любовный сценарий

— ханбин, ты не хочешь прогулять после занятий?  опять они оказались в раздевалке вдвоем. хао не знал, как это выходит, но, кажется, ханбин был не против. мило. а почему он сам это предложил? да ладно. кое-кто сгладил углы его принципов всего за четыре недели и даже не спросил. так вот, ханбин оторвал взгляд от своих кроссовок и поднял голову.  — а? ой, ну, — он замельтешил, рассматривая лицо хао, наклонившееся к нему чуточку ближе. на хао сияли мелкие блестки возле уголков глаз. как же он это не заметил? правда была в том, что хао всегда наносил маленькие блестки там, где никто не мог видеть. теперь же ханбин видел везде этот мелкий блеск вблизи, рассыпанный под чужими глубокими глазами. и вот, когда он очень засматривался, хао начинал переживать и тереть глаза. — твои блестки… — что? — удивленно спросил тот, загнанный в угол этим вопросом. все всегда видели, но никогда не заостряли внимание. — плохо выглядит, да? то есть, я знал, просто… — его руки тут же принялись тереть под глазами, растирая звездную пыль в кашу. — нет-нет, погоди! — ханбин решил, что перехватить чужие ладони — это хорошая идея. чжанхао замер. он тоже. — они красивые, хорошо? они такие же красивые как и твои маленькие черные звезды на ногтях. такие же красивые как и одна прядь в твоих волосах, которую ты всегда выкручиваешь так, чтобы она могла выглядывать. они… — как по-гейски, — неуверенно и смущенно захохотал хао, пытаясь вырвать собственные ладони из чужой хватки, чтобы прикрыть красные щеки. ханбин лишь усмехнулся, тут же кивая. — согласен, что… — если говорить тебе правду — это по-гейски, то, — он наконец-то отпустил его ладони, а потом пожал плечами, — кажется, я гей, хао. — прозвучало это как-то загнано, от его тот замахал ладонями, словно пытаясь отогнать эту мысль из головы ханбина.  — что? ханбин, ты не так понял!  — давай прогуляемся, хао-хао. — хихикнул он, выводя все такого же встревоженного хао из раздевалки, крепко держа за руку. — хао, ханбин, — стоило им переступить порог раздевалки и пройти ближе ко входу, сокмин их окликнул. он стоял там, сложив руки на груди так, словно собирался сообщить новость о чей-то смерти. ну, на его и так вытянутом лице, эти уголки губ, опущенные вниз, вытягивали его еще ниже и… —  хочу с вами поговорить. останетесь? а еще, рядом была вонен.  — да, конечно! — ханбин от неожиданности выпустил руку хао из своей, и круто развернувшись на пятках, зашагал вперед, опять утащив хао за собой, взяв его за ткань рубашки. — что-то срочное?  сокмин лукаво улыбнулся, окинув взглядом то, как рука ханбин крепко держала темную ткань. хао тоже это заметил, отчего громко кашлянул и “раздраженно“ дернул рукой, скидывая чужие пальцы.  — нет, просто показ довольно скоро, а мне нужно определиться. вы боретесь за главную роль?  хао тут же закивал, забывая абсолютно про все. — отлично. вонен тоже хотела попробовать, вот и мне нужно посмотреть, как ты, — сокмин указал на ханбина, — будешь смотреться с ней. о нет. не может быть. этого просто не может быть. внутри опять потянуло так, как это было в первый день. это странно чувство соперничества и собственной неуверенности настигло его… — но это ведь должен быть я? — хао готов был принять то, что он не играет рыцаря, готов был принять, что будет играть чуть меньше, чем этот рыцарь, но потерю взаимодействий с ханбином на сцене — никак. с учетом того, что они поют слащавую песню и держатся за руки, смотря в глаза. нет, ханбин ему точно не нравился в романтическом плане, он ведь не подходил под его типаж..да и почему он должен оправдываться… — у нее же игра никакущая! — ну, хао-хао, — сладко проворковала девушка, — отважному рыцарю лучше подойдет хрупкая принцесса рядом, разве не так? она должна быть изысканной и… — но есть куча людей, которые бы предпочли принца для рыцаря. это же искусство, вонен. — его голос, пропитанный сарказмом, был прерван ее удивленным вдохом. — или я не гожусь на  роль потому что я парень, а люди любят посредственных смазливых актрис?  сокмин громко кашлянул, привлекая внимание к себе.  — достаточно, хао, — строго сказал он, — прослушивание будет. я никому не обещаю роль заранее, ведь это действительно искусство. могу пожелать вам лишь успеха в репетициях. зал открыт каждый день. у вас есть время до следующей недели, окей? если переругаетесь, ханбин будет петь с тэрэ в гавайской рубашке и мы проиграем любой конкурс. песня на репетицию: «если бы я мог сказать ей». вы должны обыграть ее, чтобы каждый точно смог спеть пару строчек. слова песни можно менять. все ясно?  — да, — в унисон ответили оба.  — она меня раздражает! — тут же возмутился хао, стоило им наконец-то выйти на улицу. сзади шел ханбин, понуро смотря на свой телефон, где вонен только что оставила свой аккаунт в твиттере. хотел ли он его ей давать? хао не знал, да и знать не хотел. — разве неочевидно, что играет она посредственно? ей до этой роли расти как минимум год. пусть играет дерево и не ноет. я ведь прав, ханбин?  — ну…хао, — мягко взяв его за рукав, он попытался остановить гневную тираду. — вас ведь ждут одиночные пробы? это куда важнее чем то, что будет через неделю. ну сыграет она один раз, почувствует себя хорошо от большой роли, разве это плохо?  — да, ханбин, — вспылил он, вырывая рукав из чужой хватки. — это чертовски плохо. потому что я не хочу, чтобы она играла с тобой что-то такое. неужели это не ясно?  тут он замолчал, смотря на парня, который был удивлен не меньше его. все вокруг словно остановилось, оставляя в ушах звенящую тишину. хао подумал, насколько абсурдно называется песня, которую они должны петь. — а что не так? — настороженно спросил сон, — я не думаю, что она сыграет лучше тебя, да и… — точно, — хао мотнул головой, словно пытаясь убедить себя в другой причине его переживаний. — точно, я явно буду лучшее нее. окей, просто…просто забудь, ханбин. я пойду домой. думаю, с вонен вам есть, что обсудить.