Can We Burn Something, Babe? [Мы можем что-нибудь сжечь, детка?]

      КЕВИН       Семнадцать лет назад       Шайба врезается в плексиглас рядом с воротами, пролетая в миле от них, и Кевин смеется, когда она падает обратно на лед.       — Даже не близко!       — Это было близко!       — Нил. Я стою в воротах. Рядом со мной ничего не пролетало.       — Ты придираешься.       Кевин снова смеется, подкатывает к шайбе и пасует ее обратно насупившемуся Нилу, это видно даже через шлем.       — У нас осталось всего лишь десять минут, — говорит Кевин, пока Нил просто водит шайбу по льду, — перестань валять дурака.       — Это игра, Кевин. Просто невероятно, как ты умудряешься сделать игру такой не-веселой.       — О, пожалуйста. Ты воспринимаешь это так же серьезно, когда не сосешь так сильно, — он выставляет руки. — Забей мне. Один раз. И я куплю тебе мороженое завтра после школы.       Нил перестает гонять шайбу, наклоняет голову в бок.       — Откуда?       — Sweeties?       — Хм-м. Звучит как хорошая сделка, — он пожимает плечами, — я в деле.       Нил откатывается, ведя шайбу рядом, Кевин кричит ему вслед:       — О, кстати, если промажешь, мороженое с тебя!       Нил показывает ему средний палец через плечо, доезжает до противоположной стороны площадки и разворачивается к Кевину, делая глубокий вдох.       — Хэй. Если я забью отсюда, что ты мне купишь?       Кевин закатывает глаза.       — Мороженое каждый день на протяжении года.       — Это много мороженого, Дэй.       — Ты очень далеко, Джостен.       Нил фыркает, тянет мышцы рук, Кевин встает в центр ворот. Нил откатывается назад примерно на метр, оценивая удар и движется.       Его клюшка двигается очень быстро, почти молниеносно, и, прежде чем Кевин даже успевает подумать, он видит летящую к нему шайбу и просто моргает, когда она, задев шлем, попадает прямо в ворота за его спиной, в то время как Кевин еще даже не поднял руки для защиты.       Повисает долгая оглушающая тишина, и тогда Нил кричит.       — ЧЕРТ ВОЗЬМИ.       Он поднимает взгляд, пока Нил катится к нему со скоростью молнии, врезается в Кевина с настолько агрессивными объятиями, что, будь он немного выше, мог бы свалить его с ног.       — Я сделал это! — кричит он в ухо Кевин, и Кевин не может сдержать смех. —Кевин! Черт возьми!       Нил отстраняется, стягивает шлем, бросает его на лед, и Кевин делает то же самое, выдыхая, когда Нил сталкивается с ним снова, впечатывая в плексиглас и обвивая руками его торс.       — О боже мой, — он пытается безуспешно оттолкнуть Нила, — тебя действительно волнует мороженое, да?       — Гол был сумасшедшим! Скажи мне, что он не был.       — Окей, он был...       — Заткнись. Придурок, — смеется Нил.       — Это ты заткнись.       Нил широко улыбается ему, и Кевин улыбается в ответ, не дыша, и осознает, как близко их лица были друг к другу. Улыбка Нил а слегка дрожит, будто он тоже это понимает, и его глаза на мгновение опускаются к губам Кевина.       Он только что..?       Он не успевает закончить мысль, прежде чем Нил подается вперед, сокращая расстояние между ними и целомудренно прижимается губами к губам Кевина. Кевин напрягается, и Нил отстраняется, его глаза широко открыты.       — Прости. Это...       — Подожди. Замолчи.       Кевин наклоняется обратно, обхватывая ладонями лицо Нила, и целует его, в этот раз немного дольше, прежде чем отпрянуть и заглянуть в глаза.       Нил довольно улыбается.       Тогда Кевин целует его снова, настойчивее в этот раз, его голова бьется о плексиглас с глухим стуком. Нил, посмеиваясь, смазано извиняется в его губы, на что Кевин фыркает, разворачивает их, и теперь Нил стукается, а Кевин тянется за новым поцелуем. Их носы сталкиваются. Больно. Нил ругается.       — Дерьмо! Ауч!       — Прости!       — Ты сломал мне нос!       — Я не сломал твой...       Нил притягивает его снова, целует медленно в этот раз. Колени Кевина, к его смущению, немного слабеют, и он немного пошатывается. Нил ловит его за руку, выдыхает смешок в его губы, другой рукой запускает другую руку в волосы Кевина и...       Дверь на площадку распахивается.       — Нил?       Нил подпрыгивает, отталкивает Кевина и вытирает рот.       — Ты задержался, — продолжает тот же голос, — Поторопись!       — Прости, мам!       Кевин немного проскальзывает по льду, пока Нил судорожно подбирает свой шлем, он бросает на Кевина неловкий взгляд, прежде чем уехать к выходу.       Кевин смотрит, как он подходит к матери, смотрит, как он неловко машет рукой, не оборачиваясь, смотрит, как дверь захлопывается за его спиной.       Кевин не двигается, затем подкатывается к борту, медленно опускается на лед и протяжно вздыхает.       — Дерьмо.

***

      Сейчас       Кевин смотрит на копировальный аппарат, который начал делать две сотни копий флаеров, о которых просил его отец. Уже почти обед. Всего один час, и он сможет выйти отсюда, прогуляться, продолжая обдумывать одно и тоже снова и снова, но, по крайней мере, в другой обстановке.       Кевин ничего не делал сегодня. Пялиться на этот ксерокс, следя глазами за бегающей вперед-назад полоской света, возможно, самая продуктивная часть его дня.       Он избегает всех. Это неправда, он избегает Эндрю. И это... это значит прятаться. Неопределенное количество времени, если это возможно, потому что из разговора с Эндрю прямо сейчас не может выйти ничего хорошего.       Проблема — большая проблема — в том, что Кевину нравится Эндрю.       Возможно, он влюблен в Эндрю, если он позволит себе в этом признаться. То, что началось как "краш с первого взгляда", медленно превратилось в большее — гораздо большее, — и Кевин чувствует себя как самый большой идиот из всех ныне живущих.       Потому что Эндрю видит его как друга, никак иначе. Он позаботится о нем, когда он будет тревожной развалиной, — конечно. Он захватит ему пончик по пути на работу. Он позволит Кевину жаловаться на свою не-существующую личную жизнь. Затем он уйдет и будет выносить мозг Нилу, и Кевин будет думать о его глазах цвета лесного ореха, и молочной коже, и сильных руках, и прекрасном чувстве юмора, пока все это не закончится криком в подушку.       Кевин привык к этому к данному моменту.       К чему он не привык, так это думать о Ниле.       По крайней мере, не продолжительное время. Нил не был его первым поцелуем (девушки всегда любили Кевина, а пятнадцатилетний Кевин имел много вариантов в отношении поцелуев и пользовался ими), но он мог быть первым действительно значимым поцелуем. Первый поцелуй, который он почувствовал всем телом, не просто соприкосновение губами.       Но это никогда не заходило дальше. Кевин переехал через несколько месяцев. Встретил Рико. Он принял худшее решение в своей жизни и влюбился в социопата.        Он сбежал два года назад, когда отец снова ворвался в его жизнь и предложил другой вариант — работу в Пальметто, шанс начать заново там, где он вырос, вдали от Рико и беспорядка, которым стала его жизнь в Калифорнии.       Ваймак послал Эндрю забрать его из аэропорта по прилете. Он подъехал на своем мазерати с сигаретой во рту, на вид не обеспокоенный необходимостью быть шофером своего босса. Кевин был мгновенно очарован.       Но и это не заходило никуда дальше. После года эмоционально скудного флирта и тоски, парень Эндрю (или тот, кого он считал его парнем) пришел забрать его на ланч в один из дней, и Кевин оказался лицом к лицу с Нилом Джостеном впервые с шестнадцати лет. После этого тоска показалась еще более бесцельной.       В любом случае, у Кевина есть какое-то подобие баланса в любовном плане. Он ходит на свидания с мужчинами, по случаю с женщинами, пару раз с небинарными. Средний секс иногда. Никаких особых известий.       До одной ночи.       Нил — природное бедствие, и Кевин всегда знал об этом; ничего удивительного в том, что переспать с ним в настолько нетрезвом состоянии, в каком они оба были, — дикая, безрассудная идея. Когда Кевин закрывает глаза, он чувствует, как Нил ерзает на его бедрах, видит его невозможно голубые глаза — зрачок расширен, взгляд внимателен, — все еще чувствует его губы растянутые вокруг его...       Блядь. Это было хорошо. Очень хорошо. И очень-очень глупо.       Он мог отрицать это до посинения, но Эндрю боготворит Нила. Он видит, как его лицо почти неуловимо светлеет, когда он получает сообщение от Нила, как его руки дергаются, чтобы прикоснуться к нему, когда он появляется в офисе (он слишком горд, чтобы позволить себе ППП), его манера использовать каждую возможность, чтобы рассказать Кевину, как он его ненавидит, как сильно хочет его убить. Кевин теперь хорошо знает Эндрю — он знает, что это его способ сказать, как он чертовски влюблен.       Но Эндрю — это Эндрю, он не может позволить себе быть с Нилом в здоровых, счастливых отношениях. Он причинил ему боль, и Нил пришел к Кевину за комфортом, и сейчас Кевин чувствует себя растерянным, и виноватым, и глупым, и не может, блядь, перестать об этом думать.       То, что Нил с того самого дня делает вид, будто Кевина нет, совсем не помогает. Два дня без единого сообщения.       Кевин вздыхает, достает телефон из кармана и открывает чат с Нилом.       Кевин: мне бы хотелось, чтобы ты перестал игнорировать меня       Кевин: нам нужно поговорить              Он роняет телефон на крышку копировальной машины , не ожидая ответа. Он подпрыгивает, когда несколькими минутами позже слышит вибрацию, берет телефон в руки и видит уведомление от Нила.       Нил Д: я на работе       Кевин: как и я, но могу я зайти во время ланча?       Нил Д: если хочешь       Кевин: реально?       Нил Д: да реально но будет час-пик поэтому быстро. 12:30?       Кевин: я приду       "Да", — думает Кевин, и последние копии появляются из машины. Это правильно. Это имеет смысл. Поговорить с Нилом, убедиться, что они на той же странице их отношений (какой бы эта чертова страница не была), прежде чем встретиться с Эндрю.       Все в порядке.

***

      Все не в порядке.       Кевин в кафе, где работает Нил, Нил за стойкой и еще не знает о присутствии Кевина. Он прислонился около кофемашины, бедра выставлены вперед, большой палец нервно прикушен, он залипает в телефоне, не обращая внимания на растущую очередь посетителей.       Все не в порядке, потому что Нил такой чертовски красивый и даже не прикладывает усилия для этого.       Его волосы в беспорядке, кудри лежат в рандомном направлении. Его джинсы порваны и не в современном стиле. А в стиле "я ношу эти джинсы годами и не буду их выкидывать просто из-за того, что через дыры видно части бедер". Ворот его футболки растянут, свисая ниже ключиц.       Он — беспорядок. И он великолепен. Возможно, его совершенно не волнует, что каждый участок гладкой кожи, выглядывающий из-под тех тряпок, которые он называет одеждой, сводит каждого вокруг с ума.       Все не в порядке, потому что включает в себя Кевина, который замер в дверях, смотря на Нила, и хочет ущипнуть его через эти дыры на бедрах. Хочет облизать ключицы. Хочет прижать его к барной стойке и полностью...       — Эй. Как давно ты там стоишь?       Кевин подпрыгивает, быстро переводя взгляд с его тела на его лицо.       — А? Привет.       Нил убирает телефон в карман и с любопытством смотрит на Кевина.       — Привет?       Кевин глубоко вдыхает, пытаясь встряхнуться, пока идет к стойке. Нил встает ровнее, когда он подходит.       — Сейчас, а... сейчас двенадцать-тридцать, — говорит Кевин. И ненавидит себя за то, как неуверенно звучит. — У тебя перерыв?       — Не совсем, но...       Он смотрит на очередь, потом смотрим вокруг, может ли кто его подменить. Никто не может, но он пожимает плечами и уходит.       — За мной.       — А-а... — начинает посетитель, но Кевин уже идет вслед за Нилом на кухню. Когда они заходят, Нил поворачивается к Кевинуи делает глубокий вдох.       — Прости меня. За игнорирование. Я, кажется ... Думаю, я, кажется, надеялся, что если отложу этот разговор, то смогу найти правильные слова.       — Да, — Кевин кивает, — я понимаю. Это, э-э, это сложно.       Нил фыркает.       — Сложно. Верно. Это как...       Он замолкает, когда его телефон звонит в кармане, Кевин не узнает эту мелодию.       I wanna sell what you're buying       [Я хочу купить то, что ты покупаешь]       I wanna feel on yo' ass in Hawaii       [Хочу трогать твой зад на Гавайах]       I want that jet lag from fucking and flying       [Хочу джетлаг от ебли и перелетов]       Shoot a child in your mouth while I'm riding       [Заряжу тебе детей в рот, пока я буду объезжать тебя]       Скулы Нила слегка краснеют, он хмурится и достает телефон, поколебавшись перед ответом.       — Я же говорил тебе... — он хмурится сильнее. — Что?       Он мельком смотрит за плечо Кевина, в кафе, внезапно хватает Кевина за руку, пихая его за дверь, чтобы его не было видно.       — Блядь. Ладно. Подожди.       Нил сбрасывает, одними губами говорит Кевину "прости, постой здесь", прежде чем уйти обратно. Кевин хмурится, прислоняется к двери и слушает. Сначала звук приглушен, потом он слышит узнаваемый голос Эндрю, и в животе появляется тяжесть.       — Где ты ночуешь?       — Это имеет значение?       — Приходи домой. Эта квартира больше твоя, чем моя. В любом случае я сплю на диване.       — Все в порядке.       Пауза. Кевин может представить Эндрю, долго и медленно вдыхающего.       — Тебе не нужно всегда быть таким упрямым.       — Дрю. Я правда в порядке. Мне просто нужно время, окей? Не дави на меня.       Еще одна пауза, и Кевин выглядывает из-за двери так, чтобы избежать риска быть замеченным. Он видит Эндрю, оперевшегося на стойку, чтобы быть ближе к Нилу. Нил выглядит напряженным, как будто хочет податься навстречу, но не позволяет себе. Эндрю говорит тише в этот раз:       — Мы можем поговорить в другом месте? В подсобке?       Кевин замирает.       — Нет, — отвечает Нил. Его голос теперь не такой уверенный, как мгновение назад. — Я работаю.       — Я не хочу устраивать сцену.       — Ты мог сказать, что скучаешь по мне. Как нормальный человек.       — Я не нормальный человек.       Нил не спорит с этим, но отводит от Эндрю взгляд, смотрит вниз на стойку и молчит. Эндрю смотрит на него, и Кевин замечает, как его плечи поникают.       — Ты хочешь, чтобы я ушел? Да или нет?       Нил глубоко вдыхает, смотрит на очередь за Эндрю, затем снова на него.       — Да.       Эндрю берет паузу, потом кивает, разворачивается на пятках и уходит. Нил смотрит ему вслед, проводит ладонью по лицу и достает свой телефон (все еще игнорируя людей перед собой).       Кевин подпрыгивает, когда его телефон вибрирует.       Нил Д: тебе лучше уйти       Нил Д: правда много работы       Нил Д: прости       Кевин сглатывает, собираясь ответить, но передумывает. Он трясет головой, выходит из кухни мимо Нила, который даже не оглядывается на него, наконец принимая заказ у ворчливого посетителя, и идет на выход из кафе.

***

      Вернувшись на работу днем, Кевин удивляется, видя Эндрю, который роняет свое тело на стул у стола Кевина, который кто-то там оставил, он агрессивно крутится по сторонам, выискивая Кевина.       Блядь. Вот тебе и разобрался сначала с Нилом.       — Это единственный раз, когда я скажу подобное, — начинает Эндрю, как всегда, монотонно.       Он пытается выглядеть необеспокоенным. Его обычное "Эндрю Миньярду наплевать на все" выражение на лице. Но Кевин смотрит сквозь.       — Так что слушай очень внимательно, — продолжает Эндрю.       Кевин сглатывает. Он знает. Нил рассказал ему? Блядь. Ему стоило оставить свою первую волю еще тогда, когда Facebook предложил ему.       — Слушаю...       — Думаю, я проебался.       Кевин старается не уронить челюсть.       — Ты... Что?       — Не смотри на меня, блядь, так. Я человек. Я проебался.       — Я понимаю. Ты просто обычно не... признаешь это.       — Это чудо. Объявляй тревогу в медиа. Останавливай прессу. И так далее. Ты собираешься мне помочь с этим или нет?       Кевину не нравится, куда все идет. Совсем.       — Смотря с чем.       — Нил.       Блядь.       — Что насчет него? — говорит Кевин, к счастью, звуча очень обыденно.       Эндрю делает глубокий вдох. Очевидно, что смотреть в лицо своим ошибкам — трудоемкий процесс для него.       — Есть шанс, что я расстроил его.       — Людям свойственно расстраиваться, когда им изменяют.       Кевин захлопывает рот, челюсть Эндрю напрягается. Он правда это сказал? Он не хотел произносить это вслух.       — Откуда ты знаешь об этом?       Думай быстро.       — Он рассказал Мэтту. А Мэтт болтливый.       — Точно, — Эндрю выглядит рассерженным, но принимает такой ответ. — В любом случае. Это не была измена. Мы не...       — Пара. Верно. Ты уверен, что он знал об этом?       Что ты делаешь? Не лезь!       Эндрю смотрит прямо на него, затем снова откидывается на спинку стула, вздыхая.       — Полагаю, здесь я и проебался. Я не осознавал, что он думал об этом как о... Я не знаю. Чем-то серьезном.       Кевин удерживает себя от закатывания глаз.       — Окей.       — И сейчас он даже не ночует в своей собственной квартире. Не ебу, где он. Наверное, спит на улице, как беспризорный мальчишка, просто в пику мне.       — Он может позаботиться о себе, Эндрю.       Эндрю замолкает на этом и закидывает ноги на стол.       — Иногда я забываю, что вы давно знакомы.       Кевин вздыхает:       — Едва ли.       — Двенадцать лет, да? Я бы сказал, так давно.       И снова Кевину не нравится, куда это все идет.       — Полагаю. Наверное. Мы не видели друг друга семь лет. Мы едва ли близки сейчас.       — Да, но знаешь. Детская любовь никогда не умирает и все такое.       Кевин моргает.       — Если хочешь мой совет, то ты мог бы просто извиниться перед ним?       Эндрю поджимает губы.       — Я не хочу, чтобы он не так это понял.       — И как понять все так? Что ты без ума от него, он — от тебя? Какой ужасный концепт это был бы. Взаимное обожание.       Заткнись заткнись заткнись ради всего святого перестань говорить.       Кевин пытается решить, в какое направление увести этот диалог: к примирению Эндрю и Нила или к чему-то совершенно более эгоистичному, — когда его телефон жужжит на столе.       Он вздыхает и берет его, хмурясь, когда он видит очередное сообщение от Рико.       Рико: невежливо игнорировать сообщения, милый       Он морщится и снимает блокировку, собираясь ответить по мышечной памяти, когда рука Эндрю протягивается через стол и выхватывает телефон.       — Эй!       — Я знаю это выражение. это "Кевин Дэй собирается быть последним идиотом" выражение, — Эндрю смотрит на телефон и закатывает глаза, прежде чем снова взглянуть на Кевина. — И как же прав я был. Есть какая-либо причина, по которой ты не заблокировал этот номер?       Кевин сглатывает, пожимает плечами. Эндрю не давит, но он снова смотрит на телефон и начинает печатать.       — О нет. Нет-нет.       Он пытается выхватить свой телефон, но Эндрю уворачивается.       — Эндрю!       — Я просто веду вежливую беседу.       Он печатает что-то и, прежде чем Кевин снова потянется за телефоном, нажимает на отправление с довольством и возвращает телефон.       Кевин хмурится и смотрит на экран.       Кевин: у кого-то взъерошены перья. могу я предложить более жесткую институционализацию?       Кевин чувствует жар на щеках и тяжесть в животе.       — Он убьет меня.       — Ему придется сначала иметь дело со мной, — Эндрю ведет плечами, потягиваясь. — Кроме того, физическое насилие — не его стиль. Он предпочитает изводить ментально, в то время как мне нравятся ножи. Это не равный бой.       Кевин пытается восстановить дыхание, его горло было сжато.       — Он...       — Эй. Дэй.       Он пытается сосредоточиться на голосе Эндрю, но он слишком занят попытками заставить свои легкие работать слаженно, слишком занят, представляя, как Рико читает это сообщение, представляя, как он сжимает кулаки в случаях, когда Кевин выводит его из себя, — до побеления костяшек.       У него получается, когда теплая ладонь опускается на заднюю сторону шеи, пальцы бережно поглаживаю кожу. Успокаивающе.       — Посмотри на меня.       Кевину удается сделать полный вдох, затем выдох, поднять взгляд и встретиться глазами с Эндрю. Он смотрит на него, напряженно и сосредоточено.       — Это просто текст, — говорит Эндрю, его голос тверд.       — Он будет зол.       — Он всегда зол. Потому что ты ушел. Потому что выбрал себя, а не это дерьмо. Но он не может тебя достать, не здесь. Не когда я здесь. Окей?       — Эндрю...       — Ты в безопасности, — он прислоняется своим лбом к его с глухим стуком. — Окей? Скажи это.       Кевин молчит долгое время, сглатывает.       — Я в безопасности.       — Хорошо.       Он прижимается к нему еще один раз, делая акцент на этой мысли, затем отстраняется и снова садится. Кевин мгновенно начинает скучать по этому теплу.       — Теперь заблокируй этот ебаный номер, или я буду топтать твой телефон, пока не сломаю окончательно.       Кевин кивает, дрожащими руками открывает контакт Рико и нажимает кнопку "Заблокировать".       — Тебе не стоило ему писать.       — Ты едва ли не сошелся с ним снова. Я обещал не дать этому случиться.       — Ты и твои глупые обещания.       — Поговори мне тут. Ты оказался большей проблемой, чем я ожидал.       Кевин слегка улыбается.       — Оно того стоило, честно говоря.       — Посмотрим.

***

      Нил Д: хэй       Кевин: привет       Нил Д: прости за сегодняшнее       Нил Д: все в порядке на работе? я могу прийти если ты все еще хочешь поговорить?       Кевин: здесь? это плохая идея       Нил Д: 🙄       Нил Д: просто поговорить и мы можем встретиться в скрытном режиме       Кевин: скрытном режиме?       Нил Д: гараж? мы можем надеть большие тренчи       Кевин: ты сейчас серьезно?       Нил Д: ага. обещаю. гараж в 10?       Кевин: окей. тогда увидимся.       Нил Д: :)

***

      Нил был не в тренче, когда Кевин нашел его, но сделал все возможное, чтобы остаться инкогнито: натянул худи на голову и сидел в тени.       — Ты издеваешься? — спрашивает Кевин, как только подходит.       Нил стягивает худи.       — Что?       — Если ты так отчаянно хочешь, чтобы он тебя не увидел, ты всегда можешь, не знаю, не приходить туда, где он работает?       Он закатывает глаза, поводя плечом.       — Нам нужно поговорить. Всего пять минут. Нормально, — он оглядывается. — Где твоя машина?       Ниссан Кевина, идеальный для скрытного режима Нила, был припаркован в темном углу гаража под офисным зданием. Нил запрыгивает на водительское сидение, как только Кевин открывает машину, и Кевин садится на пассажирское сидение, глядя на него.       — Ты не поведешь мою машину.       — Что? — он смотрит на руль. — О. Нет. Вообще, — он смотрит на Кевина и громко выдыхает. — Мне жаль, окей?       Кевин удивленно моргает.       — Оу.       — Мне не стоило втягивать тебя в свое дерьмо. Это было эгоистично. И мне жаль.       Кевин кивает и откидывается на сидении, вздыхая.       — Не перетягивай все на себя. Эндрю — мой лучший друг. Я не должен был... боже, я не должен был даже приглашать тебя.       — Ты просто был другом. Мне нужен был чертов друг.       — Ты прав. А я накачал тебя водкой и...       — Что? Нет. Кевин. Ты не накачивал меня ничем. Я собирался напиться той ночью, не имеет значения с кем: с тобой, или с Мэттом, или в одиночестве в какой-нибудь подворотне. Это случилось бы. Мне было... больно.       — Я знаю, — сглотнув, начал Кевин, — Это было... Мы можем просто... оба сожалеть?       — Полагаю, — Нил замолкает, потом кивает головой. — Да. Окей. Мы оба сожалеем. Это подходит.       — Это было ошибкой.       — Ошибкой. Верно.       Он замолкает на несколько секунд, снова закусив большой палец, затем делает глубокий вдох.       — Думаю, ты слышал нас. Ранее в кофейне.       Кевин кивает, и Нил выпускает вздох, глядя в лобовое стекло перед собой, будто в нем могли быть все ответы вселенной, даже если он пялится ни на что иное, как на бетонную стену.       — Я не знаю, что делать, — тихо говорит он.       — Он скучает по тебе.       — Я знаю. Не в этом суть. Суть в том, что он не говорит этого. Он не... признает ничего.       Кевин хмыкает.       — И ты скучаешь по нему?       Нил задумывается, кивает.       — Я скучаю по нему охуительно сильно. Не могу выкинуть его из головы. Я даже приходил домой после работы и дрочил, хотя это могло сделать все немного яснее, но...       — Нил...       — Это вообще не помогло. Я все еще скучаю по нему. И я продолжаю... Я просто не готов... — он взмахивает рукой, — не знаю. Сдаться. Наверное.       — Я не уверен, что сдаться — самый романтичный способ разобраться с этим, но...       Нил прерывает его громким стоном, неожиданно складывая свои руки на руль и утыкаясь в них лбом.       — Это даже не самое худшее, — говорит он приглушенно.       — А что худшее? — хмурится Кевин.       Нил молчит, вжимаясь лицом в предплечья сильнее, говорит что-то еще совершенно неразборчиво. Кевин моргает.       — Это были слова?       Нил громко вздыхает, неохотно поворачивается к Кевину.       — Самое худшее, что я хочу снова поцеловать тебя.       В голове Кевина случается короткое замыкание. Он открывает рот, пытаясь что-то сказать, но ничего не выходит. В итоге он пытается снова.       — Оу.       Нил хмурится.       — Блядь. Прости. Мне не стоило этого говорить?       — Нет, это... это просто...       — Тупо? И безрассудно? И неловко?       Кевин кивает.       — Довольно сильно.       — И это не может случиться снова.       — Нет. Не может.       — Нам нужно просто... просто делать вид, что этого никогда не было прежде. Вернуться к тому моменту, когда мы были просто знакомыми, которые зависали вместе в старшей школе. И мне нужно разобраться со своим дерьмом.       — Как и мне.       — Это правильно.       — Да.       Нил сглатывает, опуская взгляд вниз на губы Кевина.       — Определённо.       Нил облизывает собственные губы, и Кевин видит это практически в замедленной съемке. Его губы мягкие, пухлые, глубокого розового цвета. И он знает, как хорошо они чувствуются. Не может перестать думать о том, как хорошо они чувствуются. На его собственных губах. На его шее. На его члене.       Губы Нила немного приоткрываются, и с них слетает неровный вздох, глаза возвращаются к глазам Кевина.       — Мне нужно ид...       Кевин притягивает его прежде, чем он успевает закончить, сталкивает их губы в отчаянном поцелуе, который заставляет Нила пискнуть от удивления, прежде чем ответить на поцелуй Кевина, предпринять неуклюжую попытку и в итоге перелезть Кевину на колени.       Нил бьется головой о крышу и стонет, Кевин пытается переместить его в более удобное положение так бережно, как только можно, пока Нил жадно покусывает его нижнюю губу.       — Нил...       — Кевин, — выдыхает Нил в его губы, наконец расставив ноги по обе стороны от бедер Кевина, оседлав его и запустив руки в волосы.      — Мы должны остановиться.       Кевин отстраняется, убирает волосы Нила с его лица.       — Ты хочешь остановиться?       — Нет.       Нил двигает бедрами медленно, с нажимом, прижимаясь задницей к твердому члену Кевина, и Кевин стонет.       — Блядь.       — Но мы должны остановиться.       Кевин хмурится, смущенный, Нил тихо всхлипывает, прежде чем поцеловать его снова, вылизывая рот и двигая бедрами.       — Я... м-м-м. Я хочу тебя, — говорит Нил, не дыша.       — Возьми меня, — слышит себя Кевин. Его голос звучит так жалко, что почти кажется чужим. — Ты можешь взять меня.       — Нет. Внутри, — Нил толкается снова, намеренно, его бедра сжимаются вокруг бедер Кевина, — хочу тебя внутри.       Кевин стонет, предвкушение прошибает позвоночник. Да. Блядь, да. Но...       — Здесь?       Нил ускоряет движения бедрами, отчаянно извиваясь на коленях Кевина.       — Да. Здесь. Да. Пожалуйста.       — Люди могут увидеть.       — Не увидят.       — Нил...       Нил продолжает тереться, его лицо так близко, его горячее дыхание на щеке Кевина, он позволяет случайному стону сорваться с губ, и пальцы на ногах Кевина поджимаются; ему нужно остановиться, или он просто...       — Подожди, подожди.       Он кладет ладонь на бедро Нила, останавливая его. Нил стонет, сначала пытается снова толкнуться, потом замирает, глубоко дыша, объективно понимая, что он не хочет кончить в штаны. Нил отстраняется, чтобы посмотреть в глаза, его лицо раскраснелось и было искажено вопросом.       — Окей, — говорит Кевин, его голос немного дрожит, — окей. Презервативы. У тебя есть презервативы? Смазка?       Нил качает головой.       — Нет. Блядь. У меня нет...       — Подожди!       Нил отклоняется назад, когда Кевин тянется к водительской стороне в отделение для перчаток на дверце, открывает его и копается в протеиновых батончиках, зарядках от старых телефонов и зажигалок...       Зажигалок Эндрю.       — Кеви-и-ин... — стонет Нил на его коленях. — Скорей.       Кевин трясет головой, приходит в себя, копается еще немного и — да. Пакетик смазки и пачка презервативов. Он передает саше Нилу и переворачивает пачку на водительское сидение. Выпадает один презерватив.       — Хах, — бормочет Нил, — судьба.       Кевин смеется, прежде чем сдержать себя. Нил улыбается в ответ, затем притягивает его к себе. Они целуются и целуются, и Кевин расстегивает ширинку джинс Нила, и Нилу как-то удается неловко стянуть их, и они снова целуются. Нил поднимается, рвет пакетик смазки зубами, пока Кевин смотрин на него с отвисшей челюстью.       — Ты в порядке? — спрашивает Нил, когда замечает выражение на лице Кевина, нахмуриваясь.       — Ага. Я просто, — он качает головой, — блядь.       Нил кивает.       — Ага, —соглашается он, затем берет руку Кевина, приподнимается, и заводит ее между ног.       Нил вздрагивает, когда Кевин прижимает один скользкий палец к его входу, и Кевин удивляется, когда входит почти легко.       — Ты сам... — он спрашивает Нила, — ты уже?...       — Я... м-м-м, — он сам медленно опускается ниже, палец Кевина скользит глубже внутрь. — Раньше. У меня была... эта штучка, которую я использую наедине, но... ох, блядь. Кев.       — Но что?       — Но мне стало скучно. Это не то же самое.       Кевин уставился на него. Смотрит на его подрагивающие веки, пока сгибает пальцы внутри него. Так много мыслей проносятся в его голове. О ком он думал, когда делал это? Как это соотносится? С ним? С... кем-то еще?       О, разберись со своим дерьмом, Кевин, потому что...       — Это так горячо, — выпаливает он.       Нил напрягается немного, потом смеется.       — Разве?       — Да, — Кевин кивает, неожиданно не дыша.       Он касается бедра Нила, сигнализируя ему снова подняться, вытаскивает свой палец и заменяет двумя. Нил стонет, прислоняется своим лбом к Кевину, начиная покачиваться на пальцах.       — Согни их снова, — шепчет он. Кевин так и делает, и Нил хнычет. — Почти. Немного левее.       Кевин двигает немного, как сказано, и Нил громко вдыхает, сжимаясь вокруг пальцев Кевина и впиваясь пальцами в подголовник сидения.       — Ох, блядь. Это оно. Прямо там.       Кевин кивает, проводит по тому месту еще раз. Он так возбудился, находясь под Нилом, что это почти больно, и Нил совсем не помогает. Издавая отчаянные, жалобные звуки и ёрзая на бедрах, он своими движениями доводит Кевина до поджимающихся пальцев на ногах.       — Если ты... — Нил стонет, зарываясь ладонью в волосы Кевина и оттягивая их, — если ты продолжишь так делать, тогда я кончу.       — Ты хочешь кончить? Ты можешь кончить, детка.       Нил резко качает головой.       — Хочу, чтобы ты трахнул меня.       Кевин стонет, невольно подаваясь бедрами навстречу, что заставляет Нила выругаться.       — Черт, мне нужно растянуть тебя сильнее.       — Нет. Нет, и так нормально. Я делал это ранее, просто трахни меня. Пожалуйста.       Кевин кивает, и Нил поднимается на колени, вздыхая, когда Кевин вытащил свои пальцы и вытер их об футболку. Нил сразу же тянет руку и хватает презерватив с соседнего сидения.       — Расстегни свои штаны, — говорит он, разрывая упаковку.       Кевин неуклюже выполняет просьбу, стягивая свои рабочие брюки и брифы на бедра, чтобы не мешали, так быстро, как только может. Глаза Нила опускаются на член Кевина и немного расширяются, будто это не что-то, с чем он уже недавно (недавно вообще-то и очень интимно). Кевин собирается сказать что-то на этот счет, когда Нил приступает к действиям, раскатывая на нем презерватив почти взволнованно, прежде чем порыться вокруг снова в поисках смазки.       — Эй, — говорит Кевин, и Нил смотрит на него.       — Эй, — отвечает Нил.       — Могу я... окей, если я буду сверху?       Нил останавливается, улыбается, выдавливает смазку себе на ладонь и размазывает по члену Кевина. Кевин стонет, голова падает назад, упираясь в сидение.       — Я уверен, что справлюсь с этим, — говорит Нил.       Кевин двигается быстро, садится и дергает рычаг сбоку от сидения, чтобы оно отклонилось назад почти горизонтально. Они оба взвизгивают, движение было более резким, чем ожидал Кевин, потом Нил смеется и наклоняется за поцелуем. Им требуется несуразно много времени, чтобы сменить полшожение, стукаясь локтями, ругаясь и смеясь, пока Кевин не прижимает замершего Нила к сидению, берет его бедра, и он обхватывает ими его талию.       — Ты в порядке? — спрашивает он, пока тянется рукой вниз пару раз проводит по члену для подготовки, глядя Нилу в глаза. — Войди в меня, Дэй, — отвечает Нил с ухмылкой.       Кевин закатывает глаза, пристраивается и медленно входит.       Нил выпускает низкое, тихое, звучащее удивленно "ох" и долго выдыхает, его бедра крепче сжимаются вокруг Кевина.       Кевин зажмуривается, пытаясь не кончить в ту же секунду от ощущения Нила — горячего и узкого вокруг него, сжимающегося, его руки снова оказываются в волосах Кевина и тянут. Прошло много времени с его последнего раза, и Нил... Нил — это слишком.       — Все хорошо? — он слышит и открывает глаза, чтобы увидеть Нила, смотрящего на него, его щеки порозовели, глаза были немного влажными.       — У тебя все хорошо?       Нил плутовски улыбается.       — Мне будет реально охуительно, когда ты начнешь двигаться.       Кевин кивает, положил рук на талию Нила, медленно подался назад на парю дюймов, прежде чем двинуться вперед, задевая ту самую точку, которая заставила Нила скулить прежде. В этот раз, прикосновение заставляет его громко вскрикнуть, и Кевин быстра подавляет шум поцелуем, внезапно взволнованный тем, что звук эхом отразится по всей парковке.       Нил издает странный, смешанный звук в губы Кевина, пока он продолжает двигаться, — что-то между смехом и всхлипом. Кевин двигается быстро, следуя за темпом Нила, который подается ему навстречу, вдавливая пятки Кевину в бедра, чтобы стимулировать его.       Кевин не перестает целовать его, не хочет иметь риск слишком громкого шума (не хочет переставать целовать его, точка), и Нил бормочет ему в губы.       — Кевин... Кев, не останавливайся. Кевин. Кев, так хорошо. С тобой так хорошо...       Нил опускает ладонь на задницу Кевина, сжимает, вызывая стон у себя и у Кевина, слишком быстро приближая к краю.       — Я... м-м-м... Нил, я близко. Очень близко.       — Прикоснись ко мне, — выдыхает Нил в ответ.       Кевин приподнимается достаточно, чтобы обернуть руку вокруг члена Нила, проводит большим пальцем по головке и стирает скопившуюся влагу. Нил стонет, одна рука упирается в дверь машины для равновесия, когда Кевин начинает дрочить ему в темпе толчков.       — Продолжай, продолжай, — просит он.       Кевин продолжает, пока Нил задыхается, откинув голову назад на сидение с тихим стуком, и кончает Кевину в кулак. Сжатие его задницы вокруг Кевина отправляет его за грань секундой позже, точки пляшут в глазах, пока он стонет и обильно кончает в презерватив.       Кевин скулит, делая толчки, и кулаки Нила сжимают ткань футболки Кевина.       — Черт возьми. Нил. Нил... черт.       — Не останавливайся, — говорит Нил, задыхаясь, — продолжай, не останавливайся. Хорошо. Так хорошо.       Кевин толкается, догоняя последние отзвуки оргазма, и смотрит на лицо Нила, искаженное удовольствием, пока не замечает небольшое напряжение бровей, что означает, что его сверхчувствительность наконец стала слишком сильной.       Кевин замедляется до остановки, восстанавливает дыхание. Нил стонет, смотрит на него, Кевин чувствует, как грудь Нила поднимается под ним, его ноги подрагивают, все ещё обернутые вокруг его талии.       Кевин все еще хочет, чтобы он кончил без прикосновений в следующий раз.       Блядь. "Следующий раз"?       В конце концов, когда Кевин начинает дышать размереннее, Нил хмыкает, потираясь своим носом о нос Кевина, нежное прикосновение заставляет глаза Кевина закрыться.       — О чем ты думаешь? — тихо спрашивает Нил.       — Я думаю... — Кевин вновь открывает глаза, пытаясь не дать огромным голубым глазам Нила, смотрящим в ответ, вскружить себе голову. — Я думаю... что если бы четырнадцатилетний Кевин мог видеть меня сейчас.       Нил смеется. Кевин пытается не дать вскружить голову и этой улыбке.       — Он был бы впечатлен, а? Секс на тесном пассажирском сидении Ниссана? Кстати, ты вообще собираешься вытаскивать из меня свой член?       Кевин фыркает, удивленный и пораженный способностью Нила так переходить от невероятно сексуального себя к маленькому раздражающему гоблину, которого он встретил в школы, за секунды.       Кевин выходит, и Нил стонет, он смотрит, как Кевин снимает и завязывает презерватив, как оглядывается вокруг, чтобы выкинуть куда-то презерватив.       — Выброси его в окно, — говорит Нил с ухмылкой.       — Ты отвратителен.       — Я знаю. Иди сюда.       Нил берет презерватив, откидывает в сторону и тянет Кевина обратно вниз, пока они снова не оказываются лицом к лицу. Он целует Кевина в губы, потом в щеку, затем в челюсть, все это время прочесывая волосы Кевина руками.       Кевин закрывает глаза, сглатывая.       — Это продолжит происходить. Разве нет?       Он чувствует, как Нил останавливается, затем оставляет еще один нежный поцелуй на лбу у линии волос Кевина.       — Думаю, да.       — Ты любишь Эндрю?       — Да, — в этот раз Нил кивает.       "Как и я", но Кевин этого не говорит.       Что он говорит, так это:       — Это пиздец какой беспорядок.       — Определенно да, — отвечает Нил.       Кевин вздыхает, зарываясь лицом в шею Нила. Они остаются в таком положении какое-то время. Молча, не зная, что еще сказать. Затем неожиданно Нил начинает смеяться. Кевин хмурится, приподнимаясь над ним.       — Что такого смешного?       — Прости. Но глянь, — он указывает на что-то, — у нас сцена Джека и Роуз.       Кевин смотрит туда, куда он показывает. Окно. Запотевшее и с отпечатком ладони на нем очень очевидно в стиле Титаника. Он стонет.       — О мой бог...       Нил смеется снова, и в этот раз Кевин не может не присоедниться к нему. Они оба трясутся от смеха, пока Нил не делает глубокий вдох и тянется к окну.       Кевин смотрит, сглатывая, когда Нил использует свой палец, чтобы нарисовать сердечко на конденсате.