Семь ночей в Клубе Затмения

      Майкл чувствовал его приближение. Запах — дикий, животный, пропитанный силой луны и леса — проник в «Затмение» задолго до того, как массивная фигура появилась в дверях.       Вожак оборотней. Альфа стаи, что веками охраняла границы города. Один из древнейших партнеров клуба.       — Александр, — прорычал он, не глядя на Майкла. — У нас договор.       — Александра больше нет.       Оборотень замер. Медленно повернулся, принюхиваясь. Его глаза вспыхнули янтарным огнем, когда он наконец по-настоящему увидел новое существо на троне «Затмения».       — Что ты такое? — В его голосе смешались отвращение и любопытство.       Майкл улыбнулся. Он знал, как выглядит сейчас — человеческое лицо с демоническими глазами, кожа, покрытая узором чешуи, серебряная булавка, пульсирующая в такт с сердцебиением клуба.       — Будущее, — ответил он просто.       Оборотень оскалился:       — Мы не заключаем договоров с полукровками.       — Даже если цена останется прежней? — Майкл провел пальцем по бокалу с вином. — Защита территории в обмен на доступ к… особым услугам клуба?       — Ты не Александр.       — Нет. — Майкл встал, позволяя своей ауре расправиться в полную силу. — Я нечто большее.       Воздух в клубе сгустился. Тени в углах зашевелились, принимая очертания то ли крыльев, то ли щупалец. Запах озона смешался с ароматом крови и металла.       Оборотень непроизвольно отступил на шаг. Потом, осознав свою слабость, зарычал.       — Думаешь, я поверю, что какой-то выродок…       Майкл оказался рядом одним текучим движением. Его пальцы — наполовину когти, наполовину хирургические инструменты — сомкнулись на горле вожака.       — Я не прошу верить, — прошептал он. — Я предлагаю проверить.       Оборотень ударил — быстро, смертоносно. Его рука уже начала обрастать шерстью, когти удлинились, готовые рвать плоть.       Майкл поймал удар. Сжал. Кости затрещали.       — Сильно, — похвалил он. — Но недостаточно.       А потом скользнул вперед и поцеловал вожака.       Поцелуй был похож на укус — жестокий, властный, пропитанный силой обоих существ. Оборотень попытался отстраниться, но тело предало его. Звериные инстинкты отозвались на зов древней магии «Затмения».       — Вот так, — выдохнул Майкл в приоткрытые губы. — Чувствуешь? Твоя звериная суть жаждет подчиниться. Раствориться в чем-то большем.       — Нет… — прорычал вожак, но его тело уже дрожало от возбуждения.       Майкл провел языком по его шее, чувствуя, как под кожей перекатываются мышцы, готовые к трансформации.       — Да, — шепнул он. — Позволь себе это. Позволь своему зверю признать высшего хищника.       Его прикосновения становились увереннее. Там, где пальцы касались кожи оборотня, проступали узоры — древние символы власти и подчинения.       Вожак захрипел, когда путы из теней и света оплели его тело. Его глаза горели яростью и желанием.       — Я… альфа…       — Был им, — Майкл толкнул его к стене. — До этой ночи.       Одежда исчезла, растворившись в сумраке. Кожа оборотня покрылась шерстью, мышцы вздулись, готовясь к трансформации.       Майкл не позволил. Его сила — темная, извращенная, смешанная с целительской магией — заставила вожака застыть между формами. Ни человек, ни зверь. Существо на грани.       — Вот теперь ты понимаешь? — промурлыкал Майкл, проводя когтями по его груди. — Понимаешь, что значит быть между мирами?       Оборотень выгнулся, когда пальцы скользнули ниже, очерчивая пульсирующий член.       — Просто… сделай это… — прохрипел он.       — О нет, — Майкл улыбнулся. — Сначала ты признаешь. Признаешь мою власть. Мое право. Мою суть.       Его собственная плоть изменилась, приобретая новые формы — наследие демонической природы. Щупальца из тьмы обвили тело оборотня, лаская, пытая, доводя до грани.       — Признаю… — выдохнул вожак. — Признаю!       — Громче.       — Я признаю тебя! — взвыл оборотень, когда Майкл наконец вошел в него — жестко, властно, собственнически.       Их соитие было похоже на схватку двух хищников. Клыки и когти рвали плоть, которая тут же исцелялась. Кровь смешивалась со слюной, пот — с чешуей.       Майкл брал его размеренно, глубоко, каждым движением утверждая свое превосходство. Его щупальца ласкали каждый дюйм извивающегося тела, находя самые чувствительные точки.       — Кто твой хозяин? — прошипел он, усиливая темп.       — Ты… — простонал вожак. — Ты!       — Кому принадлежит твоя стая?       — Тебе! Затмению!       — И?       — И… тебе… навечно…       Оргазм был похож на трансформацию — такой же яростный, такой же необратимый. Их сущности сплелись на миг, создавая новую связь, новый договор, написанный не чернилами, а кровью и семенем.       Когда все закончилось, вожак рухнул на колени. Его тело медленно возвращалось к человеческой форме.       Майкл небрежно поправил одежду. Его глаза светились удовлетворением хищника, пометившего новую территорию.       — Передай стае — новые правила вступают в силу с рассветом.       — Какие… правила? — хрипло спросил оборотень.       Майкл улыбнулся:       — Узнаете. Как и все остальные обитатели ночи.       Когда вожак уковылял прочь, Майкл вернулся на свой трон. Серебряная булавка на груди пульсировала в такт с его сердцем.       Он вспомнил свою первую ночь здесь. Свой страх. Свое подчинение Александру.       Как же далеко он ушел с тех пор.       Как же много еще предстоит изменить.       В его бокале плескалось вино — или кровь, или нечто среднее. Как и он сам.       Ночь только начиналась.       А впереди было столько существ, которых нужно… приручить.       Демоны, вампиры, призраки — все они придут.       Все они склонятся.       Все они признают новую власть.       Власть существа, познавшего обе стороны.       Власть того, кто больше не выбирает между тьмой и светом.       Власть нового хозяина «Затмения».       И где-то в глубине его существа эхом отозвался смех Александра.       Гордый.       Довольный.       Вечный.