Взбитые сливки

В офисе как всегда царила суматоха: телефонные звонки, звук клацанья по клавиатуре и шум принтера, печатающего бесконечные отчеты. Хисын находился в самом эпицентре событий: его пальцы словно порхали по клавиатуре, а телефон бесконечно вибрировал из-за уведомлений, приходящих одно за другим. Вкладка входящих сообщений перевалила за сотню, в календаре было назначено множество встреч, и все же, каким-то образом к его задачам постоянно добавлялись новые. Он взглянул на настенные часы: всего десять утра, а ему казалось, что день тянется уже просто целую вечность. У Джея, сидящего напротив, дела обстояли не лучше. Он сгорбился над своим столом, яростно печатая электронное письмо и одновременно делая пометки в блокноте, телефон был зажат между его плечом и ухом. — Нет, мы не можем сдвинуть сроки, — напряженно отвечает Джей, — Скажите им, что они либо соглашаются на наши условия, либо мы разрываем контракт. У нас нет времени. Хисын понимал насколько Джей напряжен, но у него просто на просто не было сил, чтобы беспокоиться о сроках. Зазвонил его собственный телефон, и он быстро ответил, перейдя на деловой тон. — Да, я помню про отчет. Нет, он еще не готов. Мы сейчас работаем над правками, которые вы прислали, — его глаза переместились на экран компьютера: электронная почта пополнилась очередным срочным письмом, — Да, вы получите его к концу дня, — сказал он, зная, что было бы настоящим подарком судьбы, если бы он успел закончить его хотя бы к полуночи. Джей с резким вздохом положил трубку и бросил ручку на стол. — Что с ними не так? — пробормотал он, откинувшись в кресле и покачав головой, — Такое впечатление, что всем резко стало плевать на дедлайны. Кстати, можно забыть о встрече в двенадцать. Мы даже близко не готовы к ней. Хисын горько рассмеялся, проведя рукой по волосам. — Зачем ты мне о ней напомнил? Мне еще нужно успеть закончить отчет за четвертый квартал к этому времени. А сразу после я должен встретиться с юридическим отделом. Клянусь, сегодня у меня нет времени даже на то, чтобы подышать. — Сегодня? — Джей фыркнул, — Вернее сказать всю неделю. Хисын взглянул на Джея, заметив темные круги под глазами друга, которые словно были отражением его собственных. — Как думаешь, мы выживем? — спросил Хисын в шутку, хотя в его голосе отчетливо прослеживалась усталость. Джей ухмыльнулся, наклонился вперед и положил локти на стол. — У нас ни малейшего шанса на выживание. Эта работа нас пережует и выплюнет еще до того, как нам стукнет тридцать пять. Хисын хихикнул, но не потому что ему было смешно, а потому что он смертельно устал. — Такими темпами мне повезет, если я доживу до тридцати. Знаешь, иногда я задумываюсь, что было бы, если бы я просто уволился, — Джей поднял бровь, заинтригованный редким проявлением такой откровенности со стороны Хисына. — Уволиться? Ты? Мистер Повышение? — Хисын пожал плечами, откинувшись в кресле и вытянув руки над головой. — Не знаю, бро. В жизни должно быть что-то кроме бесконечного замкнутого круга: работа, еда, сон. Не пойми меня неправильно, я люблю трудности, но сейчас у меня нет цели, и я даже не знаю, к чему стремиться. Джей кивнул, постукивая пальцами по столу, обдумывая слова Хисына. — Я тебя понял. Но сейчас мы слишком глубоко увязли во всем этом. У нас обоих есть счета, аренда и другие обязанности. Уволиться — не самый лучший вариант. Хисын знал, что Джей прав, но в последнее время ему было ужасно тревожно, словно чего-то не хватало, но он не мог понять, чего именно. Парень как раз собирался ответить, когда телефон снова завибрировал, на этот раз пришло другое уведомление, не связанное с работой. Он взглянул на экран, и улыбка сама появилась на его губах. Сонхун. Хисын наткнулся на маленькую уютную пекарню, расположенную неподалеку от его квартиры, и теперь у него появилась привычка ежедневно посещать это место. Конечно не просто так, а ради человека, стоящего за прилавком. Душевная, непринужденная манера общения Сонхуна и посещение пекарни с безмятежной атмосферой быстро стали для Хисына любимой частью дня, позволяя отдохнуть от бесконечной работы. Каждый визит был для него словно глоток свежего воздуха, тот самый момент спокойствия. Хисын быстро открыл сообщение: Сонхун: Привет! Я только что достал из духовки партию кексов. Твоих любимых! Ванильные со взбитыми сливками. Если ты собираешься заглянуть ко мне вечером, я оставлю тебе один :) Губы парня растянулись в улыбке еще сильнее, когда он представил Сонхуна в пекарне, наверняка перепачканного мукой и тщательно украшающего кексы. От одной мысли о пекаре ему становилось легче, ведь он знал, в конце долгого сумбурного дня его ждал маленький личный островок покоя. Джей, заметив перемену в выражении лица Хисына, приподнял бровь. — Кто пишет? Обычно ты так улыбаешься глядя в телефон, только если закрываешь крупную сделку. Хисын быстро заблокировал экран и сунул телефон обратно в карман, пытаясь казаться совершенно невозмутимым. — Не придумывай. Просто написал знакомый из пекарни, в которую я хожу. — В пекарню? — Джей усмехнулся, с интересом подавшись вперед, — но ты ведь даже не любишь сладкое. Хисын пожал плечами, стараясь выглядеть бесстрастным. — Ну, возможно, я туда хожу не только ради выпечки. Ухмылка Джея стала еще более дикой, ведь он сразу понял, в чем дело. — Правда? Так ради чего же ты на самом деле туда ходишь? Хисын почувствовал, что его лицо пылает, но пробормотал лишь: — Кофе у них неплохой. Ухмылка Джея стала еще шире, а глаза заблестели озорством: — Значит неплохой, да? И сколько раз в неделю ты заглядываешь в эту пекарню? — Хисын застонал, потирая затылок. — Не знаю, раза три-четыре, может, больше. Джей тихонько присвистнул, откинувшись в кресле. — Три или четыре раза? Это не просто привычка, друг мой. Это уже совсем другая история. Хисын почувствовал, как жар поднимается по его щекам — Это просто... приятное место. Мне нужно отдохнуть от всего этого, — он обвел жестом хаос, царивший в офисе, — а кофе там действительно хороший. Джей хихикнул — Ага, конечно. Я даже не сомневаюсь, что и владелец тоже приятный. Хисын отвел глаза, но потому, что он все никак не мог удобно усесться в кресле, можно было догадаться, что Джей прав на сто процентов. — Ладно, хорошо. Возможно и владелец меня немного зацепил. Он... дружелюбный. И умеет поддержать разговор. — Дружелюбный и умеет поддержать разговор? — поддразнил Джей, — Звучит будто завтра ты побежишь делать ему предложение спрятав кольцо в круассане. Хисын рассмеялся, благодаря одной лишь мысли о Сонхуне на губах заиграла легкая улыбка. Джей был прав — что-то в этой пекарне его привлекало. Или, точнее, кто-то. Джей наблюдал за выражением лица Хисына, и в его глазах мелькнуло любопытство. — Друг, да ты в нем по уши. У тебя такой взгляд… Хисын нахмурился, откинулся в кресле и скрестил руки. — Какой взгляд? — Взгляд приторнее взбитых сливок на его пирожных, — Джей ухмыльнулся. — Я не знаю, — медленно произнес Хисын, словно проверяя слова вслух, — Он просто... очень милый. Добрый, вообще-то. С первого взгляда и не скажешь, но с ним так... спокойно. Как будто весь мир может пылать, а он все равно будет печь пирожные в своей пекарне, как будто ничего необычного вокруг не происходит. — Ну, — сказал Джей, отодвигая стул и вставая, — как бы я ни хотел побольше расспросить тебя о твоем увлечении пекарем, но у нас встреча в десять, и если мы снова опоздаем, то нам конец. Хисын вздохнул и тоже встал: — Ладно, вернемся к реальности. Джей усмехнулся, вытянув руки над головой и поправляя галстук. — Да, больше никаких мечтаний о твоем мальчике из пекарни. Пойдем. Хисын закатил глаза, но на его губах играла слабая улыбка, когда они вышли из-за столов и направились в зал заседаний. Флуоресцентные лампы светились над головой, в воздухе витал аромат кофе, но Хисын думал только о пекарне Сонхуна, о тихом гудении печи, о мягком звоне чашек и о том, как смех парня всегда озаряет помещение.

***

Встреча прошла именно так, как и предполагал Хисын, — нудно и затянуто, с бесконечными обсуждениями прогнозов и тенденций рынка. Правда даже отчеты руководителей отделов не смогли привлечь его внимание, мысли постоянно возвращались к Сонхуну. Он представлял, как парень стоит у прилавка, засучив рукава, затем небрежно вытирает руки о фартук, приветствуя нового клиента теплой улыбкой, которую Хисын успел полюбить. — Хисын? — чей-то голос вернул его в настоящее. Он моргнул, осознав, что в комнате воцарилась тишина, а все взгляды устремлены на него. Его начальник поднял бровь, ожидая его ответа. — Простите, не могли бы вы повторить? — спросил Хисын, быстро схватив ручку и делая вид, что записывает. Джей, сидевший рядом с ним, подавил смех и толкнул его под столом. — Сосредоточься, — прошептал он, — Потом будешь мечтать о своем пекаре. Хисын попытался пригрозить Джею одним из своих взглядов, но слабый румянец на его щеках явно не помогал в этом. Он кивнул, заставляя себя сконцентрироваться хотя бы до конца собрания. Когда они возвращались к своим рабочим местам, Джей не удержался и поддразнил его. — Ты попал, друг. Я не видел тебя таким рассеянным с тех пор, как…. Вообще-то, я никогда тебя таким не видел. Хисын пожал плечами, пытаясь отмахнуться: — Я просто устал. Сегодня был длинный день. Джей абсолютно ему не поверил: — Конечно, это усталость, а не парень в фартуке, украшающий кексы взбитыми сливками. Хисын застонал и легонько толкнул Джея — Хватит меня стебать. Я даже не знаю, нравлюсь ли я ему в этом плане. — Если не спросишь, то и не узнаешь, — Джей подмигнул и скрылся за своим столом, — А теперь иди и займись своей работой, герой-любовник. Сев за стол, Хисын вздохнул, но не смог сдержать улыбку, появившуюся на его губах. Джей был прав, он не мог продолжать появляться в пекарне, ничего не выяснив у Сонхуна. Может быть, пришло время сделать первый шаг. От этой мысли у него нервно скрутило живот.

***

Вечером Хисын снова оказался перед дверью пекарни Сонхуна. Он замешкался на мгновение, глубоко вздохнул и наконец открыл дверь. Его встретил знакомый звон колокольчика. Как только он переступил порог, аромат свежеиспеченной выпечки и теплого хлеба окутали его, словно нежные объятия любимого человека, мгновенно успокаивая расшатанные нервы. Стоило Хисыну только почувствовать успокаивающий, домашний аромат ванили и корицы, как с его плеч будто сняли тяжелый груз, который он носил весь день. Сонхун стоял за прилавком, сосредоточенно нахмурив брови, накладывая на ряд кексов нежные вихри взбитых сливок. Его руки двигались с отработанной точностью, каждый завиток крема был идеальным, как будто он делал это уже тысячу раз. Парень не замечал его, полностью поглощенный работой, и Хисын решил просто немного понаблюдать за ним. Безмятежность Сонхуна успокоила его как никогда раньше. — Тяжелый день? — Мягкий голос Сонхуна прорвал тишину, его взгляд наконец оторвался от кексов и встретился с глазами Хисына. Губы изогнулись в улыбке, как будто он мог прочитать усталость на лице Хисына еще до того, как тот произнес хоть слово. — Ты даже не представляешь насколько, — вздохнул Хисын, проводя рукой по волосам, пока шел к прилавку, — Думаю, сегодня худший день недели. Сонхун захихикал. От этого низкого, успокаивающего звука Хисын почувствовал тепло. — У меня есть то, что поможет это исправить. Не дожидаясь ответа Хисына, Сонхун взял с прилавка тарелку и поставил перед ним один из свежеиспеченных кексов. Он был увенчан нежным кремом и посыпан сахарной пудрой. Кекс был слишком идеальный, чтобы его есть. — Как и обещал, я припрятал для тебя кое-что. За счет заведения, — сказал Сонхун, облокотившись на стойку и подмигнув, — Считай, что это сладкое лекарство от всякой рабочей ерунды, с которой тебе пришлось сегодня столкнуться. Хисын тихонько рассмеялся, недоверчиво покачав головой. — Ты меня балуешь. — Ну кто-то же должен это делать, — ответил Сонхун, его тон был одновременно и шутливым, и нежным, — тем более, ты выглядишь так, будто тебе не помешает немного сладостей. Хисын действительно почувствовал себя легче, когда сел и взял в руки кекс. Он откусил кусочек, насыщенный сладкий вкус раскрылся на языке, и впервые за весь день он почувствовал что-то близкое к счастью. Парень на секунду закрыл глаза, наслаждаясь этим чувством, позволяя напряжению дня улетучиваться с каждым откушенным кусочком. Хисын, наслаждаясь лакомством, не заметил, как его рот испачкался взбитыми сливками. Сонхун, внимательно наблюдавший за ним, подавил смех. — Что смешного? — спросил Хисын, приподняв бровь. — Господин Ли-работник-огромной корпорации-Хисын, — поддразнил Сонхун, глядя на него озорно блестящими глазами, — У вас тут кое-что… Он сделал неопределенный жест в сторону лица. Хисын нахмурился и в замешательстве прикоснулся к своему лицу. — Что? Где? — Он провел рукой по подбородку и щекам, но Сонхун покачал головой, едва сдерживая смех. Когда парень все же засмеялся, щеки Хисына стали пунцово-розовыми. — Нет, нет, — сказал Сонхун, его голос был добродушным, — Вот. Давай я тебе покажу. Прежде чем Хисын успел запротестовать, Сонхун вышел из-за прилавка и сократил и так небольшое расстояние между ними. Его рука медленно поднялась, и он легким движением большого пальца стер остатки взбитых сливок с уголка рта Хисына. Пальцы Сонхуна задержались на долю секунды дольше, чем это было необходимо, отчего Хисын почувствовал приятное тепло. Он замер, внезапно осознав, насколько близко они друг к другу. — Вот так, — тихо сказал Сонхун и убрал руку, но тепло от его прикосновения осталось, — Так лучше. Хисын почувствовал, как участился его пульс, а остроумие и сарказм, как обычно, покинули его в самый неподходящий момент. Хисын был человеком, привыкшим сохранять хладнокровие даже в стрессе, но внезапная нежность прикосновений Сонхуна совершенно выбила его из колеи. Он прочистил горло, пытаясь избавиться от неожиданного кома в горле. — Спасибо, — заикаясь, проговорил Хисын, пытаясь вернуть самообладание, — Видимо, я не очень умею... есть кексы. — Ясно, — ответил Сонхун, в его глазах загорелось веселье, — Думаю, тебе срочно нужен мастер-класс по поеданию кексов. Даже дети едят сладости аккуратнее тебя. — Должен вам сказать, что у меня очень успешная карьера в крупной организации, — отмахнулся Хисын, пытаясь вернуть себе былую уверенность, — Я просто не могу разобраться в хитро закрученных взбитых сливках. Сонхун рассмеялся, и это звук был похож на музыку для души Хисына. — Ну, если тебе когда-нибудь понадобится личный репетитор по поеданию кексов, ты знаешь, где его искать. Предупреждаю, я беру дополнительную плату за любой оставленный беспорядок. Хисын поднял бровь, и на его лице появилась улыбка. — Дополнительную? О каких расценках идет речь? — Всего лишь несколько пирожных за один урок,— подмигнул Сонхун, небрежно прислонившись к прилавку, — и, возможно, свидание в придачу. Сердце Хисына заколотилось от настолько неожиданного предложения. Он постарался сохранить нейтральное выражение лица, но игривый блеск в глазах Сонхуна просто обезоруживал. — Свидание? Это тоже входит в курс обучения по поеданию кексов? — Безусловно, — с ухмылкой ответил Сонхун, выпрямляясь, — А как еще можно научиться тонкостям кексоведения? Это же практический опыт. Хисын почувствовал, как внутри него разгораются волнение и нервозность. — А если я провалю экзамен? Сонхун наклонился ближе: — Тогда, думаю, вам придется проходить курс снова и снова, пока вы не поймете все правильно. К счастью для вас, у меня неограниченное количество пересдач. — Значит, договорились? — ответил Хисын с легкой улыбкой на губах, — Но при условии, что я смогу есть во время занятий. Сонхун снова рассмеялся. Смех парня всегда отзывался теплом в груди Хисына. — Конечно! Еда — неотъемлемая часть процесса обучения. Но предупреждаю, что в итоге ты получишь не только навыки поедания кексов. — Что же еще? — заинтригованно спросил Хисын. — Может быть, парня, — ответил Сонхун с игривым блеском в глазах. Хисын моргнул, застигнутый врасплох. — Подожди, я что, тоже тебе нравлюсь? — слова вырвались сами собой, прежде чем он успел их обдумать. Было заметно, насколько он не верит Паку. Он не понимал, был ли это обычный флирт Сонхуна или за этим скрывалось что-то искреннее. Сонхун приподнял бровь, на его губах заиграло веселье. — Я думал, что мои намеки очень очевидны, но оказалось, я тебя переоценил? Лицо Хисына покраснело, а сердце заколотилось. — Ну, может, я просто не привык, что со мной флиртуют симпатичные пекари. — Симпатичные пекари? — повторил Сонхун, явно наслаждаясь смущением Хисына, — Я приму это как комплимент. Ты серьезно? Я же постоянно намекал. Неужели ты не понял? — Наверное, я был слишком сосредоточен на том, чтобы... ну, знаешь, не выдать себя с головой, — признался Хисын, пытаясь вернуть самообладание. Сонхун рассмеялся, и его смех был заразительным. — Справедливо. Но позволь мне прояснить ситуацию. Ты мне определенно нравишься, так что если тебе нужен репетитор по кексам, то ты получишь больше, чем рассчитывал. Хисын тяжело сглотнул, осознав всю искренность слов Сонхуна. — Все, что ты сказал — правда? — Абсолютная, — сказал Сонхун, и выражение его лица стало беззащитным, —Но для начала тебе стоит поработать над своими навыками поедания кексов. — Отлично, перейдем к плану урока, — полушутя ответил Хисын, —Что мне нужно сделать, чтобы сдать экзамен? — Просто будь собой и не бойся время от времени быть неловким и неуклюжим, — сказал Сонхун, наклонившись ближе, — Я буду рядом и помогу тебе со всем справиться. Хисын почувствовал волнение от таких слов. — Значит, если я закончу курс, ты будешь со мной? — Только если ты пообещаешь заплатить мне свиданием, — ответил Сонхун, его лицо озарила игривая улыбка. Хисын не мог не улыбнуться в ответ, неверие растаяло, превратившись в теплое, зарождающееся волнение. — Договорились.