Ни любви, ни тоски, ни жалости

Ощущаю себя так, словно в каждом ухе разорвалось по гранате. Звенит настолько сильно, что нестерпимо хочется где-то спрятаться, сбежать. Но звенит-то не в пространстве, а у меня внутри. Боль адская. Как символично! Меня же превращают в адское существо, так и должно быть, видимо. Звон в ушах постепенно стихает и где-то со стороны я слышу свой собственный крик. А на фоне, словно сквозь туман: — Ты что наделал, идиот? Теперь точно шкуру сдерут!!! Это же Гарри Поттер! Ты кого обратил вообще, ублюдок?!!! Как этот кретин героический здесь вообще оказался? Второй не отставал, что-то обвинительное выкрикивал своему товарищу. Но я уже не слушал. Вспомнил Кэрроу. И стал осматривать свои руки, трогать лицо, голову. Всё в порядке. Не до конца обратили, видимо, или не сразу эти признаки проявляются. Таааак. Вот эти красавцы сейчас мне очень пригодятся. Их перепалка мне как раз на руку. Бросаю в каждого остолбеней и, наконец, поворачиваюсь к Драко. — Драко, хороший мой (Боже, откуда эти слова. Никогда не думал о нём в таком ключе. Впрочем, всё потом), некогда объяснять. Сейчас я перенесу тебя к родителям, мой эльф о вас позаботится. Просите всё что угодно, кроме выхода из моего дома — эту просьбу он не выполнит. Наберитесь терпения и дождитесь меня. Сейчас, я верю, всё уже будет хорошо. Хлопок, и мы в моей прихожей. Тут же материализуется Кричер. Передаю ему Драко и снова возвращаюсь в этот филиал ада. Беру за руки двух бравых парней, до сих пор лежащих на полу и снова переношусь в родной дом. Есть время их обо всём расспросить, пока не поднялся переполох. Левитирую обоих (и откуда столько силы-то?) на второй этаж, в свою комнату. Укладываю на кровать и заклинанием испаряю всю их верхнюю амуницию. Передо мной предстают двое похожих мужчин. Миловидные брюнеты с волнистыми волосами и большими карими глазами. Что ж, неплохо. Накладываю на обоих мощное связывающее и снимаю остолбеней. Парни смотрят на меня в ужасе, хлопают глазами, безмолвно открывают и закрывают рты, не в силах ничего вымолвить. — Что ж, друзья, в ваших интересах со мной сотрудничать. Отвечаете, быстро, чётко, говорите подробно обо всём, что известно — остаётесь целыми и невредимыми. Сопротивляетесь — буду действовать по обстоятельствам. Итак, что это за притон и что там делали с заложниками? — А не много ли ты хочешь, чмо геройское? — Флиппендо! — на щеке этого экспрессивного смельчака образуется очень глубокий порез, практически до скуловой кости. Страшный визг закладывает уши. — Продолжаешь в том же духе, и то же самое произойдёт с твоим языком. И тогда говорить будет только твой напарник, так как ты уже не сможешь. Понял? — парень кивает, — Будешь слушаться? — снова кивок. Я залечиваю глубокую рану. Некрасивый шрам останется — целитель из меня так себе. — Слушаю, дорогие, рассказывайте! Парни, на удивление, слаженно начали свой рассказ. Два брата из французской глубинки — Михаэль и Даниэль, приехали в Британию в надежде на лучшую жизнь. Даниэль сквиб, поэтому их семья была в немилости. Оба находились на домашнем обучении. И если Михаэль обучался магии, то Даниэль только маггловским наукам. Уже в Британии они услышали о заговоре сквибов. Стало интересно, познакомились с этой шайкой мятежников. Их предводитель — Антуан сразу расположил к себе. Он очень обаятельный, обладает какой-то внутренней магией притяжения, хоть и сквиб. Антуан работает в министерстве каким-то мелким клерком. Ему бóльшее и не нужно — главное втереться в доверие и крутиться возле нужных людей. Он стал одним из самых близких друзей Кингсли. И эта своеобразная резервация — его идея. «Зачем занимать место в Азкабане и кормить их из государственного бюджета? Пусть лучше послужат на благо родине». Как именно послужат, в подробности предприимчивый сквиб не вдавался. Лишь мастерски убедил министра, что через несколько месяцев никто не узнает бывших узников — он их обработает так, что они сами с радостью будут служить отечеству верой и правдой. Кингсли и рад, что нашёлся человек, готовый взять на себя всю волокиту с бывшими пожирателями. А у него и без этого забот хватает в полуразрушенном войной государстве. План же Антуана был до гениальности прост. Он как-то давно увидел репортаж про магловских военных. Их регулярно накачивали какими-то веществами с целью превратить в мощную боевую машину. Человек становился орудием. У него не оставалось ничего человеческого, и врага этот воин разбивал так, что поле боя превращалось в кровавое месиво. В том репортаже показали картину, как такому воину в бою оторвало руку, а он даже не заметил. Продолжал бежать и перебивать тех, на кого был запрограммирован. Конечно, спустя некоторое время он упал замертво от потери крови, но урон врагу успел нанести колоссальный. Антуана это поразило до глубины души, и он задался целью создать такую армию и прийти с её помощью к власти. И тогда уже сквибы будут править магами. И никто не посмеет их больше притеснять и ущемлять. Повезло, что в их немагической группировке оказался маг Михаэль. Братская солидарность сподвигла его на этот шаг. Вместе они разработали заклинание и создали вещество, которые при попадании в человека, превращают его в такое вот орудие убийства. И чтобы он мог послужить подольше, даже при потери какой-то конечности — разработали контрольное заклинание, которое достаёт наружу всю его демоническую сущность. Ведь, как известно, в каждом человеке есть частица от ангела и от демона. И силу набирает та сторона, которую мы кормим. Кормим своей энергией. Я слушал с интересом и поражался гениальности этих людей. — Итак, контрольный вопрос: что сейчас со мной? — меня повеселил появившийся ужас в глазах ребят. — В-вы част-тично обратились. Внешность не п-поменяется. Но в-внутри… — Вам нужен сдерживающий фактор, который будет всегда рядом. У вас есть любимая девушка? — сквиб, видимо, был смелее своего брата мага. Выпалил это на одном дыхании. А я задумался. Вспомнил Джинни. И меня резануло, словно по живому. Кулон. Ещё одна загадка, с которой предстоит разобраться. И я грустно выдохнул: — Нет. — Это осложняет ситуацию. Нужно срочно найти такого человека. — Спасибо вам, друзья, я подумаю над этим. А сейчас у нас задача со звёздочкой. Нужно обо всём рассказать министру. Так, чтобы он поверил. Готовы? Братья дружно кивнули — Простите, развязать пока вас не могу. Держитесь. — Я схватил их за руки и перенесся в хол Министерства. Мы шли к кабинету министра, по прежнему держась за руки (путы на ногах у парней я убрал), а все в изумлении таращились на нас. Не меньшее изумление отразилось на лице Кингсли, когда я ввалился к нему без стука со своими уже добровольными пленниками. — Кинг, срочный разговор, бросай всё, запри дверь! Вопрос жизни и смерти Британии! Министр прислушался и сделал всё, что я велел ему. И сейчас уже второй час мы пьем чай с практически оглушенным ужасающими новостями министром. Братья дали Непреложный обет, что будут сотрудничать с нами против своего бывшего босса. На срочном собрании со всем авроратом был разработан план поимки преступников и нейтрализации демонов. Те, кого обратили, жить полноценно уже, к сожалению, не смогут. Скорее всего, останутся там же, в резервации и будут обеспечены комфортными условиями проживания. План пришёл в действие, операция началась. Мучительные два дня ушли на поимку и нейтрализацию всех. Вернулись мы совершенно обессиленные. Братьев я пригласил к себе домой. И вот мы сидим в гостиной большой и дружной компанией. И, наконец, посвящаем Малфоев во все подробности произошедшего. Старшие члены семьи были шокированы, но рады, что всё благополучно завершилось. А младший огромными глазищами в ужасе уставился на меня. Меня так тронул этот взгляд. — Драко, что случилось? — Т-ты теперь демон? — голос дрожит, срывается. Я по-доброму усмехнулся: — Наполовину. Чтобы демоническая сущность не поглотила меня, мне нужен сдерживающий фактор — любимый человек, который будет питать меня своей чистой любовью. Ты готов? — я всего лишь хотел подшутить над Драко, таким он был шокированным. И от того выглядел безумно милым. — Готов! — а вот теперь голос уверенный, волевой. Это не тот нежный и пугающийся Драко Малфой. Это решительный человек, который горы свернёт на пути к цели. Я сам иногда таким же бываю. И вот сейчас, в это самое мгновение я сижу и не верю своим глазам, своим ушам. Драко? Готов?! Теперь уже я уставился на него. В мерцающей тишине потрескивал камин и сияли серебристые глаза. Я только сейчас осознал, насколько они красивые! Боже, Драко! Я чувствую, как мои глаза наполняются слезами радости, умиления. — Вы нас извините. Дом и эльф в вашем распоряжении, а мы пойдём, — я обратился к притихшим присутствующим, взял Драко за руку и увёл в свою спальню. Мы проговорили всю ночь в объятиях друг друга. Это был первый наш разговор, не считая многолетних школьных оскорблений и тех нескольких слов, что я сказал тогда, в резервации. Драко оказался невероятно интересным собеседником. И у нас нашлось столько всего общего, словно мы были созданы друг для друга. Наверное, так и было. Я рассказал про кулон, подаренный Джинни, а Драко попросил показать его. Как хорошо, что Кричер его не уничтожил. Увидев артефакт, бывший слизеринец сразу понял, что это. Всё таки, среда, в которой человек рос, очень сильно накладывает отпечаток. Драко часто бывал в Лютном с отцом, а потом уже и с друзьями. Повидал много артефактов. И этот, в том числе. Кулон, ослабляющий волю. Не приворот, конечно, но действие подобное. Пока его носишь — ты практически лишён своей воли, и тобой управляет тот, кто его подарил. — Вот чертовка! Надо бы мне наведаться к Уизли! — Ты забыл про свой сдерживающий фактор? Никуда один не пойдёшь! — Драко рассмеялся, стискивая меня в объятиях. Я поцеловал нежную щеку и кивнул. Ещё не всё закончилось. Следующий день обещал быть тяжёлым. ***** Уснули мы только под утро. Поэтому открыл я глаза, когда солнечное марево уходило за горизонт. Волшебный нежно-багряный закат освещал комнату, а под боком, свернувшись в комочек, тихо посапывал Драко. От умиления слезы выступили на глазах. Я не мог налюбоваться. И тут это нежное создание заворочалось. Я погладил его по волосам, пропуская нежный шёлк сквозь пальцы. — Сколько времени? — на этот сонный голос с нежной хрипотцой моё тело отреагировало мурашками и возбуждением. Я чуть отодвинулся, чтобы не пугать Драко своей выпуклостью. Вызвал темпус. — Восемь часов вечера. Успеем к Уизли? — Я и в три часа ночи могу туда заявиться. Не вижу необходимости проявлять тактичность к тем, кто хотел подчинить моего любимого! Мееерлин, как же я был счастлив! Драко даже не представляет, что со мной делает такими словами! Я не выдержал и стиснул его в объятиях так крепко, что, казалось, могу сломать его хрупкие кости. Но это он только с виду хрупкий. На самом деле, неизвестно, кто ещё из нас сильнее. У меня даже дыхание перехватывало от его мощных объятий. — Отпускай меня, герой-любовник. Пора собираться, тебе предстоит тяжёлый разговор. А мне — твой тыл прикрывать. Это, знаешь ли, тоже непросто. Несмотря на то, что надо мной дамокловым мечом лежал разговор с Уизли, я чувствовал себя необычайно счастливым. Собирались мы в приподнятом настроении и вскоре шагнули в камин. Гостиная в Норе встретила нас пустотой. Неужели никого нет дома? Я осмотрелся, взял Драко за руку и повёл наверх. Все комнаты были пусты, кроме одной. Из-за приоткрытой двери проскальзывала полоска желтоватого света. Я заглянул. Джинни лежала на кровати лицом в подушку, по которой огнём разметались шикарные рыжие волосы. Слышны были тихие всхлипывая. — Джинни, — тихо позвал я. Девушка подняла красное с разводами мокрых дорожек лицо. Я почувствовал жалость. Но сзади мою руку сжимала нежная ладошка, и это ненужное чувство мгновенно испарилось. Я медленно потянул из кармана цепочку. Вытащил украшение с таким видом, будто держу что-то грязное. Джинни побледнела. — А теперь ты расскажешь, где это взяла и зачем на меня нацепила. Хотя, о последнем я догадываюсь, но хочу услышать от тебя. Заходи, Драко, — И снова обратился к бывшей девушке, — Вот и мой любимый человек хочет послушать твой увлекательный рассказ. Теперь красивое бледное лицо Джинни пошло красными пятнами. — Как? — только и смогла она вымолвить и так и осталась сидеть с открытым ртом. — Рассказывай, Джинни! Иначе я кулон зачарую и ты получишь такой откат, что до конца жизни не оправишься. Заливаясь слезами, несчастная девушка рассказала, как она тщетно пыталась привлечь внимание любимого, но такого неприступного героя. Который ведь совсем недавно, казалось, любил её. До войны с Волдемортом встречался с ней, целовал её. Правда, она не замечала одной важной детали — он сам ничего и не делал. Это она его целовала. Это она с ним встречалась. А он просто равнодушно принимал. А потом и вовсе забыл об этих отношениях. А Джинни ведь любила. Она не могла так просто отпустить. Отчаявшаяся девушка гуляла по Лютному переулку. — Чего грустишь, милая? — раздался вдруг скрипучий голос. На Джинни добрыми глазами смотрела древняя старушка, — Обидел кто? Расскажи, попробую твоему горю помочь. Негоже такой красавице печалиться. Как приятно, когда кто-то проявляет заботу, участие. Хочется довериться такому человеку, вручить ему в руки свою жизнь. — Бабушка, эх, если бы можно было сделать так, чтобы меня полюбил тот, кто в сердце моём уже много лет, — тяжело вздохнула рыжеволосая красавица. А старушка глядит на неё хитро, щурится. — Есть у меня один способ. Не приворот, нет. Средство одно. Оно просто подтолкнёт его к тебе. А дальше он сам осознает, что ты любовь его. Жить без тебя не сможет. Не дешёвое оно, но того стоит. У Джинни загорелись глаза. Конечно, она не смогла удержаться и купила это безобидное украшение. С Гарри ведь ничего не случится, правда? А в её жизнь воплотится такая желанная мечта! Я сижу ошеломлённый, Драко успокаивающе гладит меня по голове. А Джинни заливается слезами. — Гарри, она ведь не со зла. Она совсем юная, страдала, любви хотела. Смотри, как она сейчас раскаивается. Я удивлённо перевожу взгляд на своего мудрого возлюбленного и в очередной раз убеждаюсь в правильности своего выбора. — Он прав, Гарри! Я не хотела зла. Обманула меня бабка. Я же думала, что если чувств у тебя ко мне нет совсем, то и кулон не подействует. Мне же любовь твоя нужна была, а не бесчувственная мумия, следующая за мной тенью. Прости меня!!! — она снова заходится в рыданиях. — Ты знаешь, Джинни, а ведь вчера ещё была война. Снова. Понимаешь? Одно зло искоренили, и эта победа открыла дорогу другому злу. Может быть, ещё более страшному, кто знает, что бы было, если бы оно успело набрать силу. Мы, можно сказать, на корню подавили его. А сколько сил на это ушло! — девушка успокаивается, — Весь аврорат на уши подняли. Всем составом! Ты знаешь, кто был там? — Джинни с интересом слушает. Слезы высыхают. — Симус. Он спрашивал про тебя. Завтра я приду в аврорат, поблагодарю их за службу. Симус, конечно, ещё курсант, ещё только в Академию поступил, а уже блестяще себя показал. Ты бы видела, как доблестно он сражался. А вот задавая вопрос про тебя, краснел, заикался, смущался. Я улыбнулся. А Джинни, словно, расцвела. — Ты нашёл свою любовь, Гарри. И мне тоже пора. Я пойду завтра с тобой, на встречу своей судьбе! — она подошла и обняла нас с Драко. — Ты будешь счастлива, Джинни! А кулон я уничтожу. . Девушка весело рассмеялась и махнула рукой, мол, делай, что хочешь. Потом проводила нас к камину, тепло попрощавшись. ***** Я так устал от судов, от борьбы этой со злом. Хотелось расслабиться в объятиях любимого и забыть обо всём. Но ещё не время. Меня ждёт последний, самый тяжёлый суд. Драко со мной будет, и это греет мне душу. Вот и настал этот день. И сейчас мы спускаемся на лифте в подвальные помещения, чтобы очутиться в зале суда. Собралось просто небывалое количество людей. Все шокированы последними новостями и хотят воочию увидеть героя-сквиба, которому удалось подмять под себя министерство. Красавец Антуан в кресле подсудимого в кандалах и наручниках фыркает, плюётся и выкрикивает проклятия в адрес всех магов мира. В чём-то он прав, говоря о лицемерии: — Вы все такие порядочные, добрые, справедливые! Светлая сторона, да? — на красивом лице формируется ужасающая улыбка, больше похожая на оскал. — Почему же вы тогда принижаете тех, кто не похож на вас? Кто по какой-то злой иронии судьбы родился без магии?!!! Горите вы все в аду! — В том аду, который ты пытался создать, да? — не удержался я. И тут же меня пронзил леденящий душу взгляд подсудимого. Суд был жаркий, эмоциональный. Никто не сомневался в виновности этого красивого, располагающего к себе гения. Да он и сам ничего не отрицал. Лишь выплескивал на всех и вся свою ярость. Его приговорили к пожизненному заключению в Азкабане. Для высшей меры, к сожалению, не было оснований. Не смотря на ужасающие преступления, он, всё же, никого не убил. Суд закончился, и я, словно выжатый лимон, стоял, прислонившись к стене. Драко стоял рядом, уложив голову мне на плечо. К нам подошли, держась за руки, Джинни с Симусом. — Вот и закончилось всё. И снова благодаря тебе, Гарри! Всё таки, геройство у тебя в крови. Что бы мы без тебя делали! — Симус, ты тоже внёс серьёзный вклад, мы бы без тебя не справились. Симус расплылся счастливой улыбкой и махнул рукой, мол, ерунда это всё. Обнял Джинни покрепче и, попрощавшись с нами, они направились к выходу. Потом к нам подошли братья французы. Даниэль со шрамом на щеке, оставшимся от моего флиппендо, пожал мне руку и сказал, что они гордятся близким знакомством с героем. Похвастался, что их взяли в Академию при аврорате. И, пусть он никогда не освоит боевых заклинаний, но его стратегический ум и умение мастерски владеть магловским оружием очень помогут боевым товарищам. — Так что цените сквибов, мы можем быть очень полезными. — Мы и не сомневаемся! — усмехнулся я. — Ну что, до скорого? Помните, что вы всегда желанные гости в нашем доме. В нашем. Да, это не простая оговорочка. Я взглянул на Драко. Он смущённо зарделся — так мило и трогательно. Да, это вам не сухой и одинокий мой дом. Теперь он наш! Я чувствую вкус этого слова на языке, и мне это безмерно нравится. Сейчас, когда гулкие шаги снующих людей раздаются по коридору, я крепко держу руку любимого человека в своей руке и уверенной походкой направляюсь в наше совместное светлое будущее. Почему светлое? Потому что мы его создаём сами. И нам хватило тьмы. Пусть во мне и сидит какая-то часть демонической сущности. Но со мной рядом такой мощный свет, такая чистая душа, такая сильная любовь. Что никакие демоны мира не сравнятся с этой силой. Моя жизнь теперь в твоих руках, мой прекрасный, светлый, чистый… Любимый!