Ещё одна история

В Ильверморни в начале ноября из Англии прилетело несколько гневных писем: от Батильды Бэгшот и из банка Гринготтс. Мол, некий Гарольд Чарльз Эванс, будущий лорд рода Принц, подвергся смертельной опасности в стенах школы, где должно быть наоборот безопасно. Письма доставили директору Мартинес. Женщина, прочитав имя, достала списки первокурсников и пыталась понять кто мог быть этим самым наследником Принцев. Но за всё время у них только один ученик действительно находился на грани жизни и смерти. Ошибки быть не может, но сомнения закрались. Розмари поручила Аманде Рид, как декану, узнать о родословной своего подопечного, пока она, отлучившись в Лондон, будет разбираться с ситуацией. Гоблины были недовольны, что только-только получивший на возрождение род чуть не потерял эту возможность, а Батильда чисто по-человечески негодовала. В школе должно быть безопасно и точка. Что они делали с ребёнком, что магическая связь опекуна и опекаемого орала магловской сиреной? Старая ведьма и гоблины угрожали международным скандалом, который Розмари не был нужен. Именно поэтому пришлось ехать самой и договариваться. Остановившись в одном из отелей магловской части Лондона, директор следующим днём поспешила в банк. Сложнее всего было объяснить гоблинам, что происходит. С взволнованными бабушками и дедушками у неё был опыт общения, потому Батильда казалась лёгкой задачей. Однако стоило только зайти в банк, как двое неизвестных мужчин подхватили её под руки и быстро увели в один из коридоров. Прикинув, какие заклинания можно использовать, уже была готова атаковать, как один из незнакомцев бросил: — Если хотите, чтобы ваш ученик не пострадал, тихо следуйте за нами. Поджав губы, пришлось поддаться. Хотя вся история с этим Эвансом ей уже не нравилась. Они зашли в кабинет, где их уже ждал гоблин и Батильда, а с мужчин, стоило закрыться двери, спало оборотное. «Похитители» оказались Люциус Малфой и Северус Снейп, уважаемые в некоторых кругах фигуры. Снейп же был куда более известен Розмари, так как несколько раз публиковал свои исследования в области зельеварения. Её связали двумя Непреложными обетами и кровными клятвами. С одной стороны, думала Розмари пока завершался кровавый ритуал, с неё не требовали ничего сверхъестественного, только молчать и не лезть не в своё дело. С другой стороны, какое право они имеют так с ней обращаться? Может проще было в международный скандал? Но если мальчика так охраняют, значит он или влиятельная фигура, или у него слишком много врагов, а гоблинам зачем-то нужен наследник Принцев. — Что вы знаете о Гарри Поттере и Волдеморте? — спросила Батильда, отпуская гоблина. Им надо было поговорить, а потом уже взымать компенсации. — Избранный и второй Тёмный Лорд двадцатого века? — нахмурилась Розмари, садясь около старушки. Вспомнились газеты десятилетней давности. В них говорилось, что Волдеморт умер. Его победил годовалый малец, Гарри Поттер. Единственный выживший в Хэллоуинскую ночь в доме в Годриковой впадине. Директор рассказала всё, что знала и помнила. Её тогда не особо заботили беды островного государства. Ведь за его пределами влияние Тёмного Лорда не распространялось. Возможно, угрожай он реально целому миру, как некогда это делал Геллерт Грин-де-Вальд, она бы проявила больше интереса. Её тогда заботило повышение и полученная должность директора Ильверморни, чем какая-то гражданская война далёких земель. Однако, стоило ей закончить, как подал голос Северус Снейп и ошарашил всей историей противостояния Пожирателей Смерти и Ордена Феникса. Ещё один Непреложный и все собравшиеся узнали, как он шпионил для двух господ. Когда речь зашла о Дамблдоре, монолог зельевара прервала Бэгшот, выдавая некоторые тёмные подробности жизни и деяний «Великого Светлого». Лишь Люциус молчал (Мартинес уверена, тот тоже обвешен Непреложными или ещё какими клятвами, как ёлка в Рождество игрушками), потягивая чай и заполняя какие-то пергаменты. — И причём тут Гарри Поттер и Гарольд Эванс… Минутку. Голова трещала от обилия информации и казалась квадратной. Вместо мозгов — вата, а мысли ощущались неподъёмными валунами, что еле-еле катились в гору. Но что-то искрило и мелькало, ниточка так и манила своим концом, стоило только схватиться и потянуть. Комната погрузилась в молчание, давая Розмари уложить всё по полочкам. Батильда попросила гоблинов о чашке чая, и те (удивительно, как они с ней были милы) без колебаний предоставили несколько чашек и чайник с превосходно заваренным ассамом. Розмари, кивнув с благодарностью, обхватила чашку ладонями и сделала пару глотков. Её взгляд блуждал по кабинету, а мысли старались проследить за мелькающей ниточкой какого-то осознания. — Наследник Слизерина говорил на змеином языке… Зееуст… Эванс… Ваша подруга тоже Эванс. Маглорождённые… — подняла взгляд на Северуса директор. Зельевар кивнул. — Мальчик, который пострадал в Хэллуоин, Гарольд… — она вскочила на ноги, забыв о чашке в руках. Реакция Люциуса, взмах палочки и никто не пострадал от пролитого чая и разбившейся чашки. — Вы хотите сказать, что Гарольд Дурсль и есть Гарри Поттер? Ваш герой? Ребёнок?! Вы прячетесь за спиной ребёнка?! — Милая, побойтесь Мерлина, — подскочила Батильда, схватив женщину за ладони и мягко сжав их. — Мы наоборот не хотим, чтобы он пострадал. — Вы ненормальные! — выдернув руки, со злостью обвела каждого взглядом. — Вы хотите вырастить его у нас, и отправить сражаться с вашим Лордом? Вы хотите, чтобы я помогла вам вырастить мальчика на верную гибель? — При всём уважении, леди Мартинес, — впервые подал голос лорд Малфой. — Вы же умная женщина, перестаньте идти на поводу у эмоций. Подумайте ещё раз. Первая вспышка гнева прошла. Раскрутив ситуацию, приложив всю имеющуюся информацию, Розмари действительно увидела всё, как оказалось, с верной стороны. Мальчика охраняли, его вывезли из Англии, дали другое имя… Даже дважды! Приписали к другому роду, чтобы сложнее было найти. Заменили магического опекуна, переписали ему биографию и родословную и всё для того, чтобы… защитить? Розмари несколько раз похлопала глазами, пытаясь обернуть в эту мысль всё сказанное и услышанное. — Вы уверены, что сможете и дальше водить магическую Англию за нос? И ведь появился второй Избранный, разве нет? — усмехнулась Розмари. — Его вы спасти не хотите? — Он не нужен Волдеморту. Лорд шел за Поттером и жаждет смерти Поттера, — уверенно произнёс Малфой. — Дамблдор вышел на семью Дурслей. Мы не знаем, где Тёмный Лорд и каковы его планы, а потому просим вас… — начал Снейп, но Розмари подняла руку, прерывая его. — У меня нет любимчиков, но раз здесь замешены двое «Великих», так и быть, — вздохнула женщина. — Но, если вы втянете в свой конфликт моих колдунов и ведьм, я без раздумий выдам одной из сторон мальчика. Вам ясно? — Просто присмотрите за Гарри… — устало выдохнул Снейп. В его словах и интонации столько неприкрытой боли и нежности, столько призрачной надежды и обманутых ожиданий, что сердце Розмари сжалось. Теперь ясно, о каком наставнике с уважением и гордостью упоминал Гарольд. Мартинес заглянула в глаза Снейпа. Тот понял намёк и ослабил свои ментальные щиты, давая взглянуть в воспоминания. Розмари неспешно гуляла, читая эмоции и чувства мужчины к своему подопечному. Тот его любил так же крепко, как и Лили Эванс-Поттер. И был готов пожертвовать собой, лишь бы уберечь от планов двух безумцев, что решили поиграть в войну. Возможно Малфой и Бэгшот из-за каких-то корыстных побуждений ввязались в эту авантюру, но Снейп… Точнее Северус Принц действительно пытался защитить своего наследника ради него самого. — Хорошо. Беру на себя шпионов Дамблдора, если те покажутся в школе или её окрестностях, — помочь «отцу» прикрыть дитя? Почему бы и нет. — Спасибо, — одними губами произнёс Северус. Они ещё немного обсудили детали общего дела и разошлись. В итоге пришлось выплатить гоблинам за потраченное время и нервы круглую сумму, но ту взял на себя Люциус. Серьёзно, Розмари вообще не понимает, что скользкий павлин забыл среди этих людей. Уже был глубокий вечер, когда она вернулась в стены родной школы. Женщина глубоко вздохнула и расслабилась. Розмари и не понимала, как была напряжена и сосредоточена всё это время, будто ожидала удара в спину. Она установилась у змеиного дерева, желая насытится от него силой и энергией. Мартинес любила это место, как и Ильверморни в целом. Ей нравилась история создания школы, история рода Салазара Слизерина. Давно от матери она слышала, что в Англии нашёлся наследник Слизерина, действительно тёмный маг. Мать подозревала, что тот так углубился в тёмные искусства, что это отразилось на его внешности и разуме, мол, раньше он был вполне привлекательный мужчина, а стал монстроподобным существом. В первое время, будучи ребёнком, она хотела познакомиться с ним, но потом повседневная жизнь и обрывки слухов с Англии отбили желание. Розмари знала о Волдеморте поверхностно, а недавно узнала всё… — Помогите нам, Основатели, — сложив ладони перед собой, склонила голову Розмари. — Вы вернулись, директор Мартинес? — Аманда скорее всего дежурила неподалёку и увидела её в окне. — По поводу Гарольда Чарльза Эванса… Как обычно, профессор не любила тянуть и ходить вокруг да около. Ей дали задание, она его выполнила, вот результат. Всё просто. — Это было сложно, потому что такой ребёнок по магловским документам не существует. Однако… — Розмари вскинула руку. Призывая к тишине. Аманде Рид потребовалось около трёх дней, чтобы разузнать что-то. А наёмники Дамболдора и Волдеморта всё ещё не могли найти мальчишку? Это было смешно. Это же он нужен им. Так почему… — Волдеморт не ищет его… — прошептала себе под нос директор в испуге. — Потому что уже нашёл? Но как? Это значит, что где-то среди учеников или профессоров скрывается тот тёмный маг? Где-то в стенах её школы есть смертельная опасность для детей, а она и не подозревала? — Директор? Вы бледны… Директор Мартинес! — Рид в один прыжок оказалась рядом с директором, и вовремя подхватила оседающую на пол женщину. — Розмари! Роза! Да очнись же ты… Аманда никак не могла дозваться до потерявшей связь с реальностью директора, и поспешила унести её в комнату Розмари. После этого вызвала целителей, а сама осталась ждать, пока той не станет легче. Аманда Рид с детства мечтала быть мракоборцем, как отец и брат. Она отдала всю себя мечте, но случилось, что случилось. В шестидесятые группа магов держала в страхе жителей Америки обоих миров. Вместе с маглами они ловили сектантов, что смешивали религиозные и магические ритуалы, устраивая кровавые жертвоприношения. Общими силами им удалось найти и накрыть сектантов, но случилось страшное — вмешательство в ритуал и откат. Вместе с несколькими магами им удалось подавить последствия ритуала, но по Аманде прилетело сильнее всего — её магическое ядро треснуло и чуть не раскрошилось. Её отстранили от активной службы и стали выплачивать пенсию, сослав в архив. После она познакомилась с Розмари, которая тогда была деканом Пакваджи и помощником директора. Женщина искала нового учителя заклинаний. Школьный и академический уровень магии Аманда могла поддерживать без вреда для своего магического ядра. За плечами Рид был неплохой опыт, и она могла научить нужным в жизни заклинаниям малышню. Позже к ним присоединился и Ларри, старший брат, что решил присматривать за своей периодически слишком импульсивной сестрой. Сначала мужчина вёл факультатив для старших курсов по физической подготовке для поступления в академию мракоборцев, а после занял место профессора защиты. Брат и сестра Рид считают, что обязаны своим мирным и неплохим денькам Розмари, а потому присматривают за ней, словно за названной младшей сестрой. И стоило Аманде заикнуться, что директор слаба, как Ларри тут же оказался у дверей вместе с кучей восстанавливающих зелий и материалов для ритуалов, что могли бы помочь поставить на ноги. К счастью, Аманде удалось убедить мужчину, что Розмари всего-то переволновалась. На следующий день целительница Морган доложила Аманде, что её подопечный, Гарольд, полностью здоров и его можно выписывать. И всё бы ничего, но Рид не нравилось, что из-за него вообще поднялся весь этот переполох. Поэтому решено было оставить мальчика под предлогом дальнейших выявлений скрытых последствий странного происшествия на некоторое время. Это давало возможность выяснить, что за херня тут происходит. Ближе к обеду пришла в себя Розмари. Позвав чету Рид, как тех, в ком она уверена. Совершив ритуал хранителей секретов (со временем он перестаёт действовать, когда тайное становится явным), Мартинес рассказала, как обстоят дела. Поделилась своими переживаниями по поводу залётного в их школу шпиона Тёмного Лорда и опасности, что он представляет. Возможно он стоит за тем, что мальчик чуть не умер. Ларри согласился с предположением. Он помогал Аманде искать информацию о Гарольде Чарльзе Эвансе и наткнулся на сведенья, что несколько лет назад на Гарри Поттера нападал неизвестный тёмный колдун. Это могла быть одна и та же личность. Искать шпиона решили сверху вниз. Сначала профессора, потом работники, седьмые курсы и так далее… Розмари будет вызывать к себе на разговор, подмешивать Веритасерум в чай. Ларри будет на для страховки, а Аманда стоять за дверью и в случае чего задержит негодяя. — Только без геройства, — чуть ли не хором приказали и попросили подруга и брат. Аманде пришлось только согласиться. Так в течении оставшегося месяца Мартинес вызвала к себе большинство тех, кто был в злополучный праздник в школе. Из профессоров оставалась небольшая горстка. И женщина надеялась разобраться с ними до Рождества. Последним на разговор она позвала профессора Доминика Вайсмана. На него падало больше всего подозрений, так как он попал в школу вместе с Гарольдом. В средине декабря она вызвала Доминика. Всё шло как обычно. Чай, зелье, чуть больше, чем обычно, вопрос, что он делал в Хэллоуинскую ночь. Доминик рассказал о ритуале обращения. Розмари осела в кресле, а Ларри вышел из укрытия, шокированный. Она позвала Аманду в кабинет. Разговор с профессором магловедения и введения в магический мир был самым долгим и самым сложным. Доминик признался во всём: он тот самый Тёмный Лорд, он разорвал свою душу и теперь её сшивает, он охотился за Гарри Поттером, он встречался с ним много лет спустя. И обо всём рассказал мальчишке в школе. Чай заменили на напитки покрепче. Розмари говорила медленно, подбирая слова. Она была скованна несколькими Непреложными, что были обращены на защиту ребёнка. Женщина была осторожна, но не чувствовала нарушений обета, и в итоге поделилась всем, что знала. Основатели ей в свидетели, она поверила, доверилась Ужасу Магический Британии. — Вы поступили очень мудро, директор, — играясь огневиски, улыбнулся Том. — Грюма поручу своим последователям. Надо заявить о себе и вернуть псину Альбуса домой. Аманда расхохоталась. Ей начинал нравится этот скользкий ублюдок. Ларри цокнул языком, недоверчиво покосившись на мужчину. — А что с мальчиком и великими планами по захвату власти? — бросил он. — Сейчас меня интересует возвращение осколков и обращение Нагини, — сжимая зубы, признался Лорд. Ему было нелегко спустя столько лет посвящать кого-то в свои планы. Но эти маги могли бы стать неплохими союзниками и поделиться нужными знаниями. Враждовать с ними он не хотел. — Путешествуя по Англии, видел достаточно, чтобы понять, что их магический мир скоро будет разрушен, — сладко улыбнулся тёмный маг. — И тогда явитесь вы во всей своей красе? — догадалась бывшая ученица Рогатого Змея, Розмари. — Драматичное появление. — Люблю театральность, — пожал плечами Том. — Мы не будем помогать в твоей войне, Реддл, — выплюнул Ларри, а после, скрепя сердцем, сказал. — Но я помогу Гарри подготовиться к возможным действиям старика. — Мы все поможем, — кивнула Розмари. Сейчас она видела того наследника Слизерина, о знакомстве с которым грезила в детстве. Её небольшая фанатичность, возможно, не давала довольно чётко мыслить, но этого хватало, чтобы отдавать себе отчёт в решениях и их последствиях. Она будет помогать, пока это не навредит вверенным ей волшебникам. — О большем и не прошу, — согласился легко маг. — Могу передать Гарри наши планы? — Что ты вообще хочешь с ним делать? — недобро сверкнула глазами декан Дома мальчика. — Помочь раскрыть таланты и уберечь от Дамблдора, как и любой наставник, — Реддл внезапно засмеялся. — Он назвал меня Злым Волшебником когда-то очень давно и привязался. Кто ж знал, кто ж знал… … чем в итоге это всё обернётся. Они накидали примерный план действий и стали обсуждать текущие учебные вопросы. На носу было Рождество, Зимний бал и неделя Знакомства. Ежегодная неделя Знакомства, в которую курсы от первого до четвертого знакомились с разными профессиями мира магии. В школу приходили целители из больницы, мракоборцы и авроры, зельевары и артефакторы, изготовители палочек, спортсмены и многие другие. А также бизнесмены, что вели дела в обоих мирах. Это помогало школьникам после завершения учёбы не тыкаться вслепую после выпуска, а иметь представление, чем они могут заниматься в дальнейшем. Старших же водили на экскурсии по различным местам, а более заинтересованных брали на недолгие стажировки, чтобы они могли опробовать себя в понравившихся профессиях. Конечно, на опасные занятия, вроде исследования недавно найденных захоронений древних магов, не брали, но вот в безопасном кабинете посмотреть, как изучают останки — пожалуйста. — А твой наставник точно не сможет прийти? — канючила Лесли, подсаживаясь к Гарри за обедом. Мальчик вздохнул. Он был бы рад позвать Северуса, но боялся отказа, а потому ему не писал. Но как же хотелось показать всем, какой классный мужчина был специалистом. Коди, Оливер и Джерри внимательно посмотрели на Гарри, в ожидании, что скажет их друг. — Позовите его, Дурсль, — профессор Вайсман оказался за спиной внезапно. Школьники вздрогнули, обернувшись на мужчину. Тот ехидно улыбнулся. — Но разве это не… — ребёнок запнулся, подбирая слова. — Уверен, у нашего общего знакомого достаточно дел, чтобы он не был заинтересован в отлучке твоего наставника, — похлопав мальчишку по плечу, и почувствовав неприятное жжение, профессор удалился. Надо было что-то делать с этой мерзкой невозможностью прикасаться к подростку. Тактильность помогла бы Тому расположить к себе Гарри. Мужчина заметил, что тот был не прочь получать более активные проявления похвалы за свои успехи. Застал как-то в коридорах, как Саймон трепал парнишку по голове, отмечая удачное выполнение домашнего задания. Гарри тогда сиял, как новенький котёл. — Гарри, — заныла Лесли, за что получила тычок от Джерри. — Не дави, а? — шикнул однодомовец. — Я напишу ему, — кивнул уверенно Гарри. И тем же вечером отправил птицу Драко, мысленно извиняясь за привлечение возможного внимания. Но всё обошлось, ведь Гарри не знал, что Пожиратели смерти неплохо так пошумели на Косые аллеи. Теперь Министерство Магии Англии знало, что Волдеморт вернулся и у них было достаточно работы, чтобы подумать, что за планы у Тёмного Лорда и рассчитать, какой будет следующий шаг мага. Дамблдор отозвал Грюма и теперь тот выслеживал Тома Реддла. Потому за завтраком Гарри получил ответ от Драко. Тот его поразил. Они умудрились протащить в школу магловский телевизор и пытались заставить его работать. Но техника не подчинялась из-за большого количества магии вокруг. И небольшая группка учеников Хогвартса пыталась решить эту проблему, но выходило у них так себе. В письме было послание и от Северуса, который сказал, что с удовольствием посмотрит на школу. А ещё жестко отчитал за утаивание столь серьёзного покушения на свою жизнь. Как Северус узнал об этом, Гарри не представлял. Но стало так стыдно перед наставником, что кусок в горло не лез. — Ты чего? — поинтересовался Оливер, заметив перемену настроения соседа. — Я не писал наставнику об… Ну… Лазарете, — сгримастничал Гарри. — Ты серьёзно?! — взвизгнула Лесли. — Ты совсем не понимаешь, как он бы волновался, не узнай! А если бы… На глазах девушки блестели слёзы. Она удушающий прижала к себе мальчика, приговаривая, какой тот идиот. — Судя по тому, что я знаю, — задумчиво протянул Коди. — Этот тип тобой очень дорожит. Зря ты так с ним. — Тебе, к слову, привет от Принцессы, — попытался перевести тему Гарри. И успешно. Джерри подключился и стал выпытывать, что за «Принцесса» такая. И Коди пришлось весь оставшийся завтрак рассказывать, без обличающих фактов. Вскоре всё внимание компании переключилось. Остановил шумный разговор приближающийся урок. Ведь ребятам надо было ещё разойтись по классам. В обед прилетела первая в жизни Гарри кричалка, очевидно, сделанная не без помощи Хейлов. Петунья и Вернон ругали Гарри за скрытие своего состояния. Хоть отец и использовал крепкие слова, не предназначенные для детских ушей, однако Гарри сидел с широкой счастливой улыбкой. Друзья думали, что это от нервов, а мальчик был рад. Он сомневался в том, что Дурсль-старший принял его, как сына. А тут вот, подтверждение на лицо. Также родители потребовали, чтобы он писал хотя бы пару раз в неделю, потому что «та безобразная крыса Безумца» уже не трётся у их порога. Весь остаток дня мальчик чуть ли не летал, ощущая тепло родных. Тем же вечером отправил домой эмоциональное письмо. Кажется, даже Мики был рад, что не придётся лететь через океан.