* * *
1 ноября 2024 г., 12:36
Ключ повернулся в дверном замке. Уилсон осторожно вошёл в квартиру, как всегда педантично поправил разбросанные ботинки Хауса и направился в гостиную.
— Какого чёрта ты так долго? — возмутился полулежавший на диване Хаус, закидывая ноги на журнальный столик. — Мы же одновременно вышли из больницы.
— Кое-какие дела, — спокойно ответил тот.
— Погоди-ка, — нахмурился мужчина, — это у тебя что, цветы?
Врач держал в руках букет каких-то нежных цветов, умопомрачительный запах которого быстро наполнял дом.
— И торт, — Уилсон помахал перед его носом коробкой.
Хаус удивленно хмыкнул.
— И кому же выпала такая великая честь?
— Тебе, конечно.
— Серьёзно? В честь чего?
Уилсон сгрузил покупки на стол и положил руки на пояс.
— Сегодня десять лет, как мы женаты, Хаус.
Повисла долгая пауза. Грегори медленно моргнул.
— Что? — наконец переспросил он.
— Оловянная свадьба. Я купил нам ложки.
— Ложки, — тупо повторил мужчина. — Мать твою, о чём ты говоришь?
Настала очередь Уилсона непонимающе смотреть на Хауса.
— О том, что десять лет назад мы расписались в ЗАГСе, а сегодня празднуем годовщину...
— Джеймс, погоди-погоди. Я нигде не расписывался, ты с дубу рухнул? — подскочил тот. — Мы не женаты!
На лице Уилсона мелькнуло осознание.
— Я должен был это предвидеть, — мужчина прикрыл рукой глаза. — Ты не помнишь!
— Да что я не помню?!
— Сейчас.
Он открыл шкаф и вытащил папку с документами.
— Вот, — ткнул он рукой в одну из бумажек. — Твоя собственная подпись на нашем свидетельстве о браке.
Хаус отобрал у него лист и, прищурившись, долго осматривал синюю закорючку, даже ткнул в неё языком.
— Убедился? — выдохнул Уилсон. — Возможно, это побочные эффекты от викодина. Ты в то время принимал его почти без меры...
— Так, ладно. Подпись, похоже, действительно моя, — Хаус всё ещё не мог осознать, что за чертовщина творилась вокруг. — Понятия не имею, что могло заставить меня это сделать, но... Другой вопрос. Почему мы вообще никак не проявляли... супружеские отношения?
Уилсон улыбнулся.
— Разве? То есть ежедневная забота и поддержка, сон в одной кровати, совместные ужины и походы в кино, командировки, спасение друг друга от смерти, вытаскивание из зависимостей и дурацкие подколы — не супружеские отношения?
— А секс? — шёпотом спросил Хаус.
— Да какой секс, — отмахнулся тот. — Есть же обнимашки. Если ты не можешь прожить жизнь в браке с лучшим другом — зачем она тогда вообще нужна?
Он подошёл к Грегори, всё ещё слегка заторможенному от неожиданной новости, и, слегка приподнявшись на носках, крепко обнял его за шею, утыкаясь лицом в плечо.
— Кошмар, — пробормотал тот, обнимая Уилсона в ответ. — Я, оказывается, ещё и гей. Женатый гей.
— Не переживай, Хаус, я приму тебя любым, — глухо засмеялся доктор в ткань его футболки. — С годовщиной.
