Выкарабкаться

      Die Zeit mit dir war schön

             Буйствующие за стеной призраки смолкли. Как и призраки в комнате, притихшие в идиллии. Обнимающие друг друга братья — поразительно похожие. Кажущиеся такими чистыми и живыми в мертвенно-грязном окружении Межмирья.       А Наруто прижимался к Какаши. Ощущал дыхание мужчины. И тепло его руки. Силу его руки, с которой он привлекал к себе. Крепко. Небезразлично…       — Выдохнул? — доктор, однако, не отставал от Саске. — Что произошло? И что с Наруто?       — Ну, кроме того, что вы… — парень явно хотел неприлично пошутить, но Итачи его прервал:       — Оно пропало. Это… ощущалось как свечение, идущее от Наруто. Сейчас они перестали его чувствовать и разошлись. Вам больше ничего не угрожает.       А до Наруто дошло, что он сидит в объятиях человека… который ему так сильно нравится. Которого, возможно, он даже любит. Отрешенно взялся за руку Какаши, очень осторожно, едва касаясь кожи. Но мужчина перехватил его пальцы, сжал, вливая этим простым, но теплым жестом смутный покой.       — И — всё? Кто вообще «они»? Почему они охотились за Наруто?       — Отчаявшиеся души. Которые предпочли набрать в себя столько зла, что уже не могут от него очиститься. Когда-то были слишком голодными, слишком одинокими, так что сошли с ума. И начали поглощать всю попадающую сюда невинность. Они выследили Наруто с момента приезда. Особенно сильным удавалось пробиться через наиболее тонкие участки границы миров…       Тут — раздался приближающийся топот в коридоре. Наруто дернулся всем телом и бессознательно вжался в Какаши, который моментально вытянулся и напрягся, как собака, готовая в любой момент ринуться в бой…       Но братья оставались недвижимы. А в комнату вбежала толпа детей. Тех самых детей…       — Наруто! Наруто, привет! — они окружили диван, в их глазах поблескивали еще не отмершие искорки жизни. — Ты завтра придешь на площадку? На карусель придешь? Покатаемся еще?       — Э… приду. Да. Привет… — только и смог выдавить из себя парнишка, еще сильнее выбитый из и без того потерянной колеи этим внезапным визитом и избыточным вниманием. Значит, тогда он катал на карусели вовсе не фантомные тени…       А в дверном проеме появилась большая женщина, всё с тем же тесаком, лезвие которого было облеплено ошметками жидковатого серо-коричневого воска. И детишки, весело вереща, побежали к ней, и вовсе исчезли.       — Их здесь держат родители, — продолжил монолог Итачи. — Не физически, конечно… Не могут отпустить и подпитывают своей энергией. Дети в целом по-особому заряжены, им проще взаимодействовать с миром живых, у них сильнее связь. Но они не обратятся в безумцев, слишком чисты для этого. И госпожа Масами тоже. Она здесь не одну сотню лет: встречает детей и бережет, пока они не освободятся. Иногда для этого дети вынуждены пережить своих родителей, чтобы суметь упокоиться, но и новые периодически сюда попадают. У нее есть смысл существования, она не сойдет с ума…       — Почему тогда детей не сожрали? Из-за нее, она охраняет? — задал уместный вопрос Какаши, перебирая пальцы Наруто.       — Не совсем. Да, дети чисты и невинны, но они еще и не созрели. Как фрукты. Мало кто любит кислые незрелые фрукты. Куда вкуснее те, кто только-только созрел, но сохранил свою невинность. Они обладают особой энергией, к которой чувствительны обитатели Межмирья. Я бы сказал еще о смысле целибата в религии… но вряд ли вам интересны такие детали.       — Да уж, нам другое интересно. Вы же не братья, так? — озвучил следующий уместный вопрос мужчина. Призраки переглянулись с очень красноречивой улыбкой.       — В этом всё и дело… — начал Саске. — Мы жили здесь много лет назад, в приюте. В интернате, если точнее. И, да, мы кровные братья. Но… это же не так страшно. Не так страшно, когда люди друг друга любят. Хуже, когда убивают. Мне так кажется. А про нас узнали другие воспитанники. Они напали на Итачи ночью в ванной. Хотели избить, но практически убили. Испугались и утопили его, подстроив всё как несчастный случай. Но я понял, в чём дело. И придушил их подушками. Началось расследование, которое окончилось бы не очень хорошо. Я не хотел, чтобы меня нашли, да и жить без Итачи не хотел. Так что…       Он вздохнул и, отойдя от брата, продемонстрировал руки — глубокие шрамы на запястьях, которых раньше Наруто не видел.       — У самоубийц с этим сложнее, души тяжелее…       — А в Межмирье просто так не попасть, — добавил Итачи. — Это вообще достаточно редкое явление — чтобы душу сюда засосало. Многое зависит от места смерти. Там, в той же ванне, не так давно покончила с собой девчонка. Она была невинной, а рядом оказалось зеркало — оно сработало как усилитель. Зеркала и стекла — вообще самые тонкие места соприкосновения миров, через них духам проще взаимодействовать, например, с вашим миром… В общем, Дверь была открыта, и меня тоже затянуло, как в воронку. И в целом, эта ванная комната — буквально скопление злой энергии. Во время войны ее использовали для не самых приятных целей, стены повидали много смертей. А потом, после нас, где-то выше прорвало трубу, и это повлекло за собой целую цепочку разрушений. Часть здания удалось сохранить. А детали о том, почему помещение оказалось в аварийном состоянии, утаили. Сами понимаете, кому не нужны лишние разговоры. Это крыло попросту закрыли, уцелевшее подправили, приют перевезли в другое место, а сюда переехала клиника, из которой впоследствии сделали санаторий.       — Это многое объясняет, — вдумчиво заметил Какаши. — Но, допустим… Итачи попал сюда, потому что его затянуло из-за той девчонки. Ты покончил с собой… Ты-то почему тогда не попал в Межмирье?       — Душа тяжелая, говорю же. Поэтому не засосало. А я, как бы, немного не девственник, поэтому новый портал и не открылся, и местные голодные тварины не были заинтересованы в том, чтобы меня сюда утягивать, я для них по всем параметрам грязный и невкусный. Вот я и оказался перед выбором: остаться в мире живых или сгинуть насовсем. Обычно души не могут долго протянуть в мире живых, у них нет повода задерживаться. Но Итачи застрял в Межмирье из-за меня. Наша связь нерушима, поэтому мы удерживали друг друга…       — И зачем? Почему вы оба не могли уйти в мир мертвых? Если бы ты, Саске, ушел, то перестал бы удерживать Итачи, разве нет?       — Нас бы раскидало во времени и пространстве, — ответил Итачи. — Мы могли больше никогда не встретиться. Кто-то сходил с ума и буйствовал, но мы выбрали терпеть и изучать наши возможности, искать способы общаться и делиться информацией. В нематериальном мире самый главный ресурс — энергия. И — тонкие места, такие как зеркала. А в вашем мире самую сильную энергию излучают взрослые девственники. А у Наруто, помимо этого бонуса, еще и дар особый, если можно так сказать. Вот звезды и сложились: у нас был портал в зеркале, у которого я умер, через который я попал сюда и который мог открыть, с помощью невинной души с сильной энергией. Конечно, был и другой вариант: блуждать по миру и ждать, когда где-нибудь в другом месте открылся бы портал… но шансы такого совпадения слишком малы, да и Саске было бы сложно…       — Или вы могли убить Наруто, — вдруг сказал Какаши, и парнишку обдало чудовищным холодом от страшных слов, так что лицо онемело. — Разве нет? Его смерть тоже открыла бы портал, и ты мог бы проскочить.       Однако оба брата помрачнели, и Саске нахмурился, став чернее тучи.       — Нет, я бы на такое не пошел. Да и, говоря отстраненно, без конкретики, убийство невинного не сделало бы мою душу чище и никак не помогло бы мне пройти через портал. Я бы, скорее всего, не удержался бы и поглотил его, в таком случае. И начал бы превращаться в монстра, как эти, сумасшедшие… В общем, тут нельзя такими штуками шутить. Нельзя невинных убивать. И невиновных тоже.       — Замечательно. Значит, ты — человек высокой морали. И из-за вашей фантазии умереть второй раз в один день ты всё равно решил воспользоваться Наруто, — подытожил Какаши. — Втерся в доверие, чтобы протиснуться сюда с помощью его энергии, а его тут сожрали?..       — Нет. То есть… Таков мой план был, изначально, да. Наруто — мой ключ. Но я правда не думал, что придется так рисковать тобой, — теперь уже он обратился к другу, приложив ладонь к груди. — Я был уверен, что для тебя это безопасно. В смысле, что твоя энергия откроет портал, но ты-то живой, и ты не должен был сюда попасть. А вы попали. Оба. Даже ты, хотя тебя сюда вообще никто не звал, — он не слишком благодушно глянул на Какаши.       — Я звал, — отметил Итачи. — Саске действительно об этом не знал. Вы могли успеть войти и выйти. Но, опять же, риск был велик, и я старался просчитать все возможные варианты.       — Да ладно тебе, будешь теперь его выгораживать? — но мужчина был настроен слишком воинственно. — Всё он знал, вы же общались, передавали друг другу информацию, сами говорите…       Саске же закатил глаза и тяжело вздохнул, глянул на Наруто и проговорил:       — Соболезную… Но, да, мы накосячили, поэтому для Профессора Душнилы проясним. Мы с Итачи пытались переговариваться через отражения, насколько это было возможно. И, напомню, мы разные призраки: он убит насильственно, а я самоубийца. Он чище и легче, у него другая энергия, ему проще. В мире живых мертвому быть вообще не круто. Это как если бы тебе приходилось весь день спать, чтобы потом суметь часик-два позаниматься своими делами. Вам, живым, не понять, да и к счастью. Но каждый контакт стоил мне энергии. Особенно тогда, когда приехал Наруто, и мне нужно было контактировать еще и с ним.       — Я тут просто думаю… — наконец, заговорил и Наруто, немного придя в себя. — Ты столько всякого мне наговорил… а, по сути, правда всегда была другой. То есть, ты постоянно что-то не договаривал…       — У меня не было другого выбора. Прости. Знаешь, сколько раз за это время я пытался наладить общение с такими, как ты? Я перепробовал очень много способов, в том числе и раскрывать все карты в самом начале. Как можешь понять, ничем хорошим это не заканчивалось. Поэтому, да, мне пришлось выдавал информацию порционно. Чтобы ты мог к ней привыкнуть и решить, готов ли ты столкнуться с реальностью и остаться.       — И, получается, ты с самого начала видел… ну… что я, типа, подхожу?.. — проговаривать это оказалось неловко, и Саске тоже хмыкнул, тряхнул плечами.       — Ну… да. Я тоже видел это свечение вокруг тебя. И знал, что ты девственник, до того, как мы об этом заговорили. Поэтому и начал свой спектакль с того момента, как ты заселился.       — Угу. А все остальные, получается, тебя не видели? Ну, парни…       — Я общался с некоторыми из них тоже, до тебя, а потом делал вид, что выписывался. Формально, с твоей компашкой мы пересекались. Но когда приехал ты… только ты меня видел. То есть, для других ты всё время был один. Без меня.       — Ебануться… Так вот, чего они решили, что я с ума сошел! Потому что я сам с собой говорил!       — Ну, да, — Саске даже казался сконфуженным. — Извини…       — Охренеть…       — Я серьезно, Наруто, извини. Просто так вышло, что ты оказался самым старшим девственником в санатории. Ну, уже нет, но был. Но, знаешь… ты можешь мне не верить, — он осторожно улыбнулся. — Если бы я знал, как всё обернется, я бы не просил тебя об этом. Ты классный чел, серьезно. И я не обманывал тебя… в своем отношении к тебе, что ли. Я не играл. Не это. Честно.       — То есть… — Наруто говорил медленно, тщательно взвешивая слова. — Ты хочешь сказать, что Киба — не девственник? Типа, со втулкой всё-таки считается?..       Они оба захохотали — нервно и устало. В то время как их старшие партнеры непонимающе переглянулись между собой.       — Нет, он был с человеком, — просмеявшись, отозвался Саске. — Не знаю, с кем, такой информации у меня нет. Но, да, он не девственник… А так, я видел то же, что и призраки Межмирья. Поэтому и они полезли взаимодействовать с тобой.       — У них много сил, они даже могут немного воздействовать на мир живых. Ну, не напрямую, скорее, как ветер, дуновения… порой и галлюцинации. Это отдельная большая тема, — принял эстафету Итачи. — Я пытался отгонять их от тебя, а тебя — от них, чтоб не допустить пагубного влияния. Как и ребятишки, они тоже тебя предупреждали. Тогда, в библиотеке…       — И для этого ты пугал меня до усрачки и шипел мне в ухо?..       — Иногда — да. Еще я хотел понять, насколько ты меня слышишь и чувствуешь. И твоя восприимчивость оказалась потрясающей. Нам было нужно, чтобы ты поскорее столкнулся с этим лицом к лицу, поэтому я разбудил тебя первой ночью. Чтобы Саске тебе всё объяснил. Чтобы ты поверил и не боялся. Всё это было частью нашего плана. Сумасшедшие призраки бы преследовали тебя в любом случае, чуя твою невинность. То, что ты их видел — заслуга твоего дара. Полагаю, детей ты будешь видеть до сих пор. Им не нужна твоя душа, они, скорее, просто тоскуют по общению, так что для тебя они абсолютно безобидны.       — Типа… я в принципе могу видеть потустороннее?.. Но, блин, я ж никогда этого не замечал!       — Значит, такие места не посещал. Я ж говорил тебе, это здание само по себе нечистое, с его кровавой историей. Здесь концентрация паранормальщины зашкаливает.       — Охренеть можно… Да я если б где-то такую хрень увидел — сбежал бы нахрен, сразу! А тут… Тут я только из-за твоих уговоров остался.       — Ну, да. На то и был расчет, — признался Итачи. — Как Саске и сказал, мы проворачивали это много раз, поэтому разработали что-то вроде поэтапного плана — чтобы подготовить тебя к новым фактам. Что-то делал Саске, что-то — я, со своей стороны.       — Ну вы, блин… Сценаристы недоделанные, — слегка обиженно буркнул парнишка: получается, что его всё это время очень умело водили за нос. — Говорю ж, блин, тебе надо книжки писать…       — А что нам еще оставалось? Только планы да сценарии и придумывать. И пытаться понять, как выкарабкаться из этой поганой ситуации, в которой мы застряли… Но… — Саске примолк, словно немного смутился. — Честно: время, проведенное с тобой, было лучшим за все эти годы. Я видел много людей, но ты оказался и самым смелым, кто не сбежал… Да и просто отличным другом, ну…       — И ты всё это время был прав, — вдруг отметил Какаши напряженно. — Про призраков. А я сомневался. И чувствовал же, что что-то не так, что ответ где-то совсем близко. И сегодня вечером… Я собирался ложиться спать, но услышал шум воды, причем так громко. Вышел проверить… А потом уже в лифтах что-то загрохотало. Но я пошел на звук воды, вниз, и там увидел открытые двери. И как-то почуял, что должен и сам вспомнить юность… Потому что предполагал, кто из интересующихся закрытым крылом и пропавшими там ребятами мог туда полезть, — и он посмотрел на Наруто с шутливым осуждением. Парнишка виновато потерся об его плечо, всё еще стесняясь и не до конца понимая, насколько кардинально изменились их отношения.       — Я рад, что доктор доверяет не только науке, но и сердцу, — с теплом сказал Итачи. — Я предполагал, что твое присутствие здесь будет нужно. Чтобы в случае чего выручить Наруто. Никто из мертвых не смог бы этого сделать. Да и… ну… так оно как-то более правильно, из всех возможных вариантов.       Саске засмеялся, прижимаясь к брату, и тот поцеловал его в лоб. Такой расслабленный, легкий, счастливый… что сердце Наруто стянуло искренним желанием добра этим людям, настрадавшимся и при жизни, и после смерти.       — Да уж, вы точно разбираетесь в том, что «правильно»… — с сомнением фыркнул Какаши.       — Если бы люди умели просто жить и не лезть в жизнь других со своим осуждением, ничего этого бы не было, — развел руками Саске. — Лучше любить, чем убивать, разве нет?       — Да. Но ты же убил тех парней?       — Убил. Убил убийц. Отомстил. И не жалею. Я не буду тут разыгрывать из себя невинную овечку. Они первые начали. А суки должны получать по заслугам. Я никому не позволю погубить человека, которого я люблю, и выйти сухим из воды. Никому, — он поднял руки. — Но это мое личное, соглашаться не призываю. Ты-то вообще доктор, для тебя это должно быть дико. Хоть ты и обещал нам всем вломить десять раз…              Они шли обратно по коридору, удивительно тихому. Вокруг бродили те самые сумасшедшие призраки, похожие на расплавленные свечи, но они просто блуждали и совсем никак не реагировали на пришельцев. Иногда попадались и другие: больше похожие на Итачи и Саске, сохранившие человеческий облик, они держались небольшими кучками и провожали гостей взглядом.       — Да уж, такая себе квартирка, — скривился Наруто, рассматривая грязно-коричневую слоящуюся серость. — Без обид, но тут отвратительно. Как-то даже сложно представить, как ты тут жить будешь…       — Ко всему привыкаешь, — по-философски отозвался Саске. — Да и от компании многое зависит. И, знаешь, после мира живых я наконец-то чувствую себя здесь так легко. Ко мне вернулись силы. Мне больше не нужно напрягаться, чтобы общаться. И… — он глянул на брата с нежнейшей улыбкой.       — Ну, да, — Наруто, поняв его, хихикнул. — Ясно теперь, чего ты сюда так рвался… Не, ну, в смысле, брат — это в любом случае весомая причина…       — Теперь ты будешь меня смущать, да? Отыгрываться?.. — но он шагнул ближе и шепнул Наруто на ухо:       — Но, признай, свои плюсы из этого вышли и для тебя. Доктор не отводит от тебя взгляда…              Возле ванной их процессия притормозила. Саске подошел к другу, заглянул в лицо пронзительными черными глазами.       — Спасибо тебе. Я перед тобой в огромном долгу. Да мне словами просто не передать, что ты для меня сделал. Сказал бы, что «жизнь спас», но в данном контексте это немного стремно звучит.       — Да ладно, не надо долгов. У меня таких приключений вообще никогда не было. Я этого не забуду. Было классно, пусть и страшно иногда… но и весело. Весело, блин. И… — но губы задрожали, а грудь начала драть чудовищная боль. — Жалко, что этого уже не повторится. А я-то думал, что мы с тобой сможем дружить, когда лечение закончится… типа, по телефону болтать, гулять, там…       — Да уж, было бы неплохо, — кивнул Саске. Стиснув челюсть, отвел взгляд… но его глаза всё равно заслезились.       Он рывком притянул Наруто к себе и крепко обнял. И Наруто заплакал, очень горько. Опустил голову ему на плечо. Понимая, что теперь всё закончилось. По-настоящему. И ночных посиделок больше не будет…       — Ты мне тоже стал как брат, — проговорил дрожащим голосом Саске. — Ну… в другом смысле «как брат», в нормальном…       — Да я понял. Изврат, — просмеялся Наруто сквозь слёзы. — Блин, я буду скучать по тебе. И по нашим тупым шуткам… и… — но вместо слов вырывались рыдания. Он даже не представляя, как с этим смириться, как это принять, как жить дальше…       Прощание навсегда — почти что похороны. Похороны человека, который на самом деле умер много лет назад…       — И я тоже, Наруто, я тоже буду скучать. Но мы еще встретимся. Однажды, в другой жизни, в другой вселенной. Обязательно встретимся и будем друзьями, я знаю.       — Да. Да, обязательно, — почему-то в это поверилось так сильно, что даже слёзы просохли. И он выпрямился, вдохновленный надеждой, что где-то когда-то судьба окажется к ним милосерднее.       — Знаешь, с тобой я снова почувствовал себя подростком, — Саске тоже отстранился с легкой улыбкой. — Такого не было ни с кем до тебя. Да и, кажется, при жизни тоже. Спасибо и за это.       — Точно… — теперь стало понятно, почему сосед часто казался слишком уж серьезным и взрослым, особенно в самом начале их знакомства. — Если ты тут пробыл одиннадцать лет… Ты ведь сильно старше меня, получается.       — Ну, не так сильно, как некоторые, — парень кинул взгляд на Какаши. — Но всё же… Да и разве это имеет значение?       — Неа. Не имеет. А что теперь с вами будет, ну?..       — Отдышаться надо, как минимум. И понять, как действовать дальше. Но мы уже не потеряемся, это главное. И в любом случае останемся здесь, пока ты в санатории. Будем приглядывать за тобой.       — Хорошо, — Наруто заулыбался: тяжесть мыслей о разлуке постепенно рассеивалась.       — Напиши книгу о нас, если захочешь. Пусть тебя тоже считают ебанутым фанатом ктулхов.       — О, да, отличная идея!       — На самом деле, в этом есть смысл, — вдруг поддержал его Какаши с подлинной заинтересованностью. — Стоит собрать больше информации об этом месте. О приюте, об аварии, обо всех смертях. Не может быть такого, чтобы правда исчезла вовсе. Как бы ее ни стирали, след остаться должен. И, если ее обнародовать, это ведь может помочь местным?.. Ну, вашим этим, здешним чудищам?..       — Возможно, возможно, — согласно закивал Итачи. — И это принесет семьям погибших утешение. Тогда они смогут их отпустить, и души обретут покой. Хорошая мысль, — он протянул Какаши руку. — Спасибо за помощь, тоже.       — А я вот не знаю, должен ли благодарить тебя, — доктор нахохлился и сунул руки в карманы куртки. — Если бы не ваша эпопея, ничего бы этого не случилось. Мне вообще не нравится, что вы втянули в опасные разборки мальчишку. Но если бы ты не позвал меня… — он посмотрел на Наруто, и от его взгляда, полного искренней обеспокоенностью, у парнишки приятно свело сердце.       — Тогда еще кое-что скажу, — Итачи понизил голос. — То, что он экстрасенс, из него не вытрахать. Из-за этой гиперчувствительности из него высасывают энергию все кому не лень — и мертвые, и живые. Поэтому он и болеет. Может, дело в психике, может — в физиологии, а, может, и в чём поглубже. Такое вылечить сможешь, профессор?       Глаза Какаши загорелись давно забытым азартом, и он всё-таки пожал протянутую ему руку.       — Зная диагноз, будем искать пути решения.       — Более интересная тема для научной работы, да?       — Да, звучит интригующе. Есть, в чём покопаться, — и он повернулся к Наруто. — Пора?       — Ага, — парнишка, немного растерявшись, остановил взгляд на Итачи. — Надеюсь, теперь вы оба сможете быть счастливы.       — Надеюсь, что вы тоже, — добродушно отозвался с полуулыбкой юноша.       — Ну, мы пойдем тогда. Только… как нам выйти-то?       — Так же, как и пришли. Посмотри в зеркало.       Рвано вздохнув, протерев лицо, Наруто взялся за протянутую руку Какаши, подошел вместе с ним к зеркалу. Увидел их отражения в разбитом стекле — на миг. И почувствовал ладонь Итачи на своем плече.              Чернота. Он привалился к стене, ища опору, кашляя и часто моргая от всколыхнувшейся пыли. Зажегся свет — Какаши снова включил на телефоне фонарик.       — Ты тут?       — Тут, — хрипло отозвался Наруто, оглядывая темную ванную комнату. Без восковой грязи, без серого освещения… — Это наш мир, да?       — Надеюсь. Других вариантов у меня, по крайней мере, нет. Пойдем? Очень хочется уже отсюда уйти.       Парнишка угукнул и почувствовал, что Какаши снова взял его за руку и повел за собой, кажется, и не собираясь выпускать его этой ночью.       Они вернулись. Вернулись в тихое заброшенное крыло, с которого всё началось. В тот самый длинный коридор, где их подловил Какаши. Казалось, с того момента прошла целая вечность. Но… теперь они шли назад. Значит…       — Блин, через лифт этот опять ползти, — с досадой протянул Наруто: тело помнило этот ужас на грани обморока слишком хорошо.       — Я тебя подстрахую, не волнуйся.       — Да, знаешь… мне по сути уже вообще ничего не страшно.       Что-то странное ощущалось в груди, шевелилось за ребрами холодком. Пустота — и наполненность. Пустота утраты и наполненность приобретения.       — Спасибо, что пришел за мной, — рискнув, тихонько проговорил парнишка. Не проходило опасение, что всё изменится и вернется на круги своя, стоит им оказаться в привычных ролях, и общаться в таком ключе с Какаши станет больше нельзя. «Непрофессионально»…       Но мужчина в ответ вздохнул.       — Тут сложно сказать «пожалуйста». Наверно, я просто не мог поступить по-другому.       — А я, наверно, мог. Не знаю, правильно ли я вообще сделал, что пошел туда. Ну, сюда. Или ты был прав, и, типа, это был неоправданный риск для всех…       — А внутри как сейчас чувствуешь?       — Ну… Кажется, я чувствую, что… не мог поступить иначе. Тоже. Бросить его, зная, что ему плохо, когда его спасение зависело от меня…       — Этим всё и сказано. Выбрав другое, ты бы мог жалеть об этом всю жизнь. Не всегда правильные поступки идеальны с точки зрения безопасности и морали. По себе знаю…       — Ну, да, я так-то согласен… Хотя меня не покидает ощущение, что всё это — долгий упоротый сон, — парнишка с неверием ощущал пальцы доктора в своих.       — Всё может быть. Но я бы всё равно выпил, для профилактики.       — Я тоже… Или мне нельзя?       — Ну, если бы ты спросил, можно ли тебе лазать через шахту лифта в аварийное крыло, чтобы оттуда попасть в загробный мир и помочь там призраку, я бы тоже сказал «нет». Так что…              Часто и в более рутинной жизни путь обратно кажется намного быстрее и легче, чем путь в неизвестное место. Поэтому и теперь пролезть через шахту лифта не составило труда, особенно с помощью Какаши, который поддерживал и придерживал его во время перелазов. Они благополучно добрались до кабинета доктора, не попавшись никому на глаза. Санаторий мирно спал, будто этой ночью совершенно ничего не произошло.        Такого облегчения парнишка даже не мог ожидать. Совсем другим он представлял себе предстоящий день, когда он собирался заявиться к возлюбленному с самыми решительными намерениями. Он должен был нервничать и трястись… но вместо этого чувствовал, будто вернулся к себе домой.       К тому же, диван Какаши был раздвинут и застелен бельем: мужчина ведь сказал, что готовился ко сну.       — Вообще-то у меня завтра выходной, — сообщил доктор, пока Наруто мыл руки и лицо у раковины.       — А, да?..       — Угу. Мог бы домой спать поехать… Но остался, почему-то. Вообще, официально для самого себя, из-за тебя остался, — Какаши полез в ящики стола.       — Ого… Прям из-за меня?..       — Ну, да. Может, интуитивно, в большей степени. Предполагал, что ты придешь клипы смотреть, и мы задержимся.       Внутренности приятно горели от откровенного разговора, каких у них еще не было. Наруто прошел к дивану, огляделся, сдвинул немного простынь и присел, чтоб не пачкать белье, а мужчина вдруг хохотнул.       — Чего?       — Да у меня тут всё необходимое есть. Взял бы… если бы знал, что пригодится, — он держал в руках маленькую баночку.       — Что это?       — Лови.       Наруто поймал брошенную маленькую банку. И прочитал на этикетке, что это «универсальная смазка на водной основе».       Щеки вспыхнули. Произошедшее между ними там казалось чем-то далеким, нереальным… то ли сном, то ли действительно просто процедурой. Но… всё ведь было?.. Поэтому они оба сейчас здесь? И, наблюдая за мужчиной, он понимал… что они на полном серьезе переспали.       А Какаши, наконец, пришел к нему с бутылкой с оранжевым виски и двумя стаканами, потом донес уже знакомую начатую коробку конфет и набор симпатичных маленьких печенек разных форм.       — А я еще клип один вспомнил… Как раз на жесть всю эту похож. Очень похож, — пробормотал Наруто, рассеянно наблюдая, как мужчина разливает им выпивку.       — И ты хочешь посмотреть?       — Нет, нахрен надо. Я пока морально не готов туда возвращаться.       — Я тоже. Можно и без клипов, впечатлений хватит. А ты пил уже?       — Ну… не особо крепкое.       — Ладно, закусывай тогда… Ну, в любом случае закусывать надо, просто легче ничего у меня нет. Давай… — он приподнял стакан. — За… разрешение неоднозначных ситуаций.       — О, да. Хороший тост, прям в точку, — Наруто чокнулся об его стакан, глотнул. Алкоголь обжег язык и пищевод, но картинка почти сразу приятно поплыла, размывая границы реальности. Он взял печенье с шоколадной посыпкой, послушно закусывал, глотнул еще и выдохнул с улыбкой. На душе становилось легче. События ночи отодвигались всё дальше, на задний план, больше не давили, не причиняли той боли… Да и Какаши сидел рядом. И подливал им виски.       Стало хорошо. Очень тепло. Внутри. И снаружи. Лишние трезвые мысли ушли. И Наруто привалился к мужчине. Смакуя тепло его кожи через одежду. Внутренняя температура стремительно поднималась. Да и температура вокруг них, кажется, тоже.       Какаши обнял его одной рукой. Вдруг зарылся носом в волосы, и стало совсем горячо — в груди сладко защекотало. А верилось всё еще с трудом…       — Прости, что сделал больно, малыш, — промурлыкал мужчина, нежно целуя Наруто в висок.       — Ох… да ничего. Не специально же, ну… типа, другого варианта и не было…       — Не было.       Наруто потерся об его плечо. Поднял голову, проходясь носом по шее, нырнул под подбородок. Не дышал, но слышал дыхание возлюбленного. Дрожал. Потому что разделяющих их барьеров больше не осталось. Не было причин медлить. И руки Какаши гладили его по спине…       Громко вздохнув, парнишка отвернулся. Пьяно потянулся к столу, ухватился за свой стакан. Губы Какаши коснулись его шеи, и Наруто застонал, но сделал несколько обжигающих глотков виски. Облизнулся, чувствуя, как горит язык, как огонь бьет куда-то в голову, в лоб, отдается прохладой, от которой так приятно кружит…       Он перехватил взгляд Какаши. Потянулся, поймал его губы. Вздрогнул, фиксируя где-то в записной книжке трезвого сознания, что они целуются — по-настоящему. Мокро, широко… огненно, распаляюще. Он обхватил шею мужчины, бездумно, резковато водил пальцами по его волосам, не успевая отдавать себе отчет в том, что делает. Но он горел. И не хотел больше думать. Не мог. И Какаши уже стягивал с его плеч спортивную куртку…       — Сейчас ничего не болит? — спросил мужчина, и Наруто замотал головой.       — Нет, нет…       Он не хотел говорить. Он откинулся в сторону, на диван. Комната пришла в движение, потолок кружился. И Наруто хихикал сам с собой, приподнимая руки, ноги, помогая себя раздеть. Моргал — долгими паузами, видя над собой Какаши. Который уже вылез из футболки и расстегивал джинсы. Красивый… желанный. Хотящий.       Наруто жмурился, впитывая мокрые поцелуи. Ему было горячо. И хорошо. Рассеянно скользил пальцами по обнаженной коже любимого, тая от его тяжелого жара над собой. Задержал дыхание, когда в него вошли. Но проникновение было гладким, скользким, совсем другим. И Наруто развел пошире ноги, выгибаясь в руках мужчины. Собственный член тоже горел — наконец-то. И вздрагивал в ответ на прикосновения любовника.       Диван поскрипывал, внутри скользило, мужчина дышал над ним, а лицо горело…       Он улыбался. Растворялся, мурлыкал, целовал Какаши в губы, в лицо. Трогал его широкую спину. Раскрыл рот, громко, сдавленно задышал от ускорившегося темпа, от усилившегося трения. Поймал улыбку возлюбленного, заулыбался тоже, а сердце сладко сводило… потому что любимый человек смотрел на него с желанием. И трахал его, пылко и горячо…       Эмоции искали выход, нашли в негромком стоне. И оказалось это не так стыдно, как он думал, наоборот, Какаши это заметно бодрило. Он покусывал Наруто за подбородок, наращивая амплитуду, покрывал кожу поцелуями, поддерживая его голову. И иногда закрывал ему рот рукой, когда стоны переходили в крики.       — Тише, тише, всех разбудим, — смеялся Какаши ему на ухо. А Наруто мурчал в ответ, тоже прикусывал его за челюсть в порыве чувств.       Алкоголь бурлил в крови. Кипел. И реальность растворялась. Размазывалась. В одном сплошном удовольствии. В хлюпаньи смазки, во влажном трении тел, в причмокиваниях поцелуев…              Кое-как Наруто продрал глаза. Несколько секунд лежал, уставившись на непривычный вид: столик с бутылкой, стаканами, конфетами… Воспоминания восстанавливались, сметенные сном. Перевернувшись, он увидел в утреннем полумраке спящего Какаши.       Пахло потом, алкоголем… сексом. Во рту было горько, а задница ныла. Сев, парнишка почувствовал, что и голова кружится. Одеяло, да и постельное белье в целом странно ощущалось голым телом.       Он дотянулся до оставленного на столе телефона. Половина восьмого. Только тогда подумал: что было бы, если бы он попытался сделать фото в загробном мире? Получилось бы?.. Или это… был сон?.. Но…       — У тебя тоже внутренний будильник сработал?.. — пробормотал мужчина.       — Ага, он. Видимо… Думаю вот, может, это в твоих конфетах и чае что-то было подмешано? Ты меня накачал… и вот мы тут так и остались, с вечера.       — Какой я коварный. Прям злой гений, — по спине погладили пальцы, и Наруто обернулся. Какаши, помятый и сонный, улыбался ему. Подманил к себе пальцами. Парнишка хотел было приблизиться, но остановился, проходясь языком по зубам.       — Блин. Мне в рот будто кошки нассали…       — М, понимаю. Сейчас…       Неохотно, Какаши поднялся и слез с дивана. Дошел до раковины — голый и чарующе красивый. И Наруто заулыбался, медленно осознавая, что это — его любовник. Теперь…       А мужчина прополоскал рот и обернулся.       — Тут пенка есть, вместо зубной пасты. Освежись, будет получше.       Это было именно тем, что надо. Поэтому Наруто, ежась от прохлады, но не спеша одеваться, тоже с удовольствием выдавил побольше мятной пенки в рот, погонял ее между зубами. И, проделав так пару раз, почувствовал себя куда увереннее. Хотя бы изо рта вонять не будет…       Какаши же улегся обратно и укрылся, наблюдая за ним. Вопросительно кивнул:       — Ну, как?       — Ага, другое дело.       — Иди тогда сюда, не мерзни.       Вялое тело пробуждалось, а в мутной голове начало поблескивать осознание этих слов. Его звали. Потому что хотели. Потому что он был нужен. В кровати. Фантастические вещи произошли за одну только ночь…       Улыбаясь до ушей, Наруто залез на диван, но притормозил, засомневавшись.       — Только я потный и вонючий, вроде, ну…       — Да не страшно. Я, наверно, тоже.       — Типа, одно другим перебьет?.. — искушение было слишком велико, и парнишка нырнул под приподнятое одеяло, в ждущие его руки. Улегся на плечо к Какаши, предварительно получив мягкий поцелуй в лоб.       Это было странно. Всё было слишком странно. А начинать думать, чтобы разобраться во всей пережитой странности, было даже страшновато.       — Как себя чувствуешь? — спросил мужчина.       — Как будто меня трахали полночи.       Какаши посмеялся, чуть виновато, поглаживая его по руке.       — Ну, фактически…       — Да-да, фактически так и было.       — Болит?..       — Ну, так, ощущается как-то. Неприятно немного. Ну, может, это потому что я там грязный, ну…       — Вообще, я ночью всё протер. И тебя тоже вытер.       — Э… да?.. — парнишка действительно заметил на полу у дивана кучу влажных салфеток, когда вставал.       — Угу. Не помнишь?       — Неа.       — Ну, я тебя почистил. Внутри тоже. Ты прям весь мурлыкал…       По коже прошел огонек, и Наруто возбужденно, рвано вздохнул.       — Мм… От твоих пальцев?       — Угу. Так что, ты чистый, насколько это возможно.       — Ну, спасибо. Вы прям настоящий профессионал, профессор…       — Так-так, — Какаши постучал пальцами по спине Наруто. — Что за подъебчики пошли?       — Ну, а как вы хотели? — парнишка смущенно хихикнул. — Одно без другого никак. Да и… я чего-то в ахуе, немного.       — Из-за чего?       — Тебе список составить?       — Ну, полагаю, в нём у нас будет много общих пунктов.       — Ага. Мне вообще во всё это поверить сложно. Ну и… в это тоже. Наверно, поверю только тогда, когда мы это нормально сделаем, а не по пьяни или по требованию призраков…       Какаши посмеялся, и парнишка с удовольствием потерся щекой об его вибрирующую, теплую грудь.       — Думаю, может, это Саске всё так хитро придумал, м? А то б мне тебя иначе было на трах не развести.       — А, так это у вас квест такой был, да? Вот это вы здорово придумали. Хороший тамада, и конкурсы интересные.       — Особенно для моей жопы…       Наруто улыбался, слушая смех любимого, повел пальцами по его груди, обводя сосок. Сил смеяться почему-то не было.       — Ты какой-то тихий, — заметил это Какаши, и чуткость доктора даже в такой перемене приятно удивляла.       — Я был громким ночью.       — Это да. Ну, я это как комплимент воспринял, если что.       — Это и был комплимент. Мне было хорошо… Это, доктор, а у меня же встал вчера?       — Да. Ты даже кончил.       — Ого. Говорю же, вы профессионал. Починили меня, получается.       — Ага, теперь смогу тебе и инвазивную терапию проводить.       — Мм, это как?       — А так же — пальцами в попу. И изнутри буду тебе позвонки вправлять. Так даже удобнее получится. Тем более, негативно влияющие факторы мы убрали, теперь-то процесс восстановления пойдет активнее.       Наруто всё же хихикнул, поерзал, поцеловал Какаши в грудь. Зажмурился, когда пальцы мужчины приятно почесали его под подбородком, приподнял голову, заглянув любовнику в глаза. Какаши смотрел на него с уже знакомой внимательностью, словно считывая его состояние.       — Как ты? Физически, морально?       — Да так. Не особо. Не осознать пока всё это… А ты чего будешь делать? Домой поедешь, раз выходной?       — Ну, есть такой вариант, что я останусь тут. С отчетами закончу, над бумажками посижу. Может, Цунаде меня наконец похвалит. Статью допишу, материалы для новой искать начну, мне как раз один призрак подсказал хорошие идеи… — мужчина зачесывал его челку со лба назад, и глаза блаженно прикрывались.       — Как много планов на один день… Домой совсем не хочется?       — Там пусто. А вечером зайдешь ко мне на чай. Скажем так, поработаем над осознанием…       — Мм…       — Угу. В душ предварительно сходим. И обсудим, что считается «унизительным», а что — нет.       Под кожей щекотал огонек. Нетрудно было догадаться о чём речь, если вчера Наруто назвал попытку сделать ему минет унизительной…       — Ну… это в целом не унизительно, просто смотря в каком контексте. Ну… — пробормотал парнишка, начиная плавиться под горячим взглядом любовника. — Но я бы… это… ну…       — Не отказался проверить опытным путем?..       — Да. Именно.       — Вот так. Хоть ожил немного, — Какаши нежно поглаживал его по пылающим щекам, его взгляд был мягким, и верилось в него с трудом.       — Я думал, ты будешь делать вид, что ничего не произошло. Ну, типа, после того, как мы вернемся… — признался Наруто с горечью.       — Ну, нет. Это было бы отвратительно по отношению к тебе.       — А так оно ведь… «непрофессионально», типа того.       — Ну… — мужчина развел руками, не найдясь с ответом. — Это не всегда получается. И не всегда от нас зависит.       — Ну да. А так, ты вообще еще долго собирался ломаться и динамить меня? Ну, если бы не это всё…       — Гм… — Какаши со смущенной улыбкой взъерошил его волосы. — До тех пор, пока ты мой пациент.       — То есть, до моей выписки?       — Угу.       — Ну, и супер! — обрадованный Наруто, осмелев, перекинул ногу через ноги мужчины, прижимаясь плотнее. — Значит, после выписки можем встречаться официально?..       — Официально лучше пока не надо, малыш, — он трогал мочку уха парнишки. — Есть нюансы… Ты иди на завтрак, я тоже попозже спущусь.       — М, так будем шпионами? Потому что «нам есть, о чём молчать»? — несмотря на некоторую категоричность в решениях, этот откровенный разговор Наруто нравился.       — Угу. Будем молчать.       Парнишка приподнялся, потянулся к возлюбленному: внутри приятно сжималось от приближения к его красивому лицу. По рукам прокатились мурашки, как в первый раз, когда их губы встретились. Наруто звонко чмокнул его пару раз и не удержался:       — Блин, я так давно хотел поцеловать тебя…       Вместо ответа Какаши обхватил его лицо и притянул обратно, залезая ему в рот языком.              Перед завтраком Наруто всё же зашел в палату, чтобы переодеться. Открывая дверь, он ощутил внутри восторженный подъем — по привычке, уже собирался было раскрыть рот и торжественно объявить…       Но в палате было пусто. Шторы так и задернуты с ночи. И обе кровати пусты.       Улыбка сошла с лица. Наруто прошел вперед, до кровати у левой стены. В непривычной тишине спящей комнаты. Внутренности сдавило так сильно. Он сел… и заплакал, согнувшись, спрятав лицо в ладонях.       Вот, что было не так этим утром. Пустота. И тишина. Вместо небрежно-веселого: «Ну как? Потрахались?»       Он рыдал как ребенок, раскачиваясь, будто пытаясь сам себя успокоить. Подавленные эмоции выходили наружу. Весь пережитый страх. Вся душевная боль. Шок от близости смерти. И от внезапного, практически вынужденного сближения с Какаши…       Уткнувшись в подушку соседа, всхлипывая, Наруто обнаружил кое-что еще. Подушка не пахла. Потому что сам Саске ничем не пах. Потому что не был физическим… А как же он пах, когда был живым?..       А еще вещей друга в палате не было. Никаких и никогда. Даже одежды. Кроме, видимо, «фантомной», которую он надевал.       Но…       Шмыгая, вытирая лицо футболкой, Наруто сунул руку под подушку. И… нащупал под ней книгу.       «Зов предков». Потому что «Зова Ктулху» не было…       Открыл ее, нашел на форзаце карточку из библиотеки. «Игенбургский интернат». И ниже — список имен. Тех, кто брал книгу… С замирающим сердцем Наруто отыскал глазами последнюю строку. «Учиха Саске, 2014 год».       Громко всхлипнув, парнишка прижал книгу к груди.       Всё было. Всё было…       Заставив себя стряхнуть нападающую апатию и переодеться, Наруто всунул книгу в свой рюкзак, как единственное материальное напоминание о Саске, и пошел в ванную, чтобы умыть лицо, да и в целом привести себя в порядок перед выходом в люди. Путь в одиночку смутно тревожил, но…       Но ведь ему впервые ничего не угрожало. За ним больше не вели охоту монстры из Межмирья. Больше не считали его вкусным, не преследовали… Больше не будет страшных рож в окнах. И не будет капающей воды, потому что Итачи не нужно с ним контактировать…       Он открыл воду в раковине, всё равно чувствуя себя слишком одиноко: друг часто сопровождал его в санузел. И просто стоял у двери… Не принимал душ, не мыл руки, не ходил в туалет… Но и одного его присутствия Наруто было достаточно.       Плеснув водой в лицо, он поднял голову… и вскрикнул, отшатнувшись.       Из зеркала на него смотрел Саске. Стоя позади, за спиной. Рефлекторно Наруто обернулся, но сзади, естественно, никого не было.       — Фух, блин! — парнишка снова повернулся к зеркалу, где друг усиленно махал ему руками, привлекая внимание. — Ты меня напугал, я чуть не обосрался!       Саске на это посмеялся — Наруто не слышал его смех, но хорошо видел мимику. Потом друг сложил руки перед лицом, в жесте, просящем прощения, и парнишка тоже усмехнулся, смахнув проступившую слезу.       — Ладно, ладно… Я не ожидал просто. Теперь буду знать, что скримаки никуда не делись…       Заметив, что друг странно щурится и вопросительно кивает, Наруто повторил медленнее и четче:       — Скримаки, говорю, никуда не делись. Ну, скримеры. Понял?       Теперь Саске закивал утвердительно, улыбаясь, и показал пальцами маленький отрезок.       — Что, чуть-чуть, да? — хихикнул Наруто. — Капельку призраков-скримеров, чтоб не расслаблялся?       Саске снова кивнул. Потом провел рукой по волосам и указал на парнишку.       — Ага, вижу… Спасибо, — Наруто смочил руку водой и пригладил топорщащиеся волосы. — Мы бухали вчера ночью, блин. Отмечали спасение двух призраков-инцестников, — его и самого пробивало на смех от вида веселья друга. Который вздернул брови в вопросе и сделал понятный жест, ударив ладонью по кулаку. Наруто смущенно засмеялся, опустив взгляд, трогая льющуюся из крана струю воды. — Да… Всё у нас было. Еще раз. И вечером еще будет. Он меня на свиданку в кабинет пригласил… Да-да, трахаться будем. Только неофициально, ну. Никто знать не должен. Ага, спасибо.       На душе стало тепло и от этого подобия разговора. Саске показывал ему большой палец, явно очень довольный и гордый за успехи своего друга.       — А вы-то там как? И как тебе на новом месте?       Он сосредоточил всё внимание, считывая по губам, мимике и активным жестам рассказ Саске, из которого сделал вывод, что братья там тоже зря времени не теряли.       — Ну, супер, супер, веселитесь. Я, в принципе, не удивлен, что эти чепушилы не понимают, чем вы там занимаетесь. У них-то наверно всё уже отвалилось…       В маленьком помещении звучал только его смех. Как и раньше только его слова повторялись эхом. А Саске безмолвно хихикал по другую сторону отражения.       — Блин, я рад тебя видеть, — пробормотал Наруто. Поднял руку, прислонил к зеркалу. Губы дрогнули, когда Саске, приблизившись, проделал то же самое. — Реально. Очень.       Друг вздохнул, потом изобразил, что потирает глаза, и проговорил губами:       «Только не реви».       — Не буду. Постараюсь, — парнишка шагнул назад и выключил воду. — Там идет кто-то, шаги слышу. Увидимся тогда позже?       Саске показал ему привычный знак «ОК» и исчез.              На завтраке, набрав полный поднос, чувствуя пробудившийся аппетит, он сел за стол к парням. Тоскливо понимая, что у него больше нет необходимости быть «Швейцарией», стремящейся сохранять нейтралитет… Или же, наоборот, он остался ей навсегда. Потому что с самого начала принял сторону, которую никогда не предавал, но которой, по сути, и не существовало. И не было никакого негласного противостояния...       Шикамару, видимо, уже считая своим долгом ежедневно информировать Наруто о его состоянии, сообщил:       — Бляха, ты выглядишь так, будто бухал до утра.       — Да, так всё и было, — невинно пожал плечами Наруто, отламывая вилкой кусок оладушка. — Бухал. И трахался.       — С втулкой?..       Но, на секунду подумав о прическе Какаши, парнишка выпалил:       — Нет, блин, с ершиком!       И захохотал, истерично, едва не подавившись, так что Киба снова покрутил пальцем у виска, как самый адекватный из собравшихся.              Пройдясь по утренним процедурам, Наруто немного посидел над накопившимися уроками. На этот раз — за столом в палате. Общества ему не хотелось, даже хомяка. Да и с библиотекой, и в целом с третьим этажом его пока связывали не самые приятные воспоминания.       Потом ему позвонили родители. Казалось, что он не видел их целую вечность. Да и прошла целая вечность… нового опыта, новых впечатлений. О которых, правда, он не мог им рассказать.       Поэтому, закончив разговор, парнишка почувствовал себя совсем одиноко в нависшей тишине пустой палаты. И, понадеявшись, что не помешает, пошел к единственному близкому человеку, который у него здесь остался.              Постучав, он заглянул в кабинет.       — Господин, к вам можно?       Вид у Какаши был довольно скучающим: доктор сидел за столом, подперев голову, и постукивал ручкой по столешнице.       — Сейчас не часы приема, — серьезно проговорил он, так что вошедшего Наруто аж прибило к земле, обдав холодком. Но мужчина повернул голову и хмыкнул. — Да шучу. Испугался?       — Чего ж вы так любите меня пугать… — выдохнул парнишка и запрыгнул на массажный стол. — А я там Саске видел.       — Где?       — Да в зеркале. Поболтали немного, насколько это получилось… Я тебя отвлекаю?       — Ну… ладно. Всё равно нихрена не понимаю, чего она хочет… — процедил Какаши, постучав колпачком ручки по листам, и поднялся из-за стола. — И чего Саске?       — Спрашивал, как дела, да и своими радостями поделиться хотел. Короче, призраки эти стремные, которые невинных жрут, вообще на потрахушки никак не реагируют! Не соображают, типа, прям в комнату к ним вошли и в стену втыкали…       — Мне кажется, они скорее на животных похожи, которыми движет инстинкт. Вряд ли их интересует что-либо моральное…       — Или аморальное, гм.       — Или аморальное, — Какаши повесил халат на спинку стула и подошел к Наруто, встал перед ним, обдав огоньком. Сердце сладко ёкнуло, и парнишка с улыбкой обвил бока возлюбленного.       — Какой красивый доктор пришел меня лечить.       — Угу, — мужчина, смущенный, но и явно обрадованный комплиментом, поцеловал его в щеку, а потом в другую.       — Мур… А халат зачем? Ты ж выходной.       — Привычка. И сосредоточиться в нём легче на рабочих делах.       — Мм… Но без него тебе лучше, — Наруто с упоением гладил его по спине, задрал голову, принял поцелуй в губы. — Кстати, родители сказали, что заедут сегодня, во второй половине дня, меня навестить.       — Замечательно.       — Угу. Скажу им, что и ты на месте, пусть поспрашивают у тебя, как продвигается наше лечение… — Наруто пискнул, потому что любовник ущипнул его за живот. — Ай! Щекотно… Ладно-ладно, отсиживайся тут… Я просто к тому, что вряд ли они прям до вечера тут пробудут. Ну, наши планы это не отменяет, как бы…       — Не отменяет, конечно, — пальцы Какаши нырнули в его волосы, массируя затылок, и Наруто громко вздохнул, зажмурился.       — Блин, кайф какой…       — Это дополнительная опция, помнишь?       — Да, да, конечно, практичный доктор. Ночью с вами буду расплачиваться за все ваши дополнительные опции…       — А ты взбодрился, м? Отпускает потихоньку?       — Да. И с Саске увиделись. И с родителями поболтал. И в столовке даже оладьи вкусные были…       — Ну, могу поспорить, что я жарю оладьи лучше, — произнес Какаши, целуя его в шею.       — Охх, ты умеешь жарить оладьи? — Наруто подлез под его футболку, скользя пальцами по теплой коже. — Или это… как его… аллюзия?.. Или аллегория…       — Нет, я про обычные оладьи. Я вообще готовлю весьма неплохо.       — Ого, как круто. Я бы хотел заценить.       — Заценишь. Когда выпишешься, — мужчина облизнул его под подбородком. — Вот только насчет твоих родителей… Вряд ли они будут рады мне в такой роли в твоей жизни.       — Ну, не знаю. Так-то, они тобой восхищаются. Ну, как врачом. Столько трындели про тебя… Может, скажут, что у меня губа не дура?       — Думаешь? Это, конечно, приятно, но мне кажется, они решат, что я развратил их сына.       — Ну, скажем, что это я тебя развратил, потому что так и было, по задумке. А тебе пришлось поддаться, потому что иначе меня бы сожрали монстры в призрачном мире.       — О, да, они поверят, — Какаши посмеялся: ослепительный и греющий. Солнце…       — Не, ну… Не обязательно же с порога говорить, что мы прям это… прям всё серьезно. Начать издалека. Так, типа, дружить начали…       — Ну да. Дружить. И ты поедешь ко мне ночевать чисто по дружбе.       — Чтобы клипы смотреть?       — Конечно. Буду показывать тебе клипы. И трахать всю ночь, — от горячих слов Наруто быстро задышал, выгнулся в обнимающих руках, чувствуя отчетливое шевеление внизу — заработало всё исправно. — Ну, не всю ночь, это фигура речи…       — Да я понял. Трахай. Хоть всю ночь. Хочу к тебе домой. Чтобы не сдерживаться. Чтобы ты меня не затыкал… уф…       — Хорошо, — его губы влажно проходились по щекам. — Ночью буду жарить тебя, а утром пожарю тебе оладьи.       — Мяу…       — Тогда и дома буду ночевать чаще. С тобой. Только ты же в школе учишься, да? — Какаши прижал его к себе, прислонился подбородком к его лбу, почесывая между лопатками. — Это только в выходные получится. Или ты на домашнем обучении?       — Пока на домашнем, но там дальше посмотрим. Может, если не будешь засиживаться на работе, сможешь по вечерам ко мне заезжать, м? И будем трахаться в машине, — говорить пошлости было потрясающе хорошо. Намного лучше, чем про эти пошлости шутить. Да и от любовника он чувствовал ответное пламя, которое согревало и распаляло.       Какаши игриво прищурился.       — А я смотрю, ты планируешь прям плотно взяться за инвазивную терапию?       — О, да, я уже за нее плотно берусь, — и Наруто, проверяя свои возможности, взялся за его член, щупая твердость сквозь джинсы. Мужчина рвано вздохнул ему в шею, и парнишке это понравилось. — Мне очень хочется трахаться. С тобой.       — Это хорошо. Хороший показатель…       В окно стукнуло, и Наруто неохотно скосил глаза, но никого там не увидел.       — Рановато…       — Что?       Стук повторился. «Тук-тук».       — Да это. Детишки. Гулять зовут, видимо…       — Придется им подождать. И, вообще, лучше бы им не подглядывать…       — Вот-вот, — игнорируя звуки, Наруто зарылся носом в шею любовника. — Давайте позже? Я занят, у меня консультация с доктором. Так что вы там говорили? «Хороший показатель»?       — Да. Значит, дела улучшаются. И твое состояние тоже. Раз желание растет. Секс, кстати, тоже для здоровья полезен…       — Супер, тогда именно так и объясним моим родителям причины перехода на интенсивную инвазивную терапию, — Наруто притянул любовника к себе за шею и жарко поцеловал в губы. Занырнул в рот языком, дрожа от влажных встреч с его языком. Развел ноги шире, подпуская мужчину предельно близко. Спустил руки, взялся за зад Какаши через джинсы, крепко сжимая…              Дверь открылась без стука.              — Ты опять взял не ту папку! Я же сказала: слева, а не…       Шизуне застыла в дверях. Бумаги выпали из ее рук, отдельные листы разлетелись и опускались, плавно покачиваясь.       Воздух прорезало молнией.       Какаши резко обернулся.       — Какого… Подожди, — он примирительно поднял руку, словно пытаясь успокоить напуганное животное. — Послушай…       Женщина так и стояла, раскрыв рот.       — «Послушать»… что? Давай. Всем будет интересно… послушать, — на ее лице вдруг всплыла улыбка. Хищная. — Доигрался? Это конец.       Она стремительно хлопнула по карманам, видимо, ища телефон. Не нашла. Быстро развернулась. И выскочила за дверь.       — Твою мать, сука… стой! — Какаши тут же сорвался за ней.       А Наруто сполз со стола, как в замедленной съемке.       Голова плыла. Внутри разливался холод. Немая паника.       Он даже не подумал о том, чтобы закрыть дверь. Не думал, что кто-то может войти.       … стормозил…       …вот, зачем они стучали…       Что теперь делать?..       Но, уловив краем глаза движение, Наруто повернул голову. И встретился взглядом с Саске — в отражении, в зеркале над раковиной возле двери.       Друг кивнул ему, очень решительно, и показал пальцами «ОК». И исчез.       В одну секунду до него дошло.       — Подожди! Саске! — он пулей выскочил за дверь. Увидел в коридоре бегущего Какаши. И Шизуне, которая свернула на лестничную площадку. — Стой! Не надо!..       Мужчина затормозил, обернулся.       — Саске… — только и выдохнул Наруто.       Они слышали топот каблуков по лестнице. И — грохот. Протяжный женский крик. Который быстро смолк.       Стало тихо.