What was said in the woods

—Я совсем не понимаю этой чуши, — пожаловался Рон, со стуком ставя кружку на стол. Гермиона вздохнула, и раздался глухой удар, свидетельствующий о том, что кто-то только что получил по голове. —Ай! —Это не чушь, Рональд, — фыркнула ведьма. — Это наш способ помочь Гарри. Если они думали, что их шёпот остался незамеченным, то сильно ошибались. Тем более, как только прошло достаточно времени, они проверили, что он уснул, — несмотря на его чары приватности — и начали строить планы. Казалось, что едва он уходил, то всё снова становилось их новой обыденной нормой. Его друзья почти сразу начинали нервно переговариваться, и это быстро перерастало в лихорадочные исследования, как это обычно бывало. Ведьма переживала за него, а рыжий продолжал жаловаться, что всё это какой-то огромный космический розыгрыш. —Как он вообще мог завести настолько близкое взаимодействие, чтобы пробудить связь? — сердито спросил Рон, тяжело дыша. Перед глазами Гарри мелькнула яркая вспышка — словно солнце отразилось от льда. Он сразу понял, как это произошло. Он ощущал вкус разочарования, а затем короткое прикосновение медальона к коже, с которого всё началось. Его дыхание перехватило, и печаль заставила его свернуться клубком, так, как ему хотелось сделать весь день. Это была его вина. Оглядываясь назад, он понимал, что заслужил всё это. Почему он вообще это сделал? —Не знаю, — вздохнула ведьма. — Ты же знаешь, как он бывает одержим идеями. Наверняка он сделал что-то с медальоном. —А так как это осколок души, — продолжил Рон рассеянно, — это, видимо, посчиталось за доброе отношение к Змеиному лицу? Гермиона фыркнула, явно не зная, что ответить, и раздался звук переворачиваемой страницы книги. Гарри натянул подушку на голову. Они были правы, как всегда. Гарри Поттер снова нашел неприятности на свою голову, хотя они никогда не сказали бы ему этого в лицо. Подслушивать, конечно, было нечестно, но в своё оправдание он мог сказать, что у него не было выбора. Поэтому Гарри лежал неподвижно, а события последних дней нахлынули на него нежеланными воспоминаниями. Это было почти так же, как будто он снова оказался в чулане. Чулан? Да, его чулан, сонно подумал Гарри. Неужели его мозг настолько был шокирован, что забыл базовую информацию? Боже. —Он просто устал, Рон, — оправдывала Гермиона после продолжительного шелеста бумаги. — Последние дни были тяжёлыми, нужно дать ему передышку. —А что если он не просто устал? — голос Рона дрогнул, наполненный беспокойством. — Что если эта связь… меняет его? Что если она делает что-то, от чего мы не сможем избавиться? Гарри вздрогнул. Эту тему он запирал в самом тёмном, скользком углу своего разума. Где-то настолько глубоко, чтобы никогда туда не заглядывать. И всё же его друзья уже всё поняли. Разве он просил слишком многого, желая, чтобы всё просто остановилось и подождало? Вздохнув, он спрятал своё раздражение в одеяле. Волна усталости накрыла его с головой. Закрыв глаза, он попытался заставить себя немного подремать, стараясь заглушить Рона и Гермиону стуком собственного сердца. То, что показалось секундой, на самом деле, наверное, длилось минуты. Его кровать слегка прогнулась. Зевая, он даже не открыл глаз. Возможно, он не был настолько встревожен, как следовало бы, ведь он уже знал, что опасное присутствие за его спиной значило лишь то, что он спит. Мысль о том, что он спит, но не один, каким-то образом его успокаивала. Если всё пойдёт наперекосяк, он хотя бы знал, чего ожидать от Тома. Пусть мир будет рушиться, крича о помощи, но Тёмный Лорд останется собой — всё таким же невыносимым и стабильным в том, в чём другие вещи редко бывают. Как же так получилось, что единственное, на что он мог положиться в последнее время, — это жажда крови его родственной души? Гарри не смог сдержать вздоха. —Проблемы в раю? — самодовольно спросил Волдеморт, тем самым подтверждая его точку зрения. Сжавшись, Гарри уткнулся лицом в подушку, ощущая прохладу ткани на горячей коже. —У меня нет сил на тебя, Том, — пробормотал он, сонный и усталый. —Не называй меня так. —Боже, — проворчал Гарри, потирая висок, словно пытаясь избавиться от надвигающейся головной боли. — Опять ты за своё. — Лорд Волдеморт великодушен, — сказал надменный мерзавец, звуча слегка раздражённо из-за использования маггловского выражения. — Но, похоже, одного приказа оказалось недостаточно. Он вздохнул, сжав край своих простыней так, словно те могли защитить его от гнева Тёмного Лорда. — Это твоё имя, так что я продолжу тебя так называть, — огрызнулся он. — Разговор окончен. Эти слова заставили Волдеморта напрячься настолько, что Гарри это почувствовал даже со спины. Хотя более интригующей частью была возникшая тишина. Риддл был ошеломлён? Обычно этот человек отвечал мгновенно, его слова были острыми и непреклонными. Но сейчас была странная пауза, мгновение, от которого сердце Гарри забилось быстрее. Само по себе это было не слишком тревожно; Гарри просто своим дыханием раздражал этого человека, так что что там значили ещё несколько слов, верно? Но, с другой стороны, это могло означать ещё одну ужасную ночь с менее чем идеальным сном. И нельзя было исключать, что старый змей может устать от их игр и решить сам выследить свою родственную душу. Пока Гарри избегал такой участи лишь благодаря удаче, но это никогда не длилось вечно. Следовательно, чем меньше угрозу он представлял для Тома, тем лучше. Хотя порой ему хотелось увидеть выражение шока на лице этого идиота, когда он узнал бы, что его вторая половинка — это чуть взрослый беглец, золотой мальчик Дамблдора. Безусловно, это было бы зрелище. Том бы разозлился. Тем не менее, тишина со стороны его родственной души, как и удача Гарри, закончилась быстро. — Я предлагаю сделку. — Нет, — ответил Гарри, отказываясь смотреть на человека. Риддл был равнодушен. Он протянул длинную, бледную руку, чтобы похлопать Гарри по боку. В этом жесте было едва заметное предупреждение — когти слегка царапнули бок через простыни, но не настолько, чтобы напугать. Гарри удержался от реакции на принципе, хотя это действие заставило его мысленно оглянуться на монстра, которого он знал. Он собирался вести себя очаровательно, чтобы выудить из него секреты? Надеюсь, нет. Недовольный самой мыслью об этом, Гарри отмахнулся от холодного прикосновения. — Ты не представляешь, сколько людей молили бы меня позволить им целовать мои сапоги, дорогой, — с серьёзным видом сказал тот, голос его был обманчиво мягким в уюте Гарриного спальника. — Моё присутствие — это подарок. Гарри чуть приподнялся, выглядывая из-под своих слоёв одеял, чтобы встретиться с красными, злыми глазами Волдеморта, и посмотрел на него с откровенным неодобрением. Он на мгновение задумался, был ли это очередной ход, чтобы склонить его на свою сторону. Либо так, либо связь между ними станет сильнее. — Но я — не они, — бросил он. Если Тёмного Лорда и задела эта дерзость, он не подал виду. Вместо этого последовала ещё одна пауза, достаточно долгая, чтобы Гарри победоносно усмехнулся. Монстр сжал губы и сузил глаза, выглядя почти задумчивым за своей яростью. Оба прекрасно знали, что ярость не служила ему в этой игре. Гарри гораздо лучше справлялся под давлением, чем Том мог надеяться, а потеря хладнокровия означала проигрыш. — Нет, они не ты, — низко проговорил Волдеморт. Гарри с трудом сдержал чувство, вспыхнувшее в груди от этих слов. Оно было слишком тёплым, слишком чужим, чтобы его описать. — Ты оказался почти таким же трудным, как этот Поттер. Гарри не удержался и рассмеялся над иронией ситуации. — Да ну? Лицо Волдеморта дёрнулось от раздражения. В своих мрачных, властных одеждах он выглядел довольно неуместно, сидя на краю Гарриного походного ложа. — Кажется, я недооценил способности вас обоих. Брови Гарри подскочили вверх, и он отложил подушку, чтобы сесть и уставиться на Волдеморта так, словно видел его впервые. — Я ослышался? — язвительно спросил Гарри. — Великий лорд Волдеморт признаёт поражение? — Никогда, — громом прогремел монстр, голос его разнёсся по тесному пространству. — Просто мои источники предоставили мне ненадёжную информацию. — В каком смысле? Красные глаза сверкнули, и Волдеморт повернулся, чтобы устроиться удобнее, уголки его рта едва заметно изогнулись. Гарри мгновенно понял, что задал роковой вопрос; следовало догадаться, что любопытство всегда губит кота. Монстр медленно улыбнулся, закинув ногу на ногу, словно вальяжно осматривая спальник Гарри. — Моё предложение простое: один личный вопрос в обмен на другой. — Мы так и будем это делать? — спросил Гарри без эмоций. — В духе допросов? Том задумчиво мурлыкнул, доставая палочку и играя ею, выглядя откровенно скучающим. — А ты бы предпочёл искренний разговор с глазу на глаз? Голова Гарри заболела от одной мысли, как бы это выглядело. Он бы с куда большим удовольствием вообще не разговаривал с Волдемортом, но это было невозможно, поэтому он коротко рявкнул: — Нет. — Но ты же хочешь знать, что я планирую, — заметил старший волшебник. — А так оба получим ответы. — Нет никакого удовольствия в играх с Дьяволом, — сказал себе Гарри, прекрасно зная, что его родственная душа могла манипулировать людьми лучше, чем он когда-либо мог надеяться. — Ладно. Согласен, — выдохнул он. — Теперь отвечай. Глаза его родственной души засияли опасно. — Я пришёл к выводу, что молодое поколение столь же бесполезно, как и мои Пожиратели Смерти, — пожаловался Том. — Но теперь ясно, что это не так. Гарри кивнул, смысл этих слов доходил до него медленно. — Постой, это был комплимент? Волдеморт рассмеялся самым зловещим образом, прежде чем ответить: — Это будет ещё один вопрос, на который тебе придётся ответить. — Да чтоб тебя, — вздохнул Гарри. — Ты мне вообще ничего не сказал! Риддл только ухмыльнулся на его гнев. — Мерлин, — пробормотал Гарри, закатывая глаза. — Ты чертовски хорош в этом. — Разумеется, — похвастался Том. — Итак, мой вопрос: почему ты сделал так, что мы встретились в этом... унылом на вид шатре? Гарри с удивлением смотрел на него: — Сделал? Риддл, сжимая виски в руках, как будто бы терпел боль, объяснил: — Твоя магия направила видение сюда, — он махнул рукой вокруг. — Вместо того чтобы перенести нас в мои, куда более комфортные покои. — О, — Гарри покраснел. — Я полагаю... Ну, у меня был конфликт с... э... моими... Он захлопнул рот, поняв, что почти проболтался про Рона и Гермиону. — Ты уже нарушаешь нашу сделку, душа моя? — насмешливо спросил Тёмный Лорд. Гарри крепче сжал кулаки, проклиная связь, из-за которой ему не удавалось лгать. — У меня был спор с моими приёмными братом и сестрой, — процедил он сквозь зубы. Волдеморт прищурился: — Братом и сестрой, говоришь? Любопытно. — Они, как правило, такими и бывают, — указал Гарри, пожав плечами. — Не смей... — Мужчина выглядел так, будто проглотил слизня, когда оборвал себя почти яростным рычанием. — Понимание наших обстоятельств — это привилегия, которую я даровал тебе из вежливости. Гарри кивнул. Это было логично. — Потому что ты знаешь, каково это — не понимать, что происходит, не знать, кто ты такой, — дразнил он. — К тому же, ты явно склонен к обучению. Если бы он не знал лучше, Гарри мог бы подумать, что раздражённый звук, сорвавшийся с губ чудовища, был стоном. — Я начинаю задумываться, сколько именно Дамблдор рассказал всем своим миньонам обо мне... — Ну, если честно... — Гарри вовремя остановился, чтобы заметить, как маниакальное веселье отразилось на лице монстра. Ах. Вот оно, фирменное манипулирование. Что-то, что заставляло Гарри чувствовать себя в безопасности, разговаривая с Томом, хотя на самом деле он был так же надёжен, как коробка, полная подростков-акромантул. — Этот вопрос стоит гораздо больше, чем ты можешь предложить, — пренебрежительно фыркнул он, намеренно сжав губы. — Как жаль, — посетовал Риддл, как ребёнок, у которого отняли конфету. — Кажется, у тебя всё же есть капля ума. Гарри хихикнул над психопатом, пока имел такую возможность, стараясь держать голову на плечах. — Определённо. — Полагаю, твоему брату и сестре не понравилась идея о том, что твоя любимая родственная душа — это я? — с издёвкой спросил Волдеморт. — Любимая, — протянул Гарри, намеренно пнув мужчину, не задумываясь о последствиях. Затем, чтобы ещё больше разозлить ублюдка, он отвернулся, притворившись невинным. Без единого слова Волдеморт связал его ноги инкарцерусом, но верёвки тут же упали. Он взмахнул палочкой несколько раз, и ни одной искры не вылетело. Тёмный Лорд злобно прищурился, казалось, ещё чуть-чуть, и из его ушей пойдёт дым. — Ты не можешь причинить мне вред здесь, — заявил Гарри с не самой правдоподобной смелостью. Рон ведь подтвердил эту теорию. — Я уже душил тебя в этом пространстве снов, и ты осмеливаешься быть таким дерзким? — возразил Волдеморт, словно намеренно противопоставляя себя ему. — Это было не по-настоящему, — пожал плечами Гарри, отбросив идею. — К тому же, тогда я просто указал тебе на твою слабость. Око за око. — У Лорда Волдеморта нет слабостей, — возразил Риддл. — Твоя теория так же нелепа, как и ум, который её создал. — Возможно, — согласился Гарри. — Но я существую, не так ли? Он рассмеялся, подумав о следующем. Волдеморт был его величайшей обузой, но что, если... — Я твоя главная слабость. — Развивай мысль, — потребовал Риддл. Гарри покачал головой и улёгся на кровать как можно более расслабленно. — Ты не можешь предложить мне ничего, что стоило бы такой информации. Волдеморт цокнул языком, вызвал из его носка кресло с выражением отвращения на лице. Гарри едва подавил злорадный смешок, заметив, как тот не сел, пока не наложил несколько чистящих чар. — Как насчёт другой сделки? — предложил Том, постукивая ногой. — Что если я исполню три твоих желания? — Как джинн? — рассмеялся Гарри, лёжа на кровати. — Нет, спасибо. Ты найдёшь способ меня обмануть. — Лорд Волдеморт держит свои обещания, — настаивал Риддл. — К тому же, кажется, ты ценишь своих братьев и сестёр превыше всего. — Я недостаточно глуп, чтобы дать тебе такую власть, — пожаловался Гарри. — Я не наивный ребёнок. — Возможно, — задумчиво протянул Тёмный Лорд. — Но ты всегда можешь произнести моё имя, и я появлюсь. Это война, и предсказать, что произойдёт, невозможно, дорогой. Гарри покачал головой. — Нет, нет и ещё раз нет. Я тебя ненавижу. И даже если бы не так, у меня нет способа связаться с тобой, так что забудь. — Ах. — Да, ах, — огрызнулся Гарри. — Теперь проваливай и дай мне поспать. Мужчина проигнорировал его, хотя кресло угрожающе заскрипело под его хваткой. — Но есть один способ связаться со мной, — подчеркнул Волдеморт. — Ты можешь просто воспользоваться медальоном. — Он не вызывает тебя, если его тронуть, — напомнил Гарри. — Иначе я бы давно умер. — Это не совсем так, — возразил Риддл. — Моя теория такова: ты мог бы легко вызвать меня, повторив то, что спровоцировало эти видения изначально. Не было слов, чтобы описать раздражение Гарри, но в то же время не нашлось бы слов, чтобы передать его усталость. Он снова зарывался в одеяла и показал Волдеморту средний палец. — Это многое, о чём стоит подумать, — признал Том. — Ты можешь вернуться к своему сну и решить позже. — Проваливай. Волдеморт, как огромный ублюдок, которым он был, только хмыкнул, никак не потревоженный. — Моё предложение всё ещё в силе. Зевая, Гарри повернулся к нему спиной, решив, что лучше сделать вид, будто его здесь нет. Его глаза уже закрывались сами собой. Странно было подумать, что ещё недавно он боролся за то, чтобы заснуть, а теперь вырубился, едва коснувшись головой подушки.