Гейль Прекрасная

Деймон Таргариен

Она должна была быть его. Гаэль. Его прекрасная тётушка. Его принцесса. Его невеста. Так обещала мать. Когда он ещё едва доставал до её пояса, Алисса, смеясь, гладила его по голове и говорила: «Вот вырастешь — и женишься на Гаэль. Она — для тебя. Только для тебя.» А теперь… теперь всё это отняли. Отняли, как игрушку. Как мечту. Как воздух. Он сидел на коне, смотрел вниз, на тренировочный двор, где его кузина Рейнис, снова упражнялась с луком, а рядом стояла она — эта надменная крыса из Долины, Рея Ройс, Бронзовая Сучка. Уродливая в своих тяжёлых доспехах, с лицом, как топор. Говорит, как будто с презрением жуёт слова. Смотрит на него — принца — как на щенка. «Ты не мужчина, Деймон. Ты ребёнок с мечом и змеей на языке.» Вот что он читал в её взгляде. И он ненавидел. До дрожи. До боли в зубах. Она — жена ему? Это — королевская кровь? Это — союз, достойный Дракона? Он хотел Гаэль. Хрупкую, нежную, светлую. Она всегда улыбалась ему — тогда, когда мать ещё была жива. Позволяла держать её за руку. Слушала, когда он рассказывал сказки про драконов и битвы, и не смеялась. Она не говорила, что он глуп, не морщила нос, не смотрела свысока, как Рея. Она — верила. Но потом умерла мать. И пришла старая ведьма — бабка, королева Алисанна. И отодвинула Гаэль от него, будто он был грязным мальчишкой с улицы, а не принц Таргариен. «Ты не подойдёшь к ней, Деймон. Не смей. Ты ещё не мужчина. Ты будешь осквернять её своими фантазиями. Гаэль не для тебя.Ты меня понял?» Не для него? А для кого тогда? Для его отца?! Для старого, унылого Бейлона, который хоронит одну дочь — и хочет взять другую в жёны? Гаэль должна была быть его. Она принадлежала ему. В детстве он уже ощущал это. Привязанность. Обещание. Теперь она была женщиной — странной, замкнутой, тонкой как стекло — но всё ещё его. Он знал, как она смотрела, когда думала, что никто не видит. Он видел её наброски, где был изображён… он. И не как мальчишка, нет. Мужчина. Принц. С глазами, в которых было всё: гордость, печаль и… ревность. Да, она чувствовала. Она знала. И всё равно его оттолкнули. Обрекли на эту Рейю, с лицом насмешки и презрения. Они думают, что так можно? Отобрать его Гаэль, его будущее, его кровь? Он запомнит. Он не забудет. Королева может совать свою святость куда хочет. Отец может гладить Гаэль по волосам, как будто он не её родитель, а пастырь с грешными желаниями. Рея может смеяться. Но однажды, всё вернётся к нему. Гаэль. Признание. Трон. Всё. Он будет не мальчиком. Он будет Карающим Драконом. --- Бейлон Таргариен Он смотрел, как Гаэль проходит по галерее — тихо, легко, будто танцует с ветром. В её лице не было ни гордыни, ни кокетства, только грусть и сдержанное достоинство. Как же она выросла. Как изменилась. И всё же в её походке, в том, как она держит руки, — было что-то от той девочки, которую он носил на руках. Его маленькая звёздочка. Его надежда. Его искупление. Он знал, что говорят за его спиной. Знал, что она думает что предала память Алиссы захватив его сердце. Милая добрая Гаэль. Гаэль — Прекрасная Зимняя Принцесса. Он сам дал ей это имя. И он, Весенний Принц, даст ей трон. Они — как поэзия. Они — как продолжение Джейхейриса и Алисанны. Разве не об этом он мечтал? Чтобы династия процветала, чтобы старое слилось с новым, чтобы любовь исцеляла, а не разъединяла? Да, Гаэль молчит. Да, она уходит от взгляда. Но это не страх, не отвращение — это скромность, стыдливость, благородство. Он верил в это. Он должен был верить. И пусть сейчас её руки холодны — он согреет их. Со временем. С лаской. С уважением. --- Что до Деймона… Он был мальчишкой с бурей внутри. Блестящий, дерзкий, но рано ожесточившийся. Слишком острый для собственного возраста. И с этой женой... С этой Бронзовой… Бейлон морщился. Женщина с высокомерием камня и сердцем, будто выкованным из клинка. Она не любит его сына. И, откровенно говоря, он её тоже не любил. Но брак — это долг, а долг требует плодов. Он с улыбкой прикидывал: парочка капель того эликсира, что ему прислали из Лисса — редкое вино из Эссоса, мягкое, сладкое, и с «утончённым» действием. Пусть Деймон проведёт ночь как следует. Пусть Рея смягчится, когда под сердцем будет носить дитя драконьей крови. Ничто не сближает молодых так, как рождение сына. Или дочери. Да хоть близнецов! А когда пелёнки, кормилицы и радость первого крика заполнят их покои, Деймону уже не будет дела до того, кто стал его мачехой. И все эти детские фантазии о Гаэль канут в прошлое, как и подобает. --- Гаэль и Бейлон. Союз весны и зимы. Процветание, покой, возрождение. Он будет беречь её. Он не позволит, чтобы на неё снова опустилась тень безысходности, в которую провалилась Алисса. Гаэль — не замена. Гаэль — не воспоминание. Она — будущее. И он даст ей всё. Всё, что осталось в нём светлого. А Вестерос увидит новую пару на троне. Мудрую. Сильную. Красивую. Они зажгут эпоху, как когда-то Джейхейрис и Алисанна. Он в это верил. Верил с той опасной слепой силой, которой обладают лишь мужчины, потерявшие всё, кроме надежды.