Утром взойдет солнце

— Директор Диппет? — высокий силуэт старосты Слизерина остановился нерешительно в дверях, его сердце колотилось в груди. Это был единственный раз, когда Том Реддл не ощущал себя хозяином ситуации, момент когда от решения другого человека зависела его жизнь. — Мистер Реддл, проходите, конечно, — милостиво произнес старичок, слегка наклонившись, словно пытаясь подбодрить юного мага. Он сделал несколько взмахов своей волшебной палочкой, и в воздухе замерцала светлая чашка с горячим чаем. — Угощайтесь, и расскажите, что же привело вас ко мне. Том, нахмурившись, медленно подошел к столу и сел в предложенное кресло, его внутреннее напряжение нарастало. — У меня просьба к вам особого характера, — осторожно начал он, стараясь звучать уверенно, хотя голос предательски дрожал. — Наверное, как вы знаете, в магловском мире сейчас идет война. Приют, где я вырос, находится под бомбежкой. Я боюсь, что… — он тяжело сглотнул, пытаясь подавить страх. — Я боюсь, что могу не вернуться на следующий год, что если мы не успеем спрятаться…? А если снаряд прилетит ночью, когда все спят? К тому же… напомню про запрет колдовства при маглах — его голос затих. — Это печальная ситуация, — глухо вздохнул директор, его взгляд потемнел. — Многие родители уже обеспокоены безопасностью своих детей. Мы даже не уверены, будет ли безопасен Хогвартс-Экспресс и вокзал Кингс-Кросс, на который он прибудет. Но к чему все это? Как вы хотите, чтобы я помог вам с этим? — Могу я остаться в школе на лето? — спросил Том, — Я могу помогать, что угодно, лишь бы не возвращаться в магловский Лондон. — Ну конечно, без проблем. Я верю в вашу сознательность, и не против, чтобы такой перспективный молодой человек остался в школе. Я даже готов организовать для вас летние курсы, — ответил директор. — Правда? — прошептал Том, не веря своему счастью. — Это один из дополнительных пунктов устава Хогвартса о безопасности: "школа бастион для всех, кому угрожает опасность. Ученики Хогвартса вольны оставаться в школе на полный год по своему желанию с уведомлением руководства. Дети магии священны, и их безопасность - в приоритете. Хогвартс - есть дом" — объяснил директор. — Спасибо, — пробормотал Том. — Скажите спасибо основателям. Они словно глядели в будущее, составляя устав, — усмехнулся директор Диппет. — Могу я ознакомиться с ним? Я видел его в библиотеке, но кажется, это не полная версия. Я не нашел там этот пункт, — спросил Том. — Странно, там должна быть точная копия, раз оригинал достаточно хрупкий, то мы создали дубль для демонстрации ученикам. Что ж тогда под вашу ответственность, — мужичок подскочил к шкафу позади и прошептал короткое заклинание. Тяжелые деревянные створки раскрылись, являя темную потрепанную книгу толщиной с палец. Он аккуратно достал ее и передал Тому. — Будете осторожны, все же ей несколько веков, и делитесь этими знаниями с остальными, конечно же. — Спасибо, большое спасибо, и хорошего вечера вам, директор Диппет, — произнес Том с искренним восторгом, почувствовав, как внутри него бурлит радость. — Прощайте, юноша, — ответил директор с теплой улыбкой. — И не забывайте, всегда приходите, если понадобится помощь. Сердце Тома наполнилось греющим ощущением, когда он покинул роскошную башню и директорский кабинет. Он осторожно прижимал к груди старый фолиант, и всё ещё не мог поверить, что останется в школе. Что не придется возвращаться в приют, проводить ночи в бомбоубежище, и молиться за собственную жизнь. Он чувствовал, как гигантская тяжесть ушла с его плеч — он будет в безопасности. Он будет жить. Юноша благоговейно взглянул на книгу, прижатую к груди. Это был не просто фолиант; это был труд основателей, священное знание, которое он прочтет от корки до корки. Он намеревался выучить все наизусть, чтобы в следующий раз профессор Дамблдор не смог обмануть его, глядя в глаза с той своей усталой, почти жалобной улыбкой, словно бы ничего не мог сделать. Том запомнил, что доверять профессору Альбусу Дамблдору нельзя, а что школьные книги могут лгать, и ему следует искать проверенные источники, чтобы укрепить свои знания. Покидая кабинет, он целеустремлённо направился в свою комнату. Вечером, при свете единственной лампы, рассматривая удивительную обложку фолианта с удивлением нашел надпись, выполненную тонкими золотыми буквами, которые чуть поблескивали: "Г. Дж. П. — для будущего темного лорда" - на серпентаго.