Птичка в клетке

      Тихое потрескивание огня в камине не заглушало едва различимого свиста ветра, проникающего в поместье Вашингтонов сквозь кое-где неплотно закрытые окна. Слишком много комнат, чтобы кто-то метнулся проверять все и сразу, а небольшой сквозняк и вовсе не стал причиной видимых неудобств – тепла, исходящего от камина, вполне хватало, а некоторых уже давно согревал не только огонь. Кто-то громко обсуждал последние школьные сплетни, кто-то – финальную игру сезона, а некоторые просто напились в честь начала зимних каникул. Один из последних, к слову, сейчас крепко спал на первом этаже особняка, почти что обнимая бутылку и явно не догадываясь, какие художества оставили на его лице подруги. Второй недалеко ушел от лучшего друга, вот только Джош еще кое-как держал голову прямо в тот момент, когда более трезвая компания поднималась на второй этаж.       Саманта тогда пошла вместе с остальными, решив оставить заботу о выпивших Джоше и Крисе на сестер Вашингтон. К тому же Бет сама любезно отправила всех отдыхать, сказав, что уборкой займутся они с Ханной, а гостям подобное делать не положено. Конечно, Сэм могла бы поспорить, она ведь бывала здесь гораздо чаще остальных и знала дом, как ей казалось, ничуть не хуже хозяев. Но кто сказал, что у нее возникло подобное желание? Ведь гораздо интересней было понаблюдать за остальными, в особенности с учетом того, как странно Эмили и Джессика порой переглядывались, едва ли, не хихикая каждый раз.       Вот и сейчас, буквально светясь ликующей улыбкой и едва ли не вприпрыжку, Джессика подошла к Эмили и немедленно присела напротив подруги, намереваясь о чем-то сказать, но так и не успела, ведь вторая девушка поняла все без слов.       ― Обалдеть, ты правда на это решилась… ― словно не веря своим глазам, даже с некоторым восхищением воскликнула Эмили, но тут же перевела на сидящую чуть поодаль Сэм, в руках которой был излюбленный блокнот с рисунками. Из него совсем недавно была выпрошена страница с изображением одной из сестер Вашингтон, на обратной стороне которой в итоге была тщательно выведена записка, что позже при помощи Джессики оказалась в руках Ханны. ― Тсс… ― тихо добавила она, аккуратно приложив к губам, когда за дверью послышался тихий звук шагов поднимающегося по лестнице человека. Не сложно было догадаться, что шаги принадлежали Ханне, ибо именно ее комната находилась в этом крыле поместья.       Саманта поочередно осмотрела всех друзей – переглядывающихся между собой Эмили и Джессику, сидящих с глупыми улыбками Эшли и Мэтта, и Майка, которому, как ей казалось, было плевать на происходящее, хоть он и являлся главной причиной всего этого. Девушка знала, что Джессика давно планирует отвадить Ханну от парня подруги, вот только не думала, что дело может зайти дальше нелепых шуток и разговоров. Но сейчас они здесь, в поместье Вашингтонов, где нет никого из взрослых и можно творить, что душа пожелает. И какой же из множества способов выбрала Джесс, что сейчас так довольно улыбалась, уже поднявшись на ноги и пройдя мимо кресла, на котором так удобно расположилась Сэм, оставалось загадкой. Вот только ни один из предлагаемых ею вариантов не был безобидным.       ― А вам не кажется, что это слишком жестоко? ― решив хотя бы создать видимость беспокойства, поспешила спросить Саманта, хотя и вовсе не хотела этого делать. Ведь все уже давно привыкли, что она не вмешивается в их дела. Лучшая подруга, которая почему-то ни разу не вступилась за Ханну, которая сидела и наблюдала за остальными, вместо того, чтобы пойти к ней и рассказать о мерзком розыгрыше, придуманном их общими друзьями.       ― Эй, это не моя идея… ― тут же вступил в разговор Майк, наблюдая за девушками, чей смех не услышали бы только до смерти напившиеся Джош и Крис, а еще Ханна, мысли которой были заняты только содержимым написанной им же записки. ― Я просто приманка… ― добавил он, слегка усмехнувшись из-за подобного сравнения, но дальше спорить не стал.       ― Просто красивое личико, да? ― отозвался Мэтт, которого тут же слегка толкнула в бок сидящая рядом Эшли. Эти двое вовсе не походили на людей, способных на столь жестокую шутку, тем не менее – они здесь. Как и Саманта, явно не испытывающая желания становиться частью всей этой затеи, но останавливать друзей тоже не стремящаяся.       ― Эй, поговори с Джесс, чувак, она все это придумала, ― тут же парировал Майк, лишь на секунду взглянув на виновницу переполоха, но, будто почувствовал легкое неодобрение, мелькнувшее на лице Эмили в эту секунду, вновь обратил внимание на Мэтта.       ― Да брось, ― словно от надоедливой мухи, чье противное жужжание раздражало, отмахнулась от заданного Сэм вопроса Джесс, ― она это заслужила, ― явно не собираясь даже слушать попытки девушки остановить их всех, продолжила она. Правда ничего подобного и не последовало бы. Только вот никто до конца не понимал, почему именно. Но и размышлять об этом особого желания ни у кого не возникало.       ― Разве она виновата, что запала на Майка? ― на секунду могло показаться, что в голосе девушки и правда слышались нотки беспокойства. Но на деле это было просто очередной отрепетированной фразой, ничего не значащей ни для компании знакомых, ни для самой Саманты. Ведь она давно решила, что Ханна должна сама понять, что ее чувства ни к чему хорошему не привели бы. И этот случай стал бы для девушки уроком. Пусть и жестоким.       ― А с какой стати она на него вешается? ― с нескрываемым презрением в голосе спросила Джессика, пока Мэтт и Эшли покидали комнату, явно не желая слушать всех этих наигранных разговоров. ― Я просто защищаю Эмми, ― добавила она, последовав за остальными, но уже для того, чтобы поскорее оказаться на месте событий.       Не желая отставать от остальных, Эмили тут же подошла к виновнику всех этих событий и, взяв его за руки, вынудила подняться и последовать за собой. Со стороны это казалось даже слегка нелепым, но говорить об этом вслух Сэм не стала.       ― Если он президент класса, это не значит, что он принадлежит всем, ― с самодовольной улыбкой протянула Эмили, последовав к выходу из комнаты. ― Майк мой парень, ― добавила она, лишь после этого выпустив руки парня и на секунду взглянув в сторону Саманты, тем самым словно упрекая девушку в том, что та не смогла донести такую простую истину своей лучшей подруге.       ― Нет, Эмми. Я ничей парень, ― на эту фразу Эмили лишь едва заметно закатила глаза, не желая даже продолжать разговор, ведь для себя давно все решила. И слова парня никак не могли повлиять на девушку, такой уж она была по своей натуре.       ― Конечно-конечно, милый! ― махнув рукой и явно постаравшись как можно скорее закончить этот нелепый по сути своей диалог, протянула она, последовав за остальной компанией и оставляя Саманту в полном одиночестве.       Тишину, приятно окутавшую девушку в тот самый момент, прерывали лишь мысли, тут же начавшие мелькать в ее голове. Сэм думала о том, что розыгрыш, скорее всего, состоится в одной из гостевых комнат на этом самом этаже. Потому что подниматься такой толпой на третий было бы слишком рискованно. А на первом сейчас хозяйничала Бет, которая, в отличие от нее самой, сидеть сложа руки не стала бы. Девушка же никуда не торопилась, словно взвешивала все за и против, хотя выбор давно был сделан, и она скорее убеждала себя в правильности этого решения. Ведь Саманта далеко не одну сотню раз говорила Ханне, что той стоит забыть о своих чувствах и сосредоточиться на чем-то более важном. А еще не раз упоминала, что в жизни не бывает так, как в тех нелепых романтических фильмах, которые Вашингтон так любила смотреть по ночам, а после, перед сном, воображала себя на месте главных героинь. Ведь такие истории всегда заканчивались одинаково – именно так называемые «серые мышки» в конце концов становились возлюбленными самых популярных парней школы. Но подруга никогда не слушала. И Саманта бросила все попытки, последовав своему собственному совету – сосредоточившись лишь на себе самой.       Внезапно послышался грохот, на мгновение даже показалось, что кто-то умудрился упасть, но смех Эшли явно говорил об обратном – скорее всего Мэтт задел стоящую в углу комнаты вешалку и чудом умудрился ее поймать, а Майк выдал очередную шутку о том, что парню пора бы звать на танцы настоящую девушку. За все эти годы общения Сэм слишком хорошо выучила каждого из них, вот только сама для большинства продолжала оставаться загадкой. Такой, по крайней мере, она пыталась быть.       Минута. Две. Скрип половиц постепенно прекратился, а за ним стихли и переговоры, что велись все время, затраченное на подготовку к розыгрышу. Десять минут. Им понадобилось десять минут, за которые Саманта успела бы дойти до комнаты Ханны и поговорить с ней, убедить ее никуда не идти или пойти вместе с ней, дабы поставить друзей на место. Но она не сделала этого. Не захотела.       За приоткрытой дверью послышались тихие шаги, которые могли принадлежать только одному человеку – Ханне, уверенно шагающей на встречу к парню, которого так сильно любила последние несколько лет. У Саманты еще был шанс передумать, сорваться с места, выбежать в коридор и остановить свою наивную подругу от совершенно необдуманных действий. Но она не стала. Лишь слушала, как тихо заскрипела открывшаяся в одной из соседних комнат дверь.       Девушке казалось, что она могла слышать голоса Ханны и Майка, пусть и разобрать, что именно они говорили, было просто невозможно. Вероятней всего, Сэм просто догадывалась, а воображение уже само доделывало всю остальную работу. Вот сейчас парень, скорее всего, сказал очередную глупость, на которую почему-то так легко ведутся девушки, что когда-то случилось и с Ханной. Ответа подруги даже в воображении почему-то не последовало. Возможно, именно в этот момент на мгновение проснулась давно спрятавшаяся в глубине души совесть Саманты, ведь девушка подскочила с уютного кресла и покинула пределы комнаты.       Все происходило слишком быстро. Вот она буквально перепрыгнула давно начавшую скрипеть половицу, которую Джош так и не удосужился починить, сколько бы девушки о ней не твердили. А после схватилась за ручку злосчастной двери, чей металл почему-то казался буквально ледяным. Сэм не думала, просто действовала, отчасти в попытке оправдаться перед самой собой за то, что ничего не предприняла раньше. Но ведь это послужило бы для Ханны уроком и было бы прекрасным доказательством того, что такие, как Майк, никогда не обратили бы внимание на таких, как она; того, о чем так устала повторять Саманта.       ― Ханна… Ханна… Стой, стой… ― почему-то запыхавшись, словно мгновение назад пробежала целый марафон, а не несколько несчастных метров, проговорила девушка, вместе с этим включая свет в комнате. ― Это просто такая глупая шутка…       Яркая вспышка буквально ослепила на секунду даже саму Саманту, которая была к этому готова. Ханна, моментально осознав происходящее, поспешила прикрыться руками, что на самом деле слабо помогало, а все участники этого нелепого представления начали покидать свои «убежища». Нелепо улыбающиеся Эшли и Мэтт вышли из огромного шкафа, стоящего в углу комнаты, а парень при этом держал в руках камеру, которая все еще продолжала снимать происходящее. Рядом со шкафом Сэм заметила ту самую вешалку, что гремела едва ли не на весь этаж еще несколько минут назад. Джесс выбралась из-под кровати гораздо быстрее подруги и сейчас без тени сожаления смотрела на покрасневшую и явно напуганную Вашингтон. Последней показалась Эмили, чья довольная улыбка надолго отпечаталась в памяти Саманты, которая, казалось, лишь сейчас осознала, что она ничем не лучше их всех.       ― Прости, Ханна, все пошло наперекосяк… ― будто это могло оправдать его, протянул парень, являющийся главной звездой этого шоу, одновременно слегка подняв руки, словно собравшись изобразить жест «сдаюсь».       ― Майк! ― не в силах подобрать слов, нервно выпалила Ханна, а после выбежала из комнаты, едва заметно вытирая тыльной стороной ладони слезы. Второй же рукой девушка отчаянно пыталась прикрыться, так как застегнуть пуговицы за столь короткий миг попросту не успела.       В это самое мгновение Саманта почувствовала капельку неприязни к самой себе. Ведь она ничего не предприняла, не вмешалась раньше, а в очередной раз оставила подругу отчасти наедине со своей болью, со своими проблемами. Но это продлилось лишь несколько секунд. Ведь, как бы то ни было, участником этой глупой постановки в глазах самой Ханны она не была.       ― Вот вы подонки, ― совершенно не думая о последствиях, да и прекрасно зная, что таковых не будет, выпалила Сэм. ― Вы все, ― добавила она, будто тем самым еще больше старалась отдалить себя от остальной компании. Ханна ведь ни о чем не узнает, никто не рискнет рассказать ей о том, что ее лучшая подруга допустила подобное.       Все молчали. Может потому что понимали, что натворили. Или же просто не могли найти оправдания своему поступку. Никто не осмелился сказать Саманте, что она тоже виновата, ведь ничего не сделала – не остановила их, когда имела такую возможность. А ей это и было нужно. Ведь в глазах Вашингтонов она останется идеальной.       ― Ханна! ― крикнула Сэм перед тем, как покинуть комнату и наконец-то побежать вслед за подругой. Что должна была сделать раньше. Ведь сейчас, даже перепрыгивая некоторые ступеньки, она попросту не успела остановить Ханну до того, как та покинула поместье, желая скрыться ото всех.       Девушка выскочила из здания на несколько мгновений позже, но уже за это короткое время промедления Ханна успела скрыться из виду, убежать куда-то в лес, и лишь следы на снегу указывали на то, в какую сторону стоило пойти как самой Саманте, так и остальным друзьям семейства Вашингтон. Она едва ли не сразу услышала, как скрипнула половица, слегка стукнулись о стенку и так открытые двери, а после тихо захрустел снег, свидетельствующий о том, что на улице девушка больше не одна. Но даже это не побудило ее броситься за подругой в лес, инстинкт самозащиты работал исправно, да и желания шататься по холоду не возникало. Тихий скрип шатающихся от сильного ветра веток угнетал, а ночь, казалось, лишь сильнее сгустила краски, будто предзнаменуя что-то ужасное.       ― Что происходит? Куда это она? ― нарушая тишину и буквально расталкивая всех остальных, обеспокоенно спросила Бет, видимо, заметившая убегающую сестру через кухонное окно, выходящее как раз на парадную дверь поместья Вашингтонов. Девушка поочередно осмотрела друзей, буквально на несколько секунд задержав взгляд на Саманте, а после вновь обернулась к лесу, готовая в тот же миг сорваться с места, лишь бы догнать Ханну.       ― Она просто шуток не понимает… ― закатив глаза, словно не она была главной виновницей произошедшего, протянула Джессика. И лишь то, как она слегка резковато махнула рукой выдавало истинные чувства девушки, которая теперь, казалось, просто боялась показать остальным, что струсила.       ― Мы пошутили и все! ― Эмили казалась гораздо уверенней своей подруги, но так было всегда – пока одна лишь притворялась крутой, лишь бы не потерять авторитет и компанию, другая действительно чувствовала себя такой. По крайней мере, так всегда казалось Саманте, которая так часто наблюдала за остальными.       Эшли нервно поправила шапку, буквально пряча лицо от Бет, будто чувствовала, что если та задаст вопрос именно ей, то она тут же расколется, раскроет все, что происходило в последние полчаса, тем самым подставив каждого. Мэтт же переступал с ноги на ногу, чтобы согреться, и наблюдал всем этим, предпочитая не вмешиваться, словно не он совсем недавно едва сдерживая смех, снимал их неудачный пранк на камеру.       ― Что вы сделали?! ― продолжала наседать Бет, желая услышать хотя бы что-то кроме оправданий. Вот только никто бы ничего ей не сказал. А Саманта лишь на секунду задумалась, удалил ли Мэтт видео, снятое им в той злосчастной комнате.       ― Мы дурачились, Бет… Просто пошутили… ― достаточно спокойно, пусть и с небольшой паузой, протянул Майк, тем самым привлекая к себе внимание разгорячившейся Вашингтон.       Будь Саманта на месте подруги, вряд ли бы отреагировала на подобные слова спокойно. Что, впрочем, и произошло. Бет одарила Майка испепеляющим взглядом, который явно не предвидел для него абсолютно ничего хорошего. И если бы не тот факт, что Ханна находилась совершенно одна где-то в темном лесу, это не закончилось бы лишь словесной перепалкой. Вот только для Бет сестра всегда была гораздо важнее всего остального.       ― Да вы дебилы! ― едва заметно махнув рукой в сторону друзей, словно этим жестом желала передать все свое разочарование, резко выпалила Бет. А после тут же бросилась к лесу, следуя по оставленным Ханной следам, что медленно скрывались под слоем непрекращающегося снега. Ее фигура быстро скрылась между деревьями пока Сэм так и стояла на месте, ни капли не сомневаясь, что сестры разберутся со всем сами.       ― Ну-у… Может догоним? ― нарушил наступившую тишину главный актер всей этой сценки, внезапно решивший выставить себя героем. Если, конечно, в том, чтобы сначала все испортить, а после попытаться исправить, можно было найти что-то героическое.       ― Знаешь, Майк, тебе она сейчас вряд ли обрадуется, ― неосознанно усмехнувшись, ответила Саманта, одарив его уничижительным взглядом, будто хотела пристыдить.       Никто не сдвинулся с места. Все застыли, будто разом ощутив беспомощность и невозможность что-либо изменить, каким-то образом повлиять на ситуацию. И пока Саманта смотрела на всех них по очереди, ей начало казаться, будто она в силах прочесть мысли каждого, влезть в их души и раскрыть самые потаенные страхи.       Майк, как казалось девушке, попросту доверился ей, ведь всегда считал, что лучшая подруга точно не посоветовала бы ничего плохого, да и отчасти был согласен с мыслью о том, что после случившегося вряд ли захотел бы себя видеть в ближайшее время. У Эмили же, скорее всего, не было совершенно никакого желания идти ночью в лес и лишний раз мерзнуть, посиделки у камина казались более соблазнительными, а оправдываться перед Ханной вовсе не хотелось – все равно та даже слушать ее не стала бы, по крайней мере, Эмили точно так и поступила бы. Вполне вероятно, такого же мнения отчасти придерживалась и Джессика, только говорить с Вашингтон она не хотела вовсе не из-за отсутствия чувства вины, скорее просто сомневалась в необходимости этого, ведь любая ее фраза выглядела бы как оправдание, а не искренняя попытка попросить прощения. Эшли, как сразу подумала Саманта, просто струсила, ведь она никогда не была тем человеком, который первым бросился бы другим на помощь и стал бы рисковать своей безопасностью ради других. В последнюю очередь девушка посмотрела на Мэтта, который, казалось, уже готов был отправиться в лес, даже достал телефон, готовясь включить фонарик, но стоило ему заметить, как Эмили вернулась в дом, слегка обхватив ладонями предплечья и всем своим видом показывая, что замерзла, как парень тут же отказался от своей идеи, решив не выделяться из компании. Ведь остальные, будто по команде, последовали за ней.       Все они были столь разными, но в такой же степени и одинаковыми. Такой была и сама Саманта, пусть и не признавала этого. Она ведь всего лишь хотела как лучше. Правда, для себя самой, а не для блуждающих по темному лесу Ханны и Бет. Ведь в первую очередь каждый должен думать лишь про себя.