В небо и назад

Тэхён моргнул, ослеплённый солнечным светом, пробивающимся сквозь кроны деревьев. Воздух был тёплым, наполненным ароматами жареных каштанов и свежесваренного кофе. Лёгкий ветерок играл с его волосами, а вокруг раздавались знакомые голоса. — ...Мы с семьёй собираемся ехать к бабушке, — раздался рядом голос Джина. — Она сказала, что будем вместе готовить кимчи. Разве не здорово? У неё оно получается просто объедение! Тэхён усмехнулся, поворачиваясь к говорившему. Всё было таким... правильным. Уютным. — Чего? Опять? — вмешался Чимин, картинно закатив глаза. — Чувак, да ты каждые каникулы там торчишь! Тебе разве не надоело? Никакого разнообразия... И кимчи? Серьёзно? Ты хоть о чём-то другом кроме еды думаешь? — Что плохого в том, что я часто вижусь с родными? — возмутился Джин, складывая руки на груди. — Надо ценить время, которое проводишь с близкими. Ты мне просто завидуешь. Сам-то будешь всё лето перед компом торчать, как зомби. — Ну да, и что? — лениво протянул Чимин. — Эй, прекратите уже! — вмешался Хосок, полный притворного раздражения. — Надоело слушать ваши споры. Тэхён, а ты чем займёшься? Тэхён прищурился от солнца, на секунду задумываясь. Он чувствовал себя так легко, так расслабленно. Как будто всё это было настоящим. — А? Я? — он пожал плечами. — Сначала сдам экзамены, а что дальше… ещё не решил. Смех, шум улицы, доносящийся издалека лай собаки — всё создаёт иллюзию реальности. Тэхён чувствует, как что-то внутри него тянется к этим моментам, как будто хочет запомнить каждую деталь. Но… Внезапно что-то изменилось. Свет солнца потускнел. Голоса его друзей словно начали звучать с помехами, как старый радиоприёмник, теряющий сигнал. Воздух стал вязким, напряжённым. Смех оборвался. Тэхён почувствовал, как его спина покрывается мурашками. Он огляделся, но ничего необычного не заметил. Однако сердце бешено колотилось. И тогда он увидел это. Вдалеке, за спинами друзей, в переулке сгущалась тьма, до ужаса знакомая фигура. Не просто тень — она двигалась, словно живая, скользила по стенам, растекалась по земле, заворачивалась внутрь себя, как бурлящий дым. Она медленно подползаза в их сторону. Тэхён хотел закричать, но… Голос застревает в горле. Его дыхание сбивается, сердце бешено колотится. — Ребята… — Тэхён сделал шаг назад, всё-таки выдавив из себя хоть что-то. — Вы… видите это? Они продолжали говорить, смеяться, словно ничего не происходило. Он замер. Воздух стал ледяным. Весь фон начал меркнуть. Смех его друзей искажается, будто плёнка зажевалась в старом видеоплеере. Тень рванулась вперёд. Чёрный вихрь с оглушающим гулом обрушился на его друзей, словно волна. — НЕТ! — крикнул он, бросаясь к ним. Но было поздно. Крики. Кровь. Много крови. Джина откинуло в сторону, он ударился о стену, издав болезненный стон. Чимин, следом за Хосоком, которого разровало в темноте, исчез в мгновение ока, поглощённый этой тьмой. Осталась только кровь, мгновенно впитывающаяся в асфальт. — Нет… нет, нет, нет… — прошептал Тэхён, спотыкаясь назад. Его ноги дрожали, а руки онемели от страха. Он хочет двигаться, но не может. Его трясёт, он не может дышать. Он зовёт их, но никто не отвечает. — Ребята! — он пытался докричаться до них, но в ответ лишь жуткая тишина. Тьма снова двинулась, теперь уже на него. Он замер, не в силах двигаться. Всё вокруг него рушилось, мир трещал по швам. Монстр бросился вперёд. И Тэхён резко проснулся. Грудь сжалась, воздух не хотел заполнять лёгкие. Тэхён резко втянул его, дёрнувшись, словно его только что вытащили из ледяной воды. Сердце бешено колотилось, пот стекал по вискам. Чьи-то руки схватили его за плечи. — Тэхён, эй, ты в порядке? Резкий голос рядом, слишком близко. — Не трогай меня! — он вырвался, дико оглядываясь. Белые стены. Яркий свет режет глаза. Запах антисептиков — резкий, стерильный, от него мутит. Тэхён моргнул. Он был в лаборатории. Стеклянные перегородки. Медицинские приборы. Кровь в венах кипела от осознания. — Где… Где я?.. — голос осипший, слова даются с трудом. — В лаборатории, — спокойно ответил Чонгук. Он стял рядом, напряжённый, но не раздражённый — скорее… настороженный. — …Что?! — Тэхён резко подпрыигнул, но ощутил, как что-то тянет его руку вниз. Катетер. — Вы что, издеваетесь?! Дверь открылась. — Ты наконец-то очнулся, бунтарь. Тэхён вскинул голову. В дверном проёме стоял Юнги, скрестив руки. Его взгляд цепкий, изучающий. — Ты знаешь, что наделал? Тэхён вздрогнул. Вспышка памяти. Монстр. Выстрел. Тёмные ошмётки, оседающие на землю. — …Я убил его, да? — пробормотал он, почти не веря в собственные слова. — Без ваших этих карт. Тэхён стиснул зубы, его руки сжались в кулаки. Внутри всё кипело — от злости, от бессилия, от чувства, что его поймали, как дикого зверя, и теперь собираются дрессировать. Он знал, что сбежать снова будет невозможно. Но вот смириться? Ни за что. — Ты не мог просто проигнорировать моё отсутствие? — его голос сорвался на резкий смешок, полный яда. — Даже если заметил, что я сбежал, зачем вообще за мной попёрся? Ты же меня терпеть не можешь. Чонгук криво усмехнулся, наклонив голову чуть набок. — Ну да. Но правила есть правила. Тэхён нахмурился, ощупывая взглядом лицо Чонгука, будто пытался найти в нём хоть намёк на колебание. — …Неужели ты за меня переживал? Чонгук фыркнул, скрестив руки на груди. — Не льсти себе. Юнги громко вздохнул, покачав головой, будто его уже начинала раздражать эта перепалка. — Да, именно поэтому теперь мы вынуждены тренировать тебя, — произнёс он, бросая взгляд на Чонгука, который лишь скептически вскинул бровь. Тэхён почувствовал, как что-то холодное пробежало по его позвоночнику. — Тренировать? — повторил он, словно надеясь, что ослышался. Юнги кивнул. — Теперь ты наша ответственность, — спокойно пояснил Чонгук. Гнев вспыхнул внутри с новой силой. — Я не морская свинка! — резко выпалил Тэхён, снова пытаясь подняться с койки, но тут же осел обратно, когда почувствовал укол боли в плече. Чёртов катетер. Чёртова лаборатория. Чёртовы они все. — Вы не имеете права! Юнги вскинул бровь, закатив глаза. — Ох, только не начинай… — Я не собираюсь играть по вашим правилам! — продолжал огрызаться Тэхён, с трудом подавляя желание сорвать с себя все эти дрянные датчики. Чонгук некоторое время молча смотрел на него, а потом вдруг шагнул ближе… и просто закрыл ладонью его рот. Тэхён замер, его глаза тут же вспыхнули возмущением. — Заткнись уже. — голос Чонгука был тихим, но отчётливым, почти ленивым. Тэхён попытался сказать что-то ещё, но слова утонули в глухом звуке против ладони. Он дико посмотрел на Чонгука, но тот лишь пристально смотрел в ответ, не торопясь отнимать руку. — Так-то лучше, — усмехнулся он. Юнги только покачал головой, сделав вид, что ему даже лень на всё это реагировать. — Тренировки начнутся завтра. Если тебе нравится дышать, ты их не пропустишь. Тэхён дёрнулся, и Чонгук наконец-то убрал руку, оставив после себя неприятное ощущение тепла на губах. Он с трудом сглотнул, стиснув зубы. Теперь его жизнь точно перевернулась с ног на голову.

***

Тэхён был на грани нервного срыва. Нет, правда. Он бы сейчас либо разнёс всё к чёртовой матери, либо упал на пол и начал рыдать, как ребёнок, у которого отобрали последнюю конфету. И, честно говоря, он даже не знал, какой из вариантов выглядел бы менее унизительно. — Вы вообще понимаете, насколько это абсурдно?! — взорвался он, вскидывая руки вверх. — Я не хочу здесь быть! Я не хочу с вами тренироваться! Я не хочу знать, что у вас тут за дебильные монстры! Я просто хочу домой, чёрт вас всех побери! Но, разумеется, никто даже бровью не повёл. — Высказался? — лениво спросил Юнги, изучая свои ногти, будто Тэхён только что обсуждал с ним, какая пицца вкуснее. — Нет! Я вообще не начинал! — Жаль. Потому что тебе всё равно придётся пройти подготовку. Тэхён шумно выдохнул, чувствуя, как в висках пульсирует злость. — Ты хоть понимаешь, как это тупо? Я вообще-то студент! Я должен учиться, тусоваться с друзьями, смотреть фильмы ночью, спать до обеда! А не бегать тут и… — Тусоваться? — перебил его Чонгук, который до этого момента молчал. Он хмыкнул, сложив руки на груди. — Ну, будет тебе тусовка. Только вот весело тебе вряд ли будет. — Да иди ты к чёрту! Тэхён стиснул зубы и зло посмотрел на него. Чонгук, конечно, выглядел так, будто его вырезали из боевика — крепкий, уверенный, с этой вечной самодовольной ухмылкой. И это раздражало его ещё больше. А потом случилось худшее. — Я буду его тренером. В комнате повисла тишина. — ЧТО?! — Тэхён резко обернулся, не веря своим ушам. Даже Намджун и Юнги синхронно вскинули брови. — Ты серьёзно? — скептически уточнил Намджун. — Ага. — А нахрена? — уточнил Юнги. — Просто хочу, чтобы его жизнь не казалась ему мёдом, — усмехнулся Чонгук, глядя прямо на Тэхёна. Тэхён почувствовал, как его глаз дёрнулся. — Ты... ты же просто хочешь меня убить?! — Я? Что ты, даже не думал об этом! — Конечно, не думал, ага. А кто тогда будет меня таскать по залу, как мешок с картошкой? Кто будет с наслаждением избивать меня, пока я не начну плеваться кровью?! — О, ты уже сам знаешь программу? Какой молодец. — Ты— — Тэхён. Голос Намджуна прозвучал как выстрел, и он сразу понял: спорить дальше бесполезно. — Чонгук твой тренер. Это решено. Смирись. Тэхён хотел заорать. Хотел выбить дверь и сбежать. Но он знал, что даже если он сбежит, Чонгук найдёт его и потащит обратно, возможно, волоком. Так что он просто шумно вдохнул. — Отлично. Просто замечательно.

***

— Ладно, раз уж мы теперь "учитель и ученик", можешь сразу сказать, когда начнутся пытки? — саркастично поинтересовался Тэхён, пока Чонгук вёл его по коридору. — Ты переоцениваешь свою значимость. Я бы не стал тратить пытки на тебя. Ты и так сломаешься. — Вот увидишь, что не сломаюсь. — Посмотрим. Когда они вошли в тренировочный зал, Тэхён огляделся. Огромное помещение, покрытое матами, с оружейными стендами и странными тренажёрами, которые выглядели так, будто их придумал маньяк-изобретатель. — Ну и… с чего мы начнём? — С теории. — Ты издеваешься?! — Нет. Чонгук уселся на лавку и жестом предложил Тэхёну сделать то же самое. — Теория — это залог выживания. Если ты не понимаешь, что ты делаешь, то в бою ты труп. — Класс, здорово, вдохновляет. — Не так уж и сложно понять. Тренировки делятся на несколько этапов. Чонгук спокойно начал перечислять: — Выносливость. Это означает, что ты будешь бегать, таскать тяжести, отжиматься, ползти по грязи и страдать. — Как мило. — Дальше ближний бой. Ты будешь падать, получать по роже и снова подниматься. — Ты говоришь так, как будто ждёшь этого с нетерпением. — Я жду. Тэхён закатил глаза. — Продолжай. — И последнее — огнестрельное оружие. Сперва у тебя всё будет падать из рук, потом ты научишься. Или умрёшь. Тэхён медленно выдохнул, покачав головой. — Ты садист. Ты просто садист. Чонгук пожал плечами. — Я — реалист. Тэхён мрачно посмотрел на него. — И что, мы просто будем сидеть тут и болтать? Я думал, ты хочешь меня убить, так чего тянем? — Сначала ты должен пройти тестирование. Чтобы понять, насколько ты слаб. Тэхён вспыхнул. — Я не слаб! Чонгук ухмыльнулся, явно довольный тем, как легко его задеть. — Докажи. И Тэхён решил доказать. Проблема была в том, что через пятнадцать минут он уже лежал на полу, тяжело дыша, потому что базовый тест на физическую подготовку показал: он реально слаб. — Как там ты говорил? — Чонгук присел рядом, наклоняясь к нему. — Ты не слаб? Тэхён зло посмотрел на него снизу. — Пошёл ты. — Слабак. — Ублюдок. Чонгук лишь усмехнулся. Но Тэхён, несмотря на всё, не сдаётся, гадёныш. И это его раздражало и восхищало одновременно.