Клянусь тебе

      - Намджу-у-у-ун, - возился в гнезде омега, - жарко, отпусти.       Дракон сурово фыркнул и чуть ослабил хвост, которым прижимал к телу глубоко беременного волка. Хёнджин погладил большой живот и виновато прошептал:       - Я с ним не заигрывал. Ты же велел выйти и подтвердить беременность, чтобы Тэхёну передали, что у него скоро будет сын, вот я и вышел. А у Сынмина одеколон просто удушающий… Мне стало дурно, вот я и оперся на его руку. Ты все неправильно понял, - дул губы Хван. – Мне так хотелось твоих поцелуев после этого вонючего человека… а ты меня, - он развел руки, указывая на свое нынешнее положение.       Огромная морда дракона с янтарными глазами повернулась к говорившему. Порывы воздуха сопровождали шумное обнюхивание восьмимесячного живота. Хёнджин расслабился и позволил своему альфе себя обследовать, чуть поглаживая серо-зеленые чешуйки. Он так их любил, даже чмокал украдкой, радуясь, что ящер не чует эту мимолетную ласку. Но тут рука омеги соскользнула на нижнее веко дракона, и тот осуждающе посмотрел на беременного.       - Что? – вскинулся тот. – Не так пахну? Это не я пригласил Сынмина, чтоб передать послание Тэхёну. Этот Ким спит и видит, когда ему дом вернут в собственность. Спровоцировал настоящую травлю в гареме, - насупился волк. – Как хоть там Джисон после издевательств старшего омеги? – задумчиво поднял он взгляд к потолку. – Тэхён, конечно, прогнал Сокджина, но получается, что в играх альф опять пострадали одни омеги. И люди, и драконы, все альфы единоличники, - бросил он обвинение ящеру и отклонился от теплого бока.       Его обдало удушливой волной, которая сопровождала переход Намджуна из одной ипостаси в другую, и скоро плечи омеги сжали сильные мужские пальцы.       - Ты просто пахнешь Сынмином, - виновато проговорил альфа. – Я приревновал. Это инстинкт.       - Жаль, что ты сейчас не можешь меня сажать на свой узел при малейшем волнении. Раньше переметил и успокоился, а сейчас… - Хёнджин фыркнул. – А кто-то говорил, что от истинного никуда не деться, а сам ревнует ко всяким людям. Ким…RM, - злорадно улыбнулся волк.       Дракон ревниво прижал омегу к себе, позволяя ощутить возбуждение своего человеческого тела.       - Перемечу тебя и без узла, - прорычал Намджун. – Помоги мне, омега.       Голос был тот самый, против которого не попрешь, поэтому пальцы Хвана сжались на твердой плоти самца. Внутренняя омега призывала подставиться под струю семени, и после нескольких минут внутренней борьбы, беременный так и сделал, поддерживаемый сильной рукой дракона.       - Я ведь принадлежу только тебе, принимаю только тебя, а ты во мне сомневаешься. Мы ведь не одни в мире, потому и вынуждены мараться в чужих запахах, - рука Хёнджина задвигалась резче, заставляя альфу порыкивать.       В последний момент тот перехватил инициативу и довел себя до пика в два рывка. Покрывая семенем большой живот, грудь и губы омеги, он победно рокотал. Хван, тяжело дыша, провел пальцами по влажным дорожкам. Дракон перехватил эти пальцы и обсосал, как самое вкусное лакомство.       - Клянись, - устало вышептал Хёнджин, - что никогда больше не усомнишься во мне. Кем бы от меня не несло, это случайное касание. Носить на себе я хочу только твой запах. – Намджун подобострастно кивал, удобнее устраивая омегу в гнезде, прикрывая их наготу. – Я бы не отказался носить твой запах и внутри, - ехидно усмехнулся беременный, - но домик занят, - он наглаживал живот широкими кругами. – Скорее бы родить, - вздохнул он, - тогда можно будет успокаивать тебя, отдавшись. Я так соскучился по твоему узлу, - мутными глазами посмотрел на истинного волк. – Обещай, что следующие лет пять мы не будем заводить детей. Хочу насладиться тобой без последствий.       - Клянусь тебе, - прижался к нему Намджун.       - А еще… Выкупи Сокджина из борделя, - вдруг попросил Хван. – Он, конечно, коварный, но не больше, чем все люди. Не заслужил он быть подстилкой под каждым неудовлетворенным человеком. Тэхён сам виноват. Сначала добился своей первой любви, а потом покрывал у него на глазах всех оборотней без разбора. Надо было просто жениться на Сокджине, и тот не сомневался бы в своем статусе, даже с полным гаремом…       - За рождение ребенка я возвращу Тэхёну дом, - усмехнулся Намджун, - но не бизнес. Хочешь, сделаю Сокджина своим представителем в совете директоров?       - Не смей делать Сокджина своим, - оскалился Хван, - никого не смей делать своим. Просто выкупи. Пусть ищет себе другого альфу.       - Хочешь, тогда заставлю его работать с волками? – предложил дракон.       - Не надо. Он злобный и мстительный, неуверенный в себе. Лучше вышли его вообще из страны, чтобы никого знакомых рядом не было. Пусть строит жизнь с чистого листа… - поколебавшись, беременный добавил: - Не хочу, чтобы он был здесь, когда у Тэхёна родится наследник. Пусть лучше не знает…       Намджун прижал к груди драгоценную ношу и пообещал:       - Завтра же велю Бану увезти Сокджина в Австралию. Кристофер давно мечтает о дальних плаваниях, вот и будет повод отплатить ему за все хорошее, что он для меня сделал. Не волнуйся, - погладил он истинного по голове, - он вернется на остров после рождения малютки и будет нас возить на материк.       - Мне страшно… немного, - вдруг сознался Хёнджин.       Дракон сразу понял, что речь идет о родах, и пообещал:       - Я буду рядом.

***

      Чего-чего, а вот на родах Хёнджин раньше не присутствовал, а сейчас приходилось непосредственно участвовать в процессе. От дикой боли омеге казалось, что он разорвался до поясницы, и если бы не горячие руки Намджуна, которые забирали часть боли, давно бы потерял сознание. В очередное затишье между схватками Хван рассмотрел перепуганные лица Ёнбока и Минхо и порадовался, что истинный его укусил. Значит, он точно выживет в этой заварухе. Он даже не успел всхлипнуть от жалости к себе, как внутренности стянула очередная потуга. Он кричал, как-то ругал Намджуна и обоих грифов, грозился, что этот ребенок последний, пусть сами рожают огромных драконов… И еще какую-то чушь. Но когда новорожденный заголосил в руках Ёнбока, слезы радости сами навернулись на глаза. Хван хотел счастливо обернуться к истинному, но воздух пронзила удушливая волна, и вокруг счастливого папы пружиной свился огромный дракон. Он нюхал и тихонечко скулил, будто был не огромным ящером, а маленьким волчонком. Приняв перепачканного кровью сына на грудь, Хёнджин понял, о каком запахе рассказывал Намджун в их первую встречу. Теперь подвал фонил им: и пот, и кровь, и слезы. Прижавшись спиной к теплому чешуйчатому боку, Хван тихонько говорил с новорожденным:       - Эта огромная туша – твой отец. И ты станешь таким же… когда-то. Мне повезет, я увижу тебя состоявшимся человеком… Кхм… Ну, как… человеком? Ну, да. Кимом же будешь. Имя тебе отец придумает, а потом уже вместе придумаете имена для младших братьев, - супруги Ли с улыбками переглянулись. – Я в драконьих штуках ничего не понимаю. Просто люблю твоего от… Ай! – завыл Хёнджин.       Ребенок перекочевал на руки Минхо, а волк освободился от последа. Огромными глазами он наблюдал за тем, как драконий язык подхватил кровавый ошметок и отправил в рот. Хёнджин испуганно потянулся к сыну, будто тому угрожала опасность.       - Не бойтесь, - размеренно забасил Ёнбок. – Традиция у драконов такая. Хозяин уничтожает все следы, чтобы защитить ребенка от сглаза.       - Вы верите в сглаз? – опешил Хван, вперяясь взглядом уже в стервятника.       - Вы ни раз смотрели в глаза дракону, – чуть улыбнулся альфа Ли. – Неужели не верите, что такими можно сглазить?       - На острове еще есть драконы? – паниковал омега, пытаясь крепче прижать сына уставшими руками.       - Теперь есть, - подал голос Минхо, обтирая большую голову младенца. – Второй дракон из… многих? – он вопросительно взглянул на родившего.       Хёнджин ехидно фыркнул, но в следующее мгновенье оказался в кольце драконьего хвоста. Большие янтарные глаза смотрели на новоиспеченного папочку, будто выпрашивая поцелуй.       - И не надейся, - пригрозил Хван. – Ты этой мордой только что мясо жрал. Никаких тебе поцелуев. Разве такой пример надо подавать новорожденному дракончику? – а потом неуверенно посмотрел на супругов Ли. – Неужели такой?       - Мы не знаем, - помотал головой Ёнбок, - Вы первый омега, который рожает в этом доме. И, я думаю, единственный.       Гриф-альфа запеленал ребенка, вложил сверток в руки расслабленного Хёнджина, и поджал обоих драконьим хвостом. Намджун подставил лапу так, чтобы голова истинного устроилась на ней поудобнее. Кажется, он урчал, этот большой ящер, что усыпило Хёнджина во мгновение ока. Намджун жарко дохнул на грифов, и те с поклоном удалились. Уже засыпая, огромный зверь почувствовал, как к подушечке пальца рядом с огромным когтем прижались влажные губы.

***

      Новый старший омега Тэхёна – Чон Чонгук – постоянно веселил обитателей гарема. Сам массировал им спины и головы после утомительных ночей с хозяином, закупал вкусняшек и сам готовил. Старшие подшучивали над ним, но указаниям подчинялись, а младшие бесспорно признавали его первенство. Даже смотритель Со по спорным вопросам сначала обращался к Чонгуку, а потом уже к хозяину. Поэтому, когда Чанбин выкрикнул его имя с первого этажа, старший омега легко сбежал по ступеням.       В дверях стояли двое: Сынмин и почтальон, и кажется, именно второй не нравился вепрю.       - Проводи господина Кима в кабинет хозяина, Бини, - с улыбкой велел Чон и официально развернулся к чужаку: - Что вы хотели?       - Бандероль из Австралии для Ким Тэхёна, - сверился с бумагами почтальон.       - Я старший омега господина Кима, - поклонился Чонгук, доставая из кармана печать хозяина. – Где надо расписаться?       Тэхён навстречу Сынмину вскочил с надеждой, но, увидев в глазах партнера ехидство, медленно опустился в кресло.       - Он что-то выкинул, этот RM, да? - прожигал гостя взглядом альфа. – И ты рад этому. Что на этот раз? Я должен освободить этот дом?       - Нет, - примирительно помахал руками Сынмин. – Дом теперь твой. Поздравляю с рождением наследника, - протянул он пакет.       Хозяин гарема потрошил послание с острова с нетерпением. Он лишь мелком глянул на голубую ленточку, сложенную в виде цветка, с греческой буквой «альфа» в центре. Более дотошно Тэхён изучал бумаги на недвижимость и автомобили. Облегченно вздохнув, он откинулся на спинку кресла и захохотал в голос.       - Я свободен, - вскинул он руки вверх.       - Не совсем, - подал голос Сынмин. – Господин RM пожаловал и мне кое-какие бумаги.       Альфа извлек из кармана пухлую стопку документов и протянул однофамильцу. Тэхён хмурился, читая их, но согласно кивал головой.       - Ты, значит, теперь директор фирмы, - резюмировал он. – Место президента осталось за мной? - вскинул бровь Тэзён.       - Конечно, - улыбнулся Сынмин, забирая назад документы. – Но видеться с господином RM ты теперь не сможешь. Отныне это моя привилегия.       - Не очень-то и хотелось, - откинул голубую ленточку на край стола хозяин дома, но гостя проводить до двери вышел сам и помахал ему рукой.       Чонгук, внимательно наблюдая за этой аудиенцией, размышлял, нужно ли сейчас отдавать письмо от Сокджина. Но Тэхён сам заметил конверт в его руках и поманил омегу пальцами.       - Что там у тебя?       Из конверта выпала розовая ленточка с буквой «омега» в центре и фото счастливого беременного Сокджина с подписью: «Поздравь меня, я стал мужем и скоро стану папой», а внизу приписка: «Отец не ты».       Эту ленточку Тэхён со злостью зашвырнул в мусорное ведро, а потом обернулся к голубой и тяжело вздохнул.       - Новости… хорошие? – опасливо уточнил Чонгук.       - Я стал… отцом, - буркнул альфа. – Хёнджин родил альфочку. А этот… Сокджин… портит праздник.       - Ты все еще любишь его? – тусклым голосом поинтересовался Чонгук, ссутулив плечи.       - По какой это причине я должен любить чужого мужа? – возмутился Ким. – Пусть беременеет от кого угодно, я уже итак отец. Надо праздник организовать по этому поводу, - велел он своему фавориту.       - Накупим еды? – глаза у Чона загорелись.       - Еды и что-нибудь… из рукоделия, - неуверенно подвигал пальцами в воздухе альфа. – Пусть каждый из омег своими руками сделает какой-нибудь подарок малышу. Он все же мой наследник. Свой гарем я ему, конечно, не отдам, но традиции должны быть соблюдены. А отвезет Сынмин.       Чонгук послушно кивнул и умчался наверх организовывать праздник. Тэхён, озираясь, подошел к столу и украдкой вытянул из пакета тонкий конвертик с банковским чеком. Количество нулей заставило альфу довольно кивнуть. Держа в одной руке голубую ленточку, а в другой плату за услуги, Тэхён будто бы взвесил их на ладонях и пренебрежительно откинул ленточку на диван. Если его месячное пособие будет содержать столько нулей, то он попытается потратить их все при жизни, чтобы ребенку Хёнджина досталась только недвижимость, а деньги пусть зарабатывает себе сам. И уж Тэхён постарается прожить подольше, вынуждая ждать волчонка его кончины на острове в изгнании.       Когда довольный альфа убежал к омегам наверх, в кабинет вошел Чанбин. Смотритель аккуратно погладил голубую ленточку и примостил ее на полке с фотографиями обитателей дома. Хёнджина среди этих фото не было, но метка наследника с лихвой это компенсировала. Вепрь прошептал с улыбкой:       - Заботься там о папке, когда подрастешь, будь настоящим альфой.