На дне твоего Ада

- Вы??? - воскликнул Чимин, отшатываясь от мужчины. - Ну здравствуй, Пак Чимин. Наслышан о тебе. И, как я погляжу, ты обо мне тоже. Тем лучше, не придётся представляться. - Что вам от меня нужно? - Пак старался не выказывать страх, хотя сердце стучало словно обезумевшее. - Зачем явились передо мной? - Давно хотел узнать, что ты из себя представляешь, да поговорить. Удостой такой чести старика. - как же Чимину претило даже просто смотреть на этого демона. На высокомерный взгляд, да мерзкие ухмылки. - Я вас не знаю и не собираюсь общаться. - Жаль, потому что лишь от тебя зависит судьба Чонгука... - Каким образом? - Я могу спасти ему жизнь, всё-таки я долгие годы был ему наставником. Но у меня тоже есть свои условия. - Да, что же вы за наставник такой, если готовы его предать и обречь на смерть? - громко воскликнул Чимин, едва сдерживаясь, чтобы не прибегнуть к обретенным силам. - Чонгук знал на что идёт, когда согласился стать во главе демонов. Он только забыл, что даже Владыка может быть свергнут толпой. А его рога... Прекрасная цена и ожидаемый результат. Поэтому я предлагаю тебе выбор - ты можешь принять моё предложение и спасти своего Супруга, либо должен убить его сам. Иначе вас обоих ждёт неизбежная смерть. - произнёс страшные слова мужчина, ввергая Чимина в шок. - Вы предлагаете мне что? Вы совсем с ума сошли? Хотите моими руками расправиться со своим врагом? - Почему же врагом? Он не враг, он - препятствие. А препятствия необходимо убирать с пути, если они мешают цели. - Что, если я не приму ваше предложение? Откуда вы можете быть уверены, что я соглашусь на него? - У меня много ушей и глаз во дворце. И я прекрасно всё знаю о ситуации, человеческий мальчишка. Тебя в прямом смысле слова украли из твоего мира, чтобы ты существовал в этом, словно игрушка в руках сильнейшего. - мужчина приблизился к Паку, сверля того взглядом, от которого Чимина бросало в дрожь. - Я дам тебе два дня, после ты будешь должен решить - быть убитым или спасти собственную жизнь. И не думай даже рассказывать что-либо Чонгуку. Он не поверит ни единому твоему слову, уж я то постараюсь. Его судьба уже предопределена, а вот твоя - в твоих же руках. Я могу её спасти, тебе лишь надо примкнуть ко мне, стать моим. - Я не собираюсь вас слушать! - Через два дня, у входа в зал колодца правды, человек. Не придёшь - я приду за тобой, попробуешь сбежать и мой слуга убьёт тебя. Надеюсь, ты понял меня. А чтобы тебе было легче решить, я тебе кое что скажу напоследок - неужели ты не заметил как Чонгук поймал тебя в ловушку своей силы? Наивный человеческий отпрыск. - договорил мужчина и скользнул в тень, чтобы через мгновение исчезнуть без следа. Оставив Чимина в недоумении смотреть в пустоту.

***

      Чонгук стоял перед зеркалом в своих покоях, пытаясь привыкнуть к отсутствию рогов. Он чувствовал себя временно слабее, но внутри горел гнев. Ёнсу. Демон, которому он доверял, которого уважал, которому следовал. А тот готовил предательство годами.       Когда дверь в спальню открылась и Чимин вошел в комнату, его лицо было напряжённым. Или Чону лишь кажется? И почему Чимин пришёл в чужую спальню вместо того, чтобы дождаться Чона в общей спальне? - Ты в порядке? - вопрос мягкий, но будто задан на автомате. - Буду в порядке, моя сила не в рогах. Они лишь атрибут власти, не более того. Ёнсу знал какой удар нанести. Мне пришла в голову одна мысль, которую мне не удаётся отринуть. Обдумывая ситуацию, мне на минуту показалось, что он вообще не был удивлён. Будто он ждал именно то, что произошло. - То есть? - Я поговорил с Тэёном, он тоже подтвердил мои подозрения... - Я не совсем понимаю о чем ты говоришь, Чонгук... - Мы пришли к выводу, что Ёнсу, каким-то образом, повлиял на колодец. По этой причине он не был удивлён, а скорее ждал последующих событий. — В таком случае мы должны что-то делать. Если Ёнсу уже знал о Колодце… значит, он предвидел твой шаг.       Чонгук внимательно посмотрел на него, с глазами полными адским пламенем. — Я найду его и сожгу в глубинах Ада. И он не посмеет даже взглянуть на тебя. - на этих словах Чимин вдруг отвёл взгляд. Чонгук подозрительно сузил глаза. — Что-то случилось? Чимин сжал кулаки и решился рассказать правду. — Он пришёл ко мне.       Тишина. Чонгук почувствовал, как холод пробежал по его позвоночнику. — Когда? — Когда мы разошлись после Колодца. Он появился… из тени. - Чонгук шагнул ближе. — Что он сказал? - Чимин поднял взгляд. В его глазах был страх. И… сомнение. — Он сказал, что ты уже проиграл. - Чонгук замер. — Что? - Чимин глубоко вздохнул прежде чем продолжить. — Он сказал, что всё это время ждал, когда ты станешь слабым. Что ты стал препятствием на пути к его цели, а препятствия нужно убирать. Чонгук стиснул зубы. — Он хотел, чтобы я потерял рога. — Да. Но Чимин еще не закончил. — И самое страшное… Чонгук напрягся. — Он предложил мне сделку. Чонгук почувствовал, как всё внутри него закипает. — Какую? Чимин сжал губы. — Убить тебя или умрём мы оба. Он... Он хочет, чтобы я стал его.       Чонгук резко вздохнул. Ёнсу не просто хотел трон. Нет. Он хотел Чимина. Позарился на то, что никогда не будет принадлежать ему по праву. Не побоялся пойти не просто против своего ученика. О, нет. Он решил пойти против более могущественной силы, которая тараном уничтожит своих врагов. Никто не останется в живых, никакой пощады предателям. - Чонгук... - Да? - Есть одна вещь, которую я хочу узнать. Это важно для меня. - Я слушаю тебя, Чимин. - встревоженно произнёс Чон, глядя в покрытые неуверенностью глаза. - Это правда, что ты повлиял на меня своей силой, чтобы я не сбежал? - выпалил Пак, боясь услышать ответ. - Я так и знал, что он посмел тронуть то, что неприкосновенно. Ублюдок! - гневно воскликнул Чонгук, пытаясь совладать с эмоциями. - Прости, в этом есть и моя вина, я не объяснил тебе особенности нашей связи до конца.       Чонгук медленно подошёл к Паку и привлёк того в мягкие объятия. - Наша с тобой связь чем-то схожа с истинностью или запечетлением, как у оборотней. Я не отрицаю, что метка частично влияет на наши отношения. Но это не значит, что её совершенно нельзя разорвать. Можно, если оба не желают её. Если нет ни крупицы взаимных чувств. Но, если оба испытывают хоть малейшую взаимность, то чувства крепнут, связывая пару крепкими канатами. Выбор есть всегда. Если говорить проще - то у тебя на момент нашей встречи в парке уже были зачатки симпатии, которая не смотря на твоё желание сбежать, лишь крепла с каждым днем. Мои тоже. Я испытывал те же самые чувства. К тому же, мы ощущаем сильные эмоции друг друга, что говорит лишь о том, что чувства настоящие. Сильные. И крепче этих чувств нет ничего. - Я... Я верю тебе. С самого первого дня поверил, сам не знаю почему. Будто знал, что именно тебе можно верить. - всхлипнул Пак, веря каждому слову Владыки. - И мои чувства... Я никогда ранее не чувствовал столь многое, столь сильное и властно. И, если любовь к тебе значит быть частью тебя самого, то я без возражений стану ею. Я не смогу без тебя, Владыка. Теперь только вместе и навсегда. - Даже Ад по силе не сравнится с силой моих чувств к тебе, Чимин. Даже Ад...       И сильнее данного обещания уже не найти. Владыка, что ставит человека выше Ада. Выше себя...

***

Два дня спустя.

      Им понадобилось много часов, чтобы прийти к единогласному решению плана. Чонгук сопротивлялся, пытаясь уберечь Чимина от опасности. Но Пак добровольно шёл в её лапы. Глупый человек! Чон рвал и метал, но был вынужден сдаться перед решением Чимина.       Чонгук лишь смог добиться того, чтобы оборотни Намджуна стерегли дворец от отшельников и в случае захвата уничтожили каждого предателя. Тэхен наложил заклинания на дворец, запечатав выходы, дабы Ёнсу не сбежал, по-прежнему скрываясь в тенях... Ад был тёмен и безмолвен.       Густая пелена жара висела в воздухе, скрывая силуэты, но Чонгук чувствовал его. Ёнсу был здесь.       Они долго ждали этого момента. Долго терпели его игры, его шантаж, его грязные уловки. Но теперь всё изменилось. Теперь он — загнанный зверь.       Чонгук стоял в центре зала колодца правды, спиной к Чимину, словно не замечая приближающейся угрозы. Тихие шаги.       Ёнсу двигался осторожно, скрываясь в тенях. Он думал, что Чонгук ослаб, что его легко взять. О, как же он ошибался.       Внезапно воздух сгустился, и из-за колонны раздался голос: — Как быстро Владыка теряет бдительность.       Ёнсу вышел из тени, ухмыляясь, держа в руке кинжал, выточенный против самих демонов. — Слабость… — Ёнсу склонил голову, не сводя с Чонгука цепкого взгляда. — Тебе не следовало привязываться к нему. Это делает тебя предсказуемым. Именно по этой причине я нашёл способ управлять тёмными душами. Они стали моими марионетками и отвлекающим манёвром. Чонгук не шелохнулся. — Ты прав. Ёнсу прищурился. — Что? Треск.       Внезапно под ногами демона начала появляться сеть алых рун. Ёнсу замер. — Что…       Но уже было поздно. Ловушка захлопнулась. Из земли вырвались цепи, охватывая его ноги, руки, грудь. Ёнсу зарычал, пытаясь вырваться, но магия Чонгука была абсолютной. — Ты… — Ёнсу скрипнул зубами, пытаясь двинуться, но цепи впивались в его плоть, прожигая её, оставляя на коже раскалённые метки. — Что ты говорил о слабости? — Чимин вышел из тени Чонгука, в глазах плескалась торжествующая жестокость. Ёнсу уставился на него в недоумении. — Мальчишка… — Я тебя переиграл.       Чимин сделал шаг вперёд, склоняясь ближе. — Ты думал, что управляешь мной. Что я боюсь. Но знаешь, что смешно? Я знал. Я знал о тебе всё это время.       Ёнсу дёрнулся, цепи натянулись сильнее. — Ты… лжёшь…       Чонгук ухмыльнулся, наконец поворачиваясь к нему. — Нет. Мы просто позволили тебе думать, что ты выигрываешь.       Чимин наклонился ещё ниже, его губы прошептали: — Но ты — всего лишь пешка в нашей игре. Ад содрогнулся, принимая приговор.       Чонгук вытянул руку, и огонь полыхнул в его ладони. Пришло время закончить игру.       Но чего не ожидал ни он, ни Чимин, так это громоподобного треска, одно лишь мгновение и Пак попадает в лапы врага. Даже Чонгук со своей силой был бессилен в данный момент.       Улыбка Ёнсу была ядовитой, злорадной, а рука крепко сжимала горло Чимина. — Ты слаб, Владыка. — Ёнсу провел когтями по шее Чимина, оставляя тонкую линию крови. — Какой же демон жертвует собой ради человека?       Чонгук не ответил. Его глаза пылали черным огнем, а тело вибрировало от ярости. Никто не смел прикасаться к его супругу. Никто. — Я знал, что ты не заслуживаешь быть Владыкой! — Ёнсу захохотал и сжал пальцы на шее Чимина еще сильнее. — Человек делает тебя слабым, а я… Я сделаю Ад снова великим!       Он замахнулся припрятанным в складках одежды кинжалом, чтобы пронзить Чимина, но внезапно Чонгук исчез. Ёнсу замер. Позади него раздался голос. — Ты забыл, кто я есть.       Ёнсу обернулся, но было поздно. Чонгук вонзил руку в его грудь, сжимая сердце предателя. Демон захрипел, но Владыка не дрогнул. — Ты предал меня. Предал закон. Хотел украсть то, что тебе не принадлежит.       Чонгук резко повернулся к Чимину, услыша как тот осел на землю, тяжело дыша. Его глаза были широко распахнуты. Ёнсу же этой заминкой мерзко воспользовался...       Чонгук истекал кровью, кинжал предназначенный Паку, врезался в плоть Чона, оставив страшную рану. Чимин видел, как он падает на колени, хватаясь за грудь, где раньше билось сердце Владыки. Теперь там зияла рана — глубокая, черная, словно сама бездна. — Нет… нет, нет! — Чимин бросился к нему, ловя его прежде, чем он рухнул в пыль.       Чонгук был тяжёлым, его тело обмякло, а глаза – те самые тёмные, бездонные глаза – мерцали болью. — Чонгук! — Чимин прижал его к себе, пальцами зажимая рану. Его руки были в крови. В крови Чона. — Ты… — Чонгук с трудом поднял руку, касаясь лица Чимина. — Ты цел. — Заткнись! Ты не умрёшь, слышишь?!       Ёнсу стоял над ними, ухмыляясь, держа в руках окропленный кровью клинок. — Как трогательно. — Его голос капал ядом. — Дьявол, павший ради человека. Насмешка над Адом. Над самой его сутью. Чимин задрожал от гнева. — Ты не понимаешь, что такое настоящая сила. Ёнсу рассмеялся. — Правда? Тогда почему он умирает? Чонгук слабо сжал руку Чимина. — Чимин… — Не говори ничего! — Голос Чимина дрожал. — Я спасу тебя. Я не позволю тебе… — Ты уже спас меня.       Чонгук улыбнулся. Слабая, едва заметная улыбка. И Чимин почувствовал, как что-то в нем ломается. Нет. Он не примет это. Никогда. — Ты принадлежишь мне, Чонгук.       Голос Чимина дрожал, но в нем звучала сила. — Ты мой. Я не позволю тебе уйти! Адский огонь вспыхнул. Тьма, что нависла над Чонгуком, дрогнула. Ад содрогнулся, словно отвечая на гнев Чимина. Ёнсу отступил на шаг. — Что ты…       Чимин не слышал его. Все его мысли, все его существо было сосредоточено на одном: не позволить Чонгуку исчезнуть.       Он наклонился, прижимаясь губами к его губам. — Ты не умрешь.       И Ад подчинился.       Огонь взметнулся вокруг них, заливая все ослепляющим светом. Воздух наполнился криками, пеплом и гулом древней силы.       Когда вспышка угасла, Чимин почувствовал тёплое дыхание у своей щеки. Чонгук. Его сердце снова билось.       Он открыл глаза. Темные, глубокие, но теперь в них было нечто новое. Свет.       Ёнсу стоял, пораженно глядя на них. — Невозможно…       Чонгук поднялся, подминая Чимина под себя, защищая его, и, не отрывая взгляда, сжал кулак. — Ты тронул то, что принадлежит мне.       Ещё более яркое пламя вырвалось из-под земли, охватывая Ёнсу, и он закричал, исчезая в бездне. Теперь уже навсегда.       Отныне Ад признал Чонгука. Но не как бездушного Владыку. Как демона, способного любить. Чонгук тяжело выдохнул и повернулся к Чимину. — Ты не должен был… Чимин ударил его в грудь. — Ты — идиот!       Чонгук замер. Чимин дрожал. Слезы текли по его щекам, и он зарыдал, прижимаясь к нему. — Ты думал, я тебя отпущу? Думал, что сможешь умереть и оставить меня одного на дне твоего Ада?! Чонгук крепко обнял его. — Никогда. И в этот момент Ад впервые стал домом. Для них обоих.