Два имени

— Просыпайся. Кай резко открывает глаза и пытается перевести дыхание. Сердце громко и неровно бьется в груди. Ему требуется некоторое время, чтобы обрести контроль над своим телом. На лбу выступает пот, и он хочет смахнуть его, но руки связаны. Все его тело надежно прикреплено к конструкции, которая, кажется, была создана по его точным меркам. В его сознании мелькают воспоминания, и в голове возникает вопрос. Почему он всё ещё жив? Странный голос сказал ему, что он умрет. Он голосовал за Нию и Скайлор, поэтому у него был всего один шанс. Значит ли тот факт, что с ним всё порядке, а держащий их здесь человек решил не принять его голос? Причинили ли они вред Скайлор или Ние? Если так… Кай снова пытается пошевелиться, но его руки и ноги крепко привязаны к конструкции. Без его сил шансов на успешный побег нет. — Теперь, когда ты отделен от группы, пришло время раскрыть тебе наш план. Я посещу твою камеру. — Да, как скажешь… — Каю совершенно всё равно, что замышляют с ним сделать плохие парни. Он просто хочет знать, живы ли его сестра и девушка. И остальные члены его семьи, конечно же. Но когда дверь открывается, и входит человек, которого Кай никогда не рассчитывал увидеть снова, его глаза широко раскрываются. — Чен? — Я так же, как и ты, рад возможности восстановить наши недолгие отношения. Хочу поблагодарить тебя за то, что ты присматриваешь за моей дочерью. Кажется, ты ей очень нравишься. — Как ты ещё жив? — Кай старается сохранять спокойствие, но растерянность в его глазах очевидна. — После того, как твоя младшая сестра уничтожила Мир Проклятых, моя душа отправилась в Мир Ушедших. С другой стороны, Клаус освободился и отправился на поиски Чайника Тайрана. — Что? — Неважно, он так и не нашёл его. Но во время путешествия по разным мирам он нашёл другую версию своей книги заклинаний. Благодаря этому у него появилась возможность освободить меня и всех наших последователей. — И первое, что вы хотите сделать после освобождения, — это создать эту отвратительную игру, в которой мы думаем, что убиваем друг друга, но вы просто пытаетесь нас разлучить? — Это не совсем так. Я просто хотел отделить тебя от группы. Остальные ещё поиграют, но никто не умрёт от игры. Но, может быть, от чего-то другого — от чужой руки, — Чен улыбается, и Кай хочет сжечь его заживо. — Я не буду причинять вред своей семье. — Сейчас ты так говоришь, но посмотрим… Следующее, что тебе нужно сделать, — это записать ещё два имени. — Я никого не выберу. Если мне придётся решать, кто умрёт, я выберу себя. — Бескорыстно, но это было бы слишком скучно. Чен достаёт пульт и нажимает несколько кнопок. Кай чувствует, как цепи на его руках ослабевают. — Своим голосом ты не позволишь никому умереть, но человек, которого ты выберешь, будет страдать. Итак, напиши своё имя и имя любого другого игрока. Один из моих приспешников зайдёт к тебе через несколько минут, чтобы забрать твой голос. Посмотрим, что будет дальше. Есть ещё вопросы? — С моими друзьями все в порядке? — Ты еще услышишь о них, но сначала… проголосуй. Чен протягивает Каю ручку и листок бумаги, после чего уходит через белую дверь, которую на первый взгляд не видно, потому что она идеально сливается с остальной стеной. Огненному ниндзя нужно несколько секунд, чтобы перевести дух. Он все еще не догадывается, что задумал Чен, но теперь он знает, что является частью этого. И его семья не пострадает, если верить словам мастера. Вот почему на этот раз он пишет одно и то же имя дважды: Кай Смит / Кай Смит Если Чен продолжит соглашаться на его уловки, наказание понесет только он. Появляется приспешник, и Кай обнаруживает, что он, в отличие от Чена, изменил свой стиль. Теперь на нем не змееподобная форма, а полностью черный наряд, который контрастирует с белыми стенами. Если эта тюрьма для ниндзя — Ад Небытия, то приспешники Чена —смерть. Мужчина забирает запись Кая и уходит, не сказав ни слова, но как только он покидает комнату, странный голос снова звучит, отражаясь в стенах. — Кай, мы получили твой голос. Огненный ниндзя не знает, кто говорит с ним напрямую: Чен, Клаус или какой-то злодей ещё более низкого уровня. Ему всё равно. — Ты сам выбрал себе наказание, так что будь готов. Красный ниндзя закрывает глаза, когда боль в спине начинает нарастать. Вот почему он заперт в этой машине. Они встроили высокотехнологичные функции, чтобы причинять ему как можно больше страданий. Но Кай не сдается. Он не может. Что бы ни планировал Чен, он является частью этого. И он сделает все возможное, чтобы стать единственной жертвой в этой игре. Если его семья останется нетронутой, и он сможет взять все испытания на себя, он сделает это. За Нию, Скайлор, Ллойда, Ву, Зейна, ПИВВЖ, Джея и Коула. Он вспоминает эти имена, пока машина проводит сильное электричество по его телу. Враги заметили, что огонь не причинил ему особого вреда. Может, он и не может использовать огонь, но у него есть иммунитет против своей стихии, как и у всех мастеров. Кай пытается держать себя в руках, но в конце концов не выдерживает, и из его горла вырывается крик боли. Это так невыносимо! Но он должен принять эту боль — он должен жить с ней. Ради своей семьи. Он снова и снова повторяет в уме имена своих близких, пока его зрение не затуманилось…

△▽△

— Он проголосовал за себя», — говорит ученик Чена, сжимая бумагу в руке. — Если он продолжит в том же духе, нам придётся придумать другой способ, чтобы сломить остальных ниндзя. — Наберись терпения, Клаус, он не будет делать это вечно. Не после того, как мы покажем ему все видео.

△▽△

— Через несколько минут мы дадим тебе ещё один шанс проголосовать. Но прежде чем ты сделаешь выбор, мы хотим, чтобы ты посмотрел небольшой смонтированный нами ролик, — Чен входит в камеру огненного ниндзя, и машина перестаёт работать. — Что? За несколько мгновений до того, как Кай должен был упасть в забвение, боль внезапно прекратилась. Всё его тело покрылось потом, и он уверен, что волосы торчат во все стороны, но ему всё равно. Гель для волос исправит это, когда он выберется отсюда. Мастер огня гадает, что подразумевает его противник. Есть ли видеозапись с его друзьями? Покажут ли они, чем его семья занимается прямо сейчас? Будто бы это какое-то странное реалити-шоу? Кай помнит хорошие времена, когда он смотрел реалити-шоу со Скайлор. Половину времени они подшучивали над участниками, но потом по-настоящему страдали вместе с ними, когда они говорили о грустном детстве или травмирующем прошлом. Он бы всё отдал, чтобы вновь пережить то время. Но на самом деле, отдавать больше нечего. Он пленник, и единственное, что у него осталось, — это вера в свою семью — то, что Чен никогда не позволит ему потерять, но и то, что он сам никогда не получит. Потому что Скайлор никогда больше не примет его как своего отца. Кай вспоминает первые несколько недель после Турнира Стихий, когда он целыми днями оставался в лапшичном ресторане, помогая Скайлор найти себя. Она сильная девушка, но после того, как обнаруживается, что вся твоя жизнь — ложь, каждый борется с самооценкой. Так что они разговаривали, смеялись, плакали, и, в конце концов, она открыла для себя, что ей нравится в жизни, помимо приготовления вкусной еды. — После каждого видео, которое мы тебе покажем, ты должен решить, хочешь ли ты наказать другого игрока или себя. Просто произнеси имя вслух. — Хорошо, — так больно, когда тебя переполняет боль, даже на такой короткий промежуток времени. Кай не хочет думать о том, в каком состоянии он будет после того, как перенесёт боль за каждого из своих друзей. Но он сделает это. Чен уходит, и белая стена перед ним движется, открывая большой монитор за ней. Несколько секунд он остаётся чёрным, но затем включается, и Кай видит Зейна и ПИВВЖ в такой же белой камере. Оба выглядят так, будто из них высосали жизнь. Невозможно прочесть, какие эмоции проявляют их железные лица, в отличие от языка их тел. Два робота держатся друг за друга, и мастер огня слышит, как ПИВВЖ говорит: — Когда мы выберемся отсюда, мы сможем почтить память Кая. Поставим для него статую, как когда-то поставили тебе. Я помню, как ты победил Оверлорда, и Кай произнёс речь в твою честь. Ты можешь сделать то же самое для него, если хочешь. Зейн вздыхает: — Да. Но прямо сейчас я просто хочу отключить свои эмоции. Всего на несколько часов. — Нет, ты не можешь. Когда ты их снова включишь, станет только хуже. И ты знаешь, у меня нет этой функции, и я не могу уйти с тобой в безэмоциональное состояние. — Прости, ты права. Я не хочу, чтобы ты оставалась наедине со своим горем. — Спасибо, Зейн. Я люблю тебя. Ниндроид мягко улыбается. — Я тоже тебя люблю. Кай хотел бы задержаться в этом моменте подольше, но экран снова становится чёрным. Он получил от него одну важную информацию: все его друзья думают, что он мёртв. Должно быть, Чен сказал им об этом по громкой связи, потому что их не было в комнате, когда это произошло. — Твой голос? — Он слышит, как спрашивает Чен. — Кай Смит. — Как пожелаешь. Красный ниндзя готовится к удару током, но вместо этого его телом овладевает холод. Лед. Чен хочет наказать его способностями его же друзей. Возможно, чтобы заставить его возненавидеть их. Но Кай ни на секунду не задумается, обвиняя в этом Зейна. Он не имеет никакого отношения ко льду, пронизывающему его тело. Поэтому он стискивает зубы и терпит это. Боль прекращается как раз перед тем, как становится невыносимой. Кай тяжело дышит и на мгновение задумывается о том, чтобы попросить о передышке. Но Чен не получит удовольствия от того, что огненный ниндзя будет умолять о помощи. Телевизор снова включается, и Кай видит на экране Ллойда. Зелёный ниндзя тоже прикован, но машина, на которой он лежит, выглядит немного иначе. Через мгновение Кай понимает почему. Его цепи сделаны из материала, которого он никогда раньше не видел. Цепи светятся тёмно-фиолетовым, и когда Ллойд соприкасается с ними, его силы Они активируются. Его тело становится золотым, а на голове вырастают маленькие рога. Кай никогда раньше не видел своего брата с этой стороны. Он знает, что зелёный ниндзя может превращаться в монстра из-за своей родословной, но от вида чудовищной формы у мастера огня пробегают мурашки по коже. Смит не хочет этого признавать, но он боится. И в то же время он злится. Потому что Чен снова причиняет боль его семье, а он ничего не может сделать, чтобы спасти Ллойда. — Отпусти его! — кричит он, но в ответ Ллойд исчезает, и снова появляется темный монитор. Кай видит себя в чёрном экране и то, как жалко он выглядит. — За кого ты голосуешь? — снова спрашивает Чен, и на этот раз Кай с трудом находит слова. Не потому, что он не знает, за кого голосовать, а потому, что его лёгкие вот-вот откажут. Его голос звучит хрипло, когда он произносит: Кай Смит. На этот раз красный ниндзя чувствует, как сила Ллойда действует на него. Это странная боль, которую он не может описать. Но почему-то она причиняет боль его разуму больше, чем телу. Зелёный свет проходит сквозь него, и на этот раз шатен не может сдержать крик. — Агрх. — Если ты произнесешь чье-то другое имя, боль может прекратиться. — Нет, — кричит Кай. — Никогда. — Прекрасно. Единственный цвет, который красный ниндзя может видеть в течение следующих десяти минут, — зеленый. Головная боль заставляет его хотеть биться головой о стену, чтобы это прекратилось. Все болит. Когда машина заканчивает работу, и телевизор снова включается, Кай видит Коула и Джея, сидящих вместе в белой комнате. Синий ниндзя свернулся калачиком в углу и выглядит так, будто последние несколько часов только и делал, что плакал. Чёрный ниндзя сидит посреди комнаты, по его лицу трудно понять, о чём он думает, но Кай может догадаться. — Джей, нам нужно поговорить, — слышит он голос Коула. — Нет… — Пожалуйста. Я не хочу, чтобы ты чувствовал себя виноватым. Голос Джея срывается: — Мы оба знаем, что это моя вина. У меня была возможность поговорить с ним, обсудить наш выбор. Мы могли бы найти выход вместе, если бы я хоть на секунду задумался об этом. Но я думал только о том, как спасти тебя. Не свою девушку, которая будет ненавидеть меня за это вечно. И не Кая, который умер из-за этого. Он умер, потому что я не был достаточно сильным, чтобы принять решение самостоятельно. Когда Джей поворачивается лицом к Коулу, он также смотрит в камеру, и его лицо крупным планом появляется на экране. Кай видит, как в глазах Джея блестят слёзы и текут по его веснушчатому лицу. — Я могу тебе чем-нибудь помочь? — спрашивает Коул, не отрывая взгляда от лица синего ниндзя. В глазах мастера земли читается боль. Он не знает, как помочь своему другу и как избавиться от собственных чувств. Потому что Джей — не единственный, кто потерял огненного ниндзя. Но Джей качает головой. — Можно мне дотронуться до тебя? — Коул поднимает руку, и Кай видит через камеру все маленькие шрамы и порезы на ней. Тренировки, которым черный Ниндзя посвящал всё свое время, были жёсткими. — Нет, оставь меня в покое, — Джей снова отворачивается. — Я должен выбраться отсюда и найти Нию. Я должен быть рядом с ней. Коул выглядит так, будто хочет что-то ответить, но решает не делать этого. Джей не в том настроении, чтобы говорить о чувствах. Да и вообще говорить о чём-либо. Поэтому он позволяет ему спрятаться в углу и ложится на спину. Кай не очень хорошо слышит слова, которые шепчет ему ниндзя Земли, но, хорошо зная его, понимает, что тот сказал: — Прости, Кай. После этого телевизор выключается. — Твой голос? Мастер огня не колеблется: — Кай Смит. Он может знать, какая стихия последует дальше, но нет способа спрятаться от стены земли, которая вдруг образуется вокруг его тела. Твердая текстура скользит по его коже. Но когда она движется внутрь, она постепенно начинает казаться слишком тесной. Такое ощущение, что земля пытается раздавить его внутренности. Это может быть больно, но это приятная перемена после головной боли, которую вызвала в нём сила Ллойда. Его разум проясняется, и он думает о разговоре Джея и Коула. О том, какими потерянными они выглядели. Кай видел своих братьев такими только однажды. Когда Зейн погиб в битве с Оверлордом. На сердце огненного ниндзя внезапно становится тепло. Он никогда по-настоящему не говорил с черным и синим ниндзя об их чувствах. Его отношения с ними строятся на поддразнивании друг друга, а не на обсуждении эмоций. Но знание того, что они искренне заботятся о нем, заставляет Кая чувствовать себя лучше. Но лучше — неподходящее чувство, когда ты сражаешься с чистой силой. Когда земля в очередной раз сжимается вокруг него, Кай слышит, как ломается кость. Секундой позже его пронзает боль. Его левая рука болит так, будто по ней проехал грузовик. — Чёрт. — Назвав другого игрока, ты можешь положить конец своим страданиям и… — Пошел ты, — обрывает Кай раздражающий голос. Никто из его друзей не будет наказан. Не после того, как он узнает, на что похожа эта боль. — Хорошо. Тогда мы покажем тебе следующее видео. Кай видит Мастера Ву на экране. В отличие от камеры ниндзя, она выглядит старой и грязной. Стены серо-коричневые, а сэнсэй лежит на порванном матрасе. Чен заставляет его страдать, заставляя чувствовать себя несчастным. Возможно, Ву иногда не хочет с этим мириться, но он уже старик. И ему нужно утешение в таких вещах, как уютная кровать или пятичасовой чай. Каю неприятно видеть его таким сломленным. — Твой голос? — Кай Смит, — голос огненного ниндзя звучит лишь как шёпот. Он не знает, как долго Чен играл с ним в эту игру, но кажется, что он кричит уже несколько часов. Его мозг больше не работает должным образом. Где он вообще? И откуда берётся этот золотой свет, который внезапно застилает ему обзор? Он хочет, чтобы это прошло. Чтобы боль прошла. — Если ты произнесёшь имя другого человека, боль прекратится. — Нет, — кричит Кай. Но он даже не знает, почему это сказал. Что он отрицает? Он не обратил внимания. — Нет, нет, нет. — Отлично. Тогда можешь посмотреть свое последнее видео на сегодня. На мониторе видны две женщины: одна в голубом и сером, другая в оранжевом. Каю требуется несколько секунд, чтобы сфокусировать взгляд на экране и вспомнить, кто они. Его сестра и девушка… верно? Вид Скайлор с выражением боли на лице возвращает его к воспоминаниям. Но он не может вспомнить, о чём они говорили. Пока нет. Скайлор обнимает Нию, которая, кажется, полностью погружена в свои мысли. Она даже не плачет. Просто смотрит в пустоту белых стен. Рыжеволосая девушка произносит несколько мягких слов утешения, но Кай их не слышит. Он слишком потерян в боли, которая разливается по всему его телу. Все то электричество, ледяной холод, зеленый и золотистый свет, боль в сломанной руке заставляют его потерять концентрацию. Скайлор разговаривает с Нией еще несколько минут, но Кай не понимает ничего из того, что они говорят. — Твой голос? К настоящему времени это стало чем-то вроде рутины. — Кай Смит. Но на этот раз шатен понимает, что элемент, который Чен собирается использовать для его наказания в этот раз, уже нагревает его тело ещё до того, как он вступает с ним в контакт. Вода. Он боится воды. Это началось, когда он впервые потерял свою стихию, защиту от воды, и стало ещё хуже, когда он чуть не утонул и потерял свою сестру, когда она превратилась в океан. К тому времени, как на лицо Кая надевают маску, он уже почти теряет сознание. Утопить его лицо в воде — это наказание, прямо как в его худших кошмарах. И Чен это знает. Прежде чем они начинают заливать воду, голос снова спрашивает: — Ты хочешь изменить свой голос? — Н… — сил не осталось даже на то, чтобы закончить это слово. Красный ниндзя отдал бы всё, чтобы закрыть глаза и уснуть. Просто отдохнуть минутку. Но Чен не позволит ему. Маска плотно прилегает к его лицу, и он чувствует, как внутрь поступает вода. Чувствует, как она обволакивает его шею. Затем его подбородок. Потом и рот. Когда вода подбирается к его носу, Кай не может усидеть на месте. Он прижимается всем телом к машине. Несмотря на то, что каждая кость в его теле болит, он не может сдаться. Он чувствует, как пугающе холодная вода обволакивает его верхнюю губу и медленно проникает в ноздри. И он вспоминает чувство, когда тонул. Он заново переживает ту секунду, когда понял, что не выплывет на поверхность, что вокруг него ничего, кроме темно-синего. Чувство, когда рот и нос заполняются водой, и ощущение, что он не может выбраться. Нет, он не может вынести это дежавю, он недостаточно силён! Всё его тело пытается избавиться от мысли о том, что он снова в ловушке! Он должен выбраться из воды! И единственный способ сделать это — проголосовать за другого игрока. Кай сразу понимает, за кого ему следует проголосовать. Не потому, что этот человек нравится ему меньше, чем другой, а из-за воспоминаний, которые медленно возвращаются к нему. Если ему повезет, Скайлор тоже вспомнит. Когда вода достигает его глаз, Кай больше не может сдерживаться. — Джей! — кричит он, и вода исчезает. Кай тяжело дышит, и его тошнит. — Что это значит? — спрашивает голос. — Я голосую за Джея Уолкера, — Кай ненавидит себя за эти слова. Его миссией было защитить свою семью, и он потерпел неудачу. Но, возможно, Скайлор сможет помочь ему, если будет знать, что он здесь. Но до тех пор пройдет время, и Джею будет больно. Его друг, которого Кай только что видел плачущим навзрыд, потому что он потерял огненного ниндзя. — Хороший выбор. Мы позволим тебе посмотреть объявление в прямом эфире, но до тех пор ты можешь отдохнуть. Чену не нужно повторять дважды, Кай уже закрыл глаза. Его мысли всё ещё с близкими.

△ ▽ △

— Наконец-то он проголосовал за кого-то, кроме себя, — объявляет Клаус, и Чен удовлетворенно кивает. — Хорошо. Пусть другие ниндзя тоже запишут свои голоса. После трюка Кая с двумя разными именами они все подумают, что могут обмануть нас, заставив написать их собственное имя дважды. Итак, на самом деле важен только голос Кая. Пусть они спорят о том, кто, по их мнению, принял решение о наказании Джея. И пусть Кай посмотрит это.

△ ▽ △