Red Lights

Это было всё очень спонтанно. Горе только проснулась и уже получила сообщения от Саши, что надо бы той съездить к Жене, потому что она не выходит на связь. Поэтому, приняв душ и быстро позавтракав, пришлось тащиться к Жене домой. А это надо было доехать до Зелика с тыщей пересадок. Поэтому, доехав до её дома, Горели судорожно пыталась вспомнить в каком кармане лежали ключи от квартиры. Нашла! Прислонив эту несчастную таблетку, Горе, словно кошка, проскользнула в падик и вот она уже едет в лифте наверх. Остановка. Длинный коридор и вот справа заветные цифры на двери квартиры. Открыв, внезапно трясущими, руками дверь, Горели словно снесло большим количеством запаха вишни. Его было так много. Он был таким густым, словно парилкой дымили часов десять подряд, чтобы всё так провонялось. Отскочив от двери, чтобы отдышаться, она быстро заглянула внутрь. Но было подозрительно тихо, словно пусто. Однако, проверить на наличие жизни квартиру всё же надо было, поэтому Горе зашла во внутрь. И это была фатальная ошибка. Стащив с себя кожанку, Горели разулась и пошла мыть руки. Вымыв их с мылом и обтерев досуха гостевым полотенцем, она открыла дверь из влажной ванны и увидела Женю. Которая стояла спиной к стене и держала руки в карманах. Подойдя к ней, Горе заметила, как устало выглядит Женя. Явно только недавно вымытые волосы, судя по тому, как влажно в ванной, с которых капала вода. Знакомая пушистая кофточка. Какие-то шорты то ли тёмно-синие, то ли чёрные. Из-за освещения трудно было разобрать. Синяки под глазами. И очень сонный при этом вид. Слегка покрасневшие щёки. — Ты как? — едва успела сказать Горели, как Джей бросилась к ней. — Ух, нифига ты, — выдохнула, как от удара Горе, когда Женя сильнее прижалась. Запах вишни. Он совпадал с тем же, что и был на входе. Неужели.? Почему же тогда она одна? Потрепав ту по волосам, Горели ткнулась носом в отросшие тёмные корни. Краска для волос хорошо так отпугивает любых альф от человека, который покрасился. Но это не помешало Горе осветлить пряди, а затем и часть волос. Однако, Джей же собиралась вроде на днях пойти осветлится. Неужели, планы поменялись из-за этого? Надо бы, окно открыть, а то как-то душно становится. А на улице как бы не зима, но тоже довольно прохладно. Так что не заболеют. — Давай, я тебя покатаю, нам нужно до твоей комнаты дойти, — тихим голосом сказала Горе. В ответ раздалось тихое угу. Горели отстранилась первой от объятий и позволила той залезть ей на спину. Аккуратно обойдя все проёмы, Горе дошла до кровати в комнате Джей. Она вся была завалена одеждой. Причём не только личной одеждой Жени. Тут были и вещи команды. Знакомая чёрная рубашка с короткими рукавами. Белая футболка с аниме-принтом. Шорты. А ещё это красное освещение наводило на некоторые мысли. Усмехнувшись, Горе остановилась, повернулась спиной к кровати и как бы слегка встряхнулась, чтобы Женя слезла. Что та и сделала. Обернувшись, Горе увидела Женю. Большие зрачки. Вот, что Горе заметила. Чтобы не поддаться соблазну, Горе пихнула Женю на кровать. Та довольно податливо оттолкнулась и легла на кровать. А затем Горе быстрым шагом покинула комнату и так же быстро закрыла дверь. Прислонившись затылком к двери, Горе схватилась за пылающие щёки. Тяжёлые вздохи. Вот, что было слышно.

I cannot breathe without you

Being right by my side, I'll die

So, can you please come over closer?

Hold me tight, right now

Переведя дыхание, Горе поняла, что нужно скорее открыть окно. Иначе, она может не удержаться. Едва поднявшись, Горе всё же смогла дойти до окна на кухне. Открыв окно нараспашку, Горе расслабилась и облокотилась на подоконник локтями, оттопырив свой ладный зад. Вдыхая свежий воздух, Горе потеряла свою бдительность, поэтому максимально не ожидала, что кто-то положит свои маленькие ладошки на её талию, явно ища линию штанов. Нервно сглотнув, Горе повернула голову. Краем глаза она увидела. Женю. Уже без кофты в одной футболке с горящими глазами. Резко развернувшись, Горе поймала Женю, которая чуть не упала от такого манёвра. Приятный прохладный ветерок повеял на них, обдувая спину Горе и окончательно растрёпывая ей волосы. Горе крайне тяжело вздохнула.        Женя, не в свойственной себе манере, вдруг притянула себе часть прядей Горе и крайне медленно втянула в себя их запах, вскоре отпустив волосы. Лёгкий румянец, что ушёл после открытия окна, вновь дал о себе знать, и проступил на её щеках, словно так и положено. Запрокинув голову назад, Горе просто думала о том, что зря она сюда пришла, но…        Лёгкое прикосновение губ к шеи вызвали внутри вибрацию. Горе неожиданно вздрогнула и опустила глаза. Она видела лишь красивые каре-зелёные глаза, в которых горел огонь. И не понятно было, что нёс этот огонь. Не сожжёт ли он Горе? Но другого выхода нет. Лучше дать, чем потом краснеть, что не смогла помочь собственной подруге.        Горе опустила голову, вновь сталкиваясь глазами с Женей. Видимо, в ней проснулась решительность, не иначе. Женя, начав ухмыляться, потащила Горе за собой, схватив ту пальцами за воротник огромной футболки. Дойдя до комнаты, Женя отпустила футболку и уселась на кровати, томно глядя на Горе, которая закрыла дверь за собой. Красный свет вновь всё освещал.       

벗어나기 위해 몸부림쳐 봐야 there's no answer

해와 잠들 때까지 더 deeper

I really wanna know, yeah

난 이미 lost control, oh

I'm going crazy now 걷잡을 수 없이 난

다시 또 이 밤을 지새운다

The moment when I close my eyes

All I see is red lights

Проморгавшись, Горе посмотрела на Женю. Внутри что-то колебалось. Руки стали трястись. Немножко стало тревожно, что было ей уже самой не-свойственно. Горе не из тех, кто нервничает. Она берёт и делает. Крайне неловко заземлив свой зад на кровать, Горе повернулась к Жене. Большие зрачки и усилившийся запах вишни были ей ответом. Женя заползла на середину кровати и рукой подозвала к себе Горе. Тяжело вздохнув, Горе так и поступила.       

Shh, 알잖아 널 가만히 둘 수 없는 걸

      

Женя слегка подползла к ней, вновь стреляя хитрыми глазами. Горе закрыла свои очи из желания расслабится. Горячие дыхание на губах быстро сменилось самими губами. От такой неожиданности Горе неожиданно потеряла баланс и упала назад вместе с Женей. Удивительно было, как Женя не стукнулась об ней своим прекрасным лицом, видимо специально уворачивалась в другую сторону. Открыв глаза, Горе увидела нависшую над ней Женю, словно паук над своей жертвой.       

알잖아 널 가만히 둘 수 없는 걸

       Не разрывая взгляд, Женя медленно опустилась и впилась в её губы. Горе вновь вздохнула, обдав ту горячим воздухом. Но Женя вдруг оторвалась и нацелилась на другую часть лица. Губы Горе словно загорелись. Сухие губы Жени коснулись носа, отчего Горе стала выглядеть забавно-растерянной. Женя на это лишь усмехнулась. Следующей целью стала нижняя челюсть. Куда ниже справа. А потом шея. На которой Женя попыталась оставить засос, но Горе стала сопротивляться, отпихивая ту. И всё же мурашки побежали по коже, отчего Женя стала выглядеть до неприличия довольной.

도저히 널 가만히 둘 수 없는

Make you feel my love, oh-oh (Oh)

       Какой-то огонь всё же загорелся в Горе, поэтому решительно поднявшись, она подтащила к себе Женю и сама нацелилась на контакт губами. Женя не растерялась от такого напора, потому слегка прикусила той нижнюю губу. А это уже вызвало новые мурашки и вызвало внутреннюю вибрацию. Вдруг одна из лампочек погасла. Красный свет стал менее ярким. Но они этого даже не заметили.

어둠이 뒤덮인 밤

Make you feel my love, oh-oh (Oh)

알잖아 널 가만히 둘 수 없는 걸

Кто-то первым открыл рот, отчего два языка между собой столкнулись, вызывая приятные вибрации внутри. Но от такого наплыва чувств спёрло дыхание, и даже стало неприятно, что надо отлипнуть друг от друга. Уже по привычке протерев нос, Горе подняла глаза на Женю. Раскрасневшаяся уже полностью — не только щёки, но и шея — и блестящие глаза.        И это всё не её. Она здесь только, потому что так сложились обстоятельства. И от этого больнее. Она здесь просто, чтобы помочь перенести той течку.        Надо быть сдержаннее. Но всё же, сердце хотело верить, что чувства не безответны, а что на них всё же ответит абонент. А кто бы не хотел отношений? Да, Женя тоже не подарок, Горе успела убедиться в этом за всё время, что была в команде. Некоторая вредность, немаленькая такая тревожность и куча тараканов в одном человеке с ужасно-миловидным, чуть ли не бейби фейсом — вот выбор мастеров. Горе до сих пор вспоминает те приятные вечера в лагере, когда они были одни в своём номере и никто их не тревожил. Никто из команды тогда на ту смену не поехал, лишь они вдвоём, хотя Женя вообще хотела ехать туда одна. Горе тогда предложила тоже туда поехать, что порадовало Женю и от чего она затискала Горе. Женя вообще тогда сказала, что думала самой позвать Горе, если та не предложит, потому что она плохо переносит одиночество. Особенно в лагере-то. Ей нужна любая живая душа рядом в таком месте. И после, всё то время, что они проводили в стенах номера, они либо сидели бок о бок, либо и вовсе кто-то валялся в других ногах. Это было приятно. А сейчас. Было приятно, но совсем другой оттенок.

Now, tell me you hate me

더 이상 널 버틸 수 없어

But I know, you and me

어쩔 수 없어

«Чёрт! К чему же приступить первым?». Она ещё никогда таким не занималась. По идеи, чтобы течка проходила легче, нужно раздеться, держать при себе вещи с запахом альфы и просто. дрочить… Пока Горе задумалась над тем, как ей помочь Жене, сама Женя вдруг вспомнила про микрофон. И когда она потянулась за ним, Горе одёрнула её. — У тебя есть я. Микрофон тебе сейчас не понадобится, — мягким голосом проговорила это Горе.

도망치기 위해 몸부림쳐 봤자, set the mic up

달이 잠들 때까지 더 deeper

I really wanna know, yeah

난 이미 lost control, oh

Женя радостно закивала, радуясь тому, что она смогла привлечь внимание. Горе аккуратно подцепила футболку снизу и потащила наверх. Женя подняла руки, так что проблем не возникло. На ней осталось ещё три предмета. У Жени загорелись глаза ещё сильнее, поэтому она сама помогла стащить с себя шорты. Которые были уже мокрыми. На постельном белье этого не было видно, наверно потому что оно было чёрным. Глубоко вздохнув, Горе уловила сильный запах вишни. Казалось, что он на языке вот-вот возникнет, настолько густым был запах. Но влюблённый взгляд Жени как-то напряг Горе, поэтому она старательно стащила у той топ, чтобы смотреть затем, как с наглым видом нарочито медленно приспускает Женя то, что осталось. Горе немножко с ошарашенным лицом быстро стащила с себя футболку и кинула её в Женю. А та, чуть ли не мурчать уже готова. А после снова полезла целоваться. На этот раз уже Горе куснула ту за нижнюю губу, отчего она ощутила, как Женя начала ёрзать на её бёдрах. Воздух словно становился горячее. В груди потеплело так, словно ещё немного и можно ледники ей размораживать. Вдруг, Горе сместилась ниже и стала целовать, слегка задевая горячую влажную кожу языком. Пока в один момент не ощутила вибрацию губами и хриплый стон. В животе сразу возникло шевеление. Но оно было приятным. «Значит, я делаю всё правильно».

I'm going crazy now, 걷잡을 수 없이 난

다시 또 이 밤을 지새운다

The moment when I close my eyes

All I see is red lights (Red lights, red lights)

       Отстранившись, Горе положила ту на спину. Взгляд Жени стал словно пылающее солнце, чему способствовали щёки, что вот-вот хотели слиться с волосами. Осмотрев ту ещё раз, Горе встала на четвереньки, но не стала заострять внимание и стала куда попало целится губами, просто стараясь хоть как-то облегчить состояние. Ключица. Слегка лизнуть кость и провести узор. Провести носом до левой груди. Горячо выдохнуть и осторожно поцеловать. Съехать носом до рёбер и так же невесомо их расцеловать. Слегка провести по ним языком. Вернуться в середину и уже оттуда, проводя языком волны, дойти до пупка. — Пупочек, — едва слышно шепнула Горе в пупок Жени, отчего та невидимо для Горе заулыбалась. Чмокнув ту в пупок, Горе подобралась и села нормально, вытянув ноги вперёд. А затем чуть сбоку подползла. Женя чуть ли не подскочила следом. Однако, Горе не ожидала, что та оседлает её колени. Встрёпанные красные волосы с чёрным на конце разметались по плечам, что выглядело красиво. А вот ниже глаза опускать не хотелось. Однако, пришлось, когда Женя села ещё ближе, так ещё и оплела её ногами сзади. С трудом сглотнув, Горе закусила свою нижнюю губу и посмотрела на Женю. Которая запрокинув голову назад, продолжала елозить по бёдрам. «Бож, Женя, такими темпами вырубит меня и сама оприходует. Надо что-то предпринять».

알잖아 널 가만히 둘 수 없는 걸

알잖아 널 가만히 둘 수 없는 걸

도저히 널 가만히 둘 수 없는

I'm going crazy now, 걷잡을 수 없이 난

다시 또 이 밤을 지새운다 (도저히 널 가만히, 널 가만히)

       Отпихнув ту назад, Женя покорно легла в ноги Горе. А затем Горе начала её ещё чуть-чуть толкать вперёд, чтобы у неё появилось небольшое пространство для манёвра. А затем Горе сама наклонилась вперёд. — Открой ротик, — всё тем же мягким голосом попросила она, отчего Женя сразу его открыла. Ничего нового придумывать Горе не стала, просто пихнув той в рот палец. А затем добавив второй. После третий. В процессе несколько раз Женя хватала Горе за талию своими ногами. В такие моменты Горе сильно менялась в лице. Решив, что сейчас достаточно, Горе медленно вытащила пальцы из родного рта. Женя аж поплыла. Зрачки были очень большими. Так же медленно она поднималась.

The moment when I close my eyes

All I see is red lights, red lights, red lights

도저히 널 가만히 둘 수 없는

       Легонько приподняв за ноги, Горе сместила великолепный низ Жени чуть правее, отчего ей чуть не прилетело правой ногой по лицу. Подняв правую ногу, Горе разместила её на своём правом плече и немного положила голову. Вздохнув, Горе на ощупь пошла по бедру, вызывая на коже Жени мурашки и лёгкие подёргивания, что её сильнее приближало руку к нужному месту. Так выйдет больше эффект, если она не будет смотреть. Но видеть, как задирается голова и, в целом, изгибается Женя было приятно. Опа. Рука нащупала что-то очень знакомое. Горячо и мокро. Аккуратно прощупав всё одним пальцем, Горе почему-то перевела взгляд на лицо Жени и оно было… таким умоляющим? Та что-то едва слышно шептала. Кажется, «пожалуйста»? Ну раз просит, то почему бы и не дать. Крепко зажмурившись, Горе провела пальцем круговые движения и соскользнула ниже. Судорожный вздох был ей ответом. Медленно погрузив во внутрь один палец, Горе насторожилась, когда Женя вдруг стала ближе. Поймав вторую ногу Жени, Горе провела дорожку чуть влажных поцелуев от внутренней стороны колена до ступни. Хриплый стон не заставил себя долго ждать. Однако, один палец это так неудобно. Добавив второй, дело словно пошло лучше. Начав делать поступательные движения рукой, Горе раскрыла глаза и уставилась на Женю. Та выглядела, как никогда, слабо и при этом притягательно. Однако, Жене особо много и не нужно было, чтобы произвести выстрел. Буквально несколько движений и Женя обмякла на постели, запачкав руку Горе. — Бля, ещё бы влажные салфетки найти, — под нос себе буркнула Горе, пытаясь в себя прийти. Но салфетки всё же нашла. Заодно ещё и постель протёрла. Правда, пятно мокрое осталось, но сами следы Горе стёрла. А потом решилась на немного дурацкий поступок, а именно помыть Женю. Ну хотя бы в душе ополоснуть. Пройдя маршрут и открывая все двери, Горе удачно наткнулась на большое полотенце, в которое можно будет потом укутать Женю. Решившись, Горе всё же взяла ту на руки и понесла. А Женя-то и не в отрубе была, хотя казалось, что уже спит. Стоило Горе просто отвернуться, чтобы проверить не врежется ли она, как Женя тут же стала целовать ту в шею. Не очень довольная улыбка появилась на лице Горе. — Тебя надо помыть. Можешь не беспокоиться, я дам тебе свои вещи. И всё в ванной они оказались ещё быстрее, чем ожидалось. Усадив ту в ванную, Горе настроила температуру и стала поливать ту со всех сторон. Долго мытье не длилось. Закончив с этим, Горе упаковала Женю в полотенце и вернула на место. Чтобы не пачкать постель своей уличной одеждой, Горе отрыла свои шорты из всей этой кучи вещей и отдала Жене в обмен свои уличные штаны. Которые она так вдохнула, словно это ромашки. — Я посплю с тобой в одной постели, но только, пожалуйста, не приставай ко мне, пока я сплю. Иначе может плохо кончится, — предупредила Горе, уложившись там.

Make you feel my love, oh-oh (Oh)

어둠이 뒤덮인 밤

Make you feel my love, oh-oh (Oh)

알잖아 널 가만히 둘 수 없는 걸

Женю срубило начисто. Горе же сама только недавно проснулась, так что спать она и не хотела. А вот ещё покушать хотелось. Поэтому, вылезая из постели, Горе посмотрела на Женю, но та спала очевидно, обнимая её штаны. Оу. Поменяла цвет у лампочек на более приятный-тёплый. И пошла готовить из того, что есть. Сварганила обед. Вкусный омлет. Съела половину его и вернулась в постель. И закрыв глаза, всё же вырубилась. Но потом её разбудила Женя, которая хотела есть, но не хотела выползать из постели. Горе погрела ей еду и притащила в постель. Накормив, словно маленького ребёнка и напоив, Горе утащила посуду и вновь вернулась в постель. Женя в порыве благодарности закинула на неё конечности и, уткнувшись носом в шею, затихла, сладко засопев. И Горе вместе с ней. Вечером была похожая картина, но Горе не сама проснулась, а от пиханий Жени. Решив, что в восемь вечера самое то, сварить пельмени, Горе поставила кастрюлю. Приготовила. Масло кинула. И пошла будить Женю. Очаровательное сонное выражение лица. Ничего не понимающие космические глаза. И торчащие во все стороны красные волосы.

аоаоаооаоао

Поэтому, кормила Горе ту пельмешками с яркой улыбкой. Уть-уть, и вот Женя уже всё сточила. И вновь сладко засопела. Отнесся посуду, Горе оставила её на кухне и вернувшись в постель, повернулась к Жене спиной. Так и уснула. Следующий же день начался с очень удивлённой Жени. С Жени, которая закуталась в одеяло и ужасно-напуганными глазами. — Ебанный пиздец, Горе, ты чо тут делаешь? Почему я голая? А что случилось с Сашей? Капец, я честно говоря особо не помню, что было пару дней назад! — Ох, как же тебе так рассказать-то, — очень забавно захлопала глазами Горе, вскоре уткнувшись в подушку. — Так и расскажи, — не очень довольно буркнула Женя, пытаясь встать с кровати. — Ну, ладно. Не бухти. Саша заболела. А у тебя походу была течка, потому что ты объявила перерыв и пропала на дня три. Я думала, ты занята и не хотела тебя отвлекать. А потом Саша позвонила, сказала мне приехать, проверить тебя. — Бля, я же ей ничего не сказала, — шлёпнула себя по лицу Горе. — Я сама ей позвоню, — кивнула Женя. — Спасибо. Ну и это- ты меня чуть не соблазнила, не знала, что ты так приставать умеешь, я просто в ауте, — начала ругаться Горе. — Да? Оу, так я поэтому раздета, — протянула Женя. — Ммм, нет, это я уже намеренно, чтобы тебе было легче. — Как вкусно пахнёт, — вдруг те самые штаны Горе оказались в руках Жени и она вдохнула их запах. Горе просто влёт покраснела. — Блять, не знала, что у меня ещё и гнездование — одна из форм течки, — закрыла та лицо руками, отбросив штаны. — А где Даня? — всё же уточнила Горе, пытаясь сообразить, как ей отвечать за то, что случилось. — У себя дома течку проводит, — ответила Женя, убрав руки с лица. — ОН ТОЖЕ ОМЕГА? Я думала, он альфа! — в шоке вскрикнула Горе, схватив ту за руки. — И вы при этом встречаетесь? — Видимо уже нет, — призадумалась Женя. Горе знатно занервничала, что уловила Женя. — Эм, ну- – Хочешь я буду помогать тебе с твоими течками? — для Жени это было равнозначно предложению «давай встречаться». — А если честно? — ухмыльнулась Женя. Горе отвернулась в подушку, отчаянно что-то туда завывая. Женя слегка приблизилась к ней и вдруг сказала: — Ты мне нравишься. Горе моментально повернулась обратно и случайно стукнулась с ней щёками. — Правда? — глаза Горе в этот момент лихорадочно блестели. — Да. — Я тебя люблю. — Наконец-то, мы это выяснили.