Всему есть предел.

За окном уже давно темно. На чёрном небе виднеются сероватые облака, всё ещё плывущие куда-то в даль. Сигаретный дым, рождаясь из небольшого свёртка, сначала проползает по руке, а затем поднимается в воздух, разлетаясь небольшими вихрями. Вдох. Тление. Выдох. И дым начинает свой новый путь. Рядом на лавке начинает вибрировать телефон и на экране высвечивается "малявка". Обкусанные губы сжимаются вокруг свёртка. Николай берёт телефон и прикладывает его к уху, ответив на звонок. -Да, рыжик? -Ты где? Фёдор уже даже ко мне в квартиру проник, думал, что мы опять пьём. -звучит уже знакомый уставший голос Чуи. -Да так, прогуляться решил, скажи ему, что всё со мной хорошо. -Николай. -строгий голос Фёдора пробирает до мурашек в такие моменты, -если ты опять куришь эту сухую смерть, я тебя лучше сам изничтожу. -Федя~ Да не подумай ничего, я просто дышу свежим воздухом, чаёк тут на улице пью. А ты что, думал, что я такой плохой? -Я даже через трубку слышу, как ты держишь её в зубах. Попробуй только попасться мне на глаза. -в телефоне слышится шуршание и затем уже более добрый голос вновь отвечает,- ты опять за старое? Тебе даже врач сказал, что если будешь курить эту дрянь, то всё только ухудшится. Хотя бы врача послушай, если не Фёдора! -Спасибо, что вы так переживаете за меня, но я и сам в силах решать что и как мне купить. Николай сбрасывает звонок и снова кладёт телефон на скамейку. Вдох. Тление. Выдох. Блондин уже не первый месяц увлекался лёгкими наркотиками, объясняя это тем, что доктор прописал. В итоге, оказалось, что доктор даже не знал о некоторых симптомах, ведь Николай их тщательно скрывал. Небо наполнялось сначала голубыми, а затем и рыжими красками. Воздух отдавал сыростью. На травинках, под ногами, образовались капли росы, позволяющие жучкам утолить жажду. Люди, пробудившись, спешили по своим делам, лишь изредка проносившись за спиной блондина. Жёсткие, словно злые шаги послышались за спиной Николая и тот лишь слегка успел повернуть голову, как в его макушку вцепилась чья-то рука. -Ты хотя бы раз можешь подумать о других и не пропадать на всю ночь из дому?! Николай запрокинул голову назад то ли от боли, то ли от желания увидеть, кто издаёт эти яростные звуки. Лицо Фёдора исказилось от злости, брови были нахмурены, а верхняя губа слегка приподнята в честном отвращении. Брюнет обошёл лавку и встал напротив, смотря сверху вниз. -Ты сказал, что бросил эту дрянь. И снова ты сидишь всю ночь где-то хрен пойми где и травишь себя! Удар по щеке. Блондин застывает в шоке. Затуманенный разум требует лишь дофамина и более ничего. -Да тебя легче приковать к батарее, чем пытаться убедить во вредности этой херни! Ты снова хочешь видеть галюны? Снова хочешь выпадать из мира? А кто мне плакался в плечо, что ему страшно и его придут убить? Конечно, тебя и придушить то мало! -строгий голос вновь и вновь отчитывал Гоголя, с каждым разом становясь только злее. Слова резали наживую, попадая точно в сердце, от чего слёзы непроизвольно выступили на глазах. Достоевский наконец замолк. Неизвестно, договорил ли он или сжалился над полуживым телом перед ним, но, стало гораздо тише. Вскоре Николай захрипел. -Он снова приходил... Сказал, что я не достоин жить. Говорил, что моё время уже очень близко и я могу лишь... -снова тишина. -Что можешь? -Фёдор присел рядом и тяжело выдохнул. -Ну... Могу прощаться с вами. -Николай. Это же бред. Того, о ком ты говоришь попросту не существует, это просто галлюцинации. Если бы ты не курил ещё эту... штуку, он бы приходил намного реже. Или совсем бы исчез. -Я не могу не курить. Таблетки уже не помогают. Алкоголь не помогает. Сигареты не помогают. Только это. И то, эффект уже не такой, как раньше... -Конечно не такой. Так расхреначить свой организм можешь только ты. Блондин уставше усмехается и кладёт голову на плечо Достоевского. -Только ты меня понимаешь... Рядом с тобой я не думаю о нём... Я так волновался, что ты не придёшь... Думал... что он заберёт... меня у тебя...... -уставший голос всё затихал, превращаясь в бубнение, а затем в неразборчивый сонный лепет. -Никто тебя у меня не заберёт. Обещаю.