Хроники спасательного крейсера

      Нико очнулся от надсадного шипения над ухом. Голова раскалывалась, тело ныло и пульсировало. Он с трудом разлепил опухшие веки — только чтобы тут же зажмуриться обратно. Прямо перед лицом покачивалась, извиваясь, длинная черная морда. Кончик раздвоенного языка щекотно скользил по щеке, оставляя влажные следы.       — Ну здравствуй, сладкий, — промурлыкал смутно знакомый голос. — Как самочувствие? Готов продолжить наши игрища?       Нико застонал и попытался отстраниться. Но кольцо сильных рук лишь сжалось крепче, вдавливая в литое тело. От пленителя пахло пряностями, сухой чешуей и опасностью.       Райли — а это был именно он — довольно заурчал. Лизнул Нико в висок, очертил контур уха. Парень вздрогнул и поежился, чувствуя, как по позвоночнику бегут мурашки. Тонкие, сильные пальцы ласкали живот, спускались к паху. Полутвердый пенис держали и медленно массировали.       — Я вижу, ты уже заждался, — промурлыкал змей, покусывая Нико за загривок. — Течешь, как сучка. Самое время попробовать кое-что новенькое!       Не дожидаясь ответа, Райли опрокинул полубессознательного Нико на живот. Заставил встать на четвереньки, с силой разводя в стороны подрагивающие колени. Сам навис сверху, прижимаясь пахом к поджарому заду. Нико всхлипнул, когда крупная пористая головка принялась елозить меж припухших ягодиц, потираясь о растянутый, хлюпающий анус.       Змей довольно зашипел и одним гладким толчком въехал на всю длину. Нико вскрикнул, сжимаясь на вторгшемся члене. Стенки прохода пульсировали, растягиваясь под немыслимым напором. Бугристый отросток скользнул еще глубже, проламываясь сквозь спазмирующиеся кольца мышц. Казалось, вот-вот упрется головкой в желудок!       — Ай, блядь!.. — взвыл Нико, мотая головой и цепляясь пальцами за покрывало. — Слишком… Глубоко!..       Райли лишь гортанно расхохотался. Острые зубы прихватили загривок, клыки царапнули кожу. Гибкий язык заметался по плечам и шее, оставляя влажные дорожки. Сильные руки стиснули узкие бедра, удерживая в стальном захвате. И змей начал двигаться.       Рывками, почти грубо он вбивался в растянутый зад, хлюпая и чавкая. Нико стонал в голос, сжимался и подмахивал, встречая каждый толчок. Горячая, скользкая от спермы дырка охотно принимала чудовищный хер, податливо растягивалась и горела огнем.       Внезапно Райли замер и низко, утробно зашипел. Когтистые пальцы впились в истерзанную плоть, до синяков продавливая кожу. Нико вскинул голову и заорал, чувствуя, как глубоко внутри начинает распирать.       Стенки кишечника судорожно стиснули пульсирующий отросток. А тот все креп, увеличивался, грозя порвать хрупкую человеческую плоть. Нико затрясся и заскулил, силясь отстраниться — но тщетно. Змеиная хватка держала намертво.       А потом это случилось. Из набухшей, раздувшейся головки выскользнуло нечто крупное и округлое. Размером с грецкий орех, не меньше! Больше, толще, тверже — с головокружительной легкостью преодолевая сопротивление нежных тканей.       Нико взвыл и зажмурился до искр под веками. Смесь боли и кайфа плеснула по нервам, вышибая воздух из легких. Анус непроизвольно сжался, силясь удержать инородное тело. Но мышцы, растянутые немыслимым образом, бессильно разъезжались в стороны.       А инопланетные яйца все сыпались и сыпались из распахнутой щели на члене Райли. Проталкивались в растраханный проход, распирая и царапая нежные стенки. Каждое движение змеиных бедер загоняло их все глубже, в самые недра истерзанной плоти.       В какой-то момент давление внутри достигло апогея. Нико зашелся в беззвучном крике, кусая губы. Казалось, чудовищная масса вот-вот разорвет его пополам, выпотрошит, вывернет наизнанку. Трясущимися руками он нащупал собственный живот — и похолодел. Под пальцами прощупывались четкие, выпирающие контуры инородных предметов. Кожа натянулась, грозя лопнуть от распирающего давления.       — О-ох, бля-я-ядь!.. — всхлипнул Нико, поглаживая и массируя раздувшийся живот. На ощупь тот был твердым и неподатливым, будто набитый камнями.       Следом за яйцами в растерзанный зад плеснуло горячее и вязкое. Нико заскулил, когда стенки кишечника обожгло потоками спермы. Липкая, тягучая, она затапливала до краев, вспенивалась в такт беспорядочным спазмам перенапряженных мышц. Казалось, еще чуть-чуть — и Нико банально захлебнется в собственном нутре. Или эта склизкая дрянь попросту вытечет у него из ушей — иного пути наружу она не найдет.       Под аккомпанемент гортанных всхлипов пленника Райли кончал и кончал, заливая своим семенем каждый миллиметр дрожащего нутра. Распирающее чувство нарастало, грозя расплющить и порвать хрупкого человека. Казалось, что массивный змеиный хуй протаранил его насквозь и теперь торчит аккурат из глотки.       Нико заскулил и уткнулся пылающим лицом в сгиб локтя. Член змея все еще ворочался в растраханных кишках, распирая и потирая стенки. Инопланетные яйца плотно облепили стены кишечника, вдавливаясь скользкой зернистой поверхностью. Каждое движение, каждая пульсация отзывались в паху ноющим, тягучим возбуждением.       Райли, заметив это, удовлетворенно хмыкнул. Просунул руку под трясущийся живот пленника и сомкнул пальцы на багровой от прилившей крови головке. Принялся дрочить — грубо, резко, оттягивая нежную кожу почти до боли.       Нико взвизгнул и забился, сучя коленями по простыням. Удовольствие смешалось с унижением, затопило, погребло под собой. Хотелось продлить эту пытку — и одновременно скорее кончить, покончить со всем. Сбросить в оглушающем оргазме напряжение истерзанного тела и истосковавшейся души.       Змей, словно подслушав его мысли, задвигался быстрее. Загонял хуй так глубоко, что тот, казалось, доставал до самой диафрагмы. Яйца пьяно булькали и перекатывались внутри, распирая и царапая воспаленные стенки кишок. Рука летала по члену Нико, сдавливая, оттягивая, проворачиваясь на скользкой от смазки коже.       Финал подступил незаметно. Стоило лишь когтю Райли мазнуть по уздечке, как Нико прошило судорогой с ног до головы. Тело выгнуло, рот приоткрылся в беззвучном стоне. На несколько долгих, оглушительных мгновений мир перестал существовать. Была только раскаленная добела вспышка кайфа, опустошающая, испепеляющая нервы.       Когда Нико пришел в себя, змей уже отстранился и привел одежду в порядок. Бросил на растекшегося лужицей партнера плотоядный взгляд и удовлетворенно цокнул языком.       — Поздравляю, ты проявил себя просто блестяще! — промурлыкал он, поигрывая чешуйчатым рельефом на животе. — Думаю, наши игрища теперь станут регулярными. Раз уж ты так хорошо принимаешь мою кладку!       Нико застонал и спрятал пылающее лицо в ладонях. Ощущение инородных предметов в кишечнике никуда не делось — более того, распирало и давило сильнее прежнего. Яйца плотно перекатывались под кожей, распирали брюшину, грозя прорвать тонкую преграду и хлынуть наружу.       Краем глаза он заметил, как остальные ксеносы потихоньку подтягиваются ближе. Облизываются, скалятся, поигрывают буграми в паху. Очевидно, воодушевленные только что увиденным порно-шоу.       «О, бля», — обреченно подумал Нико, утыкаясь лицом в скомканные простыни.       Кажется, это было только начало. И впереди его ждала целая череда подобных интимных «игрищ» с внеземными извращенцами.       И, судя по состоянию его многострадальной задницы, отвертеться уже не получится. Зато скучно точно не будет!       Межвидовой трах как он есть, блядь. Со всеми вытекающими.