Отсюда - туда, туда - отсюда

***

      …это вообще реальность?              Генералу ФэйСяо дали отпуск! Правда всего на три дня. Но это целых три дня, которые ее обещали не беспокоить. ЦяоЦю с Моцзэ мужественно переняли на свои плечи бразды управления Яоцином. Другие генералы-арбитры мысленно аплодировали ФэйСяо. За каждым из них накопился отпуск на несколько столетий, да только кто ж отпустит таких важных персон? Иной раз «отпуском» было ежедневное хождение на работу по обычному расписанию трудового дня. ФэйСяо чудом урвала три дня спокойствия, вполне себе тянет на еще один героический подвиг.       

      ***

             — Эй, малышка, мы кажется договаривались не будить мамочку Фэй? — шепотом спрашивает ГеЛю, успевая поймать золотой комочек прежде, чем он с силой жахнется на белую лису.       — Фыр? — лисята еще малы, чтобы полноценно говорить. Вместо полноценного ответа СяоЮэ радостно фырчит, пытаясь вылизать руки ГеЛю. Родительница успешно переключила внимание малышки, позволяя ФэйСяо провалиться в глубокий сон.              Она столько недосыпала в должности генерала, а в роли мамы как будто вообще перестала это делать. Пусть отоспится.              ГеЛю наклоняется, чтобы поцеловать возлюбленную в щеку. Малышка СяоЮэ начинает рьяно вырывается. Тогда девушка осторожно наклоняет ребенка над лицом ФэйСяо и малышка, пытаясь повторить движение мамы, оставляет на щеке второй мамы мокрый след поцелуя. И языка. Не удержалась, чтобы не лизнуть.              Губы ФэйСяо расплывается в умиротворенной улыбке.       

      ***

             Они решили провести отпуск в традиционной гостинице, куда редко приезжают жители Яоцина. В силу отсутствия привычных вещей, типа плазм и огромного количества розеток. Здесь горячие источники, более чистый воздух, вдали от промышленных и торговых рационов. Лисятам есть где побегать и порезвиться. Само здание гостиницы небольшое. Рассчитано на максимум сто гостей, может даже меньше.              ГеЛю с пятью лисятами спускается на веранду, где сестра хозяйки и супруга ее сына накрывает на стол. Эта гостиница — семейное дело, передающееся из поколения в поколение. Семья приветливая, любит свое дело, подходят со всем энтузиазмом, что подкупает вернуться. Сейчас не сезон, потому других постояльцев не было. В гостинице в принципе пока проживала только их семья. Сервис специально под семьи, приезжающие несколькими поколениями — традиционно фоксианцы жили в родовых поместьях, где одновременно могло жить до шести-семи поколений. Услуги нянечек и сиделок, провожатых, для детей, стариков, лис с ограниченными возможностями. Индивидуальность в подходе к каждому клиенту. Не удивительно, что дела у гостиницы идут хорошо. Рука сама тянется оставить побольше чаевых. А приезжают сюда отнюдь не простые работяги. Скорее сюда убегают те, кто хотят побыть наедине с природой. Вспомнить свое лисье начало и найти новые способы ужиться с самим собой. Услышать своего внутреннего зверя.              — Доброе утро. — вежливо здоровается ГеЛю. Она усаживается на подушку, за традиционный низкий столик. Лисята располагаются рядом, с интересом разглядывая то, что лежит на мамином столе. Запах вяленой рыбки привлекателен, от чего носики малышей активно задергались. Но такого им еще нельзя. Не говоря уже о том, что никто из них даже не задумывается вытащить кости. Лисятам выносят отдельные завтраки в бутылочках-непроливайках. — Ахах-хах. — добродушно рассмеялась ГеЛю, видя растерянные лица детей. Потихоньку уже было пора отучать их от материнской груди, однако пока сами лисята были не в восторге от такой новости. СяоЮэ нашла в бутылочке лишь игрушку, катая ее словно мячик, содержимое невкусное для маленькой гурманки.       

      ***

             Вечером они парой пришли на горячие источники. Взяли дюжину небольших бутылочек рисового вина и плавающий поднос. Пятеро лисят остались в номере, уже спящие одним огромным комком на футоне, под присмотром отельной нянечки.       — …Так непривычно. — тихо шепчет ФэйСяо, сама не зная от чего. То ли по привычке, чтобы не разбудить лисят, то ли желая оставить интимный разговор только между ними. — Как ты сегодня? — чувствует вину за то, что оставила супругу со стаей лисят.       — Мы хорошо. — кивнула ГеЛю, протягивая руку, чтобы вытащить пару сережек из ушей ФэйФэй. Как и в любую другую баню ношение металлических украшений крайне не рекомендовалось. Осторожно положив украшения за край бассейна, на возвышающийся камешек садика, спросила: — Удалось выспаться?       — Да. — вранье. Ни черта не выспалась. Даже проспав больше двенадцати часов. Почему-то ощущение усталости и желание впасть в спячку не пропадало. Это странно. Если это не пройдет придется обращаться к ЦяоЦю.       — …Фэй… — с сожалением вздыхает ГеЛю. ФэйСяо опускает уши. Это не справедливо. ГеЛю так упорно старалась дать ФэйСяо возможность восстановиться, так почему гребаное тело не…       — А?! — удивляется генерал.       — …не бери на себя слишком много. Ты недавно родила. — напоминает ГеЛю, покачивая белую лисицу в объятиях, стараясь поделиться уверенностью.       — Лисятам уже почти полгода. — упрямо давит Соколиная Мощь.       — Их было пятеро. — «И все выжили, благодаря тебе.». — Тебе еще нужно время, чтобы восстановить силы. Я понимаю, почему ты хочешь быстрее вернуться «в строй.». — о, на это целое море причин! ФэйСяо привыкла, что всего пара часов, ну день-два и снова можно тягать железо под сто килограмм. Любое ранение заживает быстрее благодаря крови борисинцев. Для солдата на поле боя, быстро оправится в бою — значит выжить. Но здесь и сейчас эти правила не работают. Это не боевое ранение, не ушиб, и даже не перелом. Ее тело сильно истощено вынашиванием потомства и особенно родами. Обязанности генерала не давали ей отдохнуть. Отчего период восстановления только затягивается. — Но сейчас твое тело столкнулось с таким впервые, дай себе больше отдыха и положись на меня. Я совсем не слабая и я твоя опора, помнишь?       — О, ГеЛю, я же не это имела в виду. — уши виновато опущены. ФэйСяо всегда считала себя сильнее ГеЛю только в плане физических сил. С точки зрения ментальной составляющей ГеЛю более непоколебима и стойка. ФэйСяо всегда спокойна и так уверена, потому что знает, что ГеЛю может стать опорой в трудный момент. Но…знать и действительно полагаться — разные вещи. За столько лет брака еще никогда ФэйСяо не была настолько ослаблена, чтобы быть совершенно ни на что не способной. Даже самостоятельно раздеться! Серьезно, в раздевалке ГеЛю пришлось помочь ей развязать слабый узел, потому что руки ФэйСяо попросту не смогли сделать эту мелочь! Черт… — Я просто…мне сложно. Это не потому, что я считаю тебя слабой. Для меня ты самая сильная лиса. Но я… — «я перестаю чувствовать себя полезной».              Стать обузой для своей «стаи». Что может быть страшнее? Слабый член стаи — это приговор. Особи или всей стае в целом. Потому борисинцы сразу избавляются от таких. А фоксианцы беспомощно умирают от голода и других опасностей, которой их подвергает слабый. Это было очень давно. Буквально доисторические времена, еще когда их расы не приобрели гуманоидные черты. Однако от некоторых страхов не избавиться даже через тысячелетия.              — Ты прекрасна, моя Луна. — говорит ГеЛю, настойчиво оттягивая белое ушко небольшими клычками, собственнически играясь. — И наши лисята. Мы никогда тебя не оставим. Мы твоя стая, и не только мы. Весь Яоцин. Даже, если ты не вернешься в строй, а я уверена, что ты все-таки вернешься, но даже если нет, ты — навсегда Соколиная Мощь, генерал арбитр с Яоцина, принесший своему народу освобождение. И для меня великая честь быть твоей супругой и иметь детей от тебя.              Она уткнулась лбом в лоб другой лисицы, после чего они потерлись носиками.              — Спасибо…спасибо за все ГеЛю. Ты моя солнечная Луна…       

      ***

             ГеЛю героически доводит ФэйСяо до номера. Генерал категорически отказалась путешествовать на руках, как принцесса. Да и на самом деле у ГеЛю не хватило бы сил. Так что, перекинув руку через плечи золотой лисицы, ФэйСяо доковыляла обратно. Мышцы приятно расслабились после источников. Спать все еще неимоверно хотелось. Она откинула одеяло, легла на край футона, чтобы не потревожить лисят, но так чтобы подпирать их своим боком. ГеЛю же легла с другого края, точно также создавая родительскую стену. Дальше которой малыши не укатятся во сне.              — Сладких снов, моя семья… — шепчет ГеЛю, ласково поглаживая то одного лисенка, то другого, то их маму и так пока не убедиться, что каждый крепко заснул.