Взаперти

Массивный веер с громким треском врезался в дверь. Дверь, укрепленная железными пластинами, проигнорировала этот удар так же, как предыдущие десять. Шикамару поморщился от звука, эхом отразившегося от потолка и стен. — Я ведь уже говорил, что это бесполезно. Побереги энергию, — подал он голос, лениво приоткрыв правый глаз. Рассерженная девушка в фиолетовом платье резко обернулась на него. — По крайней мере я делаю хоть что-то! — То, что ты делаешь, контрпродуктивно. — Мы знаем, что звуки проходят наружу, а значит нас могут заметить и вызволить отсюда. — Могли бы, — вздохнул Шикамару, — Если бы в округе были люди. Но, так как рабочий день окончен, а местность мягко говоря непопулярная, до утра сюда вряд ли кто-то забредет. Я серьезно, это бесполезно, Темари. — Если не нравятся мои методы, почему бы тебе не предложить план как нам отсюда выбраться? — Куноичи отставила веер в сторону и сложила руки перед собой, угрожающе склонившись над сидящим на полу брюнетом. Тот устало поднял на нее глаза. — Мы находимся в бронированной и звукоизолированной экзаменационной комнате, рассчитанной на то, чтобы удержать несколько десятков ниндзя. За окном темно, поэтому использовать тени я не могу. Ни ветер, ни твои удары веером об дверь тоже не помогут. Ты ведь сама все понимаешь, просто сдаваться не хочешь. — Ксо! — выругалась Темари и вновь заметалась по экзаменационному классу, — Должен быть какой-то выход, мы не можем просто сидеть тут до утра. Шикамару благоразумно решил промолчать и просто закрыл глаза, отгораживаясь от внешнего хаоса. — Это твоя вина, — вновь нависла над парнем куноичи, — Если бы ты не повелся на банальное представление с “раненым” теневым клоном… — Между прочим, нас здесь заперли генины из песка, так что это твоя сфера ответственности. И, хочу отметить, что ты точно так же спешила помочь раненому студенту, как и я. — Убью всю троицу, когда выберусь отсюда, — мрачно пообещала Темари, глядя в пустоту, — Запереть экзаменаторов из чувства мести за проваленный экзамен? Ха, и эти болваны собирались стать чуунинами. Они у меня пожизненно будут миссии по поимке кошек выполнять. Девушка пнула подвернувшийся под руку стул и опустилась прямо на пол, недалеко от Шикамару. Тот сидел откинувшись на стену и выглядел расслабленным. Его истинное настроение, однако, выдавала тревожная морщинка, залегшая посреди лба. — Завтра к полудню мы должны быть в Суне, для проведения второго этапа экзамена. Мы не можем просто сидеть тут всю ночь, — Темари вновь обвела взглядом экзаменационную комнату в поисках решения задачи, но не увидела ничего нового. Столы, стулья, монитор, бронированная дверь, укрепленные стены и окна. Внезапно, под одним из стульев, она заметила сложенный лист бумаги. “Утерянный бланк?” — без особого интереса куноичи потянулась за находкой. — Сомневаюсь, что без тебя начнут проведение экзамена. Перенесут на другой день, не такая уж проблема, — Шикамару старался, чтобы его голос звучал спокойно и уверенно, не хотел выглядеть в глазах Темари размазней, но сам он этой уверенности не ощущал вовсе. Мозг напряженно работал, генерируя варианты выхода из ловушки, но тут же отметал их один за другим. Он чувствовал себя виноватым за то что допустил халатную беспечность и позволил запереть их здесь вместе. Будучи экзаменатором, он был ответственен за жизни и состояние студентов, поэтому не разглядел подвоха, когда двое из проваливших экзамен генинов попросили помочь раненому товарищу. Непозволительный промах для чуунина сам по себе, но еще более стыдный, потому что происходил на глазах Темари. И весь его гениальный мозг не мог подсказать выхода из этой ситуации. — Что там у тебя? — Шикамару обернулся на девушку, которая хмурясь читала найденный листок. — Какая чушь, — фыркнула она, разворачивая листок в его сторону, — “Тридцать шесть вопросов, чтобы влюбиться”. Кто и зачем протащил это на экзамен? Неудивительно, что так много команд провалилось, раз в голове у них это, — она тряхнула лист в воздухе. — Разве ты всего час назад не жаловалась, что команд прошло слишком много? — хитро сощурился парень. — Одно другому не противоречит, — проворчала Темари, продолжая вчитываться. Через время она со вздохом смяла листок и отбросил его в сторону. — Бесполезный хлам. Ночь в экзаменационной комнате была душной и томительной. Толстые стены глушили даже самые слабые звуки извне, оставляя Темари и Шикамару в звенящей тишине. Они сидели молча в темноте, думая каждый о своем. Темари кусала губы и мысленно посыпала голову пеплом за проявленный непрофессионализм, еще и на территории чужой деревни. Шикамару она совсем не винила, несмотря на все претензии, высказанные вслух. В конце концов он был прав и это генины песка заперли их здесь. Уж кто-кто, а она должна была знать их повадки. Действуй она по уму, не стала бы заходить в класс вместе с Нара, осталась бы снаружи прикрывать в случае нападения гипотетического врага. Изнутри разъедало чувство неудовлетворенности. Темари представила, как будет объяснять братьям, что случилось, и мысленно застонала. Расправа над троицей незадачливых генинов песка в ее фантазиях становилась все более жестокой с каждой минутой, проведенной взаперти. Потратив на процесс самобичевания добрых пол часа, она вынырнула из мрачных мыслей и сконцентрировалась на неприглядной реальности. Темари раздражённо постукивала пальцами по деревянному полу, искоса бросая взгляды на Шикамару, который, казалось, совершенно не замечал дискомфорта. Он прислонился к стене, сложив руки на груди, и выглядел так, будто мог в любую секунду провалиться в сон. — Прекрасно, — голос девушки прозвучал неуместно громко, нарушив давящую тишину. — Лучше быть просто не могло. Один из самых многообещающих стратегов Скрытого Листа — и что? Не может придумать план, чтобы выбраться отсюда? — Можешь опять попробовать сломать дверь веером, — лениво отозвался Шикамару, даже не открывая глаз. — Уверен, на этот раз от комнаты останется только пыль. Парню пришло в голову, что основной проблемой их положения является плещущее через край раздражение Темари, которое не находя точки выхода, рано или поздно будет направлено на него. Миссия из “дождаться утра, когда их выпустят отсюда” постепенно превращалась в “дожить до утра взаперти с разозленной на тебя куноичи”. Мозг быстро выдал простое и действенное решение. Проигнорировав злобные взгляды, которые метала в него девушка, Шикамару потянулся за отброшенным смятым листком и, расправив его, вчитался в содержимое. — Забавно, в аннотации утверждается, что пара незнакомцев, прошедших этот тест, в конце влюбятся друг в друга. — Да, именно так я и сказала, — вынырнула из своих мыслей Темари, — Чушь редкая. Волшебные вопросы, которые кардинально изменят жизнь едва знакомых людей? Кто вообще на такое купится. — Мне кажется, ты недооцениваешь психологию. Я точно знаю, что с помощью специальных тестов можно определить состояние человека и даже выявить скрытые болезни. — Так что же, — брови блондинки взлетели в удивлении, — Ты считаешь, что этот тест действительно работает? — Нет, конечно, это наверняка чьи-то фантазии, — усмехнулся Шикамару, — Я скорее в защиту психологических тестов выступаю. Но здесь есть забавные вопросы. Слушай, вопрос первый: если бы ты мог поужинать с кем угодно в мире, с кем бы ты выбрал встречу? — Ты серьезно предлагаешь отвечать на это? Мы что, школьники? — Не будь такой серьезной. Я всегда рад узнать, как работает голова у людей. У тебя — особенно. Мы же тут всё равно застряли, так что мне интересно из чего состоят мысли той, кто обычно предпочитает махать веером, а не говорить. — Это сейчас завуалированное оскорбление было? — с подозрением протянула Темари, глядя в честные глаза Шикамару. — Ох, ладно. Возможно, первого Казекаге. Он был основателем, истинным мастером контроля ветра. Задать ему пару вопросов было бы интересно. А ты? Шикамару пожал плечами. — Какого-нибудь обычного человека. Иногда хочется понять, каково это — жить без всех этих стратегий, миссий, опасности, ответственности. Наступило недолгое молчание, которое повисло в воздухе, будто они оба не ожидали услышать такие откровенные ответы. Наконец Темари хмыкнула: — Ладно, стратег, если так хочешь. Следующий вопрос? Он взглянул на список и, прочитав второй вопрос, приподнял брови. —Хотела бы ты стать знаменитой? И если да, то каким образом? Темари задумалась на секунду, взвешивая ответ: — Иногда мне кажется, что было бы неплохо остаться в истории, но не как кто-то, вроде Казекаге, а скорее как... вдохновение. Как человек, который не боялся идти своим путём, даже если этот путь был трудным. Я в принципе считаю, что главное в жизни — идти к своей цели несмотря ни на что. Шикамару кивнул, чуть подавшись вперёд, заметно заинтересованный. — Да, похоже на тебя. И еще на одного нашего общего белобрысого друга. — Как насчет тебя? — Я не хотел бы быть знаменитым, это очень проблематично. Меня устраивает быть в тени, делать свою работу, не привлекая к себе лишнего внимания. — Довольно предсказуемый ответ. — Я в принципе довольно простой и предсказуемый человек, разве нет? — Как посмотреть, — мягко сощурила глаза Темари. Шикамару почесал затылок, изучая листок с вопросами. — Я буду пропускать некоторые, тут много банальных и тех, на которые я уже знаю ответ. — Что это ты там знаешь, — нахмурилась блондинка, подсаживаясь рядом и заглядывая через плечо товарища, — А, вопрос про идеальный день? Очень легко представить твой, это правда. Шикамару фыркнул в ответ на смех куноичи. Кажется план сработал и девушка отвлеклась от разрушительных мыслей. Успех нужно было развивать. — Я скорее про вопросы шесть и семь. Учитывая, что мы оба ниндзя, странно было бы рассчитывать на мирную смерть в старости. И я не представляю кто бы выбрал сохранить молодое тело в ущерб разуму. Хотя… — задумался парень, вспоминая Цунаде и сокомандницу Ино, — Ладно, такие определенно найдутся, но это явно не ты. — Верно, — кивнула Темари и ткнула пальцем в листок, — Вот, интересный. Назовите три общие черты, которые есть у вас и вашего партнера. — Три общие черты, да? Хм… — он сделал паузу, бросив короткий взгляд на Темари, — Мы оба стратеги, хотя тебя правильнее было бы назвать тактиком. Но всё же, когда дело доходит до боя, мы оба думаем, прежде чем действовать. Темари кивнула, соглашаясь. — Все так. И оба прямолинейные. Честность, без смягчающих слов. Шикамару усмехнулся, чуть прищурив глаза. — Не думал, что честность — это наша общая черта, но, пожалуй, соглашусь. Ну, и последнее. Нам не нравятся глупые, неэффективные люди. — И это правда, — улыбнулась Темари, горделиво задрав нос, — Никакого терпения к бездарным попыткам играть в умных. Что там дальше? — Вошла во вкус? — Все интересней, чем сидеть в тишине и смотреть в стену. — Не боишься, что к концу списка мы и впрямь влюбимся друг в друга? — поддразнил ее Шикамару. — Ага, конечно, обязательно, — отмахнулась девушка. — К тому же это тебе бояться надо. Сам ведь говорил, что я проблемная и шумная. Шикамару мысленно согласился, оценив уровень угрозы как “значительный”, но виду не подал, лишь рассмеялся, переводя слова Темари в шутку. — Девятый вопрос: За что в своей жизни вы чувствуете наибольшую благодарность? Так что, Шикамару, тебе есть за что быть благодарным? Он ненадолго замолчал, задумавшись. При ответе его голос прозвучал чуть мягче, чем обычно: — Наверное, за людей, которые всегда были рядом. Семья, друзья, наставники. Те, кто поддерживал, когда я сам в себе сомневался. Я думаю, это то, что делает жизнь легче — знать, что даже в самый трудный момент есть кому помочь. Темари с пониманием кивнула. Ей близки были эти ценности, она разделяла их. — Как насчет тебя? — За что я благодарна? — повторила она, обдумывая. — Наверное, за свободу. Возможность идти своим путём. Не скажу, что в моей жизни всё шло гладко, но я благодарна за то, что сейчас могу принимать собственные решения, даже когда ошибаюсь. Она на мгновение встретилась с его взглядом, и в её глазах мелькнула тень уверенности. — Раньше я думала, что всем должна доказать свою силу, но со временем поняла, что главное — быть в мире с самой собой. И за это, наверное, я тоже благодарна. — Хорошо, поехали дальше. Вопрос десятый. Если бы вы могли изменить что-либо в процессе своего воспитания, что бы это было? О, это легко. Моя мама — женщина с сильным характером, которая держит всю семью под каблуком. Если бы она кричала и наказывала меня в детстве поменьше, это было бы просто прекрасно, — пробормотал Шикамару и покосился на погрустневшую девушку рядом с собой, — Все в порядке? — Да, — вскинула голову Темари, — Все в порядке. Она замолчала, хмуро кусая губу, но все же заговорила, когда поняла, что пауза затягивается. — Моя мама умерла, когда мне было четыре. Отец после ее смерти ушел в себя и не уделял своим детям никакого внимания. Я была старшая, так что пыталась заменить братьям мать. Часто приходилось выживать, голодать, — девушка вздохнула, — Если бы я могла что-то изменить, я бы хотела, чтобы у Канкуро и Гаары был нормальный любящий отец. Шикамару сглотнул, пораженный внезапным откровением девушки. — Почему ты не назвала себя? — Что? — подняла на него взгляд Темари. — Почему только Гаара и Канкуро? Ты не хотела бы, чтобы у тебя был любящий отец? Темари слегка пожала плечами, её взгляд стал рассеянным, словно она смотрела куда-то далеко за пределы комнаты. — Знаешь, — произнесла она после паузы, — мне кажется, я привыкла, что о себе думать некогда. Когда ты старший, твои собственные нужды всегда где-то на заднем плане. О них просто забываешь, или учишься не замечать. Она взглянула на Шикамару, и в её глазах мелькнуло что-то уязвимое, но тут же спряталось за привычной маской спокойствия. — Да и не думаю, что мне это нужно сейчас, — добавила она чуть тише. — Я достаточно сильна, чтобы справиться с тем, что было. Шикамару не отводил взгляда, его голос прозвучал мягко, но твердо. — Иногда даже сильным нужно, чтобы кто-то просто спросил, как у них дела. Чтобы им не приходилось быть сильными всё время. Темари посмотрела на него с лёгким удивлением, словно не ожидала таких слов от человека, который сам был известен своей невозмутимостью. — Может ты и прав, хотя лично мне это всегда казалось проявлением слабости. — Это не слабость, просто честность. И это не делает тебя менее сильной. Их взгляды встретились, и на миг между ними повисло молчание — тёплое, наполненное взаимным уважением.