Shaggy boss

              — Босс Юнги, у нас вызов! — объявил сладкий механический голос из динамика. Сидящие на диване перевели взгляды на колонку в форме робота. — Цитирую аудиосообщение! Прозвучал писклявый сигнал и голосок сменился сбивчивым гундосым бормотанием: — Алло, девушка? Позовите господина Юнги, я звонил в отдел помощи грешникам… Девушка? Алло, вы там?.. Вы меня слышите? Я хотел сообщить о беде… Эээм, ладно, передайте господину Юнги. Я сейчас в торговом центре «Графит», здесь грешник перевалился через перила и повис на праздничной гирлянде. Он обвалил уже половину декоративной композиции. Разберитесь, пожалуйста, пока этот бедолага не свалился и не заляпал всё этой их красной жижей… Послышался ещё один писк и механический голос объявил: «Конец сообщения!» Чонгуку не особенно нравилась эта навязанная отделом разработок программа, которая теперь не присылала расшифровки сообщений, а зачитывала всё вслух… это больше походило на шаг назад, чем на полезное обновление. Но всё же хоть как-то она свою работу делала, так что приходилось с ней мириться и делать уже свою работу. А ещё стараться не встречаться взглядами с ее разработчиком, ведь господин Пепел твоего сердца семьдесят семь тоже не был в восторге от результата, но не мог перечить начальству. — Правда, что ли, переименоваться в отдел помощи грешникам?.. — прошептал Юнги, одной рукой печатая последние слова для заметок по отчётам в своём смартфоне. — Пойду возьму скалолазное снаряжение, — пожал плечами Чонгук и неохотно встал с колен Юнги. Вернее — попытался, но Юнги не позволил, выскользнул из-под него сам и тут же уложил обратно. — Эй-эй, что происходит? — Я сам возьму снаряжение. — Ты тоже пойдешь? — Да, помогу тебе с этим разобраться. — Брось, я справлюсь и без начальства, всего-то один грешник повис на гирлянде, подумаешь. Я их и по пять человек из разных дыр вытаскивал. Юнги тихо угукнул и вышел из кабинета. А когда вернулся через минуту, у него уже была полная сумка снаряжения и весьма решительный настрой, с которым явно не имело смысла спорить. Чонгук вздохнул и сдался. Что ж, хотя бы веселее будет.

***

Когда в дверь кабинета постучали, Чимин подорвался с кресла, чуть не сшибив компьютер, и метнулся на диван, приняв пристойную позу. Чонгук прыснул со смеху, но тут же взял себя в руки и уверенно разрешил войти. Дверь приоткрылась и в нее заглянула любопытная черная морда. Бам принюхался, огляделся и приветственно гавкнул, просачиваясь внутрь. — О, гляньте, кто к нам пришёл! — восторженно пропел Чимин, опускаясь на колени и протягивая псу руки, тот позволил себя немного обнять и потискать. Вежливый мальчик. Чонгук хмыкнул, глядя на сунувшегося следом Юнги. — Ну, как дела, парни? Мы тут гуляли в парке, решили вас навестить… — Гуляли? — усмехнулся Чонгук, возвращаясь к протиранию пыли. — В трёх омнибусных остановках от дома? Чего ради? — Я сводил ребят в зоосалон, а сам пока выбирал новую люстру на кухню. Чонгук стрельнул глазами. Молодец, подготовился, придумал объяснение, вот только слова словами, а дело… — Почему ж тогда пакета с покупками нет? — Д-доставят завтра домой. — А собаки почему не выглядят помытыми и причесанными? — А им просто массаж делали. Чонгук усмехнулся, но дальше докапываться не стал. Вместо этого просто опустил тряпку в очиститель и нажал кнопку, прибор пожужжал, покряхтел и выплюнул совершенно чистую тряпку обратно. — Ой, кстати, чуть не забыл, тут только что звонок напрямую мне поступил… нужно убрать останки, лавалигатор разорвал нескольких грешников рядом с Треугольным мостом. Собирайся, Гук, провожу тебя, а ты, Мини, пока можешь закончить уборку. — Ты… опять хочешь составить мне компанию? — спросил Чонгук, стараясь звучать буднично и непринужденно. — Прям так сильно полюбил вылазки? — Ага, есть в этом особое очарование. Я же говорил, мне нравятся парни, которые меня тормошат. Работа — один из таких парней. Юнги поднял Холли на руки и легонько дёрнул поводок Бама, подзывая. Открыл дверь и замер в проходе, подперев ее плечом. Чонгук поднял портативный очиститель. Оставалось только сдаться обстоятельствам и выйти из кабинета, что он и сделал. — Ладно, так и быть. Но потом вы с хвостатыми пойдёте домой, понял? — Разумеется. Какие ещё могут быть варианты? Как оказалось чуть позже, варианты всё же были…

***

Субботнее утро в Пепелище омрачилось небывалым ужасом. Дождём. Сначала отдельные черные капли падали, вызывая лёгкое недоумение у демонов и испаряясь, едва коснувшись земли. Но постепенно дождь становился всё сильнее. В городе началась паника. Бьющиеся в истерике демоны прятались по домам, умоляли Великую лаву пощадить и защитить, а заодно заваливали звонками их маленький отдел. Увы, большинство звонков были бессмысленными… — Ещё одно происшествие! — объявил Чимин, занятый в это утро обработкой бесконечных аудиосообщений. — Водитель грузовика потерял управление, кузов перевернулся и придавил троих грешников. Отправляю в чат координаты. Чонгук отвлекся от складывания сумки и проверил по карте. Пока у них было два вызова «по делу»: этот, где ещё могли быть живые, и совершенно-точно-труп на окраине города, который особо никому не мешал на обочине. Очевидно было, что стоит решать раньше. Чонгук выглянул в коридор. Юнги всё ещё стоял у окна, прижав один телефон к уху, а второй держа в руках и что-то быстро печатая. Был погружен в важные разговоры. Разбирался в катаклизме. — Никогда не думал, что демоны, оказывается, так боятся наказания природы, — вздохнул Чимин, когда тот вернулся. — Столько нытья о том, что мы тоже стали грешны, теперь и мы будем мучиться. — Полагаю, вы мучиться будете в глубинном уровне. Забей. — Угу, забей. Посреди массовой истерии… — Чимин поджал губы и включил следующее сообщение. — Ну вот, снова нытьё… Чонгук ещё раз проверил рюкзаки и пожал плечами в ответ на собственные мысли. Он понятия не имел, что может сегодня пригодиться, так что покидал первое, что попало под руку. И, конечно, прихватил бронезонтики, потому что нужна была хоть какая-то защита от внезапного и нестандартного дождя. — Готово! — радостно объявил Тэхён, забегая в кабинет. Взгляд его при этом горел ещё хлеще, чем волосы, в которых реально языки пламени плясали. — Господин Кинзарук починил наш фургончик, теперь у нас есть колеса! — Отлично, хоть одна приятная новость за утро, — почти даже улыбнулся Чимин. Его можно было понять: в конце концов это вообще не его смена была, но пришлось оторваться от подушки и срочно помогать своей команде. — Хотя, должен признать, я даже не знал, что у нас когда-то был рабочий транспорт. — И я… наверно, Юнги и сам о нём забыл… Дверь распахнулась. На ходу печатая, Юнги вошёл в кабинет. — Разобрался. — В чём? — тихонько спросил Тэхён, упустивший половину контекста из-за ковыряния на велосипедной парковке вместе с Кинзаруком. — В причинах этой вашей кары всевышней. На теплостанции, греющей воду для точек водопровода, прорвало трубу, бьёт горячий гейзер высотой в три этажа, вода быстро испаряется из-за пламени близлежащих расщелин, поднимается в виде пара и оседает на куполе, откуда в итоге льется в виде дождя с сажей. — Вот так чудеса, — тихонько вздохнул Тэхён, качая головой. — Дырка в трубе — а у нас уже народ с ума сошел. — Мы с Чонгуком отправляемся на теплостанцию, там требуется помощь с ликвидацией прорыва. Чимин продолжает разбирать сообщения и отвечать на звонки. Тэхён берет фургон и разбирается с происшествиями. Приступаем. — Эй, бооосс… может, Чонгук лучше мне поможет? М? На выездах с последствиями может всякое приключиться, знаете ли, сила не помешает… А тебе он там зачем? Смотреть, как ты командуешь? В кабинете повисла неловкая тишина. Юнги замер и вдруг совершенно по-детски оттопырил губу. Расстроился из-за подобного замечания. Медленно оглянулся, глядя на подчинённых, те робко смотрели в ответ, не зная, чего и ждать. Юнги хмыкнул, снова уткнувшись в телефон. — Ладно, согласен, Чонгук может поехать с тобой, так лучше. Я буду звонить и проверять, как у вас идут дела, Гук, держи телефон при себе. Понял? Тэхён едва ощутимо похлопал Чонгука по плечу, как будто сочувствие своё выражая. Видимо, тоже догадался, что звонки будут частыми. — Третий вызов, — между тем объявил Чимин, — рекламный плакат на билборде размок и упал на торговую тележку с перчёными поленцами. Правда я не понял, в чём беда — что торговец-грешник ранен или что поленца на этой улице временно не продают…

***

Понедельник начался с очередного странного чрезвычайного происшествия — Юнги подарил Чонгуку гарнитуру, чтобы тот мог быть на связи даже во время выездов, не занимая руки телефоном. Сразу следом случилось другое происшествие — им позвонила самолично доктор Кан Джоан, которая сообщила, что половина оборудования в лаборатории подозрительным образом вышла из строя, из-за чего по городу носится огромная утка с лягушачьими лапками. Кудрявенькая демоница, ведущая репортаж из летательной капсулы, уже дала ей своё имя — Лягутка — и назвала умеренно опасной, но чрезвычайно увлекательной. Лягутка постоянно порывалась прыгнуть повыше, чтобы по полной использовать данные ей взбесившимся аппаратом лапки. Но лапок у нее имелось только две, так что не на что было опереться, чтобы не упасть после прыжка. Лягутка то начинала хлопать крыльями, сшибая фонари да прохожих, то шмякалась грудью на землю, оглушая улицу жалобным кряканьем-рёвом… из-за голоса, кстати, репортёр подозревала, что в этом создании есть что-то ещё и от медведя. Лягутка вполне перепрыгивала здание в три-четыре этажа и металась из стороны в сторону по всему Сапфировому району. Гоняться за такой добычей можно было до посинения и совершенно без толку, действовать нужно было иначе. — Твой отец говорил, что может в любой момент подарить мне сыр? — заговорил Чонгук, выбегая на улицу из подъезда. — Ты это к чему? — удивился голос Юнги в гарнитуре. — Есть идея. Срочно нужна крупная головка твердого сыра в парк возле министерства. Помню, дед мне когда-то рассказывал, что сыр для уток — вкусный деликатес, которым можно изредка угостить, чтобы порадовать. Чонгук достал из нагрудного кармана стопку визиток, которые ему при каждой встрече пихала демоница с новостного канала, и улыбнулся. — Скажи, что это очень срочно. А я пока сделаю звонок, как раз на телике рекламная пауза… Госпожа Дерзновенная-Свеча согласилась на его план без особых раздумий. Спросила, конечно, для приличия что он такое странное задумал, но моментально отбросила все сомнения, как только услышала заветное «интервью». Сыр господин Иксо доставил точно в нужный момент. Верёвку и нож ему дал Чимин, прибежавший из министерства. А через минутку к месту сбора подоспела и летательная капсула. Трое туда помещались с большим трудом, так что госпожа Дерзновенная-Свеча вызвалась заменить пилота, с чем, кстати, превосходно справилась, лавируя между зданиями с ловкостью юркой птички. Лягутка без всяких вопросов повелась на приманку, с энтузиазмом и азартом гонялась по улицам города, пытаясь цапнуть вкусняшку, которой перед ней размахивали. Чонгук сначала дал ей слегка щипнуть, чтобы распробовала, что за прелесть ей предлагают, а после ловко дёргал верёвку, уводя из-под клюва, чтобы раньше времени не слопала. Капсула летела между высотками. Лягутка бежала следом, презабавно перебирая лапками и время от времени опираясь крыльями на землю. Как-то так они добежали до пустыря на окраине, где их уже ждали Тэхён, доктор Кан Джоан и огромная сетка с теннисного корта. И всё это время Юнги был на связи. — Да, доктор Джоан прямо сейчас делает ей укол, — ответил Чонгук, бросая Лягутке сыр кусок за куском, чтобы не трепыхалась и не пыталась сбросить сетку. Впрочем, она уже и не пыталась. Сидела смирно и ловила подачки, аж жмурясь от удовольствия. — Подействует минут через пять. — А ты там в порядке, не ранен? — Ранен? Обо что? Я всё время в кабине был, в полной безопасности. — Я обязан спросить, рабочая формальность. — Ладно-ладно, пусть так. Я в порядке. Сделать пару фоток для отчётов? — Сначала проверь её прибором. — Ой, точно, — спохватился Чонгук, кинул кусок покрупнее и полез в сумку, чтобы достать прибор, всученный Чимином вместе с ножом и веревкой. — Сейчас… но разве аномалии могут вселяться в живые тела? — Вероятность очень мала, — тихо и как будто неуверенно отозвался Юнги. — Но сразу после создания в лаборатории тело и нельзя назвать полноценно живым… Включив и выключив прибор пару раз, чтобы точно убедиться в правдивости показаний, Чонгук хмыкнул. — Судя по всему, в ней нет человеческой души. — Нет? — Тэхён заглянул ему через плечо. — Но как же она тогда ожила? — Должно быть, так же, как и Бак, робот Кинзарука… Чонгук с Тэхёном понимающе переглянулись. Они оба понимали, что оба не понимают.

***

— Детишки надеялись на битву монстров… — покивал Чонгук, бессознательно прокручивая стоящую перед ним на столе бутылочку сладкого рисового отвара. — Но Бак с Лягуткой подружились, господин Кинзарук даже подумывает оставить её себе. Сказал, что будет кормить ее за счёт платы за катание на таком милом существе. Не знаю, не запрещено ли это местными законами, но звучит невероятно круто. Микото покивал. Он сидел напротив с таким видом, как будто вообще случайно оказался в парке среди ночи и никак не ожидал кого-то увидеть. Но встреча была его идеей… — А что с червоточиной во влажницах? Грядки взяли под контроль? Баклажаны больше не ловят людские души? — Всё в полном порядке, — заверил Гук, провожая косым взглядом проходящего мимо демона в черном плаще, с огоньком в волосах и огромной дрыгающейся сумкой за спиной. Судя по ответному взгляду, сомнительным типом тут был вовсе не он, а сидящие за столом. Устроили, понимаешь ли, пикник в три часа ночи, жрут всякую жижу… Чонгук прищурился и демонстративно отправил в рот дольку на удивление сочного мандарина. Демон прибавил шагу. — Мы установили приборы, судя по их показаниям, в теплицах… ой, в увлажницах не появилось больше ни одной аномалии, все души направляются к доктору Джоан напрямую. — Ммм… — Микото покивал, берясь за очередной мандарин, которые он сегодня совсем не ел, но упорно чистил. Нервы, должно быть. — А с колесом обозрения что-то стало известно? Нашли мага, который его к куполу привинтил? Чонгук невольно поднял взгляд. Вообще-то в свете искорок, едва-едва рассеивающих тьму под куполом, трудно было что-то рассмотреть, но Гук уже знал, куда именно смотреть, а потому все же различил очертания карусели, вдруг решившей кардинально сменить место жительства. Снять громадину пока не получилось, но специалисты уверяли, что даже в случае падения магическая сетка не позволит ей рухнуть на город и причинить вред. Однако не все верили, что какое-то заклинание и дежурный маг в случае чего остановят штуку, которая уже умудрилась нарушить законы физики и здравого смысла. Из района, находившегося теперь под колесом, массово эвакуировались жители, съезжая кто к родным, кто в гостиницы, а кто и в парки, прихватив палатки. — Никаких зацепок. Ангелы вообще не уверены, что это сделано разумным существом. — Вот как. — Микото тоже задрал голову, медленно отделяя ароматную шкурку от долек. — Вид оттуда, наверное, потрясающий. — Ага. Ничего так. Сверху город похож на горящую паутину. — Поэтично… — Не особо. А что насчёт тебя? Ты собирался встретиться со мной ещё неделю назад и что-то обсудить, а потом исчез? Что ты выяснил у тех дамочек, которые меня убили? — Выяснил, что в тебе с рождения была крупица первородной магии. Но мне нечего пока сказать и объяснить по этому поводу. — Микото пожал плечами, опуская взгляд. — Очень редко, но такое случалось и раньше, бывает. Возможно, из-за нее духи магии с внутреннего уровня отнеслись к тебе благосклонно и оживили. Но это лишь догадка, которой нет подтверждения… мне было некогда углубляться, прости… — Всю неделю? — Нам с Хосоком пришлось помотаться между мирами. Похоже, ангелы-заговорщики успели заразить магической чумой не один мир. Мы пытались оценить масштабы бедствия. — И как? Микото нервно усмехнулся. Руки его ответили без слов, принявшись чистить двадцатый мандарин. — Оу… — Давай лучше поговорим о чем-нибудь менее мрачном, — вдруг улыбнулся Микото. — Ты обмолвился, что у тебя есть какая-то «неурядица», может, я смогу с этим помочь, дать дружеский совет? — Попробуй, — хмыкнув, ответил Чонгук. — Такая ситуация: после очередной моей смерти Юнги стал панически бояться меня потерять, так что совершенно не даёт прохода, повсюду следует по пятам и чересчур опекает. Настала тишина. Они оба перевели взгляды на сонного Юнги, сидящего рядом и жующего мандарины с таким лицом, будто вовсе и не слушал тут чужие разговоры.