Свет среди галлюцинаций.

— Время посещения окончено. Грубый женский голос донёсся из ниоткуда, заставляя забиться в угол. От фразы произнесённой женщиной, Лили прижалась к Егору лишь сильнее, не желая отпускать. Она вдохнула очередной больничный запах, смешанный с сыростью. Мрак охватил разум, слезы защипали глаза. Позади послышалось открывание двери. Девушка неохотно отстранилась от парня, и посмотрела в его глаза. Она увидела страх, боль, и лишь страдание. Брат держал сестру за руку, будто пытаясь оставить эту ауру тепла и заботы, отходящую от неё. Целых 15 минут, которые давали на время посещения, они лишь прижимались друг к другу, пытаясь запомнить эти объятия на всю жизнь, и заставить себя почувствовать боль друг друга. Когда Лили больше не чувствовала его в своих объятиях, она почувствовала холод пробирающий до костей, и чувство опустошения, поглащающий все чувства. Они смотрела друг другу в глаза с неистовой болью, со слезами на глазах, время будто длилось вечность. Мужское покашливание сзади заставило прикрыть глаза. Будто с миллионами иголок вонзившихся в кожу, Лили отпускает руку брата, чувствуя, как его холодная ладонь все ещё слабо пытается удержать чужую гладкую кисть руки. Девушка нежно и медленно кладёт руку ему на плечо, и медленно ведёт вверх, к шее, и Лили прислоняет руку к его щеке смотря ему в глаза. — Все будет хорошо. — Говорит она, понимая, что она не знала, будет ли. Она просто хотела уберечь Егора, своего младшего брата, от всех бед и огромной боли. Она хотела закрыть его своим телом от всего того, чего он так боится. Она не хотела, чтобы он испытывал тревогу. Она хотела защитить его от всего этого бреда, когда понимала, что это невозможно. Наконец отстраняясь на совсем, она поворачивается к нему спиной, чувствуя как внутри все сжимается, и тело будто сковывает цепями. Собравшись, Лили выдыхает, и сдвигается с места вперёд. Мужчина в форме пропускает девушку, и та, напоследок смотрит назад. Парень смотрел ей в след, обнимая самого себя. Он хотел удержать то тепло, оставленное ею, после объятий. Лили повернулась обратно, чувствуя как сердце разрывается, и как слезы с быстрой скоростью наворачиваются на глазах. Весь мир рушился, вокруг все разбивалось на тысячи осколков, и падали с звонким грохотом. Мир чернел всё больше, и становился таким же гадким и безрассудным,ненависть заполняла все внутри, смешиваясь с болью и отчаянием. Проходя эти рыхлые и разрушенные стены коридоров она с яростными слезами понимала что ничего не может сделать. Её брат должен находиться здесь, для своего же здоровья. Но она понимала, что здесь его здоровью точно не помогут. Пройдя мимо стола медсестры, рядом стояла Елена. Лили даже не смотрела в их сторону, она лишь злобно и агрессивно забрала свои документы, которые лежали на краю. Она пошла ко входу, не желая видеть больше это место. Больше никто не проронил и слова, чувствуя, злобу девы в воздухе. Она вышла из помещения, чувствуя как сзади идёт мужчина в форме. Лили замедлилась, понимая, что злобой и слезами ей не помочь брату, но вспоминая его глаза, полные боли, душа разрывалась. Мужчина аккуратно обошёл деву, открывая ворота забора. Скрип вновь раздался от открываеия двери, что заставило девушку вылезти из своих мыслей, и злобно оглядев мужчину, она вышла к парковке. Девушка была опустошена. Она не чувствовала ничего, вокруг все было серой безвкусицей, а в сердце было воткнуто множество игл и ножей, но даже они, уже не предавали боли. Проходя мимо множества машин, она задавалась вопросами. Вопросами, на которые ей никогда не ответят. На вопросы, которые ответы, не знает даже сам бог, потому что такие поступки равняются лишь самому дьяволу. Вдруг её окликает знакомый голос, и она останавливается. Повернув голову, она поняла что прошла машину Джона. Парень смотрел на неё, удивлённо и сожалеюще, ведь Лили была вся заплаканная, и на ней не было не единой эмоции. Она смотрит в очки Джону, и прикрывает глаза. Повернувшись, она подошла к машине. Парень стоял с другой стороны авто, и переживающе смотрел на деву, не понимая что происходит. — Лили, что случилось? — Так же тихо и нежно говорит он, пытаясь не спугнуть. Девушка в ответ лишь молчит, смотря на дверь машины. Взявшись за ручку, она дёрнула её на себя, и после открывания двери села в салон. Джон так же не понимающе и испуганно смотрел на машину, накручивая себе разные мысли. Он понимал что разговоры сейчас будут неуместны, и просто последовал примеру девы, и молча завёл машину. Джон долго не мог нажать на газ, ведь он был в серьёз напуган, почему Лили пришла заплаканной. Что сейчас с Линчем? Он слегка дёрнулся, услышав всхлип девушки. Писатель бережно положил руку ей на плечо, пытаясь хоть как то успокоить. Она лишь опустила голову, и опущенные волосы закрыли ее лицо. Она подставила руку, закрывая губы. Джон неохотно убрал руку, и наконец прикасаясь к рулю, тронул автомобиль. Всю дорогу Джон и Лили молча сидели в машине, и смотрели на дорогу. Лили уже не плакала, но её глаза оставались покрасневшими. Ее пустой взгляд пробивал до дрожжи, а она что и делала, так это смотрела в окно, откинувшись на спинку сиденья. Джон никогда не видел ее в таком состоянии. Доехав до дома Лили, Джон припарковал машину, и взволнованно посмотрел на девушку. Она также пусто и больно смотрела в одну точку, из-за чего писатель переживал ещё больше. — Лили.. Мы приехали. — Так же тихо сказал Джон, смотря в ее сторону. Лили поднимает взгляд, и узнаёт двор своей улицы. Она выдыхает, смотря вперёд. — Джон.. Можешь сходить со мной? — Говорит она, с болью в голосе. Она не хотела оставаться одна, с таким тяжёлым камнем на плечах. Писатель берёт в рот воздуха, и вытаскивает ключи из замка зажигания. — Да, конечно. — Парень выходит из машины, закрывая за собой дверь. Он подходит с другой стороны, открывая дверь девы. Она выходит из салона, и вместо заказа духов теперь за ней плетется лишь запах страдания и едкий аромат лекарственных препаратов. Они дошли до подъезда, и Лили протягивает парню ключи, и тот лишь поняв намёк, берёт связку из ее рук и открывает подъезд. Девушка весь путь до квартиры лишь плелась за парнем, пытаясь не разреветься до самой истерики. Когда звук ключей зазвенел, дверь открылась, и писатель пропустил деву в ее квартиру. Зайдя внутрь, Джон почувствовал вкусный аромат кофе и аромат свежих цветов. Полностью чистая и убранная квартира, с ковриком перед дверью. Обычно при входе в квартиру владелица всегда говорила строгим и командным голосом снимать обувь на коврике, и не ставить грязные кроссовки на чистый пол. Но даже сейчас, Лили было все равно, и Джону было не привычно. Он снял кроссовки, и положил их на полку стоящую рядом. — Ты иди на кухню пока что, я пойду переоденусь. — Говорит она, проходя дальше по коридору. Писатель повернул на лево, проходя по маленькому коридорчику ведущему на кухню. Пройдя дальше к столешнице, парень нажал на кнопку полного воды электронного чайника. Техника зашумела, и Джон достал кружки, вместе с чайными пакетиками. Спустя время, девушка зашла на кухню, и за столом ее ждал друг, вместе с двумя кружками чая. — Ох Джон, не стоило.. — Проговаривает она, чуть улыбнувшись, смотря на свою кружку. — Тебе нужно успокоиться, Лили. Попей горячего чая. — Говорит Джон, так же улыбаясь. Лили берет кружку в руки, и пробует вкус. После, дева подходит к столешнице, и взяв ложечку насыпает сахар. Джон сжимает губы. Он очень сомневался, и боялся спрашивать деву о ситуации в больнице. Но он тоже переживал, и переживал не меньше. — Так.. Что там произошло? Почему ты.. — Джон не знал, как продолжить. Он не хотел давить на раны, разрывая их больнее. Но он хотел узнать хоть что-то. Девушка перемешивает кипяток, наблюбая за своими движениями. Она чувствовала как внутри все сжимается, и дышать становится труднее. — Когда я пришла туда... Там.. Там так отвратительно. — Говорит она, не переставая перемешивать чай. — Этот « Ремонт » ... Его даже нет. Все стены, пол, потолок, из одних плиток. Даже не белых, а грязно синих. Там все разваливается, рушится, у меня было ощущение что я находилась в подвале. — Окончив речь, Лили понимала, что ей нужно было рассказывать дальше, но она ждала какой то поддержки в диалоге. — Да, я видел ещё по внешнему виду здания. Было такое ощущение, что это не больница, а какое то заброшенное здание. — Говорит писатель, отхлебывая напиток. — Оно и есть заброшенное. Просто эти придурки решили что психически больным людям там и место. Неужели так трудно построить нормальное здание? Новое, хорошее, чтобы не чувствовать себя там так... Ужасно. — Лили постучала ложечкой по краю стакана, и положила рядом. — Когда я увидела Егора... Он.. Лили почувствовала как ком опять встал в горле, и слезы вот вот потекут ручьём. Сердце сжалось, и тело напряглось. Джон почувствовал ее напряжение, и поставил кружку на стол как можно тише. Он встал со стула, подойдя к ней, и так же положив руку ей на плечо, поглаживая. — Он был таким измученным... Таким.. Таким... Таким напуганным. Когда мы с ним обнимались, он... Он заплакал. — Лили прикусила губу, всхлипывая. Прикрывая рот рукой, она зажмурилась, и слезы наворачивались с новой силой. Сердце забилось быстрее, а голова заболела. Джон задержал дыхание, и слегка сжал плечо девушки. Он не верил в услышанное. Он знал Линча, своего лучшего друга, и почти самого близкого человека из всех. Но что бы Линч плакал, Джон слышал впервые. Писатель смотрел ошарашенными глазами на плачущую девушку, и даже не знал что сказать. Он был удивлён, и ему стало страшно. — Плакал? Но.. Это на него не похоже. Он никогда не.. Не плакал. — Говорил Джон задумчиво, отпустив плечо девушки, и просто стояв рядом. Оба молчали. Стояли и молчали, не проронив ни звука. Девушка вздохнула, и вытерла глаза тыльной стороной ладони. — Когда мы.. Точнее он, был маленьким, я часто забирала его с садика, когда со школы домой шла. А ему там не нравилось, — Дева усмехнулась, взяв в руку сухую салфетку, протерев лицо. — И когда я приходила, он так же бежал ко мне, обнимал, и.. — Девушка помрачнела, и губы задрожали. — И так же.. Говорил что, хочет домой.. Джон внимательно слушал, и на последней фразе его сердце замерло. Линч хотел домой. И Лили было больно от этого. Джон не мог поверить что это было на самом деле, и он безумно хотел остановить этот хаос. До него дошло, что Лили была зла, что они держат её младшего брата в той рухляди, и она хотела забрать его к себе под крыло, и защитить так же, как и давно в детстве. Писатель понимал, что он тоже довольно долго переживал за лучшего друга. На его глазах Линч убил человека, бешенно и безрассудно. Он даже не мог понять, а его ли это друг. Он переживал за его психику, потому что долгое время Линч лишь думал о будущем, он хотел защитить весь мир, забыв о себе. В этот раз, Джон его уберечь не сумел. Но сумеет ли сейчас? Сумеет ли он склеить разбитое сестринское сердце? Лили вновь всхлипнула, и заскулила. Она не могла сдерживаться. Она повернулась к Джону, и обняла его. Джон аккуратно обнял её за талию, поглаживая по спине. Он должен был все исправить.