Меня интересуешь только ты

Пустой коридор разрывает мелодия звонка. Из класса начинают вываливаться ученики, спешащие кто на следующий урок, кто домой, кто в столовку. Антон так же, как и все выбегает из класса. Наконец-то уроки закончились, и он с чистой совестью может отправиться домой. Парень уже взял собственные вещи, оделся и почти вышел из школы, когда понял, что телефона с ним нет. Матерясь сквозь зубы, он свернул к двери класса и, когда наконец нашел его и включил, немало удивился. Телефон оповещал об одном пропущенном звонке. Но главное от кого. Арсений никогда не звонил днем. Он всегда на работе, а там он занятой бизнесмен и строгий начальник. Так с чего же он решил позвонить сегодня? В голову начинают закрадываться плохие мысли и Антон спешно нажимает на контакт. Арсений отвечает тут же: – Такси у школы. Быстрее. – и сбрасывает трубку. Ни привет, ни пока, нихера. Антон недовольно морщится. Да, это в его стиле. Коротко, без объяснений, потому что нахера маленькому Тоше что-то знать? Большой и строгий дяденька Арсений все решит без него, а он так, мальчик на побегушках. От этих мыслей Антон хмурится, но выйдя из школы, садится в черную и на вид пиздецки дорогую машину. Водитель здоровается и молчит всю остальную дорогу, но Шастун не жалуется, затыкает уши наушниками и пялится в окно. Время проходит быстро и они подъезжают к офисному зданию. А недовольство таким обращением с ним не только никуда не девается, но еще и увеличивается. Но Антон молчит. Пока что молчит. Потому что на работе Арсения не был ни разу. Хотя слышал о ней от мужчины и сам наблюдал ее воздействие на Арсения, когда он приходил либо злой, как тысяча чертей, либо уставший, как последний каторжник. У входа его встречает женщина, уточняет имя и ведет за собой по длинным и извилистым коридорам, в самую глубь здания. Сначала Антон пытался запоминать, куда они идут, но сейчас, когда за ними осталось около десяти поворотов вправо и… скольки-то влево, бросил эту бесполезную затею. Но вот девушка затормозила у большой двери, и Антон догадался, кто работает за ней. Догадался не только по ее массивности, по сравнению со всеми остальными, но и по состоянию девушки. Она вздохнула, поправила рубашку и постучала. Приглушенные шаги, и дверь распахивается. Антон его не видит, потому что Арсений держит дверь чуть закрытой, лишь немного выходя из кабинета. – Дорогая Мария, – Антон узнает этот приглушенный голос, который свидетельствует о высшей степени раздражения Арсения. – кажется, я неоднократно повторял: сегодня не беспокоить! – повысил голос на последних словах мужчина и уже хотел с грохотом захлопнуть дверь. Но бедная Мария нашла в себе силы возразить: – Арсений Сергеевич, вы просили сообщить, когда приедет Антон Шастун. – тихо лепечет она, и Арсений оставляет дверь открытой. – Да? Где он? – быстро интересуется мужчина. Девушка отступает, пропуская Антона в поле видимости Арсения. – Спасибо, Мария. – хватает Антона за предплечье Арсений и захлопывает дверь. Антон не успевает понять, что происходит, как его тащат через весь кабинет, который, к слову, был очень просторный и быстро толкают на кожаный черный диван в самом углу. Шастун и рта открыть не успевает, как Арсений буквально падает на этот же диван и до боли в ребрах прижимает его к себе. Утыкается носом в шею, сжимая кольцо рук все сильнее. Антон, немного растерянно, кладет свои руки поверх его, чуть поглаживает костяшки пальцев, прислушиваясь к чужому сбившемуся дыханию и не сразу решается спросить: — Арс? – мужчина никак не реагирует. – Арс, что происходит? Попов мажет носом по шее, перехватывает пальцы, которые еще мгновение назад лежали на его кистях и сминает в ладонях. – Я проебался. – тихо отвечает он в складки чужой кофты. Отвечает приглушенно и так расстроенно, даже жалобно, что ли. Все претензии Антона разом вылетают из головы, когда он слышит этот тон. Парень хорошо его изучил. И если ядовитый шепот означал конец света для всех окружающих, то такой тон соответствовал высшей степени растерянности и расстройства. Ни следа злости или грубости. Быстрая смена настроения это то, что поражало Антона всегда. В голову бьет еще одно осознание. В таком ебаном состояни тем, кого Арсений захотел увидеть, был Антон. Не красивая девушка, не мудрый наставник, не хороший друг, не партнер по работе, а Антон. От этой мысли становится тепло, и парень разворачивается к нему лицом. Арсений открывает глаза, которые до этого были устало прикрыты, и смотрит на Антона. Тот немного склоняет голову набок, тянется к чужому лицу, берет его в руки и аккуратно водит пальцами по скулам и щекам. — Тош, я проебался. Сильно. – шепчет Арсений, и Антон снова улавливает в его глазах тоску. Антон не знает, что на такое отвечать. Конечно, Арсений имеет в виду работу, но что там происходит, Антон не знал и ответить ничем конкретным не мог. А общие фразы типа: “Все будет хорошо, не парься, забей, не конец света” – будут звучать как издевка. И Антон молчит, обвивая руками мужчину. – Ты останешься со мной? – снова тихо спрашивает Арсений, и Антон не без удовольствия отмечает, что это вопросительная интонация. При том озвученная с каким-то странным, почти жалобным выражением. – Мне сегодня еще так дохера делать.. – выдыхает мужчина. – Мне тоже всякого дерьма назадавали. – улыбается Антон краешком губ. – А родителям ты моим что скажешь, если просидев с тобой оставшиеся полдня в офисе, я захочу к тебе домой? Арсений улыбается, поняв, что ответ на его вопрос положительный. – Придумаю что-нибудь. – лукаво щурится мужчина и опускает голову, касаясь чужих губ. Антон почти чувствует, как ему это необходимо. Как сердцебиение, грохочущее в начале бешеным ритмом, успокоилось, как потеплел взгляд. И Антон нуждается в этом. Хочет, чтобы его обнимали, хочет чувствовать себя особенным для Арсения, хочет лежать на офисном диване, всматриваясь в голубые глаза как можно дольше. Стук в дверь прерывает нежный поцелуй и Арсений, тяжело вздохнув и мягко поцеловав парня в лоб, встает с дивана, поправляет чуть смявшуюся рубашку, накидывает на плечи пиджак и идет к двери. *** Антон медленно, но верно начинает заебываться. Часы идут один за другим, а Арсений, как танк, не замечая никого и ничего, работает. Сидит, смотрит в ноутбук, нахмурившись, редко звонит кому-то, ещё реже вздыхает. Антон это делает гораздо чаще, потому что скука начинает одолевать. Неужели Арсений попросил его остаться в офисе только для того, чтобы редко, но очень тепло поглядывать на Антона? Ловить его малейшие движения: прядь волос, спадающую на лоб, морщины на лбу, кончик языка, который изредка проходится по пересохшим губам, сосредоточенный взгляд. Но Арсений усилием воли раз за разом заставляет себя отвести взгляд и отвернуться к компьютеру. Его стремление к труду пошатнулось, когда Шастун, запутавшись окончательно, встает с другого конца огромного стола, шумно отодвинув стул. Арсений не обращает внимания на посторонний звук, вообще игнорирует все внешние факторы до того, как на его плечи ложатся чужие руки и чуть сминают. – Арсений Сергеевич, вам требуется отдых. – тихо говорит Антон, стоя позади мужчины. – Много работы, Антон. Давай отдохнём дома. – говорит Арсений, откидываясь на спинку кресла, противореча собственным словам. – Нет, Арс. – хмурится Антон и массирует плечи через ткань пиджака усерднее. – Мы и так с тобой редко видимся. Теперь я приезжаю к тебе на работу, и у тебя все равно нет на меня времени? – заканчивает он чуть обиженно. –У меня всегда есть на тебя время. – разворачивается Арсений на крутящемся стуле, лицом к парню, и тянет его за руку вниз, к себе на колени. Антон с готовностью опускается, садится удобнее, разводя колени. Арсений с довольной улыбкой пододвигает его к себе до упора, оставляя руки на чужих ягодицах, и расслаблено смотрит в лицо. – Разве плохо сделать перерыв? – хитро улыбается Антон, щурясь и проводя ладонью по чужому лицу. – Нет, не плохо. – тянется он к чужим губам, чуть прикусывая собственную. Антон обвивает его шею руками и первый мягко целует в губы. Арсений отвечает, чуть отъезжая от стола, сжимая чужие бедра. Антон на секунду отстраняется, облизывает собственные губы, глядя теперь с озорством в глазах. Арсений тянется к нему снова, чуть вытягивая шею, но парень отклоняется, касается чужих губ указательным пальцем. – Подожди, папочка, не все сразу. Арс расплывается в улыбке. Его мальчик явно научился играть и теперь делает это чуть ли не лучше самого Арсения. Но взгляд падает на открытый ноутбук с непрочитанными документами и Арсений, вздыхая, соглашается с парнем. – Да, верно. Не все сразу и не сейчас. – вздыхает он, ещё раз нежно проводит ладонями вверх по спине, вдоль позвоночника и тянет Антона наверх. – Вставай, Антош. – шепнул мужчина. – У меня встреча через час. К ней ещё нужно подготовится. Антон недовольно хмурится, но поднимается с чужих колен. Арсений мягко шлепает его по заднице, когда парень встаёт. И Антон чуть довольнее берет учебник из рюкзака и идет на диван, снова углублясь в тонкости математики, отвлекая собственное внимание от мужчины за столом. *** Сколько прошло времени, Антон не знает. Действительно, получилось отвлечься, и парень поднимает голову только, когда в дверь заходит женщина. Антон на секунду опешил. Парень видел такой наряд последний раз в клубе, полгода назад. Женщина не вошла, а впорхнула в кабинет Арсения, умело вышагивая на высоченных каблуках. Талия стянута ремнем, который выгодно подчёркивает её, на бёдрах аккуратно сидит чёрная короткая юбка. Наверху того же цвета кофточка с ахереть каким глубоким разрезом. Пухлые губы аккуратно подведены, глаза сверкают из-под густых, но, как отметил Антон, не нарощенных ресниц, что делало её ещё привлекательнее. Нет, серьёзно, она на показ мод пришла или подписывать очередной договор, а? Антон переводит ошалелый взгляд на Арсения, и сердце начинает биться ещё быстрее. Он приветливо улыбается этой шлюхе, и Антон не улавливает в этой улыбке натянутости или неискренности. Он правда может ей так солнечно улыбаться? – Анна Владимировна, добрый вечер! – тянется к ней Арсений, а она мягко подаёт ему руку, улыбается. – И вам добрый вечер, Арсений Сергеевич. – Арсений мягко жмёт её руку, а она улыбается во все тридцать два. Антон опускает глаза в книгу и почти физически ощущает дискомфорт от нахождения с этой женщиной в одной комнате. А эти двое уже сели за стол переговоров и начали обсуждать условия и отдельные пункты нового договора. Антон через силу опускает голову к книге, но взгляд непроизвольно то и дело соскальзывает на стол. Анна Владимировна тянется через весь стол к содержанию документа, и Антон с дивана видит, как её третий размер становится ещё привлекательнее. Щеки и уши уже горят, сердце бухает в груди как сумасшедшее, пальцы до боли сжимают злосчастный учебник. Последней каплей становится мягкий смех Арсения. Антон не слышал, чтобы мужчина смеялся так с кем-то, кроме него. Антон отбрасывает книгу и теперь смотрит на него в упор. А Арс, посмотрите-ка на него! Да он откровенно с ней флиртует! Улыбка не сходит с лица, рука поминутно касается её, как бы случайно, проводя по листам документа. Теперь Антон ловит и её смех. Мозг медленно отключается. Губы теперь плотно сжаты, дыхание загнанное, тяжёлое, глаза широко распахнуты, руки плотно сомкнуты на груди, а ноги что-то отстукивают на полу. За окном темнеет, кабинет погружается в полумрак, и только стол горит в центре. Антон безотрывно смотрит туда. “Сколько прошло времени?! Может полчаса? Час? Невыносимо!” – Антон только успел это подумать, как Анна неспешно поднялась со стула, обошла весь стол и встала позади Арсения. Антон не успел уловить, что она там собирается делать. Руки с блестящими чёрными ногтями уже ненавязчиво лежали на плечах у мужчины, и Антон решил, что с него хватит. Вот уж действительно все! Натерпелся, спасибо! Он вскакивает с дивана, чем немного пугает Анну – в темноте кабинета, он все это время был незаметен. Женщина тут же нервно начинает спрашивать у Арсения “кто это? “, а Антон, кинув на Арсения последний горящий злостью взгляд, вылетает из кабинета. Всё-таки нужно было поднапрячься днем и запомнить все повороты. Сейчас Антон несся по офисным коридорам, понятия не имея, куда попадёт в итоге. Хотелось одного: убежать подальше от этой треклятой Анны, её завораживающей внешности, подальше от улыбающегося ей Арсения, подальше от их наглого флирта. Он несётся вихрем по коридорам, ища выход. Воздуха захотелось как никогда прежде, и спустя ещё пару поворотов и пролётов лестниц, Антон наконец достигает своей цели. Оказывается на незнакомой стороне незнакомой улицы, но с облегчением выдыхает. Прохладный вечерний воздух жжёт ноздри, Антон пару раз глубоко вздыхает, и руки сами тянутся к карману штанов. Секунда, щелчок зажигалки, и в темноте улицы уже горит оранжевый кончик сигареты. Антон с наслаждением затягивается, выпуская серый дым, и опять теряется во времени. Он давно не курил, но, нужно признать, и нервничал он давно. По крайней мере, так сильно. Поэтому сейчас сигареты из мятой старой пачки улетают одна за другой. Какое же счастье, что они оказались в карманах именно этих штанов! Теперь Антон почти спокоен. Глаза не жжёт обидой и злостью, сердце не грохочет, в висках не бьет кровь. Теперь можно спокойно поразымыслить над тем, что Арсений – свинья, которая заигрывала с какой-то шлюхой прямо у него на глазах. Антон прикрывает глаза с ещё одной глубокой затяжкой и давится дымом. Его грубо толкают к стене, выбивая из грудной клетки часть воздуха. Парень в замешательстве открывает глаза и видит перед собой бледное, выделяющееся на фоне тёмной улицы, лицо Арсения. Он зол. Антон понимает это сразу. И зол не на шутку, и не на кого-то, а на него. Но за что?! Теперь его руки сцеплены на его же груди широкой ладонью, и Антон держит зажатую сигарету между губами. Секунда, и её вырывают, отбрасывая в сторону. – Эй! – негодует Антон. Арсений прижимает его к стене ещё плотнее, придавливая теперь собственным телом, наклоняется к чужому уху и шепчет, опаляя кожу горячим дыханием: – Ты злишь меня, малыш. – дыхание сбитое, он тоже бежал. Антон задыхается, но теперь уже от негодования: – Я?! Я тебя злю?! Это говоришь мне ты?! Ты, Арсений, который чуть не трахнул эту бабу прям у меня на глазах?! – Антону похер, что он звучит по-детски и жалко. Сейчас хочется это выкрикнуть, хочется посмотреть на его реакцию. Арсений ненадолго замирает, чуть приоткрывая рот в недоумении. – Ты хоть понимаешь, что натворил? – снова находится мужчина. – Да, понимаю, испортил твой образ моего парня, что-то такое. – Антон переходит на язвительность. Щурит глаза до узких щелочек, кривит искусанные губы. – Маленький эгоистичный козёл! Прекрати все измерять своими интересами! – Снова срывается Арсений. – Ты чуть не сорвал мне крупную сделку! Скажи спасибо Анне, что она согласилась подписать все в экстренном порядке! – О да, спасибо твоей Анне! Чем ты её отблагодарил?! Поимел за рабочим столом, наверное?! Уж она бы тебе не отказала! – Снова срывается на крик Антон. Нет. Он не хочет сказать, что Анна хорошая, что она хоть немного важна для Арсения, что он будет выгораживать её. Антон чувствует, что его прижимают к стене ещё плотнее и уже набирает в грудь воздуха, чтобы выкрикнуть ещё что-нибудь нелицеприятное в сантиметре от лица мужчины, как давится воздухом уже в третий раз за десять минут и чувствует прикосновение к собственным губам. Арсений целует напористо, требовательно, грубо, врываясь языком в чужой рот и без стеснения хозяйничая там. Прикусывает нижнюю губу, и чуть рычит в самые губы. Антон отвечает ему так же напористо, пытаясь перехватить инициативу, что-то доказать. Но Арсений ведёт уверенно и первый отстраняется от парня. – Во-первых, запомни малыш, на войне, в любви и бизнесе все средства хороши. И если с кем-то нужно помягче и попрививетливее, я делаю это. И это ничего не значит. Так что уйми свою ревность. А во-вторых, ты все ещё меня сильно разозлил. – рычит ему в самые губы Арсений, и Антон невольно сглатывает. Ещё секунда, и его грубее, чем обычно, хватают за руку и тащат в здание. Чёрная магия? Потайные ходы? Супер способности? Нет? Тогда почему на улицу он бежал херову тучу времени, а в пустом кабинете пышашего злостью Арсения он оказался так быстро? Дверь хлопает, и сразу за этим звуком раздаётся щелчок замка. Во всем кабинете все так же горит только стол, и Арсений уверенно шагает сейчас прямо к нему. Ещё секунда, и Антон оказывается плотно зажат, между столом и чужими бёдрами. Арсений долго не рассуждает. Целует сразу, быстро, глубоко, грубо. Антон тянется к чужому телу, чтобы привычно погладить, но Арсений перехватывает его руки и тянет вверх безразмерную толстовку, оголяя бледную кожу. Мужчина шумно втягивает воздух, проходится руками по выпирающим ключицам, впалому животу, голой пояснице. Одним рывком толкает парня к себе, плотно сжимая чужую талию и шепча в ухо: – Ты пожалеешь об этом акте бесконтрольной ревности, малыш. Ты на всю жизнь запомнишь, что если я клеюсь к кому-то в этом кабинете, это не твоё дело. – прикусывает он мочку чужого уха. – Как тебе? Пока понятно изъясняюсь? – Да, папочка. – слова слетают с его губ раньше, чем Антон хоть что-то осознает. Что это? Наползающее чувство вины? Властный тон? Очевидное доминирование Арсения? Антон решает, что подумает об этом позже. Арсений в мгновение разворачивает его спиной к себе, заставляя опереться о стол. На ощупь растегивает чужие джинсы и спускает их вместе с нижним бельём ещё одним резким движением. Антон не видит его лица, но предполагает, что глаза у Арсения блестнули чем-то неясным, почти диким. Губа закушена, а руки… Антон ощущает необычно плавное для сегодняшнего вечера прикосновение к собственной ягодице. Теплые ладони проходятся от поясницы до бедер. Антон расслабляется, и в это же мгновение по оголенному участку кожи прилетает шлепок. Парень рефлекторно пытается разогнуться, но сильная рука не даёт ему этого сделать. – Не дергайся, милый. Ты же не хочешь испортить воспитательный сеанс? – голос у него немного севший после криков и прохлады улицы, сейчас отдается в мозгу многократно повторяясь. И Антон невольно прогибается, подаваясь ему навстречу. Мужчина улыбается и заносит ладонь над чужой задницей. Мгновение, и шлепок раздаётся в пустом и просторном кабинете, как гром среди ясного неба. Антон шипит, а Арсений повторяет свое действие снова. Ещё раз. И ещё. На пятый раз Антон хватается за край стола. – А-Арс! – снова чувствуя жжение на коже, зовёт парень. – Да, дорогой? – Снова опускается к его уху Арсений. – Тебе не нравится порка? – Теперь мне больно. – честно и чуть плаксиво отвечает Антон. – Тебе хватило пяти раз? – Мг. – утверждает Антон, и Арсений в ответ мягко проводит ладонью по покрасневшей коже. Антон снова расслабляется под этимими прикосновениями и снова ошибается. Арсений резко вводит в парня палец. – А-арс… – тихо стонет Антон. Напряжение, копившееся внизу живота, возрастает и становится почти нестерпимым. Антон интуитивно подаётся бёдрами навстречу. – Арс, ещё. – просит парень, чуть постанывая, и Арсений, не мешкая, вводит в парня ещё два пальца. Антон охает что-то, неразборчево шепча. Арсений продолжает медленно растягивать парня, проходится взглядом по тонким бёдрами, покрасневшим ягодицам, изогнутой спине, тонкой шее, беспорядочно лежащим волосам. Пальцы двигаются внутри все быстрее, и Антон стонет все явнее. – Ты прекрасен. – шепчет ему на ухо Арсений, и Антон сразу ощущает мужчину в себе. О том, чтобы сдерживать стон, он и не думает. Реагирует громко и протяжно. Арсений ведёт ладонями по спине, бёдрам, сжимает ладонь на чужом члене. И начинает медленно водить рукой, в такт своим движениям, постепенно ускоряя темп. – Арс, Арс, Арс!... – срывается Антон, достигая пика быстрее, чем Арсений. И обмякает на столе. Арсений продолжает ритмичные движения, в отличии от Антона, сдерживая стоны, закусив губу, и кончает следом. Тепло разливается по всему телу и Арсений падает в собственное кресло. Антон поднимается со стола, с хныканьем надевает собственные джинсы и уже хочет направится к дивану, как Арсений встаёт с места и подхватывает его на руки. Мужчина возвращается на место, и садит Антона к себе на колени, все ещё держа его за талию и под коленками. Оба молчали. Первый покачал головой Арс: – Как я теперь с такими ассоциациями работать тут буду? – Вот Арс, ты достал. Единственный, кто ебет тебя по-настоящему, это работа. – хмурится Антон. – Да, работа и один симпатичный парень у меня на коленях. – хихикает Арсений. – Вот только ебет он не меня, а мои мозги. Антон снова поджал губы и скрестил руки на груди. – Ты вообще слышал себя? Ты смеялся с ней так, как смеёшься со мной. Ты забил на меня, просто игнорировал и чуть ли не сосался с ней. А её ты видел? Арс, ну это ненормально. – Какой ты сексуальный, когда ревнуешь. – смотрит на него Арсений. – Может, мне почаще водить сюда каких-нибудь инвесторов или агентов в коротких юбочках? – Пошёл в очко. – Антон дёргается, чтобы подняться с места, но мужчина удерживает его у себя на коленях. – Это шутка, Антон. Меня интересуешь только ты, я хочу трахать за этим столом только тебя, хочу болтать только с тобой, хочу просыпаться каждый день в одной постели только с тобой, хочу… – Все, все, я понял, я буду чаще приезжать к тебе на работу. – улыбается Антон и тянется к чужому лицу.