Ложь во благо?

Ви не мог поверить тому, что говорит Мисти: это было слишком нереалистично, рушило его картину и без того убогого мира напрочь, но и слов не осталось: он так и замер посреди «Эзотерики» с банкой энергетика в руке, невыспавшийся и приехавший, чтобы отвезти девушку к Джеки после её смены. Импульсы под хромом проходили туда-обратно, словно выкачивали последние оплоты адекватности; он моргал медленно и старался отрицать то, что ему сказали. Он не хотел верить в то, что опоздал. — Что значит… поклонница? — наконец-то спросил он, когда Мисти уже сидела на пассажирском сиденье его «Арчера». Она немного помолчала, печатая Джеку сообщение, но вскоре подняла взгляд и неловко улыбнулась. — То и значит. Он нравится одной девушке, и Джеки сказал, что она тоже наёмница, но чуть младше тебя. Ещё младше? Чёрт. Ви ощутил острый прилив ярости, поэтому выместил её на дороге, чуть не врезавшись в и без того побитый «Тортон», несущийся против потока машин. — А как ты узнала? — только и спросил он, тяжело сглатывая. Всё-таки опоздал и не признался, так долго скрывал, что теперь уже слишком поздно — у Виктора есть «поклонница». Ну и слово же она выбрала, мать её! Поклонница! А Ви тогда кто? Убавив музыку, Мисти вздохнула и заговорила: — Когда она от него выходит, то постоянно улыбается. А он после её визитов расцветает и смотрит не в монитор, а мимо. Они напоминают мне как раз-таки двух взрослых, играющих в поддавки, кто скорее сломается. Её голос звучал не так громко, чтобы глушить ноющую боль в груди, взявшуюся из сожалений и волнения, но достаточно чётко, чтобы слова отпечатывались в голове Винсента. — Серьёзно? Так и выглядят? — а вот он уже не держал безразличия, пусть сквозь него и терзала где-то далеко, когтями, утаённая влюблённость в рипера. Ну, тоже громко сказал — влюблённость. Скорее мания, желание побыть вместе чуть дольше. Иногда — сделать комплимент, мол, Вик, такая классная связка ударов была на том самом видео, где ты побеждаешь очередного засранца. Удар прямо в грудь. Больно. — У тебя зубы скрипят. — хмуро сообщила Мисти, следом потирая переносицу указательным пальцем, — Ладно, я перегнула палку. — Что? Есть что-то ещё? — шикнул Ви, но беззлобно, не желая её обидеть. Она и без того стала свидетелем его испорченного настроения и упавшего духа, но сейчас выглядела подавленно. — Да. Есть кое-что. Парень прикрыл глаза, перед ними заплясали огоньки, но пришлось вернуться к дороге и сбавить скорость; Мисти уже схватилась за ремень безопасности, чего ранее никогда не было. — И что там? — Ви порылся в кармане куртки и достал солнцезащитные очки, отчего-то думая, что сможет… заплакать? Нет, не сможет. Просто во взгляде, как казалось, есть столько гнева, что он вот-вот прожжёт Мисти. — Мне кажется, там всё взаимно. — Всё, лучше не добивай меня. — понуро выдал он, — Не надо. — Хочешь, посидишь с нами? Джеки давно тебя звал. — Да. Я посижу. — с готовностью кивнул Ви. Ему бы сейчас не стоило возвращаться в квартиру, так что путь лежал к гаражу Уэллса — уж там ему найдётся и местечко и будет о чём поговорить с Джеком. Да хоть о тех же самых боях, если изо всех сил упускать причастность к ним Вектора. А почему и не подумать? Когда он оставил машину и брёл за Мисти к гаражу, то заметил, что совершенно потерял любые мысли: теперь не шли ни темы для бесед, ни какие-либо другие идеи. Если раньше он мог приехать к Джеки и спокойно завалиться на кресло с бутылочкой пива, то теперь остановился у двери и коснулся рукой, выжидая, пока та откроется. Ребристая поверхность прошлась по пальцам и осталась прохладой на коже. — Наконец-то! — воскликнул Уэллс, швыряя другу бутылку, но тот несколько раз поморщился, когда та долетела до цели. В руке она подрагивала, словно у Ви был какой-то необычайно сильный мандраж. — Ви… — позвала Мисти, кивая в сторону. В очередной раз у наёмника внутри что-то дёрнулось, и от неожиданности он почти выронил бутылку — пришлось опустить её на край столика и выдохнуть. Теперь всё это вообще потеряло смысл: диалог с Мисти о «поклоннице», странная дрожь в ногах и целый вагон вопросов. Джеки болтал с Виктором, который после работы уже успел и переодеться и, кажется, пил с Уэллсом уже очень давно. — Поеду домой. — решил парень, но Мисти быстро перехватила его за руку. Он так и остался в одной позе, выдерживая удары судьбы и немилость, которой девушка его питала, как ему казалось. Как же так? Виктор. В гараже Джеки. Поклонница, после которой Вектор смотрит в пустоту, а не на матч. Почему Ви ранее такого за ним не замечал? Как долго они… — И что, даже не поздороваешься с Виком? — пробасил Джеки с таким напором, что Винсенту стало стыдно. Он, не снимая куртку, посмотрел сначала на Мисти, а затем на бутылку в руке. Она только нахмурилась, но Ви представил, как она говорит нечто вроде «Побудь с нами, говнюк, и не смей уезжать!». Только ради неё. И ради этой ноющей херне в груди, которая так сильно пульсирует, что хочется заныть. Ви изо всех сил натягивает дежурную улыбочку, которую привык использовать только в крайних случаях. Сегодня — то самое время, когда она как ни к стати, только Виктор непонимающе щурится, завидев её. От него не скроешь, но рука Вектора так крепко жмёт ладонь Ви, что тот держится от волнительного выдоха. Они будто обменялись энергетикой, сказала бы Мисти. Но Мисти садится на свободное кресло и прибавляет громкость на колонках. — Привет. — наконец-то решается заговорить Ви. — Привет, малыш. — Вектор смотрит на него таким странным, непонятным для наёмника взглядом. Будто оценивает, насколько тот сломлен. А может, так и есть? Вдруг Ви просто влюблённый олух, мешающий чужим отношениям и лезущий не в своё дело? Кто теперь знает… И что за наёмница? Красивая, наверное, хотя о вкусе в женщинах у Виктора Ви никогда не спрашивал, темы не заводилось. Ему всегда чудилось, что у рипера одно на уме — работа, да и только. Но ведь есть и частная жизнь, которая… — Что с тобой? — когда Джеки отходит, чтобы поговорить с Мисти, Вектор не отмалчивается. Его взгляд проходится по Ви с головы до ног. Находиться так близко к Виктору становится всё тяжелее, но у Ви больше нет сил дистанцироваться. Если раньше он мог соврать в лицо о том, что пора бежать, то сейчас и убегать некуда, разве что из гаража вон — и катиться в пустоши, чтобы там сесть на дорогу и материть весь мир. — В порядке. Просто день тяжёлый. — врёт, только не смотрит в глаза, ведь стоит лишь попробовать, то всё — можно сдаваться полностью и бесповоротно. Ревность. Так это называется. — Я тебя насквозь вижу. — Да ну? И что видишь? — Вижу, что у Мисти хорошо получилось над тобой поработать. Стоп. Ви повёл плечами и опустил голову. Бутылку пришлось отставить. Мисти вывела Джеки на улицу под каким-то специально надуманным предлогом, но парень уже всё понял. Она соврала ему. И Виктор… мать вашу! — Может, перестанем друг на друге отыгрываться? Я с самого начала был против этой затеи с выдумкой людей, но я не доверял тому, что вижу. — Вик… — поморщился Ви, откидывая голову и прижимаясь к ближайшей стенке. От услышанного вдруг похолодало. Вектор подошёл, положив руки на поверхность так, что Ви оказался между. Наклонился, чуть улыбнувшись и обреченно вздыхая. — Приревновал? Признавайся. — Да. — почти шикнул наёмник. — Приятно слышать. Но идея была не моя. У Мисти особенный талант вытягивать из людей их потаённые мысли. — Это даже немного подло. — Ви выдохнул, когда Виктор приблизился ещё сильнее. Ему даже показалось, что воздух кончился не только в его лёгких. — Ты мне нравишься, Винсент. Слышишь, что я говорю? — Да. — Какие мысли на этот счёт? Ви не выдерживает, обеими руками схватываясь за лицо рипера: он целует стихийно, раз за разом наращивая темп, и все проблемы ожидаемо рассыпаются. Виктор отвечает слишком резко, будто собирал для этого все силы — и очень долго. И что же это такое, раз уж не ложь во благо?