Февраль-март. "Заброшки"

                           Но выезжаем не сразу.       Четверть часа уходит на то, чтоб не без приключений умыться и отлить — слишком уж тесно в крохотной кукольной ванной, отчего белая гладкая задница то и дело встает на пути.       По той же причине едва получается одеться.       Шмотки как после путешествия по коровьему нутру, хрен разгладишь, так еще Тэйлор… Вдруг стал строже и взрослее в черной футболке, узких джинсах и сером мягком пиджаке в мелкую клетку. А патлы? А жетон?.. Сил нет, так тянет обратно в постель.       Но все же кое-как справляюсь со стояком, штанами, расхристанностью рубашки. Нехило измочаленным пальто, и отправляюсь в след за Тэйлором через главный вход, прямиком к сияющему Лотусу. — Я поведу, — требовательно протягивает ладонь.       Послушно кладу в нее ключ, даже не пытаясь спорить: он Хоббса обогнал. То что нужно — впереди еще сорок миль, а Рори, поди, уже нервничает.       Всю дорогу Тэйлор веселится, глядя на то, как охреневаю от его многочисленных выходов на встречку. Причем, успевает без устали болтать, нагло сигналить «помехам». И курить, аккуратно стряхивая пепел в распахнутый зев никелированной пепельницы. «Иначе Вульф инфаркт схлопочет».       В городе он становится заметно спокойнее.       В госпитальном лифте — тише.       А когда читает вполголоса: «Отделение радиологии и химиотерапии»…       Его пришибает совсем: — Ты здесь из-за меня… — Ну да, благодаря твоим невъебенным яйцам и сговорчивой Рори. — Я не про сейчас… — ?.. — Одно время доктор Янг таскался без выходных. И мама, каждый раз объявляя «к тебе Брайан», резала по живому — я все надеялся, что это ты… — Тэйлор вымучено улыбнулся. — Но когда количество твоих неприходов перевалило допустимый предел, что-то вдруг щелкнуло в подпорченной башке, и я послал доктора. А после, уже ничего не хотелось… только сдохнуть, чтоб мучения наконец закончились. И чтоб тебя не было… Никогда… Но попробовал представить как это…       Малиновость щек угасла, синева в глазах поплыла. — Короче, истерика, валиум, Джем… Отпустило. А в тот вечер… Помнишь, то адское чаепитие? Увидел тебя, почти неживого, и понял: желание исполняется…