общая цель объединяет даже злейших врагов, вот как это понимать. — Так ты хочешь со всей серьезностью сказать нам двоим, что вы теперь друзья? — спросил Фэн Синь, и по его голосу было ясно, что он серьезно разочарован. Они молчали, как рыбы в реке, и ничего не говорили. Они думали, что им ответить, но страх заглушал их мысли. Нань Фэн посмотрел на Се Ляня, который нарочно прочистил горло и посмотрел на него так, словно говорил ему и Фу Яо: «Говорите, что хотите, я защищу вас двоих от их гнева». — Мы не друзья, но и не враги, — решительно ответил Нань Фэн. — Учитель, простите меня, но я должен сказать, что тот факт, что Фэн Синь — придурок, не означает, что он тоже такой, — сказал он, делая решительный шаг. — Что ж, я поздравляю тебя с тем, что ты смогла выбраться оттуда и попрощаться со своим другом, — сердито сказал Му Цин, стараясь говорить ровным тоном.

▪︎▪︎▪︎

— Ну, в любом случае, — Фу Яо почесал затылок, не зная, что ему сказать. — Да, мы стали друзьями, но тайно, а потом стали любовниками друг друга. — Почему вы двое солгали мне и всем остальным? — спросил их Лянь, стараясь придать твердости своему голосу, несмотря на все свое добродушие. — Мы боялись, что наши учителя усилят свой контроль над нами и мы не сможем видеть, — объяснил ему студент Фэн Синь. — Пожалуйста, никому не говори, или мы все умрем, — взмолился Фу Яо и опустился на колени. — Я никому не скажу, но у меня есть просьба: не делайте этого, потому что это неправда — это первый признак души нечестивца, — настойчиво попросил их принц. Они поклялись ему в этом обещании и стали смотреть на фейерверк, который власти города Базиц решили устроить в честь праздника. Это было прекрасное зрелище, ставшее прекрасным завершением этой истории.