когда мы уже начнем встречаться?

Самый обычный школьный день, с семью уроками и злыми учителями, что занижали оценки, ноРуслана радовала лишь одно – Даня выздоровел. Болел недели две, и еще три дня дома лежал, а Руслан завидовал ему, тоже же дома хочется полежать, а никак. Но теперь то они вместе. Они странные до ужаса, на вопрос « кто вы друг друг?» всегда отвечают « лучшие – пиздец какие, дохуя близкие – друзья ». Для всех дружба, конечно, разная, но для них это, видимо, дрочить друг другу, делать минет после тяжелого дня и, иногда, разрешать межбедренный оформить. Сидят они за одной партой, предпоследней, четвертой, первый ряд. Одна из самых незаметных для учителей, учитывая ещё то, что перед ними сидит очень толстый одноклассник, закрывая их. Идет один из самых скучных уроков, обществознание, на котором они, как всегда, ничего не делали. Так бы и просидели в телефонах, но в мозге Кашина что то, видимо, произошло. Он медленно опустил руку под парту и разместил на ляжке Руслана, чуть сжимая ткань черных джинс. Тушенцов на такое действие лишь легко улыбнулся, хмыкнув. Ему приятны любые прикосновения от Данилы, будь то щелбан по шутке, или движение подушечек пальцев по впалому животу, вызывающее дрожь, совсем не по шутке. Но Кашин стал лезть выше, задевать ширинку, собачку джинс, понемногу расстёгивая ее, забираться под черный лонгслив, щекоча ребра. Такие приставания, конечно, допустимы в их недо отношениях, но не на уроке же. Ну не тогда, когда учитель вечно ходит по классу и прожигает дыру в учениках, пристально наблюдая за ними через линзы очков. К счастью шатена прозвенел противно громкий звонок, и все сразу побежали из душного класса в не менее душный коридор. Дожидаться следующего урока, сидя на полу и есть небольших размеров пиццу из столовой. Сейчас первая и последняя большая перемена, двадцатиминутная. Этого времени вполне хватит этим двоим, чтоб сходить покурить в туалет, захуесосить учителя общества и математичку, выглядящую хуже бабы ягы, в самой страшно нарисованной ее вариации. Туалет с исписанными кабинками принимает в себя все больше учеников, у которых планы ровно такие же, как и у Кашина с Тушенцовым. Зайдя в третью кабинку, их любимую, ведь там они и просиживали все время, Даня сразу достал сладкую электронку, Руся же снова забыл свою, а без никотина он как без кислорода. Звонок на урок уже прозвенел, но уходить из туалета ни Даня, ни Руслан не планировали. у Дани был не такой взгляд, как до этого, он стал более хищным, словно он волк, что охотится на маленького зайку. — Ты че? — сказал старший, крутя в руках подик и делая все больше затяжек. Младший же подошёл почти вплотную, прижимая того к стене одной рукой. Второй он затянулся, выпуская пар в лицо смуглое и в поцелуй затягивая, хозяйничая в чужом рту своим языком, вылизывая его так тщательно, будто пытался забрать весь лаймово – клубничный вкус, или наоборот, отдать свой персиковый. Он был достаточно страстным, учитывая еще то, что рыжий опять запустил свои холодные ладони под верхнюю одежду шатена, поглаживая грудь. Крутя уже не электронку, как пару минут назад, а соски проколотые. Руслан стонал в поцелуй, мычал от удовольствия, прижимал его ближе, лишь бы этот момент не заканчивался, слишком хорошо ему. Приглушённый звук ширинки и бледная ладошка поглаживала полу вставший орган через тонкую ткань трусов, которые почти сразу спали с больших бедер. Облизнув указательный палец он начал водить им по алой голове, вырисовывая различные фигуры, собирая на этот же палец предякулят, размазывая по всему органу, чтоб не ублажать своего друга на сухую. Неприятно от такого трения будет обоим. Сильно харкнув на ладонь он принялся водить ей туда сюда, от головки до самого лобка, со временем ускоряясь. Приглашенные плечом стоны доносились из кабинки, Руслан старался быть тише, кусая чужое плечо за слоем кофты, но это мало получалось. Вместе со стонами стали выходить и мелкие кристаллики слез, сказывающиеся по пунцовым щекам и утопая в лонгсливе. Особо громкий стон и шатен закончил в бледную ладошку, а после совсем обмяк и скатился по серой, исписанной стенке на пол. Кашин быстро вытерся от семени и спустился к Руслану, целуя его нежно нежно, не так, как до этого. Он влил туда всю свою любовь и заботу, передавал Руслану. — Дань, когда мы уже начнём встречаться? — Кот, ну ты же знаешь, это не понравиться моей девушке.