За порогом бесконечной пустоты

Утром Юджи смотрел на короткую переписку и не понимал, как Годжо сделал вывод, что он согласился прийти. Мегуми это тоже сильно не понравилось. Все их утреннее общение крутилось вокруг этого самого чата, от завтрака до сборов в прихожей. — Надеюсь, он траванулся твоими моти и смог оторваться от унитаза только к раннему утру, чтобы написать тебе сообщение. Кстати говоря, откуда он узнал твой номер? — спросил вдруг он. — Без понятия. Я не помню, чтобы оставлял его, когда заполнял форму. Но номер не настолько закрытая информация, чтобы его нельзя было найти, верно? — Юджи быстро зашнуровал кроссовки. — Криповый тип, — цокнул Мегуми языком, проверяя рабочие папки в рюкзаке. — Но ты уже принял решение. В конце фразы будто бы чуть проклюнулся вопрос. — Да, я уже согласился, — без намека на беспокойство пожал плечами Юджи, кидая в сумку спортивную форму. — Годжо, может, и шизанутый, но не опасный. — Ладно, хочешь страдать от своего альтруизма и делать вид, что все в порядке — вперед. Я буду сегодня поздно, если что, так что в полицию сообщу не сразу, если там тебя принесут в жертву в подвале. — Зато ты точно будешь знать, в чьем именно, что упростит многое. — Юджи лучезарно улыбнулся в надежде получить такую же реакцию в ответ на шутку. Мегуми ее не вернул; он со вздохом прислонился в стене, терпеливо наблюдая за его возней. Возможно, он хотел что-то добавить, но не стал, просто молча ждал, когда они будут готовы выходить. Не получив желаемой реакции, Юджи со вздохом проверил время на телефоне и в ту же секунду получил всплывшее уведомление в сообщениях. — Твой транспорт подан? — Мегуми заметил его задержавшийся на экране взгляд и задвигавшийся по нему палец. — Да. Пунктуально, практически секунда в секунду. — Хоть что-то, что я могу подметить в позитивном ключе в этой ситуации с этими мутными людьми. Ладно, пойдем тогда. У входа из их многоквартирного здания стоял темный лексус, за слегка затонированным от солнца стеклом виднелись очертания профиля водителя. — Что стоишь? — спросил Мегуми. — Уже не такой смелый? — Мне говорили не садиться в машину к незнакомым дядям, — отшутился Юджи, не признаваясь ни ему, ни себе, что все же между ребер слегка засосало. — Некоторые говорят, что если они такие дорогие, то можно рискнуть. Я помню про подвал, так что не переживай. — Мегуми в этот раз немного улыбнулся, мягко хлопнул его под лопатками, и это развеяло все зачатки непрошенных эмоций. — Увидимся вечером. Но он все же задержал взгляд на номере машины, запоминая, затем убрал руки в карманы и направился в сторону университета, не оборачиваясь. Юджи недолго проводил его взглядом и сел на заднее сидение. В такое время движение не очень плотное, в салоне тихо, даже радио отключено. Юджи листал беззвучно тикток, потому что после приветствия разговор так и не завязался — Нанами всю дорогу молчал, хотя вроде должен был бы ввести в курс дела. — Нанами-сан, а… — Он наконец решился и чуть наклонился вперед. — Не знаю, — ровно произнес тот, не отрывая взгляда от дороги. Юджи моргает. — Что… не знаете? — Зачем ты понадобился. Мне сказали забрать тебя от пункта «А» и отвезти в пункт «Б». Больше ничего не знаю. — А… Понятно. Ничего не понятно. — У Годжо-сана все в порядке? Может, это что-то серьезное случилось? — Сомневаюсь. — Тон Нанами не поменялся, как и выражение лица, глаза были скрыты за очками, по ним понять что-либо невозможно. — Утром был жив и здоров. Думаю, вам проще будет поговорить с ним лично. В течении получаса мы будем на месте. Тишина снова вернулась в салон. Юджи сдался, со вздохом достал наушники и включил музыку на телефоне, откинулся назад и стал следить за меняющимися улицами за окном до тех пор, пока перед глазами не возник высокий забор, у которого стояло несколько человек. Они вцепились в Юджи взглядами, пока автомобиль ожидал открытия ворот; появившаяся охрана обступила их, следя, чтобы никто не предпринял попытки проскочить внутрь. Он подавил глупое желание сползти вниз, чтобы избежать этого некомфортного внимания. — Приехали. Тебе внутрь, мне в гараж, — заявил Нанами. — Утахиме проводит тебя, вон она. Утахиме ждала его у входа, белое кимоно и алые хакама делали ее похожей на жрицу, хранящую тайны вверенного ей святилища. — Годжо-сенсей ждет вас в саду, — сказала она вместо приветствия. Юджи последовал за ней по привычным интерьерам, без особого внимания на них в этот раз. С каждым шагом он думал над тем, что его ожидало в сердце этого дома, и это затягивало все внимание внутрь, в собственные мысли, концентрируясь в нарастающем эмоциональном ажиотаже. Внутренний сад пропитался летней влажностью, запахами всевозможных цветов и треском цикад. В пруду отражалось небо, оно искажалось выныривающими в поверхности карпами; над ними, дразня, отрывисто кружили стрекозы, высокие деревья шелестом листьев разгоняли зной, гравий сада камней лежал идеальными кругами. Посреди этого, буквально светясь отражением солнца, стоял к нему спиной Годжо. Свет падал на его белые волосы, бледную кожу плеч, приспущенное по ним белоснежное кимоно; он мягкими движениями срезал цветы гортензии и ставил их в вазу на мраморном столе. — О, Юджи-кун! Ты все же тут! Неожиданный сюрприз! — вдруг провозгласил он, обернувшись. — Вы написали мне сообщение, вот я и явился, — насупился Юджи — право слово, ситуация вывернута так, будто бы он сам напросился. — Но я же сказал, что твоя вина, если даже ты ее себе придумал, искуплена, я не имею никаких претензий. Ты мог правомерно отказаться, но ты тут все равно. Зачем? Что двигало тобой в тот момент, когда ты согласился? То же, что и теми людьми за воротами? Они ждут от меня чего-то, ты тоже. Возможно, ты пока сам не познал недосказанность в собственной душе. Юджи уже успел подзабыть меньше чем за сутки, как непросто с этим человеком. — Зачем вы меня пригласили? Нанами не может найти моти? Я дам адрес. — Ты забавный, мне это понравилось. — Еще один щелчок ножниц — Годжо не отрывался от своего занятия, лишь поглядывал на собеседника. — Сейчас это ценная редкость среди большинства, добровольно выбирающих серьезность и уныние в глупой надежде, что это упростит их жизни. — Ну, вообще-то вы так поздно отправили сообщение ни с того ни с сего, что я подумал, что-то случилось. У вас же все в порядке? — Юджи покосился на плохо перебинтованную руку, когда рукав юкаты от движения сполз наверх и оголил запястье. — Значит, ты подумал о моем благополучии в первую очередь? Ох, я тронут!.. — Да ну вас… — Юджи сдался первым, сам уставая от бессмысленного разговора и, наверно, впервые от самого Годжо. — Это тоже мне в тебе понравилось. — Тот в ответ лишь задорно подмигнул. Юджи чуть не закатил глаза, но удержался в последний момент. — Мне в целом интересно поговорить с кем-то, кто либо не смотрит на меня, как на божество, либо не хочет разорвать пополам. А про руку… Я сам ее перебинтовал, но не очень удобно справляться одной рукой. — Годжо покрутил запястьем и осторожно сжал пальцы. — Бинт сильно стягивает, я вижу, что вам не слишком удобно. У меня есть с собой тейпы, они лучше поддержат мышцу, снизят боль, улучшат кровоток и ускорят заживление, все такое… — Юджи поставил на землю сумку и начал в ней рыться. — Да и вообще, куча прислуги в доме, а сами себя обматываете? — Не ругай меня, мамочка, так уж вышло. — Годжо подошел к нему охотно сам, щелкнул ножницами по узлу повязки, протягивая руку. — Не хотел никого тормошить из-за этого. Я занимался в зале ночью, не спалось. Наверное, все же надо было выспаться перед этим. Вы-то не хотели никого тревожить ночью? Слабо верится. Юджи размотал бинт и уставился на большой темный синяк, обхватывающий запястье толстым браслетом. — Смотри. Утахимэ уходит в отпуск, хочет потрогать траву где-то подальше от меня в Хоккайдо, а мне нужен помощник, — буднично начал Годжо, никак не комментируя происходящее. — Поэтому я захотел, чтобы ты приехал. Как видишь, подводка получилась сейчас идеальная. Тейп от неосторожного движения прилип к пальцам, Юджи зажевал губу изнутри, исправляя косяк и думая, как будет выпутываться. Если бы он знал, что ему будет предложено, то точно бы не приехал. Наверно, в этом и был подвох. Годжо смотрел на него в упор, от этого внимания пальцы работали неуклюже, хотя на бледном лице ни на секунду не промелькнул отголосок боли. — У меня уже скоро, осенью, вступительные испытания в Токийское управление пожарной охраны, мне нужно готовиться. — Не совсем скоро. И ты уже вон как классно влился в дело. — Есть агентства, которые предоставят вам временного профессионального работника. Свяжитесь с ними. — Я не могу им доверять. Была как-то такая, она хотела продать фото таблоидам и прихватить кое-что из моих личных вещей. Ее застали, когда она рылась в моем комоде. Не знаю, что хотела там найти, древние фундоси или шелковые циммерли, продать или фетишировать. Но заголовок был бы классный. Ты сам какое предпочитаешь? — Я, ну… ни то и ни другое. — Ладно, я пытался в смол-ток. — Годжо наигранно опустил уголки рта вниз и драматично выгнул брови. — Ну, ваше белье мне точно не нужно… Отрежьте, пожалуйста, вот тут по ленте, чуть выше моего большого пальца. — Видишь, все складывается так удачно само! — Щелчок ножниц был не слышен в громком возгласе. — В том, что история не повторится, я могу быть уверен! В воспоминаниях предстало недовольное лицо Мегуми, и оно становилось еще более недовольным, когда Юджи представлял, как тот слушает весь этот странный разговор, поэтому он отошел на несколько шагов подальше и убрал тейпы в сумку. — Благодарю за доверие и предоставленный шанс, но у меня другие планы до начала учебы. Его голова снова склонилась в формально-вежливом поклоне — причина его вызова сюда понятна, поэтому больше делать здесь нечего. Само нахождение в этом саду — в сердце эксцентричного дома — чувствовалось на всех уровнях неуместно. Годжо смотрел на него, думал, изучал. — Подойди. — А?.. — Подойди снова ко мне, Юджи. Не укушу за вечно румяную щечку, не бойся. Он достал телефон, что-то набрал и развернул экраном к Юджи, и в огромных от увиденного глазах отразилась только цифра, удлиненная нулями. — Ты будешь получать столько. В конверте, так что все до последней йены. Сколько это в твоих месячных оплатах за ренту? — Вам… Годжо-сан, это очень много, я не настолько полезен! — выпалил Юджи, отступив от потрясения на шаг назад. — Брось, я сам устанавливаю кому и за что плачу. — В голубых глазах мелькнуло удовольствие от реакции и всей ситуации в целом. — Вы точно разочаруетесь! — Большая цифра насторожила, напугала; она подразумевала будто что-то взамен, как в старых сказках, когда волшебники давали что-то, прося потом большее назад. — Сатору. В Годжо словно мгновенно переключился тумблер, он поменялся в лице, поджал губы, заострившийся взгляд метнулся в сторону, за спину Юджи. — Кто это? — сразу за именем снова прозвучал этот голос, который не узнать было ему невозможно. — Я хочу взять этого мальчика временно на место Утахимэ. Смотри, какой тигреночек! — кажется, стой Юджи хотя бы на шаг ближе, он бы потрепал его по волосам или подергал за щеку. Гето важнее было смотреть на широко улыбающегося в умилении Годжо. Юджи растерялся, таращился снизу вверх на его высокую, одетую во все черное фигуру, а потом склонился в поклоне так глубоко и быстро, что где-то у лопаток хрустнули позвонки. — Рад чести познакомиться с вами, Гето-сан!.. Он затараторил дальше практически то же, что говорил в этом доме в первый раз, а когда выпрямился… перед ним никого не было; из горла вырвался неловкий выдох — это было слишком неожиданно, прошло совсем мало времени, десяток секунд, наверно. Юджи покрутил головой направо-налево, но Гето исчез, словно привидение, не удостоив его ни малейшим вниманием. — Он думал, ты клиент, хотя и не выглядишь… ладно, как есть скажу — платежеспособным, — прокомментировал Годжо, не скрывая потешной улыбки. — Но как наемный работник ты не представляешь для него никакого интереса. Жаль! Но я уверен, что он заметит тебя и его отношение поменяется. Юджи не был уверен, что хотел бы этого, даже если бы он устроился сюда работать. Рядом с Гето оказалось слишком некомфортно, и хотя тот не жил в доме, даже изредка пересекаться с ним отпало малейшее желание. К слову об этом — Годжо будто уже принял решение за него. — Говоря про ваше предложение, — вкрадчиво начал он, — мне дедушка оставил наследство, плюс я подрабатываю. На жизнь хватает. Я благодарен за возможность, но уверен, что есть более достойные люди на это место. — Ой да брось! — отмахнулся Годжо с таким лицом, будто Юджи сморозил неудачную шутку на грани несусветной чуши. — И что там тебе оставили? Беспечная жизнь до старости себе и внукам? Не думаю. Полагаю, только хватило на оплату обучения и на жизнь на первое время, ты изначально планировал работать. Так что я предлагаю выгодную сделку сейчас, что поможет в будущем. Не думаю, что местный 7-Eleven, или где ты там себя нашел, нормально тебе платит. Работать по специальности ты сможешь не раньше, чем через полгода после начала обучения. Ну и подумай о своем милом Мегуми. Думаю, его сердечко радостно затрепещет от мысли, что ему можно будет потратить освободившиеся деньги на себя. Мне вот кажется, что ты внесешь оплату и за него красивым покоряющим жестом. Станешь его рыцарем в сияющем о-ёрой. — Что вам с этого? — Юджи снова насупился, но уши тронуло румянцем, который заставил Годжо усмехнуться. — Подвоха нет, — уже серьезно продолжил тот. — Просто мне действительно нужен человек, на которого можно положиться, пока Утахиме нет, а молодому человеку вроде тебя нужны деньги, которых у меня даже больше, чем надо. Может, хочу заодно почистить карму. Уверен, что ты не будешь выносить наружу ни вещи, ни слухи, ты не такой. Ну и я бываю довольно общительным, мало кто это выдерживает. А ты классно справляешься. Так что, ответишь на мое предложение «да»? Или мне встать для пущего эффекта на одно колено? Мне ждать тебя в понедельник? Не будь дурачком, хватай возможность. Телефон с цифрами на экране заманчиво покачивался в перебинтованной руке. Юджи кивнул, так же неосознанно, как и дал согласие приехать сюда, и Годжо довольно заулыбался во все зубы.