Сила Вуду: переговорщица

— Да не лезь ты ко мне под руку! — прозвучал на весь кабинет громкий девичий голос. Из-за пересадки на соседнюю с Бакуго парту, они с Энн оказались в паре на абсолютно всех лабораторных работах в академии. С самого первого урока химии, обреченные на сотрудничество, эти двое постоянно ругались друг с другом и срывали уроки. Бакуго кричал на Энн за ее абсолютное не знание многих, даже базовых, истин в физике и биологии, и бесконечные вопросы с ее стороны, из этого вытекающие. А Энн, в отместку, в своей манере, упрямилась, специально портила им с Бакуго все опыты, претворялась еще более глупой и совершала ошибки в вычислениях, чем вызывала еще больший гнев в свою сторону. — Ты самая несносная и упрямая девка в мире! — заорал парень, как только девушка сломала перед его носом очередной светодиод. — Накадзима, Бакуго, сломаете еще хоть что-то, или я услышу еще хотя бы 1 звук от вас — вылетите из класса и будете ходить на отработки, — сурово сказал учитель, уставший слушать пререкание своенравной парочки. Бакуго только усмехнулся его словам, как мужчина дополнил свою фразу. — Оба! И в классе наконец наступила тишина. Благоговейная для всех остальных, но такая напряженная для Кацуки и Энн. — Ну ладно Бакуго, но почему ОНА так себя ведет? — послышался шепот где-то с задних парт. Энни сердито обернулась, но того, кому принадлежали эти слова так и не вычислила. Больше всего ее раздражало, что некоторые люди считали, что из-за своей причуды она должна бы быть более понимающей и терпимой, чем все вокруг. Но девушка просто не была такой по своей природе. Как бы хорошо она не знала людей, понимания их ей не хватало. А жуткое, неконтролируемое ей самой, упрямство ухудшало эту ситуацию еще больше. Потому эти слова так ее задели. И теперь она сидела за своей партой, сложив демонстративно руки на груди, не только злая на конфликтного напарника, но еще и пристыженная, осознав свои собственные недостатки характера. Бакуго сидел ровно в таком же состоянии. Он мог бы понять Энн, если бы знал, что она чувствует. Парень страдал от похожей проблемы: искренне стремящийся стать героем, он потихоньку начал осознавать, что не нравится людям. Эта «новость» накрыла его как снег в июле, только он попал в среду «почти равных себе» (равенство и превосходство других признать он все еще не мог). Но большинство его одноклассников его хотя бы уважали, как сильного бойца. С Энни же ему было совсем трудно. Девушка словно на лбу себе написала: «Ты мне не нравишься. Я тебя не принимаю и не уважаю, и уважать не собираюсь, хоть в лепешку расшибись». И Бакуго это не просто бесило, а вызывало это же чувство невыносимого стыда. Вот уж точно про кого говорят «нашла коса на камень», так это про эту пару. Решив в таком случае просто игнорировать соседа, Энни достала из сумки свой любимый ежедневник, куда записывала многие свои мысли и рассуждения, а так же использовала его как скетчбук. — Твою ж мать! — тихонько, почти про себя, выругалась Накадзима, глядя на выпавшую из только что открытого ею ежедневника бумажку, которая содержала лишь одну надпись: «Правило номер 14: учись идти на уступки первой». Услышав ее голос, Бакуго вновь повернулся к ней лицом, ожидая новый раунд словесной перепалки. Но девушка к нему не повернулась, лишь засунула бумажку обратно меж страниц своей тетради, с раздражением захлопнула ее и тяжело вздохнула. — Я никогда не училась в школе, — изначально, Энни намеревалась умалчивать эту информацию, чтобы не становится в классе аутсайдером, но решила, что сказать об этом Бакуго будет как минимум честно, раз уж им суждено работать вместе. Хоть это признание и далось ей не легко. Девушке было стыдно за свои пробелы в образовании. — Ясно, — неожиданно сдержанно ответил ей горе напарник. — «И что тебе ясно?» — в мыслях Энн очень возмутила реакция Бакуго. Она хотела, если не начать снова выяснять с ним отношения, то «прочитать» его состояние сейчас, но сдержалась. После вступительного теста она провела себе в голове черту относительно использования своей причуды на одноклассниках, сделав возможность ее применение только на практических занятиях. Пока Энни еще злилась, Бакуго молча разобрал установку до первоначального вида, что-то все же бубня себе под нос. Разложил все детали перед собой и Энн в нужном порядке. — Просто делай, что я говорю. — Энн было не представить, каких усилий эти слова стоили Кацуки. При всем своем характере, Бакуго был умен и проницателен. За все эти совместные занятия и уроки, где он просто наблюдал за поведением Энн, парень понял, что она не из тех, кто доверится другому человеку. Даже если она полностью не разбиралась в теме, ей было важно самой докопаться до сути, а готовые ответы ее никогда не устраивали. Это он понял, по, как он себе говорил, «отвратительной» привычки его соседки со всеми постоянно спорить. Она бы скорее сорвала очередной урок, чем дала ему все сделать самому. И никакие угрозы вылететь из академии ее не сдержат. Теперь Кацуки понял, почему. Не учась в школе, Энни просто не научилась «следовать правилам». Он и сам, можно подумать, не очень-то это освоил. Но, в отличие от Накадзимы, учеба в академии, оценки — все это было для него важно. А Энни было все равно на Юэй. Причин, по которых она поступила на геройский факультет не понимал никто, даже она сама. И это Бакуго злило больше всего на свете. — Хорошо, если тебе так нужно, чтобы мы хорошо это сделали, я буду слушаться, — Бакуго никак не ожидал от своей упрямой напарницы такого ответа. В этот момент он вновь посмотрел в ее сторону, посчитав, что она издевается над ним, но столкнулся с ее прозрачно-голубыми глазами, которые первый раз за время их «общения» не источали в его сторону никакой злости. Наоборот, Энни была очень спокойна в эту секунду, заставляя парня поверить, что она приняла его условия, хоть и не собиралась объяснять причин. — Но я буду задавать вопросы, - тихонько добавила она, на что парень фыркнул, но был мысленно готов к этому, пытаясь собрать по крупицам свою терпимость.