Демон, оборотень и два шамана

— Здравствуй, человек без ноги. Одну вижу здесь, где другая? Там? — Привет-привет, да, сам знаешь, столько дел, пришлось вот разорваться, — ставшие уже традиционными, эти подколы не переставали веселить Юнги. Но ровно до следующей фразы, лениво произнесённой шаманом. — Сам как, блохастый? Юнги сразу же оскалился и чуть ли не зарычал. Его невероятно бесило не столько само прозвище, сколько непонимание. — Да почему я блохастый-то, а? Объясни мне, наконец! Шаман выдержал драматическую паузу, глубоко вздохнул, прикрыл глаза и громко чихнул. — Понятно всё, — Юнги решил махнуть на это рукой. Всё равно внятного ответа от него не добиться. — Я чего пришёл-то, шаман с того берега реки новые сапоги купил, левый себе оставил, правый брать будешь? — И почём нынче полпары сапог продают? — шаман хитро сощурился, разглядывая сапог в руках Юнги. — Сделка-то не самая выгодная, сам понимаешь. — Ой, всё, надоел, подарок это, — Юнги с размаху поставил сапог на стол, прямо перед носом шамана. — Я пошёл, а то с вами, шаманами, пообщаешься, так можно и умом тронуться. Юнги развернулся, но не успел уйти. В глазах вдруг резко потемнело, из подпола потянуло чем-то гнилостным, а тени сгустились, будто пряча в себе что-то враждебное, чуждое этому миру. Колени задрожали, и Юнги схватился за дверной косяк, чтобы не упасть. Так уже бывало, он ощущал такое однажды, запомнил навсегда и знал, что сейчас случится: шаман сделает предсказание. — Скоро встанет красная луна, и всё перевернётся, жизнь всей деревни изменится. Ничего нельзя сделать. Этого не остановить. Ты сделаешь выбор, но это ни на что не повлияет. Голос, шипящий, шелестящий, подкрадывался всё ближе, заставляя ледяных мурашек разбегаться в ужасе, перескакивать с шевелящихся на затылке волос вдоль позвоночника и куда-то вниз, в сторону пяток. — Всё канет в небытие, растворится во тьме. Деревня, река, поля и даже этот несчастный правый сапог, — шаман схватил Юнги за плечи и развернул к себе. Туман в его глазах рассеивался, видение отступало. — Очнись, Юнги, и посмотри внимательно: у меня есть только левая нога! * Одеревеневшими пальцами сжимая несчастный сапог, Юнги выскочил из дома и часто-часто задышал, будто после часовой пробежки. Снаружи всё выглядело так, словно несколько секунд назад ничего странного не происходило. Тёплый осенний день, ласковый ветерок шуршал опадавшими листьями деревьев, где-то за забором перелаивались собаки, квохтали и когтями рыли землю курицы. Ни намёка на гниль и разложение. Да что же это было?! Юнги нетвёрдой походкой вышел за границы участка и побрёл к своему дому, машинально кивая спешащим по своим делам людям, знакомым ему в той или иной степени. При достаточно небольшом количестве жителей и благодаря работе Юнги доставщиком писем, сообщений и небольших посылок, его знала каждая вторая собака на деревне. От края до края, и даже за рекой, где расположилось соседнее село, чуть побольше, но до города пока ещё не доросло. Тихая, ничем не примечательная местность, так почему именно здесь, по предсказанию шамана, наступит чуть ли не конец света? Юнги чертыхнулся и тряхнул головой, пытаясь избавиться от навязчивых мыслей, но это совершенно не помогло. — Что-то случилось? — как всегда чуткий и внимательный Чимин заметил, что что-то не так, стоило только Юнги перешагнуть порог их дома. — Вид, будто тебя повозкой переехало. — Она пыталась, но я был быстрее, — Юнги повалился на кровать и бесцеремонно улёгся головой на колени Чимина, подставляясь под ласковые руки. — Шаманы однажды меня доведут, честное слово! Чимин с тихим вздохом отложил вязание и запустил пальцы в шёлковые чёрные волосы, ласково почёсывая чувствительное место за ухом. Юнги тут же захотелось размурлыкаться и заснуть, задвинув раздражение и прочие негативные эмоции куда подальше, в тёмный угол, и забыть. Однако, желание пожаловаться победило. — Что они натворили в этот раз? — Тэхён дал мне сапог, правый, сказал отнести Хосоку, ему нужнее. А у Хосока есть только левая нога, ему не подходит! Вот и кто меня обманул, скажи? — Хм, я думал, у Хосока как раз только правая нога есть, разве не так? А у Тэхёна только левая. — Вот! — Юнги торжествующе поднял палец вверх, а потом недовольно махнул рукой. — А оказалось, что левая у Хосока, своими глазами видел! Не меняют же они ноги, в самом деле. — Как знать, — непривычно задумчивый Чимин пожал плечами. — В деревне всякое говорят. Что шаманы с двух сторон рек по ночам встречаются на острове между двух берегов и там колдуют, а ноги… ноги живут отдельно, шпионят и всё шаманам рассказывают, что у кого происходит. Поэтому у всех шаманов по одной ноге, а вторая — на задании. Юнги громко фыркнул и закатил глаза. — Чушь! Я с шаманами больше всех общаюсь, ни разу ничего такого не видел. Уж такое зрелище я бы запомнил!.. — Может, тебя заставили забыть? Повисла неловкая пауза. Повеяло холодком. Чимин вдруг хихикнул и довольно произнёс: — Ужинать будешь? Я тут куриные ножки запёк. Как по заказу, все левые. *** Луна неторопливо набирала силу, скользя всё выше от горизонта. Белёсый туман клубился над водной гладью, движимый будто по волшебству, воле невидимой руки или… или ноги. Видимой и вполне осязаемой. — Твоя нога скоро окоченеет, смотри, уже посинела! — Тэхён всплеснул руками, потянулся и ловко вытащил ногу из воды. Отряхнул, как мог, и поставил на землю. — И чего ты от сапога отказался, ей же в самый раз по болотам скакать! Смотри, как пальчики поджимает, холодно ей, как бы не застудил! — Ага, конечно, болтай больше, — Хосок склонился над блудной конечностью и, брезгливо сморщившись, снял с неё пиявку. — Она притворяется, хочет быть такой же модной, как твоя. Посмотрим, что скажет, а там решим, заслужила она сапог или нет. Ему понадобилась пара минут, чтобы снова на время стать двуногим, и ещё несколько, чтобы воспринять и переварить собранную информацию. Когда Хосок открыл глаза, Тэхён ворковал над своей ногой, поправляя самодельную шляпу и потуже затягивая шёлковый шарф. — Всё так же плохо, как мы предполагали? — Хуже, — Хосок опустился на поваленный ствол дерева и подпёр подбородок руками. — Ты же тоже это чувствуешь. Тэхён хмыкнул и пожал плечами. — Не так ярко. — У меня было видение, и это случилось при Юнги. — Он что-то понял? — Не думаю, — Хосок покачал головой. — Я и сам не до конца понимаю, как он во всем этом замешан. Не думаю, что он из тех, кто спалит мир ради… — Ради любви? — Тэхён заинтересованно сощурился. — А ты бы спалил? Дал миру сгореть, лишь бы твоя любовь выжила, а? — У нас есть дела поважнее, чем рассуждать о таких глупостях. Надвигается то, что мы с тобой решить не сможем, но можем помочь. Есть идеи?