Похороните нас за плинтусом

Арс показал свое запястье подростку в доказательства своих слов. -Поэтому я тебя прошу, — вздохнул Арсений, выкручивая руль влево. -Прими нашу помощь, хорошо, Тош? Я никому не пожелаю пережить то, что пришлось пережить мне. Тем более тебе. Антон молчал, зеленый цвет глаз потемнел из-за пленочки слез, которая окутала их. -Арсений Сергеевич… — с дрожью в голове позвал мужчину он со своего соседнего кресла. -Я не знал, извините. Он понял почему его тянуло к Арсению, а Арсения к нему. Потому что они одинаковые. -Да ладно, я уже давно это пережил, — улыбнулся Арсений, паркуя машину около знакомой кофейни. -Я договорился сегодня встретиться здесь с Пашей и Лясей. Если хочешь, можешь присоединиться к нам. Антон уже хотел согласиться, но вспомнил, что обещал сегодня помочь маме пересадить цветы, поэтому с грустью помотал головой. -Нет, извините, мне нужно маме помочь. Спасибо, что подвезли, Арсений Сергеевич! Я сам отсюда дойду, — мальчик потянулся к дверной ручке, но голос мужчины его остановил. -Вне школы называй меня просто Арсений. Я же еще не совсем старый. Антон улыбнулся, ему стало очень приятно, что Попов хочет общаться с ним как с другом. -Хорошо, Арсений Сер… Арсений. Оба тихо засмеялись и Антон покинул машину. Арс видел в зеркале заднего вида, как длинный неувязок шагает по тротуару, попутно вставляя наушники в уши. Он был счастлив. У него получилось убедить Антона, что ему действительно нужна поддержка, а главное — смог дать понять, что иногда быть слабым и просить кого-то о помощи — абсолютно нормально и даже правильно. Через двадцать минут к кафе подъехал белый джип, из которого вышел Павел и, обойдя машину, подал руку своей жене. -Здорова, Арс, — протянул он ладонь мужчине, вышедшему из своего автомобиля. -Привет, Паш, привет Лясь, — он пожал руку другу и обнялся с Ляйсан. -Как вы? -Ой, да нормально. Ты сам как? Как Шастун твой? Попов закатил глаза и сложил руки на груди. -Во-первых: я нормально, он тоже ничего. А во-вторых: он не мой. Антон помог маме пересадить все ее фикусы, хуикусы и прочие рододендроны. Он не разбирается в цветочках, просто делает, что велено. И вот через час он снова свободен, поэтому пишет своим друзьям с предложением прогуляться, может сходить куда-нибудь. Через месяц они с семьей переезжают в частный дом, который сейчас находился на последней стадии ремонта, так что он хотел купить декор для своей комнаты, а заодно поискать что-нибудь новогоднее, чтобы потом не толкаться в торговых центрах среди кучи народа. Они договорились встретиться компанией в четыре часа дня, поэтому до встречи еще было время. Парень листал ленту ВК, как вдруг ему попался пост со страницы Арсения Серге… Арсения… не, ну в своей голове он может называть его как хочет. Пост Арсения. Там была фотография мужчины в красивом черном костюме, с серебряной цепью на шее. Он облокотился на крыло своей черной ласточки, а взгляд его был устремлен на стрелки каких-то явно бешено дорогих часов. Все это происходило на фоне ночной Москвы. Пафосно, роскошно, очень по-Поповски. Антон буквально залип на эту фотографию. Его не интересовали машины, побрякушки и прочие изыски. Ему нравилась поза мужчины, его взгляд, его руки, его шея… он весь. Арсений чертовски нравился парню, но признаваться себе в этом Антон не желал. Раньше он, почему-то, не замечал, насколько математик красив. Антон не решился разбираться в своих чувствах и эмоциях, но лайк на фотографию поставил и сохранил ее себе на телефон. Мальчик сглотнул накопившийся ком в горле, заблокировал телефон и откинулся назад, уперевшись спиной в стену. -О как… Парни гуляли по торговому центру и рассматривали разные витрины. Дима уже успел зайти в книжный и купить себе несколько книг для подготовки к экзаменам, а Матвиенко просто так с ними ходил, ему ничего не нужно было. Разглядывая неоновые ленты, которые крепятся к стенам или потолку, Антон увидел красивую статуэтку китайского дракона. Белый дракон обвил большой валун своим телом и поднял голову вверх, как будто рассматривал что-то в небесах. Широкие могучие лапы располагались на самом валуне, впиваясь огромными когтями в его поверхность. Подросток не мог оторвать от него глаз, он был невероятным. Как и его цена. -Нравится? — раздался до жути знакомый голос сзади. -Ой, Арсений Сергеевич. Здрасьте! — поздоровался Матвиенко, который был увлечен комнатными кактусами. -Привет, Сереж, — улыбнулся Арсений, оборачиваясь к ученику. Антон никак не ожидал увидеть здесь Попова. Он же вроде должен был со своими друзьями быть в другой стороне Москвы, как он тут-то оказался? -А что вы… — парень хотел уточнит, как же так вышло, но учитель его опередил. -Паша хотел купить подарок жене на годовщину. Вот, привез его в свой любимый магазин. Антон кивнул головой и отошел от дракона. -Так нравится? — настойчиво спрашивал Арсений, вглядываясь в глаза ученика. -Ну, да. Красивый такой, могущественный, типа, — проворачивая кольцо на пальце и отводя взгляд ответил Антон. Если бы рядом лежал помидор, то он бы лопнул от зависти. Ему никогда не стать таким красным, как парнишка в эту секунду. -Так бери, в чем проблема? — снисходительно посоветовал Арс и, взяв статуэтку, протянул ее Антону. -Бери. Сережа и Дима не видели что происходит, потому что были слишком увлечены другими безделушками. В данный момент они вертели в руках шар предсказаний, все больше желая его купить, дабы он делал за них выбор во время школьных тестов. -Но он… дорогой? — нерешительно ответил Антон, не решаясь принять такой подарок от мужчины, на фотографию которого чуть больше часа назад пялился как восьмиклассница на какого-нибудь знаменитого рэп-исполнителя. -Да брось, все нормально, — рассмеялся Арсений, намекая на то, что в его случае — это совсем не деньги. Наверное стоит объяснить, как же так вышло, что у человека, который отказался от семейного бизнеса и стал работать обычным учителем, есть все предметы роскоши, о которых говорилось выше. А все очень просто: его отец — банкир. А чем славится Швейцария? Все верно, часами, шоколадом и банками. Конечно же у Арсения была и семейная карта, и своя личная. На самом деле, он в отличных отношениях со своей семьей, просто быть банкиром ему совсем не хотелось. Его отец это понял и принял, поэтому никто и никогда не ограничивал его в тратах. Плюс ко всему его семью многие знали и в России, это означает, что он обязан был поддерживать статус. Оттуда и дорогой «Мерседес», швейцарские (естественно) часы и только шикарная одежда. Вот такая вот лотерея была выиграна Арсением с самого рождения. Он мог потратить сколько хотел и когда хотел, поэтому купить подростку какую-то статуэтку за десятку ему было все равно, что заскочить за кофе с утра. -Да вы прям папочка, — тихо отшутился Антон, только через секунду осознав, что спизданул. Арсений подавился воздухом, а Тоша выпучил глаза так, что учитель испугался, что они сейчас выпадут. -Я то есть в смысле ну не в том как папочка я больше как бы ну... -Закапываешь себя… — подсказал ему Попов, откашливаясь. -Извините, в общем, — Антон закусил губу с такой силой, что она побелела. -Ты что-то еще взял себе? — спросил учитель, кивая на корзинку в руках парня, в которой лежала светодиодная лента, несколько гирлянд и забавный ночник в виде гриба из «Марио». -Да, мы скоро переедем и я бы хотел украсить свою комнату, — объяснил свой выбор Антон. -Только можно, пожалуйста, я сам это все оплачу? Мне родители деньги выделили, если я их не потрачу, а все это принесу — они меня сами ментам отдадут за кражу. Арс мягко улыбнулся и хохотнул. Но потом слегка нахмурился. -Куда переезжаете? — более серьезно спросил он. -Да в частный дом. Он не так уж далеко, поэтому ничего кроме адреса у меня не поменяется, — как будто оправдывался мальчик. Атон, Матвиенко, Дима и Арсений стояли в очереди на кассе, позже к ним присоединился Павел, держа в руках ну очень красивый светильник и вазу в китайском (или японском, Антон не особо разбирался в искусстве) стиле. Видимо, это и был подарок для его жены. Матвиенко все-таки купил этот шар, потому что на носу у них тест по биологии, а он все годы, проведенные в школе, смеялся над пестиками и тычинками, а не учил материал. Антон оплатил свой светящийся декор, а Арсений статуэтку. Как и договаривались. -Спасибо большое, Арсений Сергеевич, я обязательно придумаю как вас отблагодарить, — лепетал Антон, блестящими глазами осматривая статуэтку. Глаза парня действительно блестели. Арс не мог этого не заметить, он любовался и безумно радовался такому Антону. Это единственный раз, когда он видел, что его темно-зеленая бездна превратилась в яркую, летнюю листву. -Натурой, — буркнул Арсений одними губами, но тут же вздохнул, прибавляя громкость. -Оценками, Шастун. На следующей неделе контрольная. Хорошо напишешь — считай отблагодарил. Компания рассмеялась и направилась к выходу из торгового центра. Время близилось к позднему вечеру, так что все приняли решение разъезжаться по домам. Арсений сегодня поедет к Паше на праздник, поэтому им нужно было идти на парковку, а вот Матвиенко доверил свою судьбу шару. -Шар, шар, скажи мне: мне лучше поехать на метро? — он тряхнул «гадалку» и она выдала: «скорее да, чем нет». -Ну все, кенты, идем! — обрадовался он хорошему раскладу событий и уже был готов сорваться в сторону входа в подземелье. Антон попросил друзей подождать его у турникетов, а сам подошел к учителю. -Арсений Сергеевич… -Арсений, — поправил его мужчина. -Ну, да. В общем, я хотел сказать спасибо вам большое. И за дракона, и за поддержку. Да вообще за все, — внезапно Антон приблизился к Попову и обнял его. -Вы простите, что я ну… такой. Арс этого совсем никак не ожидал. Он рассеянно положил руку на лопатки подростка и аккуратно похлопал его. -Ну-ну. Я просто хочу, чтобы ты был в порядке, окей? Антон был так счастлив. Сейчас он не думал о том, что его жизнь ужасна, не думал, как бы ему поскорее оказаться в могиле, он просто был счастлив. И не потому, что за него просто заплатили, а потому, что это был Арсений. Арсений не пожалел на него денег, он ничего не жалеет для него. Ни времени, ни нервов, ничего. Это невероятно сильно цепляло юношу, он был очень тронут и хотел разрыдаться прямо сейчас. Ему казалось, что он не заслуживает такого отношения к себе. -Ну все, все. Мне ехать пора, — уголки губ Арсения вздернулись, он умиленно смотрел на Тошу. -И тебе, кстати, тоже. А то родители потеряют. -Арс, — серьезный тон Паши отвлек Попова от своих мыслей, -что у вас с этим Шастуном? -Ничего, Паш, — честно ответил водитель, не отвлекаясь от дороги. -Я просто хочу, чтобы именно этот человек был счастлив. -Это называется «издевательство», — прерывисто вздохнув парировал пассажир. -Не дай Бог ты ему сделаешь больно, Арс. Он такой светлый, честный. Наивный какой-то. -И глубоко одинокий, несчастный и разбитый, — добавил Арсений, горько хмыкнув. -Да одни его глаза чего стоят. Вся вселенская боль в них, — отметил Воля то, что его лучший друг заметил очень давно. -Он несовершеннолетний, — коротко, но четко ответил ему голос. -И? Он от этого не человек что ли? Голубоглазый не стал отвечать, просто выкрутил музыку по-громче и стал подпевать. Так они и доехали до квартиры, с песнями, но, в силу обстоятельств, без плясок. Шастун очень-очень аккуратно водрузил белого дракона на свой стол. Ну очень он ему нравится. Теперь даже больше, чем в магазине, ведь его подарил Арсений. Снова осматривая каждый сантиметр статуи, Антон положил пакет с украшениями в свою тумбочку, а потом включил компьютер, рассчитывая поиграть в свою любимую игру. Телефон издал завибрировал, отвлекая парня от ввода пароля на загрузочном экране. Матвей Сергиенко 23:12 Спишь? Антон усмехнулся. До сна ему еще часа 4, не меньше.

Антон Шастун 23:13

Нет. Что-то нужно?

Матвей Сергиенко 23:13 Не, просто хотел спросить один очень не очень вопрос Шаст нахмурился. Что это за «очень не очень» вопрос такой? Может увидел порезы? Или синяки под глазами стали настолько яркими, что он подумал, что его дома избивают? А зачем строить догадки, если можно просто разрешить задать вопоос?

Антон Шастун 23:14

Конечно бро

Спрашивай

Ответ долго не приходил. Возможно, Сережа не знал как лучше написать, как сформулировать мысль, чтобы не обидеть или не задеть друга. Но наконец телефон издал вибрацию. Матвей Сергиенко 23:26 Ты гей? Прочитав сообщение еще на экране блокировки, Антон удивленно поднял брови и перечитал текст на экране. «Ты гей?». -Я гей? — тихо прошептал парень, уже задавая этот вопрос сам себе. А он уже не знал, если честно. Ему однозначно нравился Арсений, отрицать это было слишком глупо, но нравился он ему как друг или как мужчина? Может он путает чувство симпатии с влюбленностью, а может наоборот. Черт, Матвиенко заставил его крепко задуматься. Разложив все по полочкам (как мог), он принял самое лучшее решение.

Антон Шастун 23:30

Я не знаю

Я сам не знаю, я запутался

Матвей Сергиенко 23:31 Бро, даже если так, то мне похуй И Позу похуй Ты наш друг и нам насрать по мальчикам ты или по девочкам Но я уже поставил сотку на то, что ты гей. Напиши «да» пожалста Антон не смог сдержать улыбку. Ему однозначно нравилась его компания, но к этим ребятам он испытывал совершенно другие чувства, нежели к Арсению.

Антон Шастун 23:32

Да

И закрывайте свою букмекерку, я вам че, лошадь скаковая?

Пожевав свою нижнюю губу и поговорив еще немного с Матвиенко, Шастун все-таки решил отодвинуть разбирательства со своей ориентацией на потом. Имеет он право поиграть, в конце концов? Арсений вертел в руках телефон, лежа на кровати, которую ему выделила семья. Он невыносимо хотел покурить с Антоном, для него это было что-то вроде дозы. Без подростка он почти не курил, больше не видел в этом шарма, а вот с зеленоглазым готов был выкурить хоть весь сигаретный блок за раз. «Курение убивает» гласила надпись на упаковке. Арс вздохнул и перевернулся на бок, упираясь взглядом в стену. Часы показывали два часа ночи, уснуть мужчина все никак не мог. Он долгие часы думал над тем, что же с ним происходит, почему мальчик так влияет на него. Он хотел жить, когда видел его улыбку, глаза, покрасневшие щеки. Арсений элементарно зацепился за него, делая вид, что хочет спасти парня, но на самом деле, это Антон спасал мужчину. Ну, а насчет чувств ему нужно было подумать ещё. Он не мог так сразу сказать, испытывает он обычную привязанность или начинает медленно тонуть в подростке. Блять, даже звучит омерзительно. Следующий день прошел совершенно обычно, парни пришли в школу, Тоша весело провел время на последних партах, поиграл с шаром-гадалкой, попереписывался с Арсением вместо конспектирования материала, за что получил от руссички. В общем, очень даже ничего денек. Уроков с Поповым у них сегодня не стояло, и его это довольно сильно угнетало. Он бы хотел встретиться с ним и нормально поговорить, чтобы разобраться в себе. Вот что он не знал, так это того, что возвращаясь из школы, его обрызгает машина, летевшая как очумелая. Забрызгав Антону все кроссовки, штаны и нижнюю половину толстовки с курткой, водитель не стал останавливаться, даже услышав злобное «мудак ебучий!». Замечательно. Теперь Тоша мокрый, грязный, злой, до дома ещё минут 7-8 пешего хода. Невероятно. Черт с ней с одеждой, постирать можно. Но вот заболеть Антону сейчас никак не улыбалось. Зная самый главный закон природы — закон подлости — он был уверен, что заболеет. Буквально завтра же проснётся с ощущением, что глаза сейчас выпадут, нос будет заложен так, что не вздохнуть не выдохнуть, а голова обязательно будет мутной и тяжелой. Только представив все это, Антону уже стало плохо. Буквально добежав до квартиры, Тоша скинул с себя всю одежду, положив ее в корзину для стирки, переоделся в теплые домашние штаны, теплую меховую кофту и мягкие вязанные носки. Он надеялся согреться до того, как организм почувствует опасность и начнет бунтовать. Да и не хотел он умирать от какой-то болезни, это долго и больно. Так он точно не хочет. В идеале — уснуть вечером и не проснуться утром. Легко, нестрашно и просто. Но для этого нужно было больное сердце, такого у Антона не наблюдается. Пачка его сигарет все обещает ему инсульт, но пока что это пустые угрозы. Стоп. Антон вынырнул из мыслей когда понял, что стоит на балконе и достает сигарету из пачки. Плавая в глубинах своего сознания, он не заметил, что дома никого нет, ни отца, ни матери. Пожав плечами, мальчик закурил и посмотрел на город с высоты 6 этажа. Он рассматривал деревья, людей, которые сновали туда-сюда как муравьишки. У каждого из них была своя жизнь, свои проблемы, свои радости. Как же это все-таки удивительно. Каждый маленький муравей имел свое мнение, свои мысли, каждый был для себя главным героем своей жизни. Невероятно. Жаль, что Антон не мог сказать, что он чувствовал себя таким же. Ему не хотелось доигрывать эту игру до конца. Она скучная и однообразная, разработчик не старается над квестами, да и прокачиваться долго. А ещё местная валюта ну ужас какая дисбалансная. В общем, не особо продуманная игра, Антон такие не любил. Он докурил, затушил сигарету с внешней стороны балкона, чтобы родители не заметили пепел, вернулся в тёплое помещение и позвонил маме. Она сказала ему, что они с отцом останутся на ночную смену. Последнее время они работали почти без выходных, чтобы как можно скорее закончить ремонт в доме и переехать в уютный двухэтажный домик в частном секторе. Антон тоже больше любил дома, чем квартиры. Никаких тебе соседей, детских криков и собачьего лая в 5 часов утра. Тишина, красота. Одиночество. Депрессия. И далее по списку, он не стал углубляться в эти мысли. Пока что. Ему было жаль родителей, они пахали как кони ломовые, чтобы у их сына было все: хорошая одежда, вкусная еда, теплая крыша над головой. Он очень ценил это, но не считал, что заслуживает такого отношения к себе.