Эмин, Жоэ и игральные кости

То, чем практически постоянно заканчивались их занятия каллиграфией… Ну, не сказать, чтобы для Се Ляня это было новостью. Пусть каждый раз это было весьма волнительно - но ожидаемо. Именно поэтому он предусмотрительно оставлял Жоэ в соседней комнате, служившей своеобразной кладовой - Се Лянь был почти уверен, что большую её часть занимали бережно уложенные Хуа Чэном свитки. Каждый из них мог служить прекрасным образцом того, что сам Хуа Чэн, смеясь, охарактеризовал как “антикаллиграфия”. Впрочем, наследный принц всё же считал ситуацию с почерком возлюбленного поправимой. Иначе зачем бы он регулярно усаживал Хуа Чэна за стол с новым чистым свитком? Правда, его немного смущало то, что стол был совсем рядом с алтарем. Это… несколько отвлекало. Но принц не собирался так легко сдаваться. “Сегодня” - упрямо подумал Се Лянь, кладя свою ладонь на ладонь Хуа Чэна, выписывавшего что-то невообразимое, - “мы точно закончим!” Хуа Чэн думал примерно то же самое - только вовсе не о каллиграфическом упражнении. Эмин, которого также сослали, обречённо прикрыл глаз, укладываясь на пол поудобнее. Но Жоэ, не умевшая ждать спокойно - особенно с учётом каких-то подозрительных звуков (судя по всему, уронили посуду на алтаре), - нервно свернулась пружиной, прыгнув на стол. На котором лежали забытые вчера Се Лянем игральные кости. От движения ленты они покатились к краю стола и с лёгким стуком упали на пол. Любопытная Жоэ метнулась следом, а рванувшийся к костям Эмин успел заметить только выпавшие шесть и один. Мгновенная вспышка - и комната тут же опустела. На алтаре неистово молились. Кости упали на пол хижины на пике Цинцзин, прямиком на брошенный веер, валяющийся на полу. Ло Бинхэ, которого прервали на самом интересном месте ( а ведь вскрики и стоны любимого учителя уже почти вызвали ту впечатляющую лавину, сошедшую в прошлый раз!), обернулся на шум и сощурил глаза. Жоэ, затрепетав, прикрыла глаз Эмина - маленький ещё, такие непотребства разглядывать, - и хлестнула по игральным костям. Один и один. Несомненно, Се Лянь ей бы гордился. В недавно отстроенном монастыре Байсюэ на полу одной из комнат вперемешку лежали черные и белые одежды. Сяо Синчэнь нежно вел пальцами по обнаженной груди Сунь Ланя, удобно устроившись между его бедрами, а руки самого Сун Ланя гладили белоснежную спину любимого, спускаясь всё ниже. На этот раз, для разнообразия, Эмин придавил ленту и с интересом уставился на новое для себя зрелище. Брови Сун Ланя медленно поползли вверх, но прежде чем он успел что-либо сделать, Жоэ отчаянным усилием вытащила себя из-под тяжёлой сабли и рванулась к костям. Один и два. Что ж, она определенно делала успехи! В домике, который находился на отдалении от других построек Облачных Глубин, Лань Чжань отбросил в сторону последнюю часть одеяний Вэй Усяня. - Айя, Лань Чжань, - захихикал Усянь, притягивая своего невероятного возлюбленного поближе, - а как же аккуратность? Правила, второй молодой госпо… Ахх, Лааань…. - Шум, - выдохнул Лань Ванцзи, прикусывая тонкую кожу на шее Вэй Ина, - запрещен. И воспользовался особым методом усмирения темного заклинателя - заткнул его рот очередным долгим поцелуем. Впрочем, это помогло ненадолго. Не зря домик был построен в самых глубинах Облачных Глубин. Глубже жили только кролики. Лёгкий стук от падения растворился в куда более шумных и весьма неприличных звуках. Эмин, упавший на пол поверх ханьфу Усяня, повернул глаз по направлению к их источнику - и мгновенно зажмурился. Жоэ, дрожа, змейкой юркнула под него. Определенно, виной всему этому неожиданному путешествию была сбоящая от усердных молитв на алтаре Храма тысячи фонарей аура мусорного божества. - Ах, вот вы где! - радостно воскликнул Се Лянь, шагнув вперед из открывшегося портала. И тут же отчаянно покраснел . - Идём, гэгэ, - руки Хуа Чэна бережно протянулись из темноты. - Мы мешаем людям… кхм.. молиться. - Ахахаха, Саньлан, да-да, идём скорее! Се Лянь мгновенно подхватил с пола Жоэ и Эмина. С кровати за ним очень пристально наблюдали две пары глаз. Наследному принцу Сяньлэ ничего не оставалось, как приветливо улыбнуться напоследок: - Всё в порядке! Я вам просто кажусь! И шагнуть назад, в темноту и заботливые ладони. Из схлопывающейся черноты донеслось насмешливое: - Просто прочтите Дао Дэ Цзин тысячу раз, и всё. - Саньлан!