Будет лучше с тобой
31 октября 2024 г., 13:09
Кавех раздраженно пинал ничем не провинившийся камень и сжимал свои чертежи, которые снова не одобрил клиент. Точнее как, не одобрил: ему «все понравилось, но…»
«Может, здесь будет две двери? Точно, так ведь удобнее!»
«Зачем здесь это разделение? Пускай будет одна большая комната, чтобы я мог…»
И пнув камень побольше, Кавех простонал, не рассчитав свою силу и ощущая растущую боль в ноге.
— Вот же черт!
Все что оставалось архитектору, так это смириться с тем, что его клиентам не нужны идеальные чертежи, особенные разработки и красота постройки. Они готовы разрушить любую идею Кавеха и добавить хоть десять дверей в план, ведь «так удобнее» и «интереснее». Удобнее, привычнее… Как же бесит!
Во времена учебы в Университете Кавех мог позволить себе посылать подобных клиентов направо и налево, но со временем осознал, что заказы становятся лишь бредовее, просьб убрать-нарисовать появляется все больше, а вот моры — не особо. И если бы не дом, который был построен и подарен Кавеху по его собственному чертежу благодаря Университету, то одним лишь Архонтам было бы известно, где бы тот сейчас жил и чем занимался.
Как итог, Кавех научился идти на компромисс. Точнее, как считал сам Кавех, наплевательски относиться к делу всей своей жизни, перешагивать через себя и свой талант, и все это даже не ради миллионов моры, а чтобы просто не умереть где-нибудь под мостом от голода.
От такого хотелось плакать или как минимум запить горе вином, к чему Кавех достаточно быстро пристрастился, и уже даже самый дешевый алкоголь казался не таким уж и плохим. Но у архитектора было главное правило: он позволял себе напиваться только тогда, когда ему снова попадался раздражающий клиент с идиотскими правками. И так уж выходило, что в пабе он бывал по несколько раз в неделю.
Бормоча что-то себе под нос и мечтая побыстрее дойди до дома, чтобы скинуть на пол раздражающие чертежи для дальнейшего похода в паб, Кавех боковым зрением заметил рядом темное пятно с… чем-то огромным наперевес? На улице уже было темно и, испуганно пискнув, Кавех начал представлять, как сейчас на него выпрыгнет какой-нибудь разбойник и отберет у него… Отберет…
А что, собственно, у Кавеха можно было отобрать кроме пары бумажек?
Поняв, что терять нечего и глубоко вздохнув, Кавех резко повернулся к силуэту, чтобы присмотревшись понять, что огромным пятном оказалась недавно поставленная здесь скамейка, а вместо разбойников на ней сидел… Ребенок? Что ж, Кавеху говорили об этом и раньше, но теперь он и сам понимал, что ему точно нужны были очки.
Поблагодарив всех существующих Архонтов за то, что сегодня его хотя бы не попытаются ограбить, Кавех уже хотел пойти дальше по своим делам, но выражение его лица быстро сменилось с благоговения на тревожность: что ребенок забыл на улице ночью?
Еще раз присмотревшись к темной, склонившейся фигуре, Кавех заметил, что мальчишка выглядел отстраненно и совершенно никак не реагировал на эмоционального Кавеха, который то пищал, то громко вздыхал. Мужчина не видел этого ребенка раньше, и судя по его уставшему лицу, он был не местным: давно бы пошел к своим родителям спать. Или сбежал из дома?
Кавеху нужно было бы проявить безразличие: и так хватало проблем с головой. Ему нужно было просто пойти домой, но все решила неожиданная встреча их взглядов, от чего сердце мужчины неприятно сжалось: глаза мальчика были наполнены ко всему происходящему безразличием. И это никогда не говорило о чем-то хорошем, потому что у детей не должно быть таких выцветших, будто на солнце, глаз.
Мальчишка незаинтересованно отвел взгляд и начал снова вглядываться во тьму ночного Сумеру, пока ноги Кавеха сами собой неуверенно плелись в его сторону.
— Привет. Ты потерялся?
Ответа не последовало, но теперь Кавех точно не собирался уходить просто так: ребенок напротив выглядел разбитым, с синяками под глазами и впалыми щеками. И хоть тот пытался сохранить свое безразличие, его глаза предательски блестели на свету Луны. Возможно именно поэтому ребенок молчал, боясь дать слабину, показать чужому человеку свои подступающие слезы.
Поняв, что просто так мальчишку за собой не уволочь, Кавех устало вздохнул, подсаживаясь рядом и начиная снова просматривать свои чертежи, торгуясь с собственной совестью. Ему ведь нужна была мора чтобы…
«Чтобы поесть» — улыбчиво вспомнил Кавех из-за того, что рядом заурчал чужой желудок от голода.
— Пойдем, я тебя покормлю.
***
Сначала Кавех подумал, что его гостевая спальня наконец-то будет использована по назначению, ведь по проекту их должно было быть сразу две, но потом вспомнил, что практически сразу переделал одну из спален в свой рабочий кабинет, который теперь был полностью погружен в творческий беспорядок. Поэтому было решено, что мальчик переночует в кровати Кавеха, а сам он разложится на диване в гостиной. — Сколько тебе лет? Сайно пытался разговорить парня, который недовольно молчал и посматривал в сторону напевающего себе что-то под нос Кавеха, который мыл тарелки после их позднего ужина. И если в начале трапезы мальчишка был согласен лишь недоверчиво сесть за стол, то уже под конец съел все, что ему предлагали. Наблюдая за странной, но все-таки воцарившейся в доме идиллией, Сайно думал о том, что же он еще может сделать сейчас, кроме как заставлять мальчишку говорить. — Я бы забрал его с собой. Он может убежать ночью, а ты потом будешь обвинять в этом и себя, и меня. В ответ на подобное предложение мальчик резко подбежал к Кавеху, цепляясь за его ноги и давая понять, что он никуда не денется. И архитектор, слегка опешив, быстро прижал мальчика к себе и грустно уставился на Сайно, будто бы тот собирался забрать ребенка силой и сослать куда-нибудь в пустыню. — Ладно. Судя по всему, с тобой ему будет лучше.
