Мужик в шляпе

Говард почувствовал, как мир вокруг него стал размытым и неясным, будто он оказался в вихре теней, пропитанном странными образами и звуками. Это было похоже на бесконечное падение в собственную память — яркую, но разбитую на осколки. Первый осколок Темнота сгустилась, будто сама ночь решила напасть на него. Перед ним возник мужчина в шляпе. Его силуэт был таким пугающим, что ноги подкосились сами собой. Существо мгновенно набросилось, прижав его к земле. Лезвие ножа блеснуло в руке мифа, и Говард был уверен: сейчас он умрёт. Но в последний момент миф отступил, оставив его с сердцем, бешено колотящимся в груди. Второй осколок Он бродил по поляне, одинокий и испуганный. Казалось, даже ветер смеялся над ним. Любой звук, любое движение вызывали панику. Мир стал его врагом, и он боялся всего, что могло скрываться за деревьями. Третий осколок Говард стоял перед мужчиной в шляпе, стиснув кулаки. — А что ты можешь, кроме как пугать? — язвительно бросил он, скрывая страх. Лицо мифа исказила злобная усмешка. Его взяли за волосы, чуть ли не убив. Говард осознал, что зашёл слишком далеко, когда оказался на грани смерти. Но судьба улыбнулась ему — он выжил, хоть и не понимал, какой ценой. Четвёртый осколок Макс. Его новый знакомый. Весёлый, добрый и такой светлый. Говард почувствовал себя в безопасности, будто нашёл лучик тепла в этом холодном мире. Пятый осколок Тот же Макс. Только теперь лежащий безжизненно. Говард пытался позвать его, закричать, но звуки будто застревали в горле. Пустота от его потери была невыносима. Шестой осколок Шахта. Говард шагал по тёмным коридорам, будто ведомый некой силой. Он нашёл мужчину в шляпе и, неожиданно для себя, попросил его о пытках. Амбар стал местом его боли и наслаждения. Отрывки воспоминаний — тени на стенах, холодные руки мифа, обжигающие вспышки боли. Седьмой осколок Эксперимент с зельем. Не надо было его пить. Он и не заметил, как оказался в ловушке. Мужчина в шляпе ухмылялся, наблюдая за ним. Говард помнил, как не мог вырваться, и эта беспомощность преследовала его даже в воспоминаниях. Восьмой осколок Гриша. Новый знакомый, спокойный и уверенный. Их первая встреча была странной и внушала сомнения, но Гриша оказался тем, кто готов был поддержать его в тот момент. Девятый осколок Приключения. Гриша и Говард шагали бок о бок, исследуя опасные территории. Гриша казался неуязвимым, а Говард, хоть и боялся, чувствовал себя частью команды. Но он также вспомнил свой сон — странный, запутанный, с образами и действиями, которые не давали покоя. Десятый осколок Шахта снова. Удар по голове, боль, которая отдавалась во всём теле. Говард помнил, как задавал вопросы про ту дверь, но не получал ответов. А потом та же дверь видимо была заставлена книжными полками. И снова — вспышка, боль, темнота. Его тело упало на землю, а сознание утекло куда-то в неизвестность. Образы мелькали в его сознании, сливаясь в одну пугающую картину. Всё, что он пережил, казалось одновременно реальным и недостижимым, будто он наблюдал за чужой жизнью. Но где-то в глубине он знал — это его история.

***

Гриша лишь хмыкнул, отвернувшись от мужчины в шляпе, и начал поднимать тело Говарда, словно это был не человек, а обычный груз. Шаг за шагом, не торопясь, он нес его обратно к дому. Мужчина в шляпе остался стоять на месте, сложив руки за спиной и лениво наблюдая за происходящим, его тёмный силуэт растворялся в сгущающихся сумерках. Войдя в дом, Гриша сразу направился к комнате, где уже привык видеть шатена. Аккуратно уложив его на кровать, он бросил взгляд на неподвижное тело, будто оценивая, сколько времени потребуется на восстановление. Затем, ничего не говоря, он развернулся и направился к двери, которая вела в подвал. Тяжёлая дверь открылась со скрипом, и он ступил вниз по холодным каменным ступеням. Запах сырости, металла и старого дерева окутывал это место, напоминая о том, сколько здесь всего произошло. Но то, что Гриша увидел, когда спустился, вызвало у него еле заметное раздражение. Посреди помещения двое мальчишек мифа стояли без наручников, явно пытаясь сообразить, как выбраться из подвала. Услышав шаги, они обернулись и встали в ступор, понимая, что их попытка обречена. Гриша не сказал ни слова, его взгляд был холодным и усталым, будто эта сцена уже порядком его утомила. Чуть в стороне двое парней, которых Гриша содержал в подвале, держали в руках ножи, судорожно обсуждая план побега. Их движения были резкими, страх чётко читался в каждом взмахе руки. Единственный, кто не двигался, был голубоглазый мальчишка с белоснежной кожей. Он сидел в углу, наблюдая за остальными с молчаливой отстранённостью. Он знал: любое движение только ухудшит его положение. Гриша лишь тихо вздохнул, медленно потянувшись к своему поясу, где висел нож. — Ну что, — сказал он, тихо, но твёрдо. — Игры закончились. Его слова прозвучали как холодный приговор. Он метнул нож с точностью профессионала, и лезвие вонзилось в ногу одного из мальчишек мифа, вроде тот был кареглазый... Тот заорал от боли, схватился за рану и рухнул на пол. Второй даже не успел осознать, что произошло, как Гриша уже оказался рядом. Мощным движением он схватил его за волосы и, несмотря на сопротивление, поволок к столбу в углу. — Сиди тут, — бросил он, привязывая его наручниками к железному столбу. — Я к тебе ещё вернусь. Парень лишь хныкал от боли, с трудом пытаясь подавить слёзы. Но Гриша уже не обращал на него внимания. Развернувшись, он направился к своим. Двое парней, державших ножи, напряглись, их руки дрожали. — Ну что, сами вернётесь на место, или помочь? — спросил Гриша, достав топор с таким спокойствием, что это звучало ещё более угрожающе, чем крик. Парни переглянулись и, испуганные до глубины души, подчинились. Они медленно сели на свои места, не смея спорить. Гриша подошёл к ним, проверил наручники и затянул веревки ещё сильнее, так, что мальчишки даже не могли пошевелиться. Закончив с этим, он перевёл взгляд на голубоглазого. Его лицо оставалось таким же спокойным, как и прежде, но взгляд был проницательным, будто он выискивал что-то в каждом движении Гриши. Сероглазый лишь устало посмотрел на него, не говоря ни слова. — Молодец, что сидишь тихо, — пробормотал он себе под нос, но не стал развивать мысль. Закончив со всеми, он развернулся, взял со стола тряпку и, вытирая с неё кровь ножа, задумчиво посмотрел в потолок. Подвал вновь погрузился в пугающую тишину, нарушаемую лишь тихим шёпотом тех, кто ещё не привык к мрачному присутствию Гриши. Гриша устало обвёл взглядом остальных мальчишек мифа. Их лица были напряжёнными, а глаза метались в поисках хоть какого-то выхода из сложившейся ситуации. Он вздохнул, затем медленно подошёл к тому, в чью ногу недавно вонзил нож. Тот всё ещё корчился от боли, жалобно вскрикивая, когда Гриша резко выдернул лезвие из раны. — Потерпишь, — бросил он спокойно, будто говорил не с живым человеком, а с неодушевлённым предметом. Гриша аккуратно замотал раненую ногу бинтом, не столько из жалости, сколько из прагматизма. После этого, крепко ухватив мальчишку под плечи, он потащил его к столбу, где уже сидел привязанный другой. Раненый попытался сопротивляться, но слабость от боли и страх парализовали его. Гриша лишь усилил хватку, усадив его рядом с первым. — Вы теперь пара, — произнёс он холодно, привязывая их наручниками к столбу и дополнительно связывая тела верёвкой. — Надеюсь, будет удобно. Обернувшись, он встретился взглядом с темноволосым. Тот сидел в углу, чуть ссутулившись, но, увидев, что Гриша смотрит на него, мгновенно выпрямился. В его глазах промелькнул страх, но он старался скрыть его за спокойным выражением лица. Гриша неспешно подошёл ближе. Голубоглазый отвёл взгляд, но когда Гриша остановился прямо перед ним, снова посмотрел на него, теперь уже более осознанно. — Слушай меня внимательно, — начал Гриша, его голос звучал тихо, но каждое слово пробирало до костей. — Если ты вздумаешь освободить этих двоих, тебе не сдобровать. Понял? Голубоглазый молча кивнул, едва заметно сглотнув. Гриша пристегнул его к стулу наручниками, будто ставил точку в разговоре, и выпрямился. Но вдруг сверху послышались еле уловимые звуки. Гриша замер, прислушиваясь. Кто-то двигался по дому. Он тихо выругался под нос, понимая, что Говард, скорее всего, проснулся. Он повернулся, намереваясь покинуть подвал, но голубоглазый неожиданно окликнул его: — Ты же ещё придёшь? Гриша остановился, повернув голову к мальчишке. — Я могу расслабить тебя, если ты того захочешь, — продолжил тот, его голос звучал тихо, но в интонации читалась попытка угодить. Гриша усмехнулся, покачал головой и бросил, не оборачиваясь: — Приду. Не сомневайся в этом. Не сказав больше ни слова, он поднялся наверх, закрыв за собой тяжёлую дверь подвала.

***

Тем временем Говард бродил по дому, изучая каждый уголок. Его взгляд то и дело цеплялся за предметы, которые казались знакомыми, хотя в голове это никак не укладывалось. Он шел вдоль стен, пока его взгляд не упал на ту самую дверь, что вела в подвал. Теперь она была закрыта книжными полками, словно Гриша пытался спрятать её от лишних глаз. Говард остановился, задумчиво уставившись на эту импровизированную маскировку. Воспоминания всё ещё кружились в его голове обрывками, но теперь они складывались в ясную картину. Он понял, что дверь вела в подвал, и там происходило что-то важное. "Гриша либо там, либо на улице," — подумал он, оглядываясь в поисках признаков его присутствия. Вдруг он услышал приглушённый крик, доносившийся из-за книжных полок. Говард вздрогнул и сделал пару шагов назад, стараясь не шуметь. Его сердце застучало быстрее, когда он осторожно приблизился, чтобы лучше расслышать. Крик больше не повторился, но он уловил приглушённые шаги. Они приближались. Говард резко отпрянул от двери и быстро отошёл в сторону. Решив, что Грише не обязательно знать о том, что он вспомнил, он направился в другую комнату. Там он нашёл книжные полки и сделал вид, что увлечённо читает, усевшись на диванчик. Спустя несколько минут дверь в подвал тихо отворилась, и в дом поднялся Гриша. Он выглядел спокойно, но его взгляд, цепко охватывающий пространство, выдавал настороженность. Тяжёлым движением он закрыл дверь за собой и направился в комнату, где ожидал увидеть Говарда. Не обнаружив его там, Гриша нахмурился. Он медленно прошёлся по дому, пока не увидел беглеца, который сидел на диванчике у книжных полок и "читал" книгу. — Голова не болит? — спросил Гриша, подходя ближе. В его голосе звучали нотки подозрения. Говард, стараясь казаться расслабленным, поднял глаза и слабо улыбнулся, но дрожь в голосе выдала его: — Да вроде нет... Я воды попил. Гриша нахмурился, но промолчал. Его взгляд на мгновение задержался на парне, словно он пытался прочитать его мысли. — Я пойду погуляю? — спросил Говард, уже поднимаясь с места. Гриша, помедлив, пожал плечами: — Иди. Только ненадолго, пожалуйста. Говард кивнул и направился к входной двери. Но как только он открыл её, его взгляд встретился с чем-то, что заставило его замереть. Прямо перед ним, во тьме, стоял Мужчина в шляпе. Его фигура выглядела пугающе, даже в приглушённом свете ночи. Не произнося ни слова, Говард резко захлопнул дверь и прижался к ней спиной, стараясь восстановить дыхание. — Что такое? — раздался голос Гриши из комнаты. — Я... передумал гулять, — поспешно ответил парень, оборачиваясь к нему. Гриша подошёл ближе, недоверчиво глядя на Говарда. Затем он открыл окно рядом с дверью и выглянул наружу. Улицы были пусты, только тихая ночь окутывала дом. — Никого там нет, — произнёс он, удивлённо нахмурившись. Говард промолчал, делая вид, что тоже ничего не понимает. Гриша ещё раз обвёл взглядом тёмный двор, но так и не увидел ничего подозрительного. Пожав плечами, он закрыл окно и повернулся к парню: — Если гулять передумал, так иди читай дальше. — Угу, — пробормотал Говард, отходя от двери. Но внутри он чувствовал, что видел мифа. И хотя всё выглядело как наваждение, странное чувство не покидало его.