Midnight on Halloween

— Ма-а-ам! Ну всё, я пошёл спать! — Акк кричит со второго этажа, закрывая дверь в свою спальню. Как же ему уже не терпится сбежать к Айяну! Аж руки трясутся — вот как он волнуется. «Если припрусь в пижаме, он меня не выставит за дверь в таком виде?» — Акк посмотрелся в зеркало, вертясь туда-сюда. «Серьёзно? И мне хватает ума думать о такой чуши, когда... Это всё нервы!» — он садится на кровать, потушив свет в комнате. Странно и непривычно, что в башне, которую он с самого детства видел тёмной, пустой и заброшенной, теперь горит свет. Ему завтра вставать в школу, а он отправляется в ночное путешествие аля «побег из дома». Акк подошёл к окну, распахивая его побольше. Вниз слезть можно, и он ради этого даже обул кроссовки, но вот сам факт этого сбегания... «Чёрт, я как будто либо совсем ребёнок маленький, либо иду на свидание со своей любовью» — от этой мысли у Акка вдруг покраснели щёки. Он прикусил губу, вспоминая тёмные глаза совсем близко к его. «Господи, да что со мной?» — он сдвинул брови к переносице, тут же закидывая ногу через окно. Самое главное — спуститься. В сарае есть лестница, ею Акк воспользуется, когда будет возвращаться. «Надеюсь, я не поломаю себе ноги» — парень повис на окне, как сосиска. До земли примерно ещё столько же. Уверенный вдох — Акк жмурит глаза, разжимая пальцы. «Чёрт!» — не удержав равновесие, Акк падает на землю. Он даже не успел услышать, насколько громким было его приземление. Он бы не хотел тревожить маму, иначе весь план тут же бы рухнул, а это самое страшное. Без оглядки Акк прыгнул через забор, направившись к белым ветхим дверям. Надо сказать, сегодня его сердце колотилось гораздо сильнее и ощутимее, чем в первый визит сюда. Оно будто было налито свинцом, и то ли от этого чувства, то ли от быстрого бега Акк слегка задыхался. В первый раз он не знал, чего ожидать, и что может произойти; его сердце трепетало от страха перед неизвестностью. Теперь же Акк знал и предугадывал все события и свои эмоции, отчего его сердце не просто металось по углам груди, а чуть ли не вылетало наружу. Вот он видит перед собой Айяна, странного, холодного до такой степени, что аж обжигает, туманного, и тут же рассекающего этот туман своими чёрными, как волчьи ягоды, глазами. Ему не страшно, скорее по-жаркому жутко. По-жаркому, потому что его тянет к Айяну, как магнитом; все щёки покрываются пунцой и в душе лишь дикое желание дружить. Он взволнованно постучал в дверь, теперь уже не повторя своих ошибок. Акк знал, что ему откроют, просто нужно подождать больше тридцати секунд. Когда наконец дверь начала «нападать» на него, Акк сделал шаг назад и натянул на лицо глупую улыбку. Она была очаровательна, и, увидев её, Айян тут же поменял хмурое выражение лица на лёгкое смущение. Его бледные щёки стали розоватыми, как персики, а брови расслабились. — Акк... — Айян, ты в— Акку снова заткнули рот, втаскивая в дом. Ай прижал его к двери, наседая своим телом вплотную. Чего ещё нового староста сможет узнать за время общения с этим чудиком? Он опустил взгляд, вдруг обнаружив, что Айян в коротких шортах, сланцах и пижамной футболке. «Так я не один в таком глупом прикиде» — думает Акк, поднимая брови. — Что ж ты такой торопыга, — тихий шёпот звучит в ушах громче, чем крик. — Хочешь научу тебя звёздам? По коже бегут мурашки. Ему мерещится, или чужое дыхание правда гораздо горячее плоти... Акк убирает руку Айя со своих губ, пытаясь успокоиться. Его голова немного идёт кругом, и вдруг в разуме мелькает мысль: «Если бы хотел выпить мою кровь, уже давно бы сделал это». И тут же осечка: «Чёрт, о чём я думаю?» — Научи меня. Я тоже люблю звёзды. Айян поднимается по ступенькам, и Акк, как и в первый визит, следует за ним уже в знакомое место. Ночью здесь всё совсем по-другому. Комната освещена лунными лучами почти со всех сторон из-за множества окон, только тёплая тусклая лампа подсвечивает Айю рабочий стол с разными чертежами. Крыша нависает сверху, как чёрный купол. Половина вещей накрыло мантией ночи, и Акк оглядывается вокруг, как в первый раз. Всё здесь напоминает о событиях прошлого, и сердце начинает странно ныть. Акк поджимает губы, но никак не может сдержать слов, рвущихся наружу. — Прости, что в прошлый раз тебе всё испортил... — виновато протянул он, смотря на телескопы. Акк не стал перечить, нагнувшись и смотря сквозь линзу. Он тут же удивлённо воскликнул, улыбаясь и дёграя Айя за край футболки. Он увидел там две звезды рядом, очень большие, словно два солнца. — Что это, Ай? — Альфа Центавра. — Да ты шутишь! Альфа Центавра состоит из трёх звёзд, разве не так? — Вот видишь, вам не хватает практики! Учите только одну теорию... Что ты знаешь о ней? — Ну... — Акк напряг мозги. Время заполночь, а Ай решил устроить ему астрономическую викторину. — Звёздная система южного полушария, к тому же, третья по яркости на небе. Состоит из трёх Центавр: A, B, C. Однако... Почему же видно только две? — Потому что Проксима Центавра, Центавра С — красный карлик. Её еле-еле можно увидеть даже в телескоп, по крайней мере такой, как у меня. Айян взял Акка за руку, ведя к той самой двери, что парень случайно заметил, когда выходил из башни впервые. Ночью сердце хочет отдохнуть, но с этим чудиком провернуть такое явно не получится. Он открыл её, и за порогом показалась черепичная крыша без наклона. Площадка была не сильно большой, однако на ней можно сделать несколько шагов в разные стороны. — Садись сюда. — У-у, да ты романтик, — Акк похихикал, толкая Айя в бок. — Свидание на крыше решил устроить? — Щас полетишь с неё вниз, — строго огрызнулся Айян. И хоть Акк сделал вид, будто немного обиделся, в сердце у него уже всё таяло, как мороженое. Ай гораздо жарче и приятнее, чем он мог себе представить. От него не ожидаешь подобного, и почему именно крыша? Акк сел на неё, ища глазами силуэт, что опустился с ним рядом. Было тепло, и ночь стояла знойная и тёмная. На небе висели яркие звёзды, очень много разных, и Акк молчаливо разглядывал их. Сердце колотилось всё сильнее; он явно волновался и не знал, куда себя деть. Его нервные мысли вдруг прервал уверенный голос. — На самом деле мы здесь не для наблюдения за звёздами. Акк сглотнул, вспоминая события утра. — Айян, ты правда вампир? — у него спёрло дыхание, и он боялся посмотреть на собеседника. — Правда. За этой фразой последовало молчание, которое, кажется, длилось очень долго. Но на деле — лишь пол минуты. — Зачем ты здесь? — Я умираю, — спокойно ответил Айян, будто уже смирившись со своей участью. — Мне нужно выпить чью-то кровь, чтобы жить, в обмен на чужую жизнь. Акк поднял брови, нерешительно взглянув на Айя. Он ужаснулся, и теория, что он так долго строил, подтвердилась. Однако не видел он на лице Айяна ни строгости, ни намерений, ни былой жути. Лишь только туманную тоску, которая тянула его на дно, как привязанный к лодыжке камень, и задумчивость. — Я не буду тебя кусать. Да и сейчас это незачем. Они там, — Ай ткнул вверх и поднял глаза к звёздам, — не давали сигнала. — Тебе страшно? Акк взял Айяна за руку. Она как всегда была холодна. Однако глаза показались Акку гораздо горячее и живее плоти. В них крылось столько всего разного, что голова шла кругом. Но самое важное: просьба о помощи. Тёмные грустные глаза вампира просили о чём-то. — Мне страшно... — Айян опустил взгляд. Вдруг Акк прижал друга к груди, обнимая его и утыкая ледяной нос себе в шею. Нет. Он не боится. Он знает, он чувствует, что Айян не укусит его, ведь тот сам трясётся от страха. Чужие холодные руки сжали его пижамную футболку прямо рядом с сердцем. И Акк боялся, что Ай услышит, как громко оно стучит. В голове теперь ещё пуще путались разные мысли. И даже было стыдно, что большинство из них — собственные чувства и размышления, никак не имеющие отношения к проблеме. Например то, что Айян безумно очарователен, когда обнажает душу и щемится куда-нибудь за помощью. Или то, что он, наверное, быстро мёрзнет при такой особенности, и горячее тело поможет согреть его. — Тебе холодно? — Немного, — шепчет Айян, вжимась лбом в чужую шею. — А когда будет известно про какой-то сигнал? — Тыквы всё расскажут. Айян тяжело вздохнул, кажется, без какого-либо желания разговаривать об этом. — Ты... Поэтому боишься тыкв? — Акк... — голос Айя будто умолял закончить. — Прости. На пару мгновений оба прислушались к дыханию друг друга, и не было слышно даже знойного ветра. Ночь тиха. Акк отпускает Айяна, что уже пригрелся у него в руках, как птенец в гнезде, и заглядывает ему в глаза, полные слёз. Стеклянные и сияющие пуще звёзд на сегодняшнем небе. — Нет-нет, не надо плакать, — Акк улыбается, поглаживая Айя по голове. Удивительно, как быстро его страх сменился диким желанием быть ближе. Вообще-то оно было у Акка в сердце всегда, и все это знают. — Давай-ка не портить твои будни здесь слезами. Ты уже придумал костюм на школьную вечеринку в честь Хэллоуина? — Акк видит, что Ай смотрит на него глазками-пуговками и вообще не понимает, что происходит. — Ах, погоди, да тебе и костюм не нужен! А вот с моим что делать... Кажется, Ай очень быстро очнулся и напустил на себя серьёзных туч. Таким видеть его было гораздо привычнее. Всё в его лике менялось, преображалось так, что даже возраст бы Айяну Акк дал другой. Он становился старше на вид, и его живые от слёз глаза снова чернели, как уголь, а щёки, что некогда припухли от расстройства и делали его похожим на ребёнка, впадали внутрь. — Что ещё за вечеринка? — Там будет бал, жуткие игры и конкурс костюмов, — кажется, Акк задумался о чём-то, и с его лица не спадала улыбка. — Суппало для мальчиков, какой бал? Или снова?.. — Ага, — он расцвёл в улыбке так, что его глаза стали похожи в темноте на две капельки росы. — В прошлом году я танцевал с... — Акк продолжал воодушевлённо рассказывать, но его слова уже были еле различимы в чужом сознании. Айян прикусил губу, почувствовав вдруг, как колет его сердце. И состроил такое больное лицо, что спутник остановился в своей речи. Его рука легла на чужое плечо. — Ай? — Я не пойду, — он отвернулся, уставившись в небо. — Это безумно весело! Ты обязан пойти! — Акк взял вампира за шею, обращая на себя взгляд. — Пожалуйста-пожалуйста! Ради меня. — Пф, — фыркнул тот, закатив глаза, — что значит ради тебя? Мы только подружились, а ты сразу «ради меня». — Ну Ай, — Акк придвинулся к нему ещё ближе, дуя губы. Он был просто очарователен. Сердце затрепетало в груди, ожило, напоминая вампиру, что он всё ещё может чувствовать. От этого Айян так сильно смутился, что слегка толкнул собеседника в грудь со странным стоном. — Да куда я денусь!.. Доволен теперь? — его раздражённый голос дрогнул, уже превращаясь в застенчивый. — Ура! — Акк сжал кулак, улыбаясь во всю ширь. — Поможешь придумать мне костюм? — Да выбирай кого хочешь. Будто монстров мало на земле. — Айян сжал колени, обхватив их руками и положив подбородок. — Я шить не умею, — глупо признался староста. — Вот что угодно, только не шить. — Зато я умею. Кого тебе надо? — Правда сделаешь? — у Акка глаза засверкали; это который раз уже за этот вечер? Он прижал Айя в объятия, поглаживая по спине. — Сшей мне такой же костюм, как и у тебя! Я не расстанусь с тобой в этот вечер ни не секунду, обещаю, тебе понравится, — его горячее тело стискивало Айяна, вылепливая из тонкого стана пластичную восковую фигурку. Это всё так ново для него, так опасно и жутко, что, не скажи Акк эти слова, он бы ни за что не пошёл на такое глупое мероприятие. Одно только радует — можно быть собой. Не прятать клыки и улыбку, вести себя смелее, наслаждаться жизнью людей и просто чувствовать. Проблемы решатся, а пока надо брать от этого момента всё, что только можно ухватить. Так решил Айян. — Ну всё, прекращай, — он кусает губу, так что его клык выглядывает наружу. В тумане ночи Айян красив настолько, что время от времени у Акка сперает дыхание, и он не может перестать смотреть. Это даже в какой-то мере достаёт его и отвлекает мысли на что-то странное, с чем он ещё не имёл дело. Раньше ему никогда бы и в голову не пришло заглядываться на чужие губы, или чего ещё пуще, желать попробовать их на вкус. Звучит бредово и так смущает, что Акк чувствует себя неуютно. Ему хочется сбежать, потому что чем глубже наступает ночь, тем больше подобных мыслей ему лезет в голову. — Спасибо тебе, — с улыбкой протянул староста. — Кажется, уже совсем поздно. Я пойду домой. Он украдкой посмотрел на Айя, но тот был полон задумчивости и глядел на звёзды. «Чудной» — с добротой думает Акк, поджимая губы. — Ты знаешь, где дверь. До завтра. Это было последнее его слово, потому что после Акк зашёл внутрь башни, и больше Айян с ним уже не разговаривал этой дымной ночью.