Три омеги

В перерывах между тренировками Фани старался убираться дома, чтобы всё выглядело как раньше, а не зарастало пылью. Хватило пары недель чтобы это вошло в привычку и больше не казалось чем-то новым. В это же время Лайла снова стал появляться в библиотеке. Значит, он всё-таки смог уговорить Зофа отпускать его и теперь продолжит работу над своими проектами. Это хорошо. Змей не рисковал появляться в библиотеке, в тоже время в какое там бывает лишённый. Но всё же приходил после и читал оставленные для него записки. Благо этот способ тайного общения они тоже обсудили. Принцесса сидел у окна и на мгновенье отложил перо, чтобы чуть размять руки. Порыв ветра будто только этого и ждал, так как тут же ворвался и подхватил часть пишущих принадлежностей, вместе с парой листом. - Нет! – судорожно вскочил зелёнка, но само собой не успел ничего поймать. – Опять у меня ничего не выходит, - Фани увидел, как заблестели изумрудные радужки от набегающих слёз. – Почему я опять ничего не могу? – шёпот был настолько тихим, что змей скорее прочитал по губам, чем реально услышал. Хулиган грустно вздохнул. Беспомощность – чувство, которого видимо, не сможет избежать ни один лишённый. Даже рыцарь наверняка уже жалеет о принятом решение. А Лайла наверняка корит себя за то, что малодушно не отказался от помощи Тадиэля. Вряд ли принцесса считает, что одиночество было бы большой платой за то чтобы кровка не проходил через, то, что с ним происходит сейчас. Фани не надо было видеть или слышать, чтобы знать, что его братьям сейчас тяжело. Его личная беспомощность заключалась в невозможности победить чёртову гарпию. Или эту чёртову систему в которой не было ничего от человеческих сказаний о рае. Змей подобрал перо и листы. Надев плащ с капюшоном, подобрался к окнам красавицы и оставил потерю принцессы на подоконнике, прижав всё камушком для надёжности. А то ветер никто не отменял. Лучше было бы сразу уйти, но хулиган не находил в себе душевных сил, чтобы действовать разумно. Он тоже очень скучал.