Shaggy boss

              Переезжая в общагу для грешников «Логово греха», Чонгук говорил себе, что готов к любым адским ужасам этого места, переживёт их все и станет сильнее. Зато сможет самостоятельно обустроиться в новом мире и полноценно начать новую прекрасную жизнь. О, как же он недооценивал реальность… Общежитие представляло собой двухэтажное здание-колодец с солидных размеров внутренним двором. И Чонгук довольно быстро сообразил, почему этажей всего два: одним из излюбленных времяпрепровождений грешников оказалось случайно падать из окна, случайно ронять из него что-нибудь или случайно выталкивать в него кого-нибудь. Гук пришел к этой мысли через двадцать минут после заселения, когда валялся посреди клумбы с похожими на жгутики цветами и смотрел на распахнутое окно своей комнаты, из которого торчал обеспокоенный сосед с табуреткой в хлипких лапках и недоумевающий Бам. Чимин даже пообещал написать по этому поводу прошение в отдел социального обеспечения, чтобы на окна второго этажа поставили решетки, и тут же отправился собирать подписи жильцов… хотя Гук их просто на чашечку чая и лавы пригласил в гости, чтоб поболтать. Комнаты в общежитии были все одинаковые, четыре на три, с двустворчатым окном и скромной охладительной системой в виде трубы, идущей под потолком из угла в угол. Что за жижа там текла, Гук понятия не имел, но работала она здорово — в комнате всегда была настолько идеальная температура, что можно было лишь поражаться. Жаль только, что выходы на улицу после этакого комфорта становились пыткой, и это при том, что Гук уже успел привыкнуть к местной жаре. Контраст убивал адаптацию на корню. Возможно, поэтому в общаге и были настежь распахнуты все до одного окна? Ну так вот, опросами именно на эту тему и решил срочно заняться Тэхён, напрочь забыв даже о вкусненьких чипсах из промасленного картона, вскоре отправившись вслед за Чимином. К слову, если говорить о еде, один из корпусов в общежитии считался главным — Чонгук называл его «Ад в Пепелище». Там находились комната коменданта, все технические помещения, туалеты, душевые, комната для совместного отдыха и… она, святая святых Великих Сил Зла, проклятая самими демонами, кухня общежития грешников. Именно после знакомства с ней Чонгук в полной мере понял философию демонов — не обижай грешника, он и сам тут настрадается. Так уж исторически сложилось, что из-за малой надобности плиты у демонов были развиты не так хорошо, как компьютеры, например. Уступали даже старенькой плите, стоявшей в квартире Гука в родном мире, но при этом всё равно были слишком мудрёными для умерших в дремучем средневековье. Каждые пару дней на кухне случался пожар. И к концу первого месяца Чонгук даже самую малость не дёргался, услышав звук сирены, только радовался, что не на кухне находится. Плиты и духовки в Пепелище были устроены так, что парой неправильных движений можно было заставить их воспламениться похлеще ритуального костра. Да, эту пару движений ещё нужно было умудриться сделать в определенном порядке, но грешники умудрялись, ох умудрялись. Вся готовящаяся еда моментально в горстку уголков превращалась, незадачливый повар получал ожоги, а жильцов срочно эвакуировали из главного корпуса. Вот только эвакуироваться никто никогда не успевал до того, как случится худшее — сработает система пожаротушения. Распылители под потолком реагировали буквально через секунду, мощнейшим потоком обрушивая на кухню химический порошок. В тот же момент включались и вытяжки вдоль плинтуса, с такой силой всасывающие этот порошок обратно, что не только ложки-вилки сметало, даже самих грешников с ног сбивало и присасывало к решеткам. Конечно, при такой эффективной системе даже пять дружно загоревшихся плит потушили за десять секунд, но бывали и неприятные последствия. Ожоги, ушибы, порезы и, конечно, порошок во всех, если можно так сказать, биологических щелях. Пусть был он для здоровья безвредным, но приятных ощущений совсем не дарил… после первого пожара Чонгука ещё полчаса выворачивало над тазиком. Общажная медсестра уверяла, что это стресс, но на всякий случай выдала кружечку воды с разведенной микстурой «Для нутра недемонов». С того дня Гук старался пользоваться кухней только в моменты, когда там поменьше грешников или хотя бы нет особо неудачливых кулинаров. А ещё завёл себе набор плотно закрывающихся контейнеров, потому что никакие шкафчики и даже холодильники не могли спасти еду от вездесущего порошка. Если в общих чертах, техника в этом месте была пристойная, но ладили с ней, мягко говоря, не все. Чонгук особо и не удивлялся, что в прачечную допускали только обученных грешников, которые собирали у всех желающих бельё, сами его чистили, а потом вывешивали проветриться на крыше. Чонгук так через неделю носка лишился. То ли птицы какие унесли, то ли грешники, неизвестно, но пришлось срочно новую пару покупать и экономить на обеде. В общей комнате стояли два не самых новых, но весьма бойких компьютера с монетоприемниками, которые за скромнейшую плату давали час свободного пользования с доступом в интернет. Очень редко за ними кто-то сидел, кроме Гука. А если и сидел, то скорей всего слушал по кругу три мелодии из папки «Образцы музыки», играл в демо-версию змейки в крохотном окошке или листал фотки других жильцов, сделанные на вебку. Печальная неприспособленность. Но зато свободный доступ к компу в любое время без всякой очереди. А вот телевизор пользовался жуткой популярностью… в дни, когда по нему показывал канал с фильмами. Но если кого-то угораздит случайно сесть на пульт или перепутать его с пультом для увлажнителя, и телик переключится на новости… вот тогда в общаге наступали мрачные времена. Несчастные грешники не переносили эти сводки событий, но в большинстве своём даже не догадывались, что телевизору можно указывать, что ему показывать. Волнение нарастало. Массы бурлили. Назревал бунт. А потом приходил Чонгук, бил себя по лбу и в очередной раз зачитывал лекцию о нажимании на кнопку «5». Честное слово, вскоре уже даже Бам запомнил, а грешники — не все. Ходили слухи, что где-то в «Логове греха» затаилась даже швейная машинка. Но за месяц Чонгук так и не смог её найти нигде, включая прачечную. Спиздили. Потому что соврать о подобной штуке грешники точно не могли, уж очень похоже описали, сами бы такое не выдумали. Жаль. А ведь Гук надеялся с ее помощью сделать для Юнги какой-нибудь симпатичный сюрприз к обеду, даже кусок ткани и набор ниток купил… консультант уверял, что алый краситель очень вкусный и отлично подходит для романтических ужинов. Эх, могло бы быть всё идеально, а теперь ему и обычную иголку найти не удавалось, хотя все уверяли, что шить без присмотра им очень даже разрешено, аж собственный швейный набор имеется, просто он сейчас у какого-то приятеля с другого этажа. А приятель уверял, что и у него есть набор, только его одолжил знакомый из другого корпуса. И так по кругу. Чонгук стал подозревать, что набор у них на всю общагу один единственный, и давно он канул в ту же черную дыру, где исчезла машинка. Впрочем, не техникой единой славно было их общежитие. Имелись ещё флора и фауна. Со своими причудами. И, пожалуй, представители флоры, будучи коренными и постоянными жителями двора, привлекали внимание особенно сильно. Живя в мире без солнца и воды, эти проныры приспособились добывать энергию из совсем других источников. И теплом с пеплом они ограничиваться не желали. Довольно быстро Гук понял, что в Пепелище цветок цветочку волк. Но спешно судить о них по поступкам было не так-то просто: кто не пытается сожрать соседа по клумбе, тот явно попытается сожрать тебя, как только зазеваешься. Не то чтобы эти растеньица представляли угрозу живому существу размером больше кузнечика, но всё же Гуку жутковато стало, когда во время отдыха на газоне какой-то черный цветочный кустик неспешно обвил его руку тонкими жёсткими листьями и попытался выпустить яд. Пару часов потом чесалось и краснота не сходила. Ну да это ещё были цветочки, ягодки шалили хлеще. Стоило кому-то пройти мимо, эти хитрюги чувствовали вибрации почвы и натурально взрывались, обдавая густой мякотью. Семена так свои разносили, чтоб их. Все штаны и обувь изгадили бурыми и фиолетовыми пятнами, которые до конца не отчищались. А одна особо нахальная веточка умудрилась прорасти где-то на козырьке над входом, свесилась с него и в подходящий момент атаковала, запульнув семечками точно Гуку в глаз. Медсестре даже пришлось заказать для него глазные капли, чтоб воспаление утихомирить. Что ж, Чонгук в тот раз, уже умудренный опытом общения с местными растениями, от души порадовался, что семечка не сумела за полчаса пустить корни ему прямо в мозг и превратить в ходячий бонсай. Уже повод для радости. Со всех сторон ждали прелести. Трава тут порой была такой жёсткой и колючей, что могла рвать одежду и ранить лапки — впервые Гуку приходилось на руках переносить собаку через газон, чтобы выгулять. Некоторые деревья наращивали каменную кору, из-за чего весили столько, что упавшей веткой могли и черепушку проломить. А губочный цветок Чонгук поклялся до окончания веков за километр обходить: это был редкий представитель подземной флоры, который не отказался от воды полностью, его губчатые шарики-соцветия старательно впитывали мельчайшие дозы влаги, что умудрялись находить в атмосфере… А если вдруг поблизости оказывался кто-то мясной и влажный, растение буквально прилипало к нему, всасывая влагу с такой силой, что в лучшем случае засосы оставляло… в худшем — полностью иссушенную испещренную трещинами мертвую кожу, которую оставалось только удалять в срочном порядке. Чонгуку вот пришлось. Теперь у него под коленом на правой ноге было красное пятно, настоящее углубление. Ему, конечно, пересадили новую кожу, но врач сказал, что шрам останется навсегда. Увы, и с фауной хватало хлопот. Например, Чонгука бесили гранитники — небольшие серые жуки, которые любили ошиваться на кухне и искать, чего бы перекусить. Видите ли, нажравшись в детстве полезной для себя пищи — сажи да землицы, в период бурного полового созревания они поголовно все хотели какой-нибудь вредной гадости. Овощей там, фруктов, сыра. Воровали без зазрения совести, чувствуя себя в общаге хозяевами. И самым противным в них было то, что гранитники были крепкими, как гранит… таких тапочкой не прихлопнешь. Да и пристойных ядов от них не имелось. Единственным средством борьбы были обычные стеклянные банки — оставалось лишь с трудом догнать, кое-как поймать и закрыть, надеясь, что сдохнет это гадина раньше, чем разобьёт банку изнутри своей каменной тушкой. Первое время Баму гранитники казались очень любопытными, пёс, кажется, воспринимал их как заводные игрушки. Но после первой же попытки погрызть попал к звериному дантисту, так что больше не лез. Проблемой покрупнее были кроточерви. К счастью, Чонгук ни разу не видел этих чудищ в морды… но учиненный ими погром периодически заставал. Кроточерви жрали на своём пути всё: землю, камни, горящие печи, спящих грешников. За ночь один кроточервь без проблем мог прогрызть здание общаги насквозь, оставив в каждой стене по дырке размером с грецкий орех. В этом плане, конечно, второму этажу повезло намного больше, до них кроточерви обычно не доползали, за что Гук был благодарен всем высшим силам и Пресвятой Эволюции, наделившей мерзких тварюшек неспособностью долго «жрать» вверх. Почему кроточервей было так много во дворе «Логова греха» точно сказать не мог никто, но большинство знатоков склонялись к тому, что это у них под землёй такой неудачный разлом плит, заставляющий гадов так и ползти к поверхности. Все местные заверяли, что кроточерви никогда в жизни не заползают выше первого этажа, но всё же Чонгук завел привычку на всякий случай на ночь укладывать Бама с собой в кровать. Для спокойствия. Бам не возражал. А из совсем крупных местных животных Чонгуку особенно запомнились лаволлигатор, этакие огненные аллигаторы с ластами, периодически выползающие из ближайшей щели, чтобы поохотиться на всё, что горит. Кроточервей, птиц, собак, мусорки, пакеты с вкусными дощечками, которые кто-нибудь несёт домой на ужин. Чимин с Тэ заверяли, что лаволлигатора всего-то и надо, что по морде пнуть, тогда он отстанет и пойдёт искать другую добычу. Но это демоны могли спокойно лаву пинать. Для грешников и Чонгука такое грозило чудовищными ожогами. Так что оставалось только в панике удирать и швыряться в бессовестную тварь всем, что под руку попадёт, в надежде накормить. Таким вот образом Чонгук лишился, например, целого мешка риса, который даже до дома дотащить не успел. Повезло ещё, что собачий корм был в рюкзаке и не пострадал. А то в тот вечер, слушая жалобное урчание собственного живота, Гук не выдержал бы ещё и жалобного взгляда собственного пёси. Говоря короче, жизнь в «Логове греха» нельзя была назвать райской. И всё же Чонгук не хотел жаловаться. — Ну так вот, этот новенький вчера вечером унитаз сломал, — продолжил он, вздохнул и отправил в рот огуречный хвостик, который дома всегда отрезал и выбрасывал. — Искал воду, чтобы смыть, нашёл ее в бачке. Оторвал бачок и вылил. Юнги едва заметно покивал, как будто продолжения истории ждал. Хлебнул кофе и продолжил помешивать свои щепки в яблочном пюре. — А… ты не знаешь, как унитаз устроен, да? — Знаю. Бачок, он сверху, — пробормотал Юнги. — Обычно надо кнопку нажать, чтобы смыть. Но вода ведь внутри… разве его способ не сработает? — Ну… в каком-то смысле. — Чонгук со странным чувством почти тоски посмотрел на подсевших за их столик Чимина с Тэхёном и затараторил, надеясь закончить: — Короче, вчера мы выяснили, что к потопам наше общежитие готово намного хуже, чем к пожарам. А ещё — что с потопами в Пепелище иногда можно и не бороться, сами высохнут. — Это есть, да, — улыбнулся Чимин, разламывая свои палочки. — Тут вода не выживает. Но, честно скажу, мне всегда хотелось увидеть много воды… целый водопад! Уверен, это потрясающее зрелище. С детства мечтал постоять под огрооомным водопадом… — Знаешь, — улыбнулся Чонгук, — стоять под огромным водопадом опасно для жизни. Тебя и расплющить может. — Что? Водой? Но она же жидкая и мягкая… — Ага. А ещё об воду насмерть разбиться можно, если на ее поверхность упасть с большой высоты. — Да ну, ты шутишь. Он шутит?! Чимин уставился на Юнги, ожидая от начальника каких-то пояснений. Тот покачал головой без всяких сомнений. — Увы, это одна из проблем, с которой сталкиваются демоны, отправившиеся в отпуск в человеческий мир. Демоны оказываются совершенно не способны осознать опасность воды. К счастью, убить нас силовым воздействием она не может, но вывести из строя на несколько дней — запросто. А вот захлебнуться, погаснуть и раствориться… вот это и правда сущий ужас. Чимин нахмурился, переведя взгляд на Тэхёна. Тот сидел белый, как полотно, ни искринки на щеках. — А вы чего… — Мы купили путевку на двоих в мир людей, — мрачно протянул Чимин. — В следующем месяце отправимся на три дня. — Всего-то? — усмехнулся Юнги. — Нечего тут разочарование разводить. Просто не лезьте в воду — только и всего. Влажность в воздухе, конечно, непривычная, но не губит демонов, иначе путевки бы не продавали. А куда махнёте? Выбрали какой-нибудь вулканический остров или вроде того? Чонгук взялся за банан. Этот обед у него получался какой-то уж очень… отварная морковка, огурец и банан. Кто вообще додумался из них комплексный обед сформировать? Этот демон точно обожал шутки, которые поймёт один на миллион. Увы, Чонгук понял. И даже оценил. Хотя и считал, что было излишним к каждому продукту ещё и соус у кончика положить: майонез у морковки, сметану у огурца и сгущенку у банана. Перебор! Полный перебор! Впрочем, пошлость пошлостью, а покушал он хорошо, так что не жаловался. Увлеченный мыслями об этом наборе, Чонгук даже не заметил, как разговор об отпусках подошёл к концу, плавно превратившись в болтовню о ежедневных развлечениях. — Ну а ты, Юнги? — спросил Тэхён, осторожно таская из тарелки Чимина последние кленовые листочки. — Чем занимался в последние дни после работы? — Читал. Фильмы смотрел. Парочку пазлов собрал и съел. — Ммм, звучит весело. Планируешь набрать парочку кило пепла на свои бока, да? — Чимин сложил бумажную тарелку трубочкой и надкусил. — Я обожал это, когда у тебя щёчки покруглее были. А ты, Гук? Чимин заискивающе улыбнулся. — Я не видел щёчки, но тоже посмотрел бы. — Не притворяйся, ты понял, о чём я. Молчишь весь обед. Рассказывай давай, как развлекался в последние дни? — Ну, когда Юнги говорил, что слишком устал, чтобы куда-то со мной идти, а это был каждый вечер за последний месяц, я играл с соседями в настолку… оказалось, все их настолки сильно завязаны на их прошлой религии, в которой без бухла не разберёшься. Я постоянно проигрываю и попадаю в Ад. — Сочувствую, дружище, в их Аду фигово… — Чимин доел свою последнюю салфетку и осмотрел пустой поднос. — Мне один грешник рассказывал. Точнее так: доказывал, что у нас тут всё неправильно. Только я так и не понял… почему этот их Ад, в котором нужно наказывать нагрешивших людей, должен быть таким ужасным местом для жизни демонов. Мы-то чем виноваты? Чонгук даже не нашёлся, что ответить. И правда. Сами нагрешили, а потом ещё и демонами указывают, что с этим делать, как их наказывать. Эгоцентричные людишки. Всё вокруг для них как будто существует. — А на следующие выходные планы есть? — Может, начну осваивать карточные игры, если никто не предложит варианта поинтереснее. — Могу предложить бильярд, — сказал Тэхён как бы между прочим. Чимин глянул на него, аж заискрившись, от щёк к волосам пробежали языки пламени. Как будто смутился от одного этого слова. — Интересная штука. Хотя шарики эти разноцветные раздражают немного, зачем их там раскидали… — И правда интересно. — Чонгук на секунду задумался, пропитываясь неожиданным энтузиазмом. — Сто лет не был в бильярде, срочно нужно наведаться. Юнги, хочешь пойти в бильярд?! Демон даже взгляда не поднял, так и продолжал медленно-медленно грызть какие-то крупные семечки, осторожно цепляя из миски палочками. Ноль энтузиазма. Как и каждый раз, когда Чонгук куда-то звал его в последнее время. Тот даже ответ предугадать смог: — Прости, милый, в этот раз я буду занят. — Да-да, так и думал, — отмахнулся Чонгук, моментально забив. — Где этот твой бильярд находится, далеко от общаги? Там дорого? Я смогу себе это позволить, не беря снова в долг? — Он тебе обо всём напишет, — вдруг влез Юнги, проверяя пришедшее на телефон оповещение. — А пока Чимину с Тэ нужно съездить и разобраться с ЧП в «ЛаваГраде». — О, происшествие в лавапарке! — радостно охнул Чимин. — Обожаю его, скорей, Тэ! Если повезёт, сможем потом попрыгать на вулканчиках! Тэхён тоже засветился, заметно алея от радости. Ребята спешно собрали вещи, отнесли свои подносы и бегом умчались из кафетерия. Чонгук подпёр щеку ладонью, бездумно глядя на столпившуюся очередь у кассы. Пальцем собрал со своей тарелки последние капельки сгущенки, слизнул и перевёл взгляд на Юнги. — А чем именно занят, если не секрет? — Веду Холли в салон на стрижку. — Ааа. Ладненько тогда, щеночки — это святое, понимаю. — Нда, — тихо согласился Юнги, откусывая самый кончик палочки. — Щеночки — это и правда святое. Не представляю даже, как ты можешь оставлять Бама одного в общаге… Чонгук чуть со стула своего не упал. Ох и смог же этот демон ударить в самое больное место. Да, при всех неприятностях жизни в общаге грешников, была у нее одна поистине ужасная сторона. Моменты, когда приходилось уходить на работу. Бам нравился соседям, никто не посмел бы обижать его осознанно. Но никогда нельзя было знать, что произойдёт случайно. И зачем вообще в это общежитие разрешали заселяться с животными?! Да лучше б он с самого начала стал съёмную квартиру искать! Увы, сейчас откладывать на это дело было слишком сложно… уж очень много всего требовалось. — Слушай, а хочешь, я сам Холли в порядок приведу? — протянул Чонгук, сам не до конца веря, что говорит это. — Возьму дешевле. — Эм… — Я ведь в своём мире именно этим и занимался. У меня была сеть салонов для животных, я отлично справлялся. Хорошо умею работать с кудрявой шерстью. Телефон Юнги снова звякнул, оповещая о ещё одном ЧП. Проверив, Юнги хмыкнул. А через несколько секунд Чонгуку пришло сообщение с заданием. — Грешник повис на перилах надземного перехода и болтается над дорогой? — прочитал парень и цокнул языком. — И я должен разобраться с этим один? — Твоя стажировка закончена, ты полноценный специалист нашего отдела, пора выезжать на вызовы самостоятельно. — Юнги с хрустом надкусил палочку и наконец впервые поднял взгляд на собеседника. — Ты вполне справишься. — А если этот грешник размером с носорога? — Можешь заказывать любую технику себе в помощь, я всё обеспечу из офиса. Но, судя по фоткам, это вполне себе коротышка, повисший на выступе лямками комбинезона. И, думаю, тебе стоит поторопиться — если он будет дрыгаться, может сорваться и разбиться. Нам не нужен новый летальный исход. Чонгук проверил координаты по карте, вздохнул, понимая, что выхода нет, и встал из-за стола. — Ладно, босс, договоримся обо всём, когда вернусь. И, не дав ничего ответить, он ушёл со своим подносом.

***

С висельником на мосту Гук и правда разобрался быстро и без особых проблем. А после отправился на подмогу Тэхёну с Чимином, у которых ситуация оказалась куда серьёзнее, чем они ожидали… вроде как, нескольких грешников обманом привели в развлекательный лавапарк, куда им вообще соваться не стоило, пытались там припугнуть, и в итоге бедняги оказались в ловушке. К счастью, обошлось. И для грешников, и для парка, и для остальных посетителей. А вот вопросом жалобы в полицию Чимин занялся всерьёз, опросив очевидцев. Одно дело — обходить грешников стороной, когда с теми что-то случится, но совсем другое — намеренно подставлять под удар. Обязана была иметься граница, ведь так? Этот непростой вопрос очень серьезно занял мысли Чонгука. Не выходил из головы, пока Тэхён не задал совсем другой: — Так что вы решили по поводу завтра? У вас не так много совместных выходных… нужно пользоваться моментом. Чонгук, уже с минуту смотревший на свой развязавшийся шнурок, наконец наступил на него и запнулся. Тэхён на удивление ловко его подхватил, не дав свалиться. — Ого, — пробормотал демон с удивлением в голосе, — прости, не думал, что настолько шокирую тебя. У вас какие-то слишком интимные планы, да? — Шнурок, — вздохнул Чонгук и присел, чтобы наконец завязать. — Мы с Юнги ничего так и не решили на этот счёт. И не уверен, что решим. — Мм? — Слушай, Тэ, как можно… — Чонгук выпрямился, упёр руки в бока и хмуро глянул на высокое здание со шпилем, за которым стояло министерство. Чимин ушел в полицию, они возвращались на работу вдвоём… и оставалось идти минуты три. Нужно было либо спрашивать скорее, либо уже забить. — Как растормошить холодного демона? — Растормошить? — округлил глаза Тэхён. — Ты его по кускам на черном рынке продать хочешь?! — Не распотрошить, а растормошить! Расшевелить. Вытащить куда-нибудь на свидание. — Ааа. Нуу… — Тэхён натянуто улыбнулся и отвернулся, как будто боясь смотреть в глаза. — В случае с Юнги, думаю, никак, да, как-то так, извини. Кстати, нам пора поторопиться. Он спешно засеменил дальше, не оглядываясь. Мутный пламенный типок точно что-то скрывал… ещё очевиднее это стало, когда они наконец вернулись в офис. — А что, что, где Юнги? Почему его нет? — пробормотал Тэхён, нелепо заглядывая под стол и ощупывая кресло. — Он вышел за закусками? Он сейчас вернётся, да? — Да уж… — Чонгук проверил пришедшее сообщение. — ЧП на окраине. Пишет, что ничего серьезного, но вернётся через пару часов. Значит… мы тут одни… совершенно одни… Взгляд Тэ метнулся к двери. Чонгук тут же усмехнулся и сдвинулся, загородив собой проход, давая понять, что сбежать не получится. Если, конечно, не решит воспользоваться самым радикальным способом, и проломить собой стену… хрупкие демоны, конечно, для такого были приспособлены ещё меньше, чем люди, но кто его знает, на что Тэхён при желании способен. Он умел удивлять. — Что происходит, Тэ? — Не понимаю, о чём ты, — покачал головой демон, усаживаясь в кресло начальника и отворачиваясь. — Всё нормально. Обычный рабочий день в разгаре. — Ты что-то знаешь, Тэ, и я не отстану, пока не объяснишь, что творится… — Чонгук тихонько подобрался к креслу, мягко опустил руки демону на плечи и стиснул пальцы. Тэхён вскрикнул, то ли от боли, то ли от неожиданности. — Имей в виду, Чимин выдал мне парочку твоих болевых точек… — Я ничего не знаю, ничего! — Знаешь! Что вы с Юнги скрываете?! Почему он так себя ведёт?! — Я поклялся молчать! — верещал Тэхён, брыкаясь, но Чонгук уже крепко держал его поперек груди, легко выудив из кресла. — Я не могу ничего сказать! — Можешь, если жить хочешь! Колись, пока на угольки не рассыпался! — Ниеееет! — вопил Тэхён, и правда уже дымок пуская во все стороны. — За что Юнги меня игнорит?! — Ладно-ладно, я всё расскажу, только пусти, пожалуйста! Чонгук распустил руки, брыкающицся демон рухнул на пол, жалобно хлюпнул и заполз обратно в кресло, потирая шею и плечи. — Ты прямо чудовище… — К делу! — Ладно, — прохныкал Тэхён, вжимаясь в угол вместе с креслом. — Юнги обижен на тебя! — Обижен?.. — Конечно, обижен, — усмехнулся голос позади. Чонгук оглянулся. В дверях стоял улыбающийся Чимин со стаканчиком сладкой газированной лавы. — Не смотри так, да, я уже закончил все дела в полиции. А Юнги на тебя страшно обижен. — Что я ему сделал?! — Ах, Юнги, — мечтательно потянул Чимин, усаживаясь на диван. — Он у нас особенный. Наделённый поразительной природной чуткостью, солидным опытом и потрясающей мудростью, что позволяет ему тонко понимать окружающих. Но при этом он совсем не умеет выражать собственные чувства из-за неопытности в делах романтических. Чонгук нахмурился. Конечно, Юнги с первого взгляда казался странноватым. А со второго — тем более. При всей славности и милоте порой он поражал. Но Чонгук и не подумал бы, что дела совсем плохо. Первое время ведь он очень старался сблизиться. — Юнги дорогого стоило сказать тебе прямо, что он не хочет твоего переезда. Это было трудно. Но ты начхал на его признание. Просто отмахнулся. Как будто пара не должна хотя бы обсудить такое дело подробнее. Теперь Юнги страшно обижен, поэтому игнорировал тебя целый месяц. А Тэхёна заставлял молчать. Чонгук перевел на Тэхёна вопросительный взгляд. — Тэ, не говори ему ничего. — Эй! — встрепенулся Чонгук. — Почему не говорить, я хочу подтверждения! — Всё это были мои догадки. Хочешь подтверждения — спроси Юнги напрямую… а Тэхёна вынуждать не смей, иначе я разозлюсь. Чонгук скосил на шипящего демона взгляд. Тот всё ещё улыбался, но опасностью от него веяло аж через половину кабинета. Спорить не тянуло. Кто бы вообще мог подумать, что именно этот милашка, средоточие заботы подземного мира, первым покажет, что демоны бывают и правда страшны. Когда от ладоней Чимина к плечам пробежали всполохи огня, Чонгук содрогнулся… от мысли, что перепугавшийся Тэхён, видимо, неслабо так сдерживался, чтобы не загореться и не обжечь. Пламя у демонов бывало двух типов, и если «позитивное» лишь грело, то «негативное» иногда могло оказаться опасным для грешников. — Понял вас, — покивал Чонгук, бочком пытаясь выбраться из кабинета. — Все вопросы к боссу. Благодарю за консультацию. Чимин подмигнул ему на прощание.

***

До конца смены Юнги так и не вернулся, поэтому разговора не получилось. Чонгук злился. Да, возможно, ему стоило быть изначально более внимательным к словам своего вроде как парня, более чутким. Да, может, Юнги имел право обижаться. Но и он уже начал переходить все границы. Молчаливый протест — ладно уж. Можно считать его абсолютно детским способом донести информацию, и всё же со своей задачей он справлялся — заставлял задуматься. Но игнорировать уже после того, как Чонгук написал большущее извинительное сообщение и попросил о серьезном разговоре? Совсем не ладно! На звонки он, видите ли, не отвечает. Зачем тогда вообще телефон выдал?! Придя домой, Чонгук чуть не кипел от злости. Успел даже вдогонку кинуть ещё пару сообщений, куда менее милых, явственно намекающих, что не очень-то вежливо читать сообщения своего парня и не отвечать даже «Ясно». А потом кто-то из грешников в общей комнате случайно сел на пульт, включив новости. — Стой-стой, подожди минутку! — затараторил Чонгук, выхватывая пульт из лап ослоголового соседа. — Минутку. В новостях показывали Юнги. Грешники, тоже в большинстве своем знавшие этого демона в лицо, притихли, внимательно слушая репортаж с окраины города, рядом со зданием театра, где в этот день была ярмарка ремёсел. Увы, рассказывал Юнги совсем не о том, какие красивые поделки там можно найти. — …особенность, о которой демонам стоит помнить, — говорил Юнги, на удивление спокойно чувствуя себя перед камерой. Симпатичная кудрявая демоница-репортёр живо кивала, держа для него микрофон. — Не так давно выяснилось, что у подавляющего большинства грешников наблюдается аллергия на новый сорт пламенного перца. От него грешники начинают безудержно чихать с магией, что способно привести к плачевным последствиям. Как случилось сегодня. — Скажите, есть ли жертвы? — Врачи сообщают, что у грешника сломаны несколько костей, но жизнеспособность его тела вне опасности. Среди демонов пострадавших нет, но материальный ущерб ожидается немалый… — Скажите, господин Юнги, подтвердились ли слухи о том, что инцидент произошел из-за группы подростков, решивших подшутить над грешниками? — Не могу ничего сказать на этот счёт, это уже юрисдикция полиции. — А что вы думаете по поводу участившихся случаев издевательств? — Думаю, если это правда, нашему сообществу следует хорошенько разобраться, откуда растут корни возрастающей жестокости, чтобы впредь можно было не наказывать за преступления, а предотвращать их, спасая и тех, кто может стать пострадавшим, и тех, кто рискует стать преступником. — Значит, подобных случаев и правда стало больше? — Как работник отдела ликвидации чрезвычайных происшествий я располагаю информацией лишь о тех случаях, которые поступают на рассмотрение к нам, не могу судить о подобных вещах в це… Где-то в театре раздался грохот. Репортёр подпрыгнула от испуга, толпа завопила, шуганувшись в стороны от здания. И даже по эту сторону экрана все зрители напряглись, Бам прижался к ноге Гука. А Юнги просто лениво оглянулся через плечо. — Это взрыв? Взрыв? — визжал кто-то за камерой. — Что это?! Одно из окон второго этажа вылетело вместе с рамой, осыпав клумбы разноцветными осколками стекла. А следом выпрыгнул, хлопая крышкой, белый с позолотой рояль. Взревел всеми нотами разом и помчался вдоль галереи с изящными колоннами, стуча деревянными ножками по тротуарной плитке. — Монстр! Чудище! Переродок! — вопили по ту сторону экрана. — Нечистая! Прислужник Тьмы! Голем! — верещали с дивана. — Это просто аномалия, — спокойно пояснил Юнги, с прищуром наблюдая за скачущим роялем, похожим на бычка во время корриды. — Покинувшая прежний мир душа случайно вселилась в предмет и смогла его оживить… — Аномалия?! — живо заинтересовалась репортёр, припустив за спешно уходящим интервьюируемым. — Господин Юнги, расскажите подробнее! Послышался ещё один «взрыв» — из соседних окон повалили всё новые странные аномалии. Размахивающее рукавами бархатное платье с рюшами и бантами. Опирающаяся на смычок, как на костыль, скрипка. Роняющий нотные листы длинноногий пюпитр. Фанерный замок с алыми крышами на башенках. Куча самых разных предметов… и один несчастный демон, в чей кроссовок с крылышками, очевидно, тоже вселилась душа, почувствовавшая себя вольной птицей. — Комендант Кинзарук, комендант Кинзарук! — заорал Чонгук, подрываясь с дивана, чтобы кинуться прочь из комнаты на поиски нужного демона. Но комендант стоял в дверях, опершись на косяк плечом и пуская лёгкий дымок из-под пластыря на лбу. — Комендант Кинзарук, что вы говорили о телепортаторах?! Сколько угодно заплачу — только отправьте меня туда! Не успел он договорить, как комендант преспокойно поднял руку и на бегу треснул парня по лбу какой-то мелкой штуковиной, похожей на степлер. Звонко щёлкнуло, мозг пронзило болью, а через долю секунды Чонгук исчез из комнаты и появился на экране — свалившись на дорожку прямо перед оператором. Грешники у телевизора возликовали.

***

Первым, что сказал Юнги, увидев появившегося из воздуха работничка, — РОЯЛЬ НЕ ДОЛЖЕН ПОСТРАДАТЬ! — И вам здравствуйте, босс! — крикнул в ответ Чонгук, оглядываясь и пытаясь оценить обстановку. — Я серьёзно, он раритетный! Принадлежал великому Хорохору, основавшему театр! — Лааадно, понял! Чонгук на бегу поймал брошенный ему моток веревки. Демоны бросались врассыпную, освобождали площадь перед зданием, а застрявшие души метались из стороны в сторону, не зная, куда податься. — Может, с ними стоит сначала поговорить?! — на мгновение оглянулся Чонгук, не зная пока, к кому стоит подступиться в первую очередь. — Паникующий не услышит слов, пока не схватить за руку! — крикнул в ответ Юнги, ища что-то в своём рабочем рюкзаке. — Не уверен, что ты прав с психологической точки зрения… но ладно уж, попробую! Решив, что самая важная цель парит над головой, Чонгук как следует примерился и набросил аркан на летевшего мимо демона с обезумевшим кроссовком. Демон как мог подсобил, схватившись за верёвку. Чонгук поднятнул его ближе к себе, крепко вцепился в подошву и развязал шнурок, освобождая серую, как пепел, ногу. Демон в панике сбросил второй кроссовок и на карачках кинулся прочь, скрывшись за углом. Юнги осторожно забрал из рук Гука отчаянно трепыхающий крыльями кроссовок, уверяя его, что хочет помочь и всё объяснить. Ну да, этим уж точно лучше было заняться опытному и знающему специалисту. А ему оставалась другая задача… Сказать по правде, на новой работе Чонгук привык к куда более спокойным происшествиям. Вытаскивай себе грешников из разных дыр и не напрягайся сверх меры. В этот же раз пришлось знатно побегать… обременённый тяжёлой ношей кроссовок оказался самой лёгкой целью. Остальным хватало ловкости, будучи сделанными из дерева, фанеры да охапки бархата, уворачиваться от аркана, от захватов и даже от камня, который Гук в какой-то момент сгоряча швырнул в улепётывающий пюпитр. Уж очень ловкая «мебель» попалась. А скрипка вон даже пару раз пнуть умудрилась, видимо, совершенно не веря увещеваниям охотника о том, что он не зла желает, а наоборот помочь пытается. Носясь между ярмарочным лотками и колоннами, Гук чувствовал себя персонажем фильма о супергероях — приходилось делать что-то явно сверх его обычных сил, случайно крушить обстановку и осознавать, что это потом ещё и в воскресных новостях повторят. Но зато на удивление удавалось. Может, нежелание позориться помогало, а может, подбадривания Юнги, всегда ошивающегося где-то поблизости, но не слишком близко, работали и внушали уверенности. Пюпитр пал через несколько минут. Следом попалась и сучка-скрипка, до последнего пытавшаяся наподдать нахалу (Гук даже порадовался, что у нее нет шпиля, как у контрабаса, а то б точно глаза лишился). Далее и платье попалось в руки, видимо, не справившись с собственной воздушностью, удалось заманить его в заросли деревьев, чтобы застряло, но при этом схватить прежде, чем сухие колючие ветки изорвут несчастный театральный костюм. За́мок сдался вообще сам… устал, бедняга… хотя Чонгуку показалось, что отчаялся и сел поплакать, но мне смог, потому что был просто куском раскрашенной фанеры. А вот рояль оказался самым упрямым… коррида ему явно была по вкусу. Массивный и довольно старый рояль на негнущихся деревянных ножках слишком ловко уворачивался от попыток перехватить, слишком легко сбрасывал аркан, слишком грациозно перепрыгивал любые ловушки и слишком быстро стряхнул Гука со своей крышки в первые два раза, когда чудом удалось на него вообще запрыгнуть. Невольно возникала мысль, что в нём застряла душа ну очень сильного волшебника. Или дикой лошади… хотя, кажется, Юнги упоминал, что души животных не остаются в Пепелище ждать перерождения, сразу очищаются от воспоминаний и возвращаются в родной мир, а потому не способны создать аномалии… из-за другого устройства разума… — Твою ж мать, пошёл в атаку, — тихо бросил Чонгук, осознав, что умудрился не вовремя задуматься и чуть было не упустил из виду мчащийся прямо на него «разъяренный» рояль. — Вылитый капитан Бьяхард… Рояль замер. Хотя глаз у него и в помине не было, Чонгук не сомневался, что рояль на него пялится. Ведь сам-то же он каким-то волшебным образом видел и слышал мир вокруг, будучи стаканчиком… Рояль медленно пошёл к нему. Чонгук задумчиво склонил голову к плечу. — Капитан Бьяхард? Рояль причудливо топнул передней ножкой — перед глазами так и встал образ невысокого крепкого мужчины в латах, зачем-то то и дело топающего ногой. Ну точно. Не маг, не лошадь, а военачальник. — Юнги, Юнги, это капитан из чумного города! — затараторил Чонгук, отворачиваясь и понижая голос. — Я почти уверен, что это его душа, один в один Бьяхард. У них, наверное, сражение случилось, много слухов ходило, что соседи из-за реки напасть собираются. Напали, значит, вот и попало сюда сразу много буйных душ. Что думаешь? Такое возможно? Юнги посмотрел на ярмарочный прилавок, рядом с которым стоял. На нём топтались несколько шерстяных куколок, явно пытавшихся привлечь к себе внимание, размахивая ручками и лапками. Поведя слегка потерянным взглядом, Юнги тихонько выдохнул и достал свой смартфон, ища в списке номер. — Привет, Чимин, нам срочно нужно оборудование… Интерес к ситуации не спадал. Кудрявая демоница с микрофоном металась между всеми участниками, ловко обеспечивая своими уникальными интервью продление прямого эфира. Еле поспевающий за ней менеджер то и дело жестами сообщал, что рейтинги высокие, надо продолжать. Но всё рано или поздно заканчивается. Ночью стало тихо и спокойно. Все лишние зеваки разбрелись по домам, аномалии перестали буянить, а к часу ребята и работу почти закончили. Нашли, собрали и опросили все попавшие в предметы души. Обсудили ситуацию с врачами. Отправили всех несчастных в клинику при заводе по созданию временных тел. И даже первичные отчёты начали делать… — Что это? — спросил Чонгук, нависая над сидящим на скамье Юнги. Тот, оказывается, уже отложил рабочий планшет и открыл какое-то странное приложение в личном смартфоне. — У тебя дома камера стоит? Юнги только тихо хмыкнул, открывая меню. Как будто пытался спрятать за ним изображение с камеры, но прятать было поздно, Гук знал что видел — это была кухня в квартире Юнги. Выбрав нужный пункт в меню, демон спешно настроил, расставив несколько галочек, и нажал «Запуск». На изображении с камеры вдруг что-то зашевелилось — один из верхних шкафчиков с тихим скрипом открылся и из него выполз чудовищный механический паук с парой клешней — Это ещё что за хренотня? — Робот-помощник. — А чо он уродливый такой? — Обшивку снять пришлось… Робот вытянул ножки, взобрался на полку и принялся хозяйничать. А в кухню между тем влетел маленький ураган из каштановых кудряшек. Холли остервенело облаял бессовестный источник шума — у Чонгука аж мурашки между лопатками пошли, — но после замер, брезгливо поджав лапку и глядя на паукокраба с выражением «Ааа, это опять ты, ничтожество» на мордочке. Обвел комнату взглядом, почесал за ухом и уселся рядом с миской, меланхолично наблюдая. Дождался, пока длинноногий паучок насыпет ему положенную порцию корма и отпихнул от миски. Тот пошатнулся. — Знаешь, твой пёсель слегка сучонок… — протянул Чонгук, с неожиданным сочувствием глядя на едва сумевшего удержать равновесие паука. — И что дальше? — Дальше он проверит лоток, загрузит бельё в чистку, наведёт дома порядок и поиграет с Холли. — Ох посмотрел бы я на это… — покачал головой Чонгук, не особо веря, что такое реально возможно. — Это после игры пришлось обшивку снять, да? — Эм… да… — Почему я его раньше не видел? — Потому что я редко пользуюсь этим роботом, — спокойно ответил Юнги, сворачивая приложение и пряча все гаджеты в рюкзак. Застегнув тот, он поднялся, неспешно обошел скамью и встал рядом с Гуком. — Но сегодня ночью я не собираюсь возвращаться домой. — Ого. Есть какие-то планы?.. — Есть. — Юнги на удивление ловко и быстро взобрался к парню на спину, устроился поудобнее и вцепился покрепче. — Не отлипать от тебя, пока не согласишься съехать из общаги.