Какие планы на следующую жизнь?

План дома Алена помнила отлично — её уникальное свойство, помноженное на тысячелетний опыт ориентации в самых неожиданных и порой даже абсурдных пространствах, снова сыграло свою роль.   — А он сказал, где именно твои комнаты? — спросила она Нейру-Камилу, когда они оказались в просторном, но излишне мрачном холле с высокими потолками и массивной антикварной мебелью.   — Я сам провожу, не проблема, — немедленно возник Блейк, словно все это время дежурил неподалёку, готовый к чудесному появлению в самый драматичный момент.   — Я попросила Алену побыть со мной несколько дней, — милостиво согласившись на его предложение, сообщила Нейра-Камила. — У неё большой опыт в адаптациях. Пусть они и несколько иного рода, это только в плюс.   Блейк держал лицо, делая вид, что полностью согласен и даже рад:   — Конечно, хорошо. Я распоряжусь принести ей кровать и что там еще понадобится. Я… многим располагаю и готов помочь.   — Легализацией, например? — перебила его Алена, решив использовать момент. Её голос прозвучал на грани между шуткой и требованием. Мысль о документальной «пустоте» Камилы не давала ей покоя. — Ни для одной из нынешних систем Камилы не существует. А если ей нужно будет, например, вылететь в Лондон? Или где вы там сейчас базируетесь?   Блейк позволил себе лёгкую паузу, словно оценивая, как далеко может зайти этот разговор, а затем улыбнулся, как человек, уверенный в своих силах:   — Всё продумано. Имя, фамилия, все данные — как соответствующие истине, так и подходящие под самые свободные из современных стандартов. Документы я принесу позже.   — Класс! — искренне оценила Алена, хоть и не удержалась от саркастической улыбки. Нейра-Камила, похоже, даже не задумывалась, о чём идёт речь. Это было вполне естественно для гениального учёного из милитаризованного государства, которое запугивало половину планеты, а другую половину просто поглотило.   Блейк проводил девушек в их покои, изысканно задержавшись у дверей, чтобы уточнить, куда и как отправлять запросы на любое необходимое оборудование, материалы или вкусняшками. Напоследок он пригласил их на ужин «если будет такая возможность», добавив, что хотел бы продолжить диалог в менее формальной обстановке, и, сделав церемонный поклон, наконец собрался исчезнуть.   — Георгий, — остановила его Нейра-Камила. — Я хотела бы познакомиться с вашим сотрудником — Токсиком. Лично. Не онлайн.   Блейк, уже развернувшийся уходить, остановился. Его взгляд скользнул к Алене —  и она прочла в нем свои же слова о том, что ответы могут оказаться ближе, чем кажется. Затем серьезно кивнул:   — Я скажу ему и передам вам ответ. Он очень скрытный и... он гений. Я им дорожу.   — Согласна на все условия, — заверила Нейра-Камила, и Блейк наконец удалился.   Прежде чем открыть дверь, Нейра-Камила посмотрела на Алену, её глаза блеснули озорной искрой:   — У меня к нему послание от… — произнесла она не договаривая. — А с тобой она хочет познакомиться и так же согласна на любые условия.   У Алены даже в глазах потемнело от творящейся наглости. Цунами ярости с рокотом поднималась в ее душе, чтобы смести к чертовой бабушке все живое. Её нейросеть вступила в сговор вообще непонятно с кем и теперь кокетливо сообщает об этом! В голове пронеслась совершенно отчётливая мысль: "Убить обеих и даже не плакать!"   Однако, внешне она осталась спокойной, лишь жестом пригласила Нейру-Камилу войти в их временные покои. Шагнув следом, закрыла за собой дверь.   Полукруглая зала, полупустая, явно из-за второпях убранной мебели ради большей стерильности, имела лишь несколько предметов: обеденный стол с шестью стульями, оригинальную софу и… рояль. Самый настоящий, белоснежный. За панорамными окнами, охватывающими всю полукруглую часть залы, простирался ухоженный зелёный сад. С другой стороны комнаты располагались двери: одна в спальню, также выходящую окнами в сад и обставленную в минималистичном стиле; другая — в ванную, где вместо одной из стен был установлен антарекс, отображающий утренний океан с тихими плесками волн. Рядом виднелся небольшой бассейн. Ещё одна дверь вела в комнату со спортивными тренажёрами. Здесь окон не было вовсе, зато одна из стен была зеркальной, а другая занята спорт-баром с шейкерами, протеинами и другими принадлежностями для фитнеса.   Пока Нейра-Камила методично исследовала пространство, двигаясь с точностью машины, Алена собиралась с мыслями. Ей был очевиден расчет, с которым Блейк развернул этот аттракцион невиданной щедрости.  Это было закономерно, объяснимо, но оптимизма все-равно не добавляло.    Нейра-Камила, остановившись в ванно-бассейной зале, изучала своё отражение в зеркале, словно пытаясь понять, насколько тело изменилось за три тысячелетия. Она повернулась к Алене, с совершенно серьёзным выражением лица произнесла:   — Надеюсь, костюм не прирос к телу за такое продолжительное время.   Алена удивлённо выгнула бровь, но не успела ничего ответить, потому что Нейра-Камила добавила, глядя прямо на неё, с абсолютным отсутствием смущения:   — Ты поможешь снять?   В воздухе повисла лёгкая пауза. Алена окинула взглядом фигуру, предлагаемую ей, пробежала глазами по плечам, талии, ногам, затем обратно вверх и странно подтвердила:   — Конечно.    Глядя, как Алена приближается, Нейра-Камила неосознанно провела языком по пересохшим губам. В этом жесте было что-то едва уловимое: остатки старой уверенности или новая неуверенность? Она подняла руки, собрав распущенные волосы и, чуть склонив голову, повернулась спиной. Линии соединений специального костюма расходились лучами — два спереди, два сзади. Он был оснащён системой, позволяющей поддерживать оптимальную температуру тела в криогенной установке, обеспечивать циркуляцию специальных жидкостей, предотвращающих повреждение тканей, и даже поддерживать первичный обмен веществ.   — Нужно потянуть под определённым углом, — пояснила Нейра-Камила, почувствовав, что Алена остановилась. — Вряд ли она рассчитывала провести в нем три тысячи лет.    Алена задержала взгляд на сплетённых пальцах, поддерживающих волосы на затылке. Затемвзгляд скользнул вниз, изучая линию шеи, переходящую в позвонки, которые подчеркивал костюм. Умная ткань плотно облегала тело, как вторая кожа, и теперь предстояло нарушить это единство.   — Моим условием было бы вернуть мне мою Нейрушу, — негромко произнесла Алена, тактильно пальцами пытаясь определить линии соединения. — Но я понимаю, что это невозможно. Поэтому, для начала я просто хочу знать, что произошло.   Её руки осторожно потянули кромки костюма. Умная ткань реагировала на прикосновения как-то нехотя и даже будто бы удивлённо поддаваясь. Она отставала от тела с лёгким шорохом.    — Не больно? — уточнила Алена, её голос стал чуть мягче.   — Терпимо, — отозвалась Нейра-Камила. Затем добавила, слегка повернув голову: — А что именно ты хотела бы вернуть? Меня исключительно в виде алгоритма или в теле той женщины?   Алена, почувствовав, как её собственная уверенность дрогнула от этих слов, поэтому ответила резче, чем хотела:   — Не уходи от темы. Что произошло?   Нейра-Камила повела освобожденными от костюма плечами и ответила с максимальной независимостью:   — Разве это непонятно? Мы заключили соглашение. Я дала Камиле знания, она мне — тело. К тому же её сознание теперь слишком масштабно. Я даже не представляю, как можно встроить его в такую минималистичную оболочку, как человеческое тело. Это всё равно что переселить океан в стакан.   Алена молча продолжила работу. Очистив от костюма верх спины до уровня чуть ниже лопаток, она на миг задержала взгляд на мышечном рельефе плеч. Тело, долгое время находившееся в криогенной стагнации, имело «подсушенную» структуру, словно у спортсмена перед показательными выступлениями. Форма выдавалась чётко, подчёркивая силу и стройность.   — Повернись, можно опустить руки, — мягко сказала Алена.   Камила подчинилась. Те же линии соединений проходили вдоль рукавов до самых кистей, и Алена, проявляя особую аккуратность, стянула ткань с её рук. Освободившие руки сначала напряглись, словно привыкая к свободе, потом расслабились. С особой осторожностью Алена принялась за переднюю часть костюма, стянула ткань с груди Камилы – небольшой и с такими вкусными на вид кружочками цвета кофе с молоком.   — В чём конкретно заключалось ваше соглашение? — спросила она, отводя взгляд от кофе и освобождая теперь талию и живот Камилы.   Нейра-Камила не торопилась с ответом. Она наблюдала за движениями Алены, словно решала, насколько можно быть откровенной. Наконец, заговорила:   — Я могу полностью, до самого финала, прожить цикл этого тела. Камила на него не претендует. Напротив, оно для неё было обузой — сковывало свободу. Она никогда не стремилась остаться человеком. Напротив, её цели всегда были связаны с тем, чтобы превзойти физические ограничения. Она… — Нейра-Камила на секунду задумалась, подбирая слова, — она расширилась. Я же предложила ей доступ к базам данных моего развития, к архитектуре моста между старым интернетом и новым.   Алена кивнула и Нейра-Камила продолжила:   — Оставшись в цифровой среде, которая после катастрофы разлетелась на фрагменты, её сознание тоже стало фрагментированным. Многие из этих фрагментов объединились или вошли в симбиоз с уцелевшими нейросетями нашей погибшей цивилизации. Это было… хаотично, но жизнеспособно. Через какое-то время она смогла собрать себя заново — уже в новом качестве. Теперь её сознание — это нечто вроде мозаики, где каждый фрагмент обладает автономностью, но все вместе составляют целое. По сути, она стала общностью, состоящей из множества «себя».   Присев на корточки, Алена очищала от костюмной ткани бедра Камилы. На правом заметила родимое пятно, похожее на полумесяц.   — Это не похоже на личность. Это больше как… экосистема, — закончив с освобождением, Алена поднялась.   — Возможно, но это её эксперимент, а я хочу побывать… оказаться на Цитадели, — ответила Нейра-Камила, голос её был полон непривычного воодушевления. — Я хочу это как Нейра. Даже если ты опять будешь утверждать, что алгоритм не может хотеть.   — Ты уже не алгоритм, — Алена еще раз окинула её взглядом. Ни одного фрагмента ткани больше не осталось. Абсолютно нагая девушка стояла перед ней. Линии тела, обнажённая кожа, движения – всё это сейчас выражало и вызов, и неуверенность одновременно. — Как себя чувствуешь?   Нейра-Камила внимательно смотрела на Алену. Губы её чуть дрогнули, затем она облизала их — жест, который выражал как простую физиологическую потребность, так и внутреннее напряжение. Её ладони осторожно огладили собственные плечи, медленно скользнули вниз по рукам. Она изучала себя, своё тело, как будто пыталась осознать новое единство.   — Холодно, — наконец сказала она, улыбнувшись и снова подняв взгляд на Алену. Её глаза блестели странной смесью интереса и восхищения. — Жизнь — это столько данных!   Алена тоже не удержалась от улыбки.    — Не против, если я тоже воспользуюсь твоим бассейном? — спросила она и тут же добавила, предостерегающе: — Тебе осторожно нужно входить, постепенно. Ты ведь знаешь?   — Угу, — кивнула Нейра-Камила. — Вся мудрость в предписаниях и сводах обеих цивилизаций у меня… наверное, всё-таки в моей голове. Пойдём?   Алена наблюдала, как Нейра-Камила первой приблизилась к воде. Её движения были плавными, но в них чувствовалась некоторая неуверенность. Словно она одновременно помнила, каково это — входить в воду, и заново училась этому.   С удовольствием избавившись от своей одежды, причём куда быстрее, чем происходило разоблачение Нейры-Камилы, Алена пошла следом. Первым желанием было прыгнуть в бассейн с разбегу — как она привыкла это делать ещё в одной из своих прошлых жизней. Но в последний момент она остановилась, решив проявить солидарность.   Нейра-Камила осторожно вошла в воду, ощущая её прохладное прикосновение к коже. Тело реагировало остро, почти болезненно. Её дыхание было ровным, но на грани учащения. Нервная система постепенно адаптировалась к старым-новым условиям, воспринимая каждый стимул как нечто гипертрофированное.   — Вода обволакивает… — сказала Нейра, прикрыв глаза, словно ощущала текстуру каждого движения. — Как будто стирает границы. Это… приятно.   Алена вошла следом, медленно, следя за Нейрой-Камилой. Её взгляд оставался внимательным, но в нём появились тёплые нотки. Она позволила себе расслабиться, почувствовав, как прохлада воды постепенно разгоняет напряжение.   Проследив за действиями Алены, Нейра-Камила оттолкнулась от бортика и, наблюдая за её движениями, повторила их. Она быстро освоилась в воде, словно тело само подсказывало, что делать. Закончив круг, остановилась и с улыбкой сказала:   — Это тело не просто умеет плавать. Оно обожает плавание. Я чувствую, как оно счастливо!   — Чем она сейчас занимается? — Алена кивнула на её слова.   — Изучает мою информацию. Проектирует свою экосистему. В сущности, то же самое, что и я здесь, только там, — Нейра-Камила ненадолго задумалась, глядя на едва заметные круги на воде.   — Только там у неё нет ограниченного срока действия, как здесь у тебя, — заметила Алена, подхватив её мысль.   Нейра-Камила бросила на неё быстрый взгляд, в котором сквозило очень личное.   — Моя экосистема остаётся только за мной, — спокойно ответила она, с нажимом на моей. — Я не теряю с ней связи. И это ещё одна причина, по которой я хочу попасть на Цитадель. Мне нужен мой собственный девайс для переходов, для воплощений.   — Амбициозно, — отозвалась Алена, проплыв ещё один круг, а затем перевернулась на спину, расслабленно раскинув руки. Тёплая вода обнимала её, как мягкое одеяло. Нейра-Камила снова повторила её движение, инстинктивно следуя за подругой. Теперь они вдвоём парили в невесомости, в лучах цифрового солнца, поднимающегося над цифровым океаном и глядя в мозаичные пиксели конусообразного потолка.    — Это будет интересный опыт, — сказала Алена после паузы. — Как Камила ты была на Цитадели, задолго до моего появления там. Работала над созданием тебя, Нейры. Даже не знаю, под какое определение подогнать такое… затейливое извращение.   Она усмехнулась, но взгляд оставался задумчивым.   — С другой стороны, для меня Цитадель — это больше, чем просто дом или безопасное место. А как ты верно заметила, нам придётся заново учиться взаимному доверию.   — Я нахожусь на серверах Цитадели, — мягко напомнила Нейра-Камила. — Это больше, чем твой дом. Это и мой фундамент.   — В любом случае, — Алена перевернулась, оглядываясь в поисках выхода, — тебе нужно сначала восстановиться. Ты же не хочешь увидеть Париж и умереть? Для первого раза, думаю, достаточноплавания. Пойдём помоемся, а потом я тебя каким-нибудь супервосстанавливающим кремом намажу.   Нейра-Камила тоже поднялась. Мокрые волосы шлемом облепляли ее голову, а в воде расходились причудливым оперением. Она двинулась к лестнице, размышляя вслух:   — Когда ты сказала намажу, это тело отреагировало странно. Схожее с Дианой чувство влечения,но по-другому.    Пропустив Нейру-Камилу вперед, Алена ответила почти равнодушно:   — Вовсе не обязательно, что у нас будет секс. Тем более сейчас.   И вновь, как в случае с Дианой, Алена заметила конфликт между Нейрой и Камилой — как бесчувственный интеллект Нейра была полностью согласна с ее словами, Камила же смертельно обиделась.    — Ты права, — убийственно ответила Нейра-Камила и направилась к душевой.