Добро пожаловать в наш старый ветхий дом!

      Тоска, это такое странное чувство. Хотя, порой казалось, что оно не должно одолевать того, у кого эмоции только зарождаются. Как оказалось, это не так, и всё в этой жизни происходит очень несправедливым и мрачным путём. Как и сейчас, Эдвард просто сидел на одной из крыш замка, куда мог выбраться, и просто смотрел на небольшой городок внизу. Почему-то именно сейчас, в такое холодное и дождливое время года ему взбрело в голову вылезти сюда и немного подумать о том, что с ним произошло за последнее время.       Он успел побывать среди людей, узнать что-то новое для себя. Та женщина, которая привела его в свою семью, она была к нему очень добра. Как и её муж, и сын, и даже Ким, которая ему очень понравилась. Однако, то место точно не для него, и вряд ли он когда-нибудь туда вернётся. Точнее, больше никогда не вернётся. Сначала всё шло очень гладко, а после все его словно возненавидели, в особенности этот Джим. Ему, кстати, очень не повезло, он умер, причём от рук самой Ким. Ирония.       Жаль только, что Ким сюда больше никогда не придёт. Да и если бы пришла, то что ей тут делать вместе с ним в этом грязном и старом замке? Она не сможет жить как он, как отшельник, которому практически всё равно на мир, который находится за забором. И лишь потому, что это вовсе не его мир, он там абсолютно чужой, белая ворона, которую отовсюду гоняют, только бы она не мешалась под ногами.       Вообще, эта единственная в его жизни вылазка кое-чему его научила. Эдвард сделал для себя некоторые выводы по поводу людей. Люди очень лживы и высокомерны, они строят для себя совершенно дурацкие правила, которых не понимают, а после обвиняют в непонимании этих правил таких же людей. Выходит просто замкнутый круг, который никто не может разорвать, и лишь потому, что система человеческого восприятия и ценностей совершенно не позволит это сделать.       В этом плане Эдвард знал, что сильно отличается. Его создатель был слишком стар, даже не успел его закончить, так как попросту умер практически у него на руках. Он не успел его обучить тому, что было важнее всяких там этикетов и вежливости, он не научил Эдварда отличать хорошее от плохого, понимать эмоции людей, как вести себя в некоторых ситуациях. Эдвард учился этому сам, но изначально понимал всё совершенно иначе, наверное, именно по этой причине он снова оказался в своём замке. В своём небольшом закрытом мире, в котором всё же появились какие-то новшества.       Теперь по мимо кустов он иногда делал статуи из льда. Да, те начинал таять, когда становилось слишком тепло, но это совсем не важно, он занимался тем, что ему нравилось делать больше всего. Одним из таких занятий были и его воспоминания. Хорошая была семья, только вот он потерпел неудачу. А хуже ещё то, что он не понимал почему люди на него так сильно ополчились, словно он кого-то убил.       Жалел ли он о том, что тогда вломился в дом Джима вместе с самим Джимом и всеми остальными? Нет. Вовсе нет. Он делал это ради Ким, ведь это она его об этом попросила. Наверное, это было самым глупым его поступком за всю жизнь. Но он ведь сам как ребёнок, который просто не понимает, что так нельзя, что можно было бы просто отказаться и не идти на поводу. Но, как оказалось, он хоть и существо не с такими яркими эмоциями, но Ким он всё же полюбил. Поэтому и не смог ей в чём-то отказать.       С Ким всё точно будет хорошо. И где-то внутри Эдвард надеялся, что она его помнит. Что помнит его таким странным и непонятным, и что не помнит, как он злился. В порыве ярости и ненависти к Джиму он устроил не самый приятный вечер для жителей столь маленького городка, а значит, это было его самой большой ошибкой. И вот, теперь он здесь, продолжает стричь кусты и обтёсывать лёд, порой читает оставшиеся от создателя книги, чтобы хоть немного завершить свой образ.       Он никогда не будет похож на человека, ведь сам он не знал, как себя заколнчить. Порой он задавался вопросом, а почему отец не мог ему сразу дать руки? Почему вместо них оказались ножницы, да и ещё такие острые? Наверное, тогда имело смысл поговорить с врачом, чтобы ему сделали операция, и у него было бы всё хорошо. Он бы жил в семье, а не тут, совсем один. Но, одиночество его вполне устраивало, он привык к подобной участи. — Интересно. Что ты сейчас делаешь.       Эдвард иногда начинал говорить с самим собой, чтобы просто не забыть, как это делается. Но, он же создан другим человеком, он уже не совсем настоящий, а значит что-то забывать не умеет. Он всё отлично помнил, особенно то, что попадаться в руки полиции определённо не стоит, или может быть очень плохо. Его могут посадить и на этом закончится его счастливая жизнь без ничего, вот только, с таким клешнями он вполне сможет разрезать решётки и сбежать.       Сейчас он думал о Ким. Он не мог послать ей письма, или даже что- то принести на Рождество. Для всего городка он был мёртв, как и Джим. Вот только Джима мёртвым видели, а его нет. Он понимал, почему Ким так сделала, она не хотела, чтобы оставшиеся жители причинили ему какой-либо вред. А бежать он бы не смог, ему просто было некуда. Вот такое вот он странное существо, которое не нуждается в каких-либо человеческих потребностях, но всё же иногда их требует.       Хотя, стоит ли ему вообще сейчас об этом думать. Его там нет и не будет. Ким как-нибудь проживет без него, ей так будет проще, даже если для неё он остался чудным и милым созданием. Они никогда больше не увидятся, но Ким будет знать, что Эдвард всегда здесь, рядом, живёт в своём старом замке. А Эдвард будет знать, что Ким где-то там внизу. Но ничто не вечно, только он. Его можно убить, и тогда его не станет, но естественной смертью он умереть не сможет. Это невозможно. Он Не рос, и собственно не старел. Мог только развивать то, что всю жизнь было при нём.       Эдвард встал на ноги, ещё пару секунд посмотрел на город, а затем развернулся и прошёлся по крыше к одному из окон, через которое он сюда залез. Это уже совсем не его дело, пусть всё будет так, как есть. Он остался жив и хорошо, а всё остальное совершенно не важно. Парень не спеша спустился вниз по каменной лестнице, а затем пришёл в одну из комнат, где стояла его старая маленькая кровать. Спать на ней было не так удобно, как ему хотелось бы, но что поделать, он не заменил в этом замке ничего.       Парень сел на небольшую койку, а позже лёг, осторожно складывая руки на груди. Они ранили не только других людей, но и его самого, но он не мог не точить эти лезвия, не мог их не мыть, а иначе он совсем останется без рук. Какими бы они ни были, они ему нужны. Новых у него больше никогда не будет. Разве что найдётся какой-нибудь гений как его отец и сможет ему оказать такую услугу. Протезы тоже не самые удобные, а значит, пока что ему лучше так.       Он закрыл глаза, стараясь хоть как-то погрузиться в сон. Подумать о Ким, и просто оставить в своём сознании то, что они больше никогда не встретятся. Он не спустится из замка вниз, а она не поднимется из городка наверх. Они просто существуют и не существуют одновременно. Это тоскливо, да, но, что есть, то просто есть.