Божественная семейка. Книга 2

— Вот, драгоценная, как и условились: свежая рыбка, — к ногам Инриль опустилась рыбина в полторы богини величиной. Уголок глаза дернулся. Астерион же только улыбнулся шире, наслаждаясь произведенным эффектом. — Чисто технически, — втянула носом воздух Инриль, приятный аромат от рыбины сумел пробиться через окружающую богиню вонь. — Она поджарена. — Мелочи жизни, — улыбка демона не увядала. Вальгард за его плечом уже привычно возвышался глыбой невозмутимости. На мгновение в голове Инриль мелькнул вопрос — а существует ли что-то в этом мире, что способно выбить демона из колеи? Но богиня тут же сосредоточилась на реальности. Реальность не радовала. Туман разошелся от морской глади, погребая под собой все, что Инриль раньше видела. Не заплутать в густом мареве богине помог врожденный талант... и иллюминация Астериона, чья фигура до сих пор периодически вспыхивала языками пламени. Маяк из Владыки получился отменный — даже брат оценил. Он, кстати, стоял рядом и насмешливо щурился. — Что ж... — тяжело вздохнула Инриль. Взглянула за плечо Астериона, где колыхалась на волнах черная туша гигантской твари... в хрустящей корочке. Вокруг нее, в хаотичном порядке повсплывала рыба, разных размеров. Сейчас-то поверхность рассмотреть уже не получалось, но увиденная недавно картина, кажется, отпечаталась на сетчатке. — Уговор выполнен, — кисло заключила Инриль. К процессу выполнения, конечно, есть вопросы, но сам факт... Богиня снова вздохнула. Разгребать последствия придется еще долго — как и разбираться с трупом твари Хаоса. Не в море же ее оставлять, местной флоре и фауне и так досталось. — Не сомневаюсь, драгоценная, свою часть ты выполнишь тоже, — хрипло прошептал Астерион, подавшись вперед, но слова его для Инриль прозвучали громогласным предупреждением. — Разумеется, — все так же кисло подтвердила богиня. Демоны откланялись, крайне довольные собой — Астерион, так точно. У берега остались только Инриль и Тейрон. Боги переглянулись. — Ну и кашу заварили, — потерла переносицу Инриль. — Скорее уж рыбный суп, — хохотнул Тейрон. — Уй! — за что тут же получил тычок под ребра. Вода рядом вспенилась, отвлекая богов от традиционно-семейной перепалки. Из открывшейся у самой кромки воронки-портала вынырнули представители, пожалуй, вымирающего сейчас народа. Бледная, синеватая даже кожа почти сливалась с белой мутью тумана. В бесцветных практически волосах вплетены веточки кораллов и маленькие радужные ракушки. На таком контрасте словно подсвечивались ярко-голубые глаза. — Ирвин и Мар! — воскликнула Инриль с радостью, узнавая близнецов, и тут же в обеспокоенности нахмурила брови: — Вы как, в порядке? Боги-покровители Менрира возмущенно забулькали. Замолчали. Выплюнули изо рта по струйке воды и набрали полную грудь воздуха: — Что этот дикарь натворил?! — завопил Ирвин. — ...Столько обитателей глубин пострадало! — схватился за голову перепончатыми руками Мар. — Сначала та громадина, теперь огонь... — ...У домашней акулы, Мариши плавники скукожило! — Будто нам с матерью без этого хлопот не хватало... — И сама Мариша тоже скукожилась! — Эта монстрятина выгнала всю рыбу из подводных руин... — ...По морю теперь скукоженная акула плавает и жителей пугает! — И русалки еще уплыли к дальнему берегу, даже поиграть не с кем... — ...Краб Роджер тоже не отзывается! Даже когда мы его в стену запустили, не шевельнулся. — Люди в море выходить перестали, — бурчал Ирвин. — Кого нам теперь пугать и в водоросли запутывать? — ...А когда мы постучали по нему камешком, у него вообще клешня отпала! — Мама аж позеленела от волнения. Опять начала свои сети защитные плести, еле выпутались из них... — ...С хрустом таким! Целая клешня! — Теперь не то, что в экспедицию — погулять одних не отпустит... — ...А приклеить ее нам нечем было! Она взяла и уплыла! — Месяц домашнего ареста, в лучшем случае. А может быть целый год... — ...И плавает в море скукоженная акула и крабья клешня! — Со скуки помрем раньше, чем морские жители вернутся. А если новые монстры появятся — вообще свобода прощай... — ...Страх да и только! — заключил за обоих Мар. Покровителями они пока, правда, были... такими себе. Инриль неловко кашлянула. — Простите, ребятишки, это мы не ус... — А хотите, я вам своих пираний подарю? — оборвал богиню на полуслове Тейрон. — Они безобидные почти, просто так не кусаются. Только, если на них с разбега прыгнуть... или покормить забыть... но если забыть, они сами пропитание отыщут, не переживайте. А еще их можно как охранников использовать — монстров среднего размера обгладывают за раз. Крупных — тоже, но потребуется много времени... Инриль слишком растерялась от такого предложение — и это единственная причина, по которой она позволила брату распеться соловьем о преимуществах своих питомцев. Просто Тейрон крайне неохотно (слабо сказано) расставался с тем, что считал своим. И уж тем более, он бы не доверил маленьким разбойником своих клыкастых «крошек». А тут, сам предложил. Добровольно! — Ты здоров? — заглянула в глаза Тейрону богиня. Испарениями с той твари Хаоса надышался? Или туман ядовит? А может, это у Инриль галлюцинации? — Не дождешься, — отмахнулся Тейрон и вновь обратил внимание на близнецов. — Ну что, согласны? Ирвин и Мар переглянулись. И, видимо, у них обоих уже возникли идеи, как пираний Тейрона можно использовать для шалостей, потому что усмешки на лицах появились... говорящие. — А то! — Когда отдашь? Инриль вздохнула, заранее сочувствуя матери шалопаев. — Сегодня же, а вы забудете о том, что видели нас в эпицентре этого... инцидента, — заговорщицким тоном произнес Тейрон. — Идет? Близнецы переглянулись снова. На лице у них отразилась напряженная работа мысли. С одной стороны, их мать явно не одобрит замалчивание такой информации, если узнает. Все же одно дело, когда демоны вдруг выбрались из своего Царства и решили осложнить жизнь окружающим, в том числе богам, шутки ради. Совсем другое — когда Фрейль сами приводят их к месту, так еще и поддерживают в процессе «осложнения». Тут и удар по репутации и вполне логичные вопросы от коллег. С другой стороны — если узнает. А если не узнает... хитрые усмешки расцвели вновь. Если мать не узнает, то и проблем никаких не будет, а Ирвин и Мар обзаведутся собственным выводком хищных монстров. Их же еще можно дрессировать, Тейрон-то как-то питомцами управлять умудряется. Да это же мечта любого мальчишки! — Идет! — хором заключили близнецы. Боги ударили по рукам, Инриль пробормотала в сторону брата «хитрожопый засранец» на грани слышимости. — Воспользовался детской слабостью, как не стыдно, — попеняла Инриль, когда они уже перемещались в дом. — Ну знаешь! — хмыкнул Тейрон. — Я не хочу в следующие лет пятьсот обходить водоемы стороной и пить по капельке — портал-то можно даже в кувшине открыть. А мать у них, конечно, запуганная последними событиями, но нрав у нее суровый. Тут Инриль согласно покивала. С близнецами-негодниками суровый нрав, конечно, справиться не помогал — особенно в последнее время, когда у тех начался переходный возраст. А вот привести к порядку гостей, что забрели в ее владения — вполне. — К тому же, — вдруг посерьезнел Тейрон, — мои пираньи с трупом этой твари легко справятся. Сожрут — и никаких проблем. Так... А вот сейчас Инриль едва не села, прямо на собственноручно проведенной тропе. Чтобы брат не только питомцев своих отдал, но еще и о последствиях подумал... и даже нашел способ те предотвратить... Точно не заболел?! Или... Неужели взрослеет наконец-то? — Ты вдруг нашел где-то и выпил чудодейственный эликсир, добавляющий здравый смысл? — затаив дыхание, спросила богиня. Тейрон покосился на нее, почти оскорбленный подобным предположением. — Я просто не желаю весь оставшийся день слышать твои панические завывания: «Что же делать с этой тварью Хаоса? Она же своим гниением море вокруг погу-убит». Ты же и так заводишься с пол-оборота! В этот раз Инриль рукоприкладствовать не стала. Мало ли, вдруг внезапно появившиеся мозги выпадут... — А вверх животами твои пираньи не повсплывают потом? — на всякий случай уточнила она. — Они-то? Пф! — задрал нос Тейрон. — Да я когда приноравливался их кормить, какую только дрянь в воду ни скидывал... Выживут! А. Нет. Инриль показалось. Это все тот же ее на голову стукнутый братец...

***

Дома обнаружились Дэнталион с Кейроном — оба в столовой разглядывали какие-то заготовки, разложив те на столе. Инриль улыбнулась тепло, разглядывая склонившиеся темноволосую и пепельную макушки. — Я за пираньями, — тронул ее за локоть Тейрон. — Быстрее начнут — быстрее закончат. Инриль не ответила, лишь взмахнула рукой, открывая новую тропу. Брат ушел, не прощаясь. Дети отвлеклись. — Как все прошло? — отозвался на улыбку Инриль своей Дэнталион. Богиня передернула плечами. — Даже не спрашивай. С целью справились, но последствия еще долго разгребать будем. А вы чем занимаетесь? — Готовим оружие для борьбы с тварями Хаоса, — важно приосанился Кейрон. — Владыка демонов недавно передал методику изготовления. Нанесем потом рунные цепочки, напитаем силой и раздадим союзникам... — Кстати, раз уж мы о них заговорили, — произнес Дэнталион, показательно не замечая, как сын навострил уши на «взрослый» разговор. — Когда созовем всех на большой совет? Со мной уже связалась пара друзей, все ждут нашего выступления. Инриль вздохнула — который уже раз — тоскливо. Ответственность за чужие жизни ощущалась почти физически — она давила на плечи, пригибала к земле. Передвигаться под ее тяжестью было непросто. Фрейль — символ. Фрейль — лидеры. От Фрейль всегда ждут больше, чем от любого другого объединения богов. Каждый шаг — под прицелом сотен взглядов, тем более сейчас. В юности это воспринималось не так... явно. Тогда, в возрасте тех же Ирвина и Мара или даже Шейрона мир был полон красок, удивительных открытий... и веселых приключений, отвечать за последствия которых приходилось не Инриль. Целые годы лихого кутежа... взросление через расставания с первыми возлюбленными... Инриль не искала пару среди богов, те — казалось — не воспринимали ее в отрыве от известной фамилии. Среди людей или эльфов (затесался даже дракон) видели только ее, Инриль... Инру. С ними можно было вести себя, как велит сердце, а не диктуют правила или традиции. С ними было легко. Вот только — злая ирония — так же легко они отворачивались от Инриль, едва та являла им истинную сущность. Никто не хотел связываться с божеством, далеким от людских бед и печалей, слишком древним, слишком мудрым... слишком иным. Образ богини Инриль, который воспевали в хвалебных одах ее жрецы, вновь заслонял саму Инриль. Или — еще хуже — возлюбленные пытались использовать ее силу и статус себе на пользу. Инриль не жалко было артефактов или благословений для близких, но когда к любви примешивалась алчность... Инриль злилась. Инриль сжигала мосты, вычеркивала их из своей жизни и столетиями не приближалась к общим памятным местам. Потом Инриль привыкла и больше не искала романтических отношений — как бы там ни зубоскалил Тейр на семейных сборищах. Ей хватило трех неудачных попыток построить семью всерьез и нескольких десятков мимолетных (не больше десяти-пятнадцати лет) связей. У Инриль были прекрасные дети, которые — несмотря ни на что — любили свою непутевую мать. И даже подрастал один внук. И что-то в голове, наверное, встало на свое место — Инриль перестала убегать от ответственности. Она с ней смирилась. Вот только не до конца — похоже — иначе бы Инриль не затягивала «выход в свет» так надолго. Просто ей нужно было успокоиться. Пережить разгром во время битвы и ранение сына. Пережить разрушения, что принесли прорывы. Переосмыслить ситуацию, найти выход... найти хотя бы слова, чтобы обнадежить божественных коллег — ситуация тяжелая, но они еще поборются — направить их в верное русло. А для начала понять самой, где это верное направление. Где выход из ситуации, когда каждый прожитый день играет против тебя. Твари Хаоса ведь не исчезают по мановению руки. Не пропадает знание людей о темных богах, об их вмешательстве, об их возможностях. Не пропадают хаоситы... и новые, только-только посвященные верующие. Чем дольше боги молчат... чем дольше молчат Фрейль... тем больше людей ищут спасения у алтарей последователей Хаоса. Потому что им еще страшнее, чем Инриль. Потому что они не видят иного способа защитить себя и семью, чем умилостивить жестоких богов пощадить их. Потому что светлые боги ослаблены и не могут дать гарантии. Как только Фрейль объявят большой совет, с них спросят за молчание. За невмешательство. За то, что пустили ситуацию на самотек и от этого пострадали и боги, и люди. И поймут — обязательно поймут — что Инриль не представляет, что делать. Что Инриль слаба без своей бабушки, что семья Фрейль уже не та. Слишком молода и слишком неопытна. От них отвернутся. Возможно, начнется передел власти. Каждый потянет одеяло на себя, вспыхнут междоусобицы — и ни о каком объединении усилий даже речи не пойдет. А темные ударят. Темные уж точно воспользуются слабостью и несобранностью противника. Рухнут печати на Завесе. Прорвутся в мир тысячи тварей, что до того томились на той стороне. И мир поглотит Хаос. Картина опаленной огнем земли — совсем как выжженные пустоши, раскиданные по континенту — каждый раз вставала перед глазами, стоило задуматься о дальнейших действиях. Такая яркая. Такая реалистичная, что дыхание перехватывало. Эта картина каждый раз напоминала, чего Инриль и всему миру будет стоить ошибка. И богиня отступала в страхе. Малодушно? Да. Но долго так продолжаться не может, Дэнталион прав. — Через два дня, — с тяжелым сердцем произнесла Инриль. Взглянула в глаза старшего сына, надеясь, что тот не разглядел затаенного страха. — Мы соберем большой совет через два дня, — твердо повторила Инриль. — Не представляю, правда, где разместить всех. Еще и так, чтобы наши враги не заметили. Сомневаюсь, что они не наблюдают за нами... — Место найдем, — ободряюще улыбнулся Дантэлион. — Я сообщу всем, не беспокойся. Инриль вздохнула — на этот раз с облегчением. Нет, она решительно не заслужила таких замечательных детей. — А где Лиру? — тут же опомнилась богиня. Дэн с Кейрон быстро переглянулись со странным выражением на лицах. — В чем дело? — обеспокоилась Инриль. — Она отлучилась на время, — ответил Дэнталион. — Вольная птичка — что поделать? — в четырех стенах не удержишь... — Но сейчас это опасно, — Инриль нахмурилась. — Лиру еще маленькая. А вдруг с ней что-то случится? — Я поговорю с ней по поводу предосторожности, когда вернется, — пообещал Дэнталион. — А пока не поможешь с рунными цепочками? Союз — союзом, но все же их передали нам демоны. Я бы хотел знать, что означает каждая и какого действия ждать. Инриль кивнула, переключаясь на рабочий лад. — Ниривиль еще не вернулась от эльфов? — поинтересовалась, разворачивая свиток от Владыки демонов. — В их рощи всегда было непросто проникнуть посторонним, — мотнул головой сын, поднимая со стола одну из заготовок. — А сейчас, после прорывов Завесы, защиту еще усилили. Визит Ниры неофициальный, чтобы не привлекать внимания. Она предупредила меня, что потребуется время, чтобы проникнуть к Эльве незамеченной. Уверен, к общему собранию уже появится.

***

Через день Инриль получила от Владыки демонов послание и чуть не подавилась чаем — да, в Бридвиль она все же втихаря отправилась. «Иди ко мне», — пылала строчка. Инриль выдохнула с раздражением. Что бы ни задумал демон, ей это уже не нравилось. Вот только ее условие он выполнил безукоризненно, богине не отказаться от сказанных в порыве авантюризма слов. В конце концов, не убьет же ее Астерион. Слишком много сил потратил на установление дружественно-нейтральных отношений с Фрейль. А если запереть попытается, так Инриль сбежит. Для нее замков и клеток не существует. Богиня прикрыла глаза, сосредотачиваясь. Вообще, в незнакомые места она предпочитала не перемещаться — никогда не угадаешь, в каких условиях окажется. Как-то в юности Инриль отвлеклась в последний момент и оказалась в подводной пещере. Опыт не понравился. Толща воды придавила с такой силой, что богине казалось — еще чуть-чуть и сплющит. Сознание захлестнула паника. Выбраться удалось не сразу, но удалось — и с тех пор Инриль к прокладыванию пути относилась предельно внимательно. Вот и сейчас, очистив сознание от посторонних мыслей, богиня представила Астериона. Образ его, окруженный языками пламени, возник так четко, словно Владыка демонов стоял напротив. Инриль шагнула, даже ощутив фантомный жар. Сделала еще шаг. И еще, пока не уткнулась в Астериона — ради разнообразия, без брони. Открыла глаза и тут же подскочила со вскриком. Жар оказался вовсе не фантомный — вокруг, куда хватало взгляда, расстилалось озеро лавы. Бурлящее, чтоб этого демона шиншик покусал! Инриль в ужасе огляделась. Своды пещеры, подсвеченные алым. Всполохи огня. И крошечный — по сравнению с открывающимся пространством так точно — островок не затопленной лавой поверхности. Очень, очень горячей поверхности! Инриль переступила с ноги на ногу, ощущая, как еще немного — и на подошвах вздуются волдыри. Еще никогда в жизни богиня не жалела, что верующие не наградили ее крыльями. Все мысли, обязательства выдуло из головы паническим ветром, оставив лишь одно желание: сбежать. Но стоило Инриль рвануть с места, как ее перехватили, подняли в воздух и усадили на плечо. И возможно, по задумке той должно было стать легче, но тело демона тоже источало жар! Пусть и не такой сильный. Богиня физически ощущала, как ее волосы сворачиваются на горячем воздухе. Воздух с трудом поступал в легкие. Да что там — дышать было практически нечем. — Запечь меня решил?! — взвизгнула Инриль, хватаясь за первое, что попалось под руку. Под руками оказалась шевелюра демона. Рыжие локоны язычками пламени оплели ладонь богини, к счастью для нее же — не причинив вреда. — Я не любитель экзотики, — хохотнул Астерион, припоминая фразу Инриль про букеты. — Но по-другому показать тебе не мог. Что показать?! Инриль с большим трудом подавила порыв завизжать на одной ноте, когда демон пришел в движение. Направился он к самому краю островка не захваченной огнем суши. Явственно представилась картинка, как Владыка демонов бросает ее в лаву. Инриль в этот момент даже сбежать не успеет, потому что по воздуху не шагают! — Смотри, — Астерион остановился на самом краю. Инриль, зажмурившись, схватила руками его голову, решив, что — вдруг чего — падать они будут вместе. Богиня приоткрыла один глаз. — В самом низу, — подсказал демон. Не то, чтобы Инриль хотела увидеть что-то в этом низу, просто ей жизненно необходимо было оценить расстояние до земли. И тут же замерла, завороженная зрелищем. Сначала богиня приняла его за всполох огня, иллюзию, фантом, возникший в мареве жара. Разум просто отказывался верить, что в таких условиях может расти цветок. С толстым стеблем с золотыми жилами и тонкими, словно скукоженными лепестками в полураскрытом бутоне. Корни его уходили прямо в лаву, сползая по земле. Невозможное, нереальное зрелище и в то же время... прекрасное. Удивительнее всего было то, что цветок жил. Инриль видела, как он слегка колышется, будто от ветра. Видела, как по прожилкам перемещается подобие сока. Или то был жидкий огонь? — Как красиво! — выдохнула в восхищении Инриль. Страх позабылся. Жар вокруг и горячий воздух, которым было тяжело дышать, отошли на второй план. Все внимание богини сосредоточилось на цветке. — Красиво, — согласился Астерион, рассматривая освещенное всполохами пламени лицо Инриль. — Но как?.. — Инриль повернула голову к нему и демон тут же перевел взгляд на цветок. — Легенды моего народа гласят, что в незапамятные на этом континенте властвовала одна сущность, повелевающая пламенем. Смертные называли ее божеством, а мы — Великой Матерью, — размеренным тоном произнес Астерион. — В ее руках родились первые демоны — облаченные в плоть духи огня. Богиня научила их особым магическим техникам, одарила своим благословением — ни демонам, ни их потомкам пламя было не страшно. Когда она умерла, тело ее рассыпалось золой, а кровь оказалась так горяча и было ее так много, что она затопила пещеру, превратившись в это озеро. А на месте сердца вырос цветок. — Никогда не слышала, чтобы такая богиня существовала, — удивилась Инриль. — Может и не существовала, — пожал плечами Астерион. — В конце концов, это лишь легенды, сказки, что демонятам перед сном рассказывают. Но мы этот цветок тщательно охраняем. В затуманенное чистым восторгом сознание Инриль поскреблись подозрения. — Так это что, какое-то священное место? — нахмурилась она. — Здесь происходит посвящение во Владыки, — буднично произнес Астерион. Инриль охнула. — Разве сюда пускают посторонних? — Конечно же нет, — ответил демон. — А... — занервничала богиня. — А как же я?.. Тут Астерион неуловимым движением стряхнул ее с плеча, перехватив под коленками и возле поясницы. — А ты, драгоценная богиня, — вкрадчиво проговорил Астерион, — моя желанная гостья. Инриль сглотнула.

***

...Появилась Ниривиль за пару часов до собрания, взбудораженная, задыхающаяся от быстрого бега и со стрелой, зажатой в руке. Как пояснила богиня справедливости — прощальный подарок от эльфов. В последний момент те все же заподозрили неладное и кинулись на защиту своей провидицы. Эльве не успела предотвратить выстрел. А Нира слишком торопилась к семье, поэтому лишь отмахнулась от нападающих. К счастью, никто не пострадал. Так, прическа растрепалась... — Да в порядке я, в порядке! — закатила глаза Ниривиль, когда Дэнталион с Кейроном принялись осматривать ее с ног до головы в третий раз. Инриль успокоилась уже на втором, так что сейчас лишь снисходительно взирала на детей, сидя в кресле. Коленки перед собранием совсем не по-божественному подрагивали. — Не то, чтобы я находился во власти стереотипов, — хмыкнул прислонившийся к косяку Тейрон, на что Инриль фыркнула. — Но скоро у нас важное мероприятие, а женщинам требуется много времени на сборы. Не пора ли Ниривиль... Та, только сейчас опомнившись, ойкнула. И скрылась в коридоре — все же выглядеть нужно представительно, простая и удобная одежда для путешествий не подходит. Как и продырявленный в пяти местах плащ. — Когда отправляетесь? — нетерпеливо спросил Кейрон, устраиваясь на противоположном от Инриль кресле вместе с Лиру. Детей общим (за исключением, собственно, голосов детей) решением было принято оставить в защищенном от всех опасностей доме. Во-первых, неизвестно еще, чем обернется собрание. Во-вторых, таскать за собой Лиру и Кейрона, когда вероятность нападения темных как никогда велика — сущая глупость. — Шейрон вернется с миссии и пойдем, — отозвался Дэнталион. Шейрон пропадал в выжженных пустошах, появляясь в доме только для того, чтобы сменить оружие по необходимости, да сменить доспех. Все остальное время у него занимало уничтожение тварей Хаоса. Те охотно стекались в пустоши, привлеченные остаточными эманациями темной магии. И конечно же не упускали возможности забрести по пути в человеческие поселения и устроить там разруху. Вообще, пропадали они с Тейроном вместе. Но в последнее время брат в основном сражался в компании демонических лордов и — изредка — Астериона. Инриль по-прежнему держалась в отношении демонов настороже и не желала упускать из виду. ...Со стороны входной двери раздался грохот. — Кстати о Шейроне, — прислушался к сдавленным ругательствам Дэнталион. Что-то про птиц, перья и «да когда ж вы все передохнете». — Он уже здесь, — констатировал старший сын. Лиру и Кейрон сорвались с места, устремившись в прихожую. Инриль тоже поднялась с кресла. — Двадцать минут на сборы и вперед. Нужно еще удостовериться, что с местом для собрания все в порядке. Время пошло! Одновременно с последними словами, Дэнталион и Тейрон пришли в движение...