i put a spell on you

Сентфор встретил Сару О'Нил плотной пеленой тумана, мрачными макушками леса и холодным воздухом, пробирающим до костей. Сара, ступив на порог нового дома, уже скучала по солнечному и приветливому Балтимору, в котором можно было запросто спрятаться от проблем. Здесь же все иначе. Слишком тесно и мало пространства, в совокупности с постоянными ссорами родителей все это, определенно, уготовило Саре «веселый год». Не говоря уже про школу, в которой она стала главной мишенью. Новенькая же. Впереди обряд посвящения, благо уже у Сары имелся свой личный «клуб завтрак». Она была рада, что так быстро сдружилась с Бобби, Дереком и Кэнди. Они — местная «корпорация тайна» и «клуб неудачников» в одном флаконе. Благодаря новым друзьям улыбка на лице Сары появлялась чаще, и она не думала про гнетущее и захватывающее в объятия одиночество. Однако Сентфор ей все равно не нравился, слишком много непонятных загадок и серости. Миссис Хилл, очаровательная и в то же время чудаковатая старушка, что владела антикварным магазином, говорила, что Сара привыкнет. Но Сара не собиралась привыкать, мечтая как можно быстрее сбежать отсюда. Но за подарок — милую, но строптивую черную кошечку была признательна любительнице старых раритетных вещей. В этом городе, затерянном среди бескрайних лесов и пустынных шоссе, время будто бы остановилось, и солнечный свет казался застывшим воспоминанием из прошлой жизни в Балтиморе, где все было намного проще. Кэнди, казалось, перестала обижаться на Сару из-за Люка (хотя, по правде, вины О'Нил в том, что парень проявил к ней симпатию, не было, но разве убедишь в этом влюбленную девочку-подростка, которую отвергли?) и весело щебетала о том, что хорошо бы устроить на выходных день шоппинга. Сара улыбалась, поддерживала предложения подруги, также сетовала на странную учительницу математики, из-за которой на занятиях становилось не по себе, и думала о своем. Сара замечала необычные вещи и порою ей чудилось, будто с ней не все в порядке. Родители на нее не обращали внимания, поглощённые в свои разборки, а друзьям, видимо, было все привычно в Сентфоре. Как-никак они здесь родились и знали все вдоль и поперек. Сара же каждый раз удивлялась тому, что для других было обыденным. Улицы, казалось, дышали собственной жизнью, особенно в вечернее время суток, когда не работали фонари и не покидало чувство пристальное слежки и теней, что раскинулись повсюду. Дома на окраине Сентфора стояли глухо закрытыми, и их окна напоминали безжизненные глазницы, собирающие сведения о прохожих. Постоянное напряжение давило на Сару, когда она прощалась с друзьями и одна шла по пустынному кварталу. Одиночество вызывало гул в ушах, а дрожь, пробегающая по коже, становилась её постоянным спутником. О'Нил уже не помнила, когда в последний раз её руки оставались тёплыми — холод пропитал пальцы, словно она сама была одной из теней Сентфора, которые снились ей после неудачного свидания с Люком в лесу и найденного трупа... Беспокойство росло с каждым днем: ночами мучали кошмары, днём — тревожная тишина города, прерываемая то шорохом шагов за спиной, то отголосками хриплых голосов, звучащих из ниоткуда. Сара ходила по городку, стараясь не привлекать внимания, но знала — она всегда под наблюдением, и с каждым днём кто-то невидимый приближался всё ближе. Особенно остро это ощущалось после исчезновения Кэнди и той зловещей колыбельной. «Спеть тебе песенку?» — набатом стучало в голове. В школе не получалось отвлечься от происходящего. Мисс Бейкер оказался в прямом смысле монстром. Адель вместе со своей глупой свитой продолжала строить козни. Люк, видимо, не до конца разобрался в себе и понятия не имел о том, что из себя представляли отношения. То пропадал, то появлялся. Дерек и Бобби поддерживали Сару, правда первый с большим скептицизмом относился к рассказам девушки. Никсон-младший верил фактам, а не мистике и предчувствиям. Бобби хоть и не считал себя храбрецом, порою ворчал и причитал, но следовал за Сарой. Но О'Нил не хотелось навлечь на него беду, как на Стефани, которая из-за помощи ей сломала ногу. Сара знала, что разобраться с Писадейрой под силу только ей. Но О'Нил не хватало кого-то близкого и родного. Друзья, к сожалению, не заполняли пустоту внутри... Но со временем в ее жизни появился такой человек. Его глаза насыщенного зелёного оттенка, чуть прищуренные с хитрицой, стали для нее спасением. Так единственным убежищем для Сары О'Нил стал Майкл Тернер — старшеклассник, странным образом выделяющийся среди обитателей Сентфора. В первый день знакомства Сара сочла его пусть симпатичным, но излишне наглым и самоуверенным придурком, от которого надо держать как можно дальше. Это клише идеально подходило под описание всех спортсменов, которые привыкли качать мышцы, а не тренировать мозг. Майкл был старшим братом Бобби, но они являлись полными противоположностями. Совсем как огонь и вода. Но, наверное, именно благодаря этому различию Сару и потянуло к Тернеру-старшему. Она разглядела в нем то, что раньше категорически отказывалась воспринимать всерьез. В Майкле была твердость и что-то непоколебимое, словно он всегда знал, что ему предстояло бороться с этим мраком. Иногда она замечала, как он пристально наблюдал за ней с присущей ему ухмылкой на губах. Однако вовсе не насмехался и не собирался опозорить ее. Майкл, будто пытался узнать Сару настоящей, разглядеть следы страха и неуверенности, которые она пыталась скрыть за натянутыми улыбками. В его присутствии Сара чувствовала себя под защитой, и, хотя Майкл редко говорил о проклятии города, она замечала, как в глубине его зелёных глаз таились те же вопросы, что и у нее. Они оба не хотели утонуть в безысходности и мраке. И каждый боролся с невзгодами по-своему. Они жаждали вырваться на свободу, но были связаны обязательствами перед другими людьми. У Сары — ее любящая, но не далекая мама, переживающая разрыв с отцом. Ее друзья. У Майкла — родители, Бобби и его команда, которую он не мог подвести. Их встречи перестали сопровождаться постоянными словесные баталиями, а стали напоминать островок спокойствия и что-то похожие на романтические фильмы, где главная героиня долго убеждала себя в том, что ненавидела главного героя, но в конечном счёте судьба свела их вместе. Сара всё больше привязывалась к Майклу, видя в нем единственный свет в беспросветной тьме. Майкл стремился оберегать ее и подбадривать. Рядом с ним Сентфор казался не таким уж плохим местом, появлялись яркие краски, а пылкие поцелуи на последнем ряду в кинотеатре по-настоящему согревали и позволяли почувствовать себя живой...

***

Сара снова ощутила холодный ком в груди, когда наткнулась в лесу, на поляне, на обезглавленные трупы животных. В библиотеке она прочла, что в Сентфоре раньше проводили ритуальные убийства, но это было так давно... Неужели у банды сектантов появились последователи? Лишь одно обстоятельство радовало: Кенди нашлась, осталась цела и невредима. Не считая, разумеется, ее душевного состояния. Однако Сара надеялась, что рядом с ними подруга пойдет на поправку. Хорошо бы ещё, если бы Дерек наконец-то признался ей в любви. Сара же заметила, что они явно были неравнодушны друг к другу. А игра в карты на выполнение желания доказала ее гипотезу. Кенди было приятно, когда Дерек ее поцеловал, а тот мастерски скрывал смущение. Сара радовалась, считая, что им двоим как раз этого и не хватало в жизни. Всё-таки они здесь всё ещё подростки, которые искали близкого человека. Жаль, Бобби пока не готов был обращать внимания на кого-то, кроме них и учебы. Писайдера канула в лету. Однако порою, мучаясь от бессонницы, Сара вновь видела черные глазницы и изуродованное лицо Эйры, на котором навечно застыла гримаса боли. Она снова искала своего ребенка, пела колыбелью, воя, как раненный зверь, и Сара не могла избавиться от тревожного чувства. Словно древняя тьма, от которой не было спасения, никогда не отстанет. Лёгкой жизни не стоило ждать, ибо следом за Писадейрой появлялся Фавн — большое и страшное языческое божество, которому поклонялся загадочный новенький, Джон, жаждущий вернуть свою мать. Пропадали маленькие дети, в числе которых оказался и Бобби. Друзья искали его, и Сара узнала, что ее Майкл являлся членом банды «Черных драконов», которую возглавлял внук миссис Хилл — Аарон. С ними О'Нил отправилась в лес. Фавн стоял в тени деревьев, его движения были медленными и изломанными, словно он с трудом мог передвигаться. Немудрено: видимо, он черпал жизненные силы, убивая ни в чем не повинных детей. Сражение с Фавном далось тяжело, Сара переживала за Майкла и Бобби, за других детей. И не верила, когда все закончилось. Перед глазами до сих пор мелькал исчезающий состарившийся облик Джона, к которому Сара успела привязаться. Несмотря на все его ошибки, О'Нил простила его, не в силах таить злобу. Да и можно ли? Сентфор ведь с древних времён был тягостным, мрачным местом, из-за которого многие сходили с ума и находили ложную веру, становясь пешками. Порою Сара срывалась на Майкла, её нервы были на пределе. Но Тернер крепче прижимал ее к себе, обнимал и заставлял обрести уверенность в том, что после победы над Фавном, проклятие Сентфора обойдут их стороной. Они тогда ещё не догадывались, что Человек в маске в пути вместе со своими чудиками и красным цирковым шатром. Майкл всегда был рядом, он внимательно слушал опасения Сары и держал холодные руки в своих, пытаясь согреть их, как только мог. В его касаниях было нечто такое, что заставляло её сердце биться быстрее, и на мгновение она верила, что, их отношения не простая влюбленность, а нечто долговечное. Тем не менее кошмары то и дело напоминали о себе. Сара чувствовала, что её страхи предупреждали ее о новой опасности, что лес в Сентфоре прятал ещё больше ужасов, и что однажды ей придётся столкнуться с ними лицом к лицу. Желание бросить все и уехать увеличивалось, когда в город приехал цирк с программой «фрик-шок». А потом пропала мама и все завертелось по новой, бесконечный круг борьбы, череда смертей и новая кратковременная победа... Убийство шерифа Никсона стало последней каплей. Сара собрала чемодан, ее пальцы дрожали, когда она набрала номер Майкла и все рассказала. Она не была уверена в том, что Тернер оправится с ней, слишком уж многого она требовала от него, но не могла уехать, не попрощавшись. Однако Майкл появился на вокзале, сгреб ее в объятия, целуя в макушку. — Родители поймут, — шепнул Майкл, и Сара готова была расплакаться от переизбытка эмоций. Майкл никогда ее не бросал. Она не знала, чем заслужила его, но ее переполняло безграничное чувство любви по отношению к нему. Не пугал даже силуэт Человека в маске, который мелькал в окне. Саре казалось, что это дурной кошмар или галлюцинация, вызванная расшатанной нервной системой. Майкл сжимал ее ладонь, гладил свободной рукой по волосам, и Сара засыпала, радуясь, что Майкл едет с ней в Балтимор, где они начнут все с чистого листа.

***

Сара тихо стояла у опушки леса, кутаясь в старую куртку. Вечерний воздух был пропитан сыростью и запахом мха, к этому примешивалась трупная вонь. На земле валялись остатки блюд, которыми угощал О'Нил Человек в маске. По тарелкам ползали черви, и Сару едва не стошнило от этого зрелища. Что-то темное заставляло волосы на её затылке вставать дыбом. Но она, как марионетка, продвигалась вглубь леса. Ожерелье — опять же подарок Человека в маске — сдавило горло, как ошейник, а подол бордового платья порвался, зацепившись за ветки старых, кривых деревьев. Они напоминали морщинистые пальцы, что вытягивались к ней из темноты, и за каждым из них ей чудился Фавн или Писадейра. Саре даже померещился тот известный художник, что запечатлел на холсте сожжение девушки и после этого сошел с ума. Травяной покров под ногами заполняли фиолетовые цветы. Густой туман, наползающий с окраин леса, будто бы шептал её имя, и Сара могла поклясться, что слышала зловещий шорох, как будто кто-то наблюдал за ней и заманивал в ловушку. А она ничего не могла сделать. Только бежать и не оглядываться, не различая дороги. Её дыхание стало тяжелым и прерывистым, в груди будто застыл ледяной ком. О'Нил знала, что все в лесу было проклятым, и находиться здесь опасно, но у нее не получалось выбраться. Образы ритуальных убийств всплывали в её голове один за другим, рисуя безжизненные тела животных, изломанные в жутких позах, с символами, вырезанными на коже. Она видела чудиков из цирка, среди которых была ее мать, требующая Сару вернуться. Но это же бред! Мама спаслась! Сара захотела закричать, но рот, будто зашили. Она не могла издать не единого звука. Зато ее воображение ярко рисовало глаза чудиков— пустые, выцветшие. И сразу после них появлялся Человек в маске и протягивал ей руке, говоря что смерть в Сентфоре обычное дело, из Сары скоро исчезнет последняя искра жизни и она перестанет сопротивляться. — Эй, — раздался знакомый голос за её спиной. Сара вздрогнула и обернулась, увидев Майкла. Он стоял чуть в стороне, почти сливаясь с туманом, его лицо оставалось спокойным, даже сосредоточенным, но зелёные глаза выдавали его волнение. Он стремительно подошёл ближе и мягко обнял Сару за плечи, согревая своим теплом её холодное тело и особенно дрожащие руки. Прикосновение его пальцев было нежным и надёжным, как будто его ничто не могло сломить. — Ты не должна быть здесь одна, малышка, — сказал Майкл, чуть нахмурившись. — Этот лес... Он сводит с ума. Сара нервно кивнула, не отрывая взгляда от опушки. Она шёпотом выдавила: — Майкл, я видела их всех. И я чувствую, что Человек в маске где-то рядом. Как будто он ждёт… чего-то. Майкл тяжело вздохнул, но промолчал, лишь крепче прижал её к себе. Он был её единственным якорем, спасением, за которое она цеплялась из последних сил. Но стоя здесь, в темноте, Сара не могла избавиться от чувства, что Майкл тоже таит какую-то тайну. Иногда в его взгляде мелькало нечто тёмное, как будто он знал об этом городе гораздо больше, чем хотел признаться. Вдруг где-то в глубине леса раздался отдалённый скрип — будто древние деревья не выдерживали собственного веса и сломались. Сара инстинктивно сжалась, почувствовав, как по телу прокатилась волна страха. Она ощутила, как Майкл напрягся рядом, его рука скользнула вниз, защищая её, как если бы он был готов в любую секунду закрыть ее собой. — Нам нужно уходить, — тихо сказал Тернер, глядя в темноту леса. — Здесь слишком опасно. Но Сара едва могла сдвинуться с места. Её взгляд был прикован к темнеющим стволам деревьев, где, казалось, мелькнула фигура в маске, со странным блеском в глазах, все это напоминало сумасшествие. На мгновение ей показалось, что Фавн звал её, что он хотел, чтобы она осталась, чтобы узнала его тайны, а Писадейра по-прежнему плакала, подсказывая, что все друзья Сары мертвы. Сара закричала, глотая остатки воздуха ртом и... Открыла глаза, чувствуя, как ее обнимали. — Сара, милая, это сон, — Майкл поцеловал ее в макушку, — Всего лишь дурной сон. Ты в безопасности. — Я люблю тебя, Майкл, — Сара рыдала, обнимая Тернера за шею.

***

После побега в Балтимор кошмары не оставляли Сару ни на минуту. Даже здесь, вдали от проклятого Сентфора, она не могла избавиться от ощущений, словно весь ужас города проник в её сознание и прочно в нём поселился. Едва она закрывала глаза, перед ней вновь вставал мрачный лес, и среди темных силуэтов деревьев, словно живой кошмар, появлялось то зловещее трио — Писадейра, Фавн и Человек в маске, скрывающий свое обожженное лицо. Он шептал её имя, смеялся, говорил, что гибель — неизбежный исход никчёмной борьбы Сары. Сара так радовалась тому вечеру, когда они с Майклом бежали из Сентфора, оставив позади страхи и тени, и особенно — убийство шерифа Никсона. Но каждый раз, засыпая, она вновь и вновь видела кровь на манеже, лицо отца Дерека — застывшее, искажённое в агонии. Этот образ преследовал О'Нил, вытесняя любые попытки почувствовать себя в безопасности. Внутри неё росла тяжесть, тягучее чувство вины, что они с Майклом сбежали, оставив город с этим кошмаром. Что стало с Бобби, Дереком и Кенди? Но больше всего она боялась, что бесконечная тьма нашла их след, что даже здесь они не спасутся. Этой ночью кошмар был особенно ярким. Она снова стояла одна в лесу, шелест ветра звучал, словно голос Никсона, предостерегающий её, и вдруг фигура в маске, как размытое пятно, возникла перед ней. Человек в маске тянул к ней руки, холодные и цепкие, с длинными, неровными пальцами, на которых были следы грязи и крови. Сара кричала, но беззвучно, и что-то словно сковывало её голос. Сара вскрикнула и резко проснулась, вся в холодном поту, её тело дрожало, сердце стучало так, что отдавалось в висках. Рядом с ней тут же оказался Майкл. Он обнял её, прижимая к себе, и она почувствовала тепло его тела, его сильные руки, которые не давали ей окончательно погрузиться в панику. Майкл шептал слова поддержки, уверяя, что это всего лишь сон, что теперь она в безопасности. Его голос был тихим, спокойным, почти убаюкивающим, и Сара медленно начинала верить ему, хотя знала, что этот кошмар не покинет её так просто. К ним на кровать прыгала кошка и начинала мурчать. — Это он, Майкл, — прошептала Сара, с трудом приходя в себя. — Я вижу его каждый раз. Он здесь… все еще здесь. Майкл наклонился, прикоснулся губами к её лбу и прошептал: — Я никогда не позволю этому ужасу вернуться, Сара, и всегда буду рядом. Майкл всегда говорил, что будет рядом, защищая её от любого зла. У Сары не было причин, чтобы не верить. Обещания Тернера звучали как спасение, но Сара знала: даже в объятиях Майкла, даже здесь, в солнечном Балтиморе, она не может почувствовать себя полностью свободной. Им с Майклом ещё предстояло вернуться в зловещий Сентфор и встретиться со своими страхами. Но не сегодня.